Сладкая девочка

       За последние несколько месяцев у меня сформировалась странная одержимость монстром, живущим в канализационных сетях Дерри, я проводила месяцы, кропотливо изучая книги, расспрашивая местных старожилов, в деталях исследуя местную легенду. Дети назвали его ОНО, он назвал себя Пеннивайзом. Будучи частью команды, расследующей исчезновения местных детей, я бродила по канализации, изучая её, когда впервые неожиданно наткнулась на Пеннивайза. Он был одет в грязный клоунский костюм, на лице белел яркий театральный грим, а пухлые губы были измазаны в крови его последней жертвы. Высокий, на первый взгляд его рост составлял что-то около двух метров, но самым пугающим в нём была его дьявольская усмешка, расплывшаяся по его лицу, пока он с поистине королевской грацией, вальяжно приближался ко мне. Дикая паника наполнила мои вены, меня как будто облили ледяной водой, и, прежде чем я смогла придумать что-то более дельное, в моей руке очутился пистолет, зияющим чёрным дулом направленный прямиком на клоуна. Его улыбка стала еще шире, обнажая бесконечные ряды заостренных клыков, а его глаза замерцали ярко-желтым.  — Ты действительно хочешь это сделать, милая девушка? — спросил он меня, его голос был глубоким и низким, он почти рычал, словно дикий зверь. В тот момент, когда я услышала звуки его голоса, вся моя решимость испарилась. Я попыталась привести себя в чувство хорошим мысленным подзатыльником: «Это монстр, — сказала я себе. Он убил сотни детей. Стреляй… Убей его. Прикончи его». Но почему-то я была очарована его ярко-желтыми глазами. Чем больше я смотрела в его глаза, тем меньше хотелось спустить курок… Воспользовавшись моими колебаниями, он подошёл слишком близко, почти вплотную, и наклонился, обнюхивая. Пистолет всё ещё был в моих руках, но он явно не беспокоил Пеннивайза. — Я чувствую твой запах… — прошептал он, его голос был невероятно глубоким и низким. — Этот страх… Такой вкусный… В мгновение ока он выбросил свою огромную ладонь вперёд, выбив пистолет из моих рук, отправив его в полёт куда-то в темноту канализации. Он зарычал и схватил меня за горло, грубо подталкивая к ближайшей стене. Я испуганно вздохнула, когда моя спина столкнулась с твердой поверхностью, я беспомощно вцепилась в его бесчеловечно длинные пальцы, которые сжимались на моей шее сильнее и сильнее. Он был настолько высок, что когда он поднял меня, мои ноги двумя тонкими плетьми болтались высоко над землей. — П-пожалуйста… — удалось прохрипеть мне, из глаз текли слёзы от недостатка кислорода, и мучительно кружилась голова. Он тонко хихикнул, как маленький ребенок. — Что случилось, малышка? Ты не хочешь играть с Пеннивайзом? — спросил он насмешливо. Слезы бурным потоком струились по моим щекам. — Я… Я сделаю всё… Позволь мне уйти… Пожалуйста… — Я обнаружила, что умоляю его, внутренне ненавидя слабость в своём голосе. Он наклонился ближе ко мне, и я увидела, как слюна капает из его багрово-красного рта. Он наслаждался этим. Он любил играть с едой. Страх был для него изысканной приправой к мясу… Я пыталась бороться с ним, но он лишь сильнее зажал меня между своим крепким массивным телом и стеной, пристроив бедро между моих ног, по-прежнему крепко удерживая меня в своих сильных руках.  — Такой жалкий вид… — размышлял он, пытливо впившись янтарными глазами прямо в мои глаза. — Все вы, люди, одинаковы. Пожалуйста, отпустите меня! Я сделаю все!— насмешливо передразнил меня он. Недостаток воздуха вызвал у меня приступ головокружения и почему-то, единственным на чём я могла сосредоточиться, было то, как он тесно прижимался ко мне, его жар, проникающий сквозь грязный наряд, в который он был облачён, и то, как его бедро вклинилось между моих тонких ног, прижавшись к моей… Я испустила тяжёлый вздох. Возможно, из-за недостатка воздуха, вызвавшего бред, или из-за того, что я приняла и смирилась с неотвратимо надвигающейся смертью, но было уже слишком поздно что-то менять и поэтому я медленно прижалась промежностью к его… Его крепким бёдрам. Изменившееся выражение его лица показалось бы кому угодно безумно забавным, но только не мне, мысли судорожно вертелись вокруг необдуманных действий. Его злобная ухмылка на мгновение исчезла, и железная хватка вокруг моего горла немного ослабла.  — Моя, моя, моя… — словно безумный бормотал клоун, его глаза, таинственно мерцая в полумраке, переливались янтарём, плавно перетекающим в насыщенный сапфировый цвет, стали голубыми словно безоблачное небо, их нечеловеческое желтое свечение отступило, затерявшись в глубине его огромных глаз. — Что тут у нас? Пеннивайз рывком отпустил мое горло и поймал меня за талию, его бедро снова властно вжалось в мою промежность. Наклонившись, он жадно зарылся лицом в изгиб хрупкой шеи. К этому моменту, я ощущала тёплую влажность, собравшуюся между моими ногами, щеки пунцовели от распирающего грудь стыда. Как этот… монстр настолько смог возбудить меня? Пеннивайз глубоко вдохнул, жадно втягивая в себя мой запах, и я была несказанно удивлена, услышав его хриплый стон в мою обнажённую кожу. Он сильнее вжался чреслами в меня, грубо прижимая к стенке, я испустила ответный стон, невольно подавшись вперёд. Клоуна явно заинтриговала моя ответная реакция, и мои подозрения подтвердились, когда я почувствовала, как что-то горячее и влажное скользнуло по моей шее. Его язык. Он испустил гортанный стон, явно наслаждаясь необычной дегустацией. Несмотря на то, что это было неправильно, я обнаружила, что поворачиваюсь, обнажая шею для него в молчаливом приглашении, подставляя под обжигающие поцелуи его влажных губ.  — Ещё … — хриплым шёпотом стонал Пеннивайз, — Мне нужно больше… Только я открыла рот чтобы выразить протест, как он, вцепившись в мою рубашку жуткими когтями, безжалостно разодрал её, оставив меня наполовину обнажённой, одетой лишь в тонкие джинсы. От холодного воздуха, скользившего по коже, бежали мурашки. Или от его взгляда, полного желания? У меня не было времени, чтобы это узнать, он небрежно отбросил меня, как тряпичную куклу, на грязный матрас, валяющийся в углу. Неловко приземлившись, в то же мгновение я ощутила на себе его тяжёлое тело. Его длинные пальцы с закручивающимися когтями бегали по моей обнаженной коже, его губы порхали по тонкой синей венке на моей шее. Он искал. — Ты потрясающе вкусно пахнешь, сладкая девочка… — мурлыкал клоун, его влажный язык скользил по моей коже, его руки властно обхватили мои груди. — Такие мягкие… — приглушённо застонал он, прижавшись горячим ртом к груди, между его полных алых губ юркой змеёй проскользнул длинный язык, принявшийся бегать по напряжённому бугорку соска. — О Боже… — простонала я, откидывая назад голову, сцепив руки на его огненно-рыжем затылке, — Что ты со мной делаешь? Он кинул на меня внимательный взгляд, его язык всё ещё играл с моей грудью. — Тебе это нравится.. — протянул он, почуяв моё возбуждение. Мне было так стыдно, я ненавидела своё тело, бесцеремонно предавшее меня подобным образом. Это неправильно. Запрещено. Неестественно. Тем не менее, Пеннивайз от души развлекался, играя с едой. Он обернул свои полные губы вокруг моего соска и втянул его в рот. Реакция моего тела последовала незамедлительно. Вскрикнув, я неосознанно приподняла таз, ощущая, что мои трусики стали невыносимо влажными. Он тонко хихикнул, очевидно, почувствовав увеличение моего возбуждения.  — Мне нравятся звуки, которые ты издаешь, сладкая девочка. Сделай это снова… И я сделала. Из моей груди снова и снова вырывались эти звуки, когда он жадно вгрызался в мои груди, посасывая и покусывая плоть до тех пор, пока она не стала воспалённой и болезненно пульсирующей. Я тяжело выдохнула, когда он отстранился от меня, густой мускусный запах моего возбуждения витал в воздухе. Если этот запах почувствовала даже я, то он с его повышенным обонянием безусловно уже давно ощущал его. Его глаза, почернев, наполнились тьмой желания. — Больше… Мне нужно больше … — прошептал он, словно в трансе, слюни тонкой струйкой бежали по нижней губе. — Я хочу больше… Я хочу ощутить твой вкус… Почти яростно он содрал мои джинсы вместе с трусиками, ткань легко рвалась под его острыми когтями. Пока я дрожала от потоков холодного воздуха, ласкавших влажную внутреннюю поверхность бедра, Пеннивайз издал тягучий вздох, более походящий на стон. Он снова глубоко вздохнул, грубо схватив мои ноги и широко разведя их, устроился между ними. Я знала, что будет дальше, но не могла унять дрожь, пробежавшую по позвоночнику, когда он коснулся влажным юрким языком внутренней поверхности бедра.  — Восхитительно… — хрипло застонал он, почти благоговейно прижимаясь холодной щекой к моей ноге. Последняя частица моего сопротивления угасла, и, будучи не в состоянии сопротивляться самой себе, я провела тонкими пальцами по его огненно-рыжим волосам. Он благодарно мурлыкнул в ответ.  — Сделай это… — выдохнула я. Это всё, что я должна была сказать… Потому что следующее, что я ощутила, было чистым безупречным удовольствием. Его лицо было погребено между моих ног, его язык лихорадочно пытался попробовать каждую последнюю каплю возбуждения, которая вытекала из меня. Его тонкие длинные пальцы, яростно вторгавшиеся и выходившие из меня, создавали неприличный мокрый звук. Но звук моих отчаянных стонов удовольствия заглушал все остальные звуки. И казалось, что мои стоны были истинным наслаждением для слуха Пеннивайза, ибо он начал двигать пальцами ещё яростнее. Откинувшись назад, вцепившись в пыльный матрас, я ничего не могла предпринять, кроме как вздрагивать и стонать на каждом приятном пике, на который, немилосердно лаская, загонял меня демон. Когда он наконец отстранился от меня, я представляла из себя жалкое зрелище: дрожащее потное нечто. Я жалобно заскулила, когда он в последний раз прижал алые мокрые губы к моим складкам, прежде чем подняться на колени, отпуская мои бёдра. Безвольно упав на матрас, тяжело дыша, я исподтишка наблюдала, как Пеннивайз медленно и чувственно облизал каждый пальц начисто, в блаженстве прикрыв глаза и наслаждаясь вкусом. Когда последние отголоски удовольствия исчезли, его заменил страх. Монстр получил то, что хотел. Теперь он собирается убить меня… Он потянулся ко мне, и я открыла рот, чтобы испустить отчаянный крик, но была настолько измотана, что с моих покусанных губ не сорвалось ни звука. Меня потрясли дальнейшие действия клоуна, я почувствовала, как он ласково смахнул мои влажные волосы со лба, прежде чем нежно провести тонкими изящными пальцами по моей щеке. Нехарактерный жест привязанности от монстра, который терроризировал Дерри, ввёл меня в полнейшее замешательство, я стушевалась. Он лишь усмехнулся от столь неприкрытого шока на моем лице, прежде чем наклониться и прильнуть горячими губами к моим. Его язык скользнул мимо моих раздвинутых губ, в рот. Он снова дегустировал меня. Не в силах остановиться, я дёрнула шелковистую мягкость его волос, притягивая его ближе к себе и углубляя поцелуй. Он тщательно исследовал мой рот, отстранившись от меня, Бог знает через сколько времени. Его лицо было непроницаемым, когда он отстранился, в его глазах мелькнуло сомнение. Воцарилась долгая пауза. А затем, что-то изменилось в его лазурных глазах: — Скоро увидимся, моя сладкая девочка. Он поднялся и ушел, не говоря ни слова, и последнее, что я увидела, прежде чем он исчез в темноте, было жуткое свечение его янтарных глаз.