alles ist erlaubt

***

song: FEDUK — СКИТ (F&Q) (prod. by Qoos) Красный — цвет безумства, он купается в нем. Купается теперь, ранее собирающий полевые цветы и выводящий тонкой кистью их на холсте. Смердящий дорогим табаком и разносортной травой теперь, ранее пахнущий лишь свежезаваренным собственноручно кофе. Теперь рисуют фиолетовые/красные отметины на нем, а не он использует краски этих цветов для своей картины. Он такой красивый, снимите с него маску, к чему она? Но всем насрать на твоё личико, мальчик, присядь у витрины и раздвинь ноги. Он (точно не она) потянется только к твоим ключицам, потому что из предложенных ты самый сладкий, так даже написано на твоей витрине. Черные, облегающие, выделяющие серой строчкой все изгибы, боксеры, накаченные икры, выраженные скулы, детские глазки и взрослая ухмылка, длинная шея, худощавость, оттопыривающая косточки. Дорогостоящая игрушка для тех, кому все уже наскучило или же для истинных, знающих в этом толк, гурманов. Он покорный даже к самым мерзким, потому что уже привык. Его тело зажимают, изнуряют часами, порой швыряют, но, дабы не помнить, он каждый раз делает все больше затяжек перед сеансом. На стекле за которым он сидит как фарфоровая кукла, под надписью «das süßeste», ещё более выделяющимся шрифтом, красного цвета, выведено «russischer Junge», а это плюс к количеству его клиентов. Ему предлагают все больше работы, его тело ведь достойно обложек лучших журналов, а он лишь поправляет прическу и громко ржет над ними. Сейчас ему все можно, а на съёмках опять будут ограничения. Громко орать под заезженные треки с друзьями после того, как пятерым из них уже оттрахал рот под абсентом — его увлечения. Как полгода проводит дни на отходняках или валяясь в шелках с затуманенной головой и весь в мужском отродье. И правда глупенький, ещё не понимает что по сути сбежал из одной клетки, в другую — стеклянную.

***

BONES — sixteen В Амстердаме мерзкий дождь и холодный ветер. Дорогостоящий костюм от таких погодных условий сложно спасти, но хер с ним, если ты уже сбежал от этих ублюдков, выкупивших с криками «наконец-то» твою фирму. Прибранная вбок челка, сверкающие алмазным блеском глаза, необычайно дорогие, с серебряной окантовкой, часы, широкая походка, моднявая одежда, смазливое лицо. Это же типичный, к тому же и самовлюбленный, бизнесмен. У входа в бар красуется собой, оправляет, подняв локоть, резким движением, промокшую челку, промакивает салфеткой капли, медленно стекающие по скуле, огибающие подбородок и капающие с него на сероватый галстук, ухмыляется себе, встряхивает руку, что правая, с часами и, в секунду повернув голову вправо, мерзко подмигивает засмотревшейся на него девушке. Он тошнотно красив и помешан на своём внешнем виде, тряпках. Его ненавидят сотрудники шичандлера, соперники из других фирм. А он ненавидит весь этот ебучий мир сейчас, потому что лишился всего абсолютно. Коньяк — банально для него, пиво — по-хуйне, время хлестать водку. Вздернув подбородок, громко рявкнув, просит напиток и, получив, проглатывает стопку тут же, следом и вторую, так же и три ещё. Поправляя время от времени пиджак, разваливается на стуле. Наконец расслабил очко после всего произошедшего. Вернулся пофигизм. Это состояние развязалось ещё больше, когда какой-то мудак подошел к нему со спины, грубо одернув за плечо и протянув самокрутку, заставил сделать три затяжки поочерёдно с ним, а после пару раз хлестанул его по щекам. Развязалось, потому что в глазах все заиграло, кажется он совсем забыл где вообще находится и начал творить невообразимую хуйню. Дверь бара распахивается, от туда вылетает черный портфель, ботинки и вываливается на улицу тело, обездвиженное тело. Дверь захлопывается. Захлопывается оглушающе, на всю, совсем пустующую улицу. Как и его разум.

***

93feetofsmoke- bite the curb and sleep well Как же громко играет музыка и как же всем этим людям насрать. Все до единого под будоражащим кайфом. А вот Антону пора на работу, поэтому он отбрасывает джойстик, делает громкий шлепок по заднице одного из парней и, впопыхах доглатывая огромными глотками пиво, швыряет пустую бутылку на пол. Громко вздохнув и поднявшись в полный рост топчет её в пол и прыщет со смеху, постепенно доходящего до дикого беспричинного ржача. Заткунувшись и покрутившись у зеркала, многозначительно поправив кепку и подмигнув самому себе, заглатывает ещё одну таблетку. На выходе бросает радостно бегающий взор в толпу и, поймав чужие взгляды на его высоко поднятых бровях и приторной улыбке, вскидывает два пальца от виска в сторону одних из этих пар глаз и вылетает из помещения, привлекая ещё больше внимания к своей персоне громким шлепаньем дверью об косяк. То что он чертовски привлекателен, даёт ему, по его мнению, полное право быть чокнутым и орать во все горло, что он лучший на всём белом свете, покрывать русским матом голландские окна, напрочь не думая о последствиях. Он их не знает, так и заваливается на свой красный диван, через минут пятнадцать, совершенно без происшествий и совершенно беззаботно уснув.

***

Пробуждение сложное, и у 34-летнего и у 26-летнего, оба теперь в заточении. Только один уже отошёл, а другой нет, его ноги несут животным желанием к порогу бойсклуба.

***

OZZIE — XO Мерцающий свет, дурманящий запах и дурманящий вид жертвы. Длинноногое тощее тело в лучах ультрафиолета, в одних лишь боксёрах, так выделяющих все самое съедобное для голубых глаз. Глаза напротив них спокойные, в тоже время абсурдно бегающие, в какой-то момент выпучившиеся, жадно впившиеся в штаны костюма, раздевающие одним взглядом. МОЛНИИ, ГРОМ между ними от столкновения через пару-тройку секунд, так яростно, в порыве слышно скрежет ткани рубашки. Теперь они застряли в игре с добычей и охотником, прилипли друг к другу, до такой степени их разум вырублен. Фиолетовые, красные, синие лучи бегают по шёлковой простыне, по влажным рёбрам, тщательно пролизанных языком, по взъерошенным волосам, закусанной губе, распахнутому в полустоне рту. Когда на тех самых серебристых часах короткая стрелка прошла каллиграфическую двойку, даже на улице можно было услышать совсем обычный и невинный выдох для парнишки и совсем новый и ошалелый для мужчины. ~ Все что происходит в этих комнатах, остаётся в этих комнатах. У клиентов неразглашение объясняется либо пьяными провалами в памяти, либо чувством стыда при прокручивании обрывистых жарких слайдов в голове. У гребущих же деньги за одобрительные и мечтающие о продолжении/повторе взгляды, это объясняется нежеланием потерять работу или быть вогнанным в брань. Вообще, это «продолжение/повтор» часто ли происходит? С Антоном — да. Ну далеко не все могут позволить себе развернуть эту до одури сладкую конфетку ещё раз, но это случается. И в небольшой недосягаемости его большой плюс. Его клиенты — состоятельные люди. Вот и причина ошалелого взгляда проебавшего всё пьяницы. Он не был неопрятным и смердящим за километр хмелем разгульником всегда, так сложились обстоятельства. Он сексообильный и почти(!) преуспевший бизнесмен. А сегодня он смахивает только и только на пьянь. Антон ржёт с убитого ночного спутника, закрывает лицо руками и медленно покачивая бёдрами, подтягивая на ходу боксеры, плетётся в свою комнатку — разгорается,разбегаясь по шелковым простыням,рассвет и сжигает все произошедшее ночью, несколько часов вчерашнего дурмана проваливаются в пропасть у порога нового дня. Значит пора собирать манатки и валить за новой порцией кайфа к приятелям. А колокольчик двери, оповещающий о том, что клиент ушёл, оглушительно и неприятно действует на него. Походу стоит перед уходом проспаться. Почему употреблено слово приятели ?.. В этом городе у него нет друзей, только приятели. Подставляют, кидают, не умеют слушать — приятели. Да и он такой же. На родине оставил друга детства и за три грёбаных года ни разу не оповестил его о своём «всеещёсуществовании» . А тот до сих пор нервно долбит ручкой по столу в больнице при вспыхнувшем воспоминании об «Антошке-картошке». Сначала это отторжение прошлого был глоток новых самоощущений полного похуизма, потом уже въевшееся в мозги безразличие к другим людям. Хуи, деньги, травка — вот друзья, вот его счастье!. Отстой. Очень нужен тот кто разует глаза этому, мелчно прожигающему жизнь, глупцу. Найдись ! ~ Череда аб-со-лютно обычных, пустых важным и полных абсурда, беспамятных дней. И тут вдруг! В руках знакомой, но со знаком вопроса вместо её имени в его голове , работницы из приёмной что-то в блестящей золоченой фольге,обвязанное красной шелковой лентой и ,походу, адресованное ему. Именно : «für: Ä n t o n ».