Демоны старшей школы х Прототипа

      Когда прозвенел звонок в дверь, все были уже на местах: Цубаки и Акено, надев лёгкие облегающие платья тёмно-синего и бардового оттенка, стояли в прихожей вместе со мной, Рей помогала наносить последние штрихи на празднично сервированный стол, а Митаэль с Ринко были рядом с куклами в прихожей, также принарядившиеся. В общем, когда Владыка падших ангелов перешагнул порог нашего дома, одетый в какое-то подобие старояпонской одежды, то немного впал в ступор.       — Азазель-сан! Рад вас видеть! Наконец-то вы соизволили посетить мою скромную обитель. Да что же вы, проходите-проходите! — засеменил я так, что даже девушки невольно переглянулись между собой, пытаясь понять, играю ли я на публику или всё же нет.       Падший ангел, выглядящий как мужчина в самом расцвете сил, с небольшой остроконечной бородкой, тёмными волосами с русой чёлкой, взял себя в руки, и когда я подошёл к нему, пожал протянутую ему руку. После чего он щёлкнул пальцами, и его одежда моментально сменилась на классический пиджак, рубашку, брюки, лакированные туфли.       — А я то как рад посетить тебя, Эйдж-кун! Вот решил наведаться к тебе и узнать некоторые моменты, скажем так, из первых рук, — подхватил мою игру Азазель, заметив за спинами демонесс моих родителей.       Закрыв дверь, я представил родителям нашего гостя.       — Мама, папа, позвольте вам представить главного акционера компании, где я работаю, моего начальника и просто гениального человека — Азазель-сана. А это мои родители Тайша и Сора Тачиказе. — После моей тирады у некоторых был такой эмоциональный фон…       В общем, меня ждал очень долгий и продуктивный разговор с Цубаки, да и падший ангел не ожидал, что я так легко смогу прописать его в нашем доме, поэтому тоже терялся в догадках, какую игру играю. Ой-ой… А ведь Шинро ещё и Соне расскажет, а с ней мне вообще спорить не хочется, но видимо придётся посадить на место себя одно из тел.       В общем, познакомил родителей со своим непосредственным «начальником», которому мягко говоря было неловко от такой подставы, представил ещё одну гостью, спустившуюся со второго этажа. Зиновия, слегка смущаясь, осторожно ступала на ступеньки, так как раньше не ходила на шпильках, в завораживающем зелёном платье с голыми плечиками, легкой косметикой, наведённой, наверное, Митаэль, и парой серёжек в форме капелек. После того как я сказал, что она будет ещё одной моей невестой, родители обрадовались и забеспокоились, а потяну ли их всех. Заверил, что потяну, так как рассчитываю на премию от моих разработок, увеличения зарплаты и процента от продаж. Чувствую, мне удалось то, что мало кому удавалось — заставить самого могущественного падшего ангела смущённо заверять, что так оно и будет, попутно отпираясь от настойчивости моей мамы. Вот ведь боевая женщина! Сразу взяла Азазеля под локоток и, мило воркуя с ним, отправилась на второй этаж, туда, где у нас должна быть столовая.       Пока шёл обед, чувствовал, что Азазель ощущает себя не в своей тарелке, так как явно представлял всё разворачивающееся действие немного по-другому. А ещё у него руки дрожали, да и самого его потряхивало, когда бросал взгляд на куклы Сисилии и Митаэль, которые в ответ ему только кивали, а когда они ещё показали, что могут летать (лёгкий ментальный посыл от Акено, и родители пошли спать), то чуть прямо там не вцепился в них. Видя нетерпение и огонёк настоящего исследователя в его глазах, предложил пойти за мной в мою комнату, где смогли бы всё обговорить без посторонних ушей, и взял с собой только Сисилию.       Оказавшись внутри комнаты, поставил на широкий стол, почти в четверть стены, куклу и попросил её дать себя рассмотреть. Немного напуганная девушка согласилась, после чего Азазель стал задавать интересующие его вопросы и тут же записывать в странную потрёпанную коричневую тетрадь что-то своё. Когда я закончил рассказывать о куклах, исследователь переключился на Рейналь и то, что я с ней сделал, и опять что-то писал в своей тетради. Под конец тот немного порасспрашивал обо мне и вроде как успокоился, после чего у нас пошёл конструктивный диалог.       — Итак, получается, что у тебя нет никаких артефактов или магических приспособлений, которые давали бы тебе твои способности? — спокойно спросил он попивая чай, который принесла нам Акено.       — Да. Скорей всего это не артефакт или что-то подобное, а генетическая мутация, болезнь или даже… вирус, который изменил мою клеточную структуру, так я считаю, и пока что, всё что делал только подтверждало мою теорию. Однако, столкнувшись с миром магии в последнее время, оно всё больше рушится…       — М? — наградив меня задумчивым взглядом, просил пояснения падший.       — Потому что как не пытался понять, но концепция «магия» для меня никак не поддавалась осмыслению. Может быть, поэтому всё, что я могу, это бросаться сырой силой? А построение сложных заклинаний для меня вообще за гранью мечтаний. Но факт в том, что такой организм, как я, НЕ ДОЛЖЕН использовать магию. Я пока что понятно объясняю?       — Да-да… однако по докладам ты вполне способен использовать её, те же копья света или Экскалибур, который без чистоты и хорошего магического резерва в руки не возьмёшь. Кстати, даже находясь близко к тебе как сейчас, я не могу ощутить в тебе ни капли магии… Это какая-то особенная способность, что ты получил?       — Нет, она всегда была со мной ещё до встречи с Риас и ребятами. Однако мы немного отошли от темы. Я чувствую, что вы хотите мне что-то предложить, — пояснил я на задумчивый взгляд Азазеля и в следующую секунду перестал ощущать его эмоции! Только серую пелену безразличия там, где ранее были радость, предвкушение, интерес и многое другое.       — Тут ты прав, Эйдж-кун, — поставив чашку на стол, предводитель падших сложил кончики пальцев вместе и из-под них взглянул на меня. — Я хочу, чтобы ты работал на меня. Погоди с ответом! Дай я всё тебе поясню.       Падший взял паузу, внимательно рассматривая меня, после чего сказал:       — Ты уникален, Эйдж, не знаю насчёт того, насколько ты опасен, но твои способности нельзя просто так получить. А сейчас я ещё убедился, что в тебе есть дух настоящего исследователя и изобретателя, что также встречается крайне редко. Я осведомлён, что ты сейчас «временно» работаешь на клан Гремори и потом собираешься жениться на Соне Ситри, так? — Мне оставалось лишь молча кивнуть головой, слушая, к чему он ведёт. — Так вот, после того как ты освободишься от работы на клан Гремори, предлагаю тебе работать лично на меня. Подумай хорошенько, такие предложения делаются только раз.       И ведь он прав. Я уже давно слышал о том, что Азазель называет себя более учёным, чем владыкой, и что у него есть хобби — коллекционирование различных святых механизмов. Да и его покровительство… можно сказать, даже ученичество, как я понял его фразу о моих способностях… это может принести как плюсы, так и минусы. Минусов, к сожалению, больше.       — Азазель-сан. Я очень признателен вам за такое предложение, но вынужден отказаться, так как у меня есть… альтернатива. — Поймав немного раздражённый и заинтересованный взгляд брюнета, просто передал ему один листок, который описывал эту самую альтернативу. Спустя десять минут чтения, тяжёлого обдумывания и перечитывания, всё, что он мог выдать, это «О-о-о!», после чего я спросил: — Не желаете стать… ещё одним покровителем?       — Ну-у-у… учитывая, что я в тебе заинтересован… да и в некоторых твоих разработках, весьма и весьма. Как понимаю, это позволит тебе быть под покровительством, как минимум, дома Гремори и Ситри, а если ещё и я присоединюсь, то тогда будет двойственная опека.       — Вообще-то тройственная, — заметил я и пояснил: — Михаил тоже заинтересован мной как носителем Экскалибура и тем… кем бы я мог стать. Так что можно сказать, что у меня будет защита от трёх великих фракциях, а с более мелкими постараюсь договориться.       — Хм-м-м… а как же проблемы? Уверен, что некоторые фракции попытаются попробовать на зуб новичка, — сказал Падший, вставая с кресла и начиная ходить вдоль одной из стен, периодически останавливаясь и смотря в окно.       — Вы ведь в курсе, что в скором времени в Преисподней будет проводиться Большая Рейтинговая Игра?       — А-а-а… И ты в ней участвуешь? А за кого если не секрет? — сразу поняв, куда клоню, спросил меня Падший, хищно оскалившись.       — Вот это как раз и есть секрет, — весело ответил я, после чего достал другой листок и протянул Азазелю, тот прочитал его за несколько секунд и с хмыканьем ответил.       — Я согласен на эти условия. Когда сделаешь?       — Думаю через пару недель. Ведь уже скоро состоится саммит, не хотелось бы отвлекаться от подготовки. — Вежливо ответил я выходя на балкон, а Азазель следом за мной. — Да и мне надо готовиться к нему…       — Собираешься чем-то нас удивить? — весело спросил Азазель, вглядываясь в ночное небо.       — Не удивить, потрясти. Если все мои расчёты и теории верны, то… вас ждут большие перемены, — сказал я, возвращаясь назад в дом, когда услышал прощальные слова падшего ангела.       — Удиви всех нас, и тогда я гарантирую, что дам тебе, как минимум, ниточку к твоему прошлому. Увидимся на саммите.       Развернулся, чтобы спросить, о чём это он, но там уже никого не было.       Немного походя по комнате и подумав об его словах, решил, что я не ослышался и, сев за стол, стал вписывать на листы бумаги свои размышления, теории, подтверждения и опровержения, которые почти тут же находил. Пока не заметил, что одна кукла блондинка сидит на стопке книг с краю и, болтая ногами в воздухе, периодически зевает. Когда мы встретились взглядами, на меня внезапно накатил страх и опасения за своё будущее, поэтому неуверенно обратился к Сисилии:       — Сиси, можно тебя попросить об одном одолжении?       Вообще я немного заработался (благо, что сегодня воскресенье) и поэтому немного удивился, когда в час ночи ко мне постучались в комнату. Открыв дверь, обнаружил там Кварту со слегка расфокусированным взглядом и красными щеками, запихавшую меня внутрь комнаты и закрывшую за собой дверь. После чего она быстро сняла своё платье, заставив то упасть к ногам, и моему виду предстал тот самый купальник из моей плоти.       — Сними! — потребовала не своим голосом Зиновия, и я смог определить, что она немножко пьяна (запах алкоголя тоже не сразу уловил).       Помня, что говорилось в медицинских книжках о том, что с выпившими людьми лучше не спорить, подошёл к ней и, наклонившись, просунул свои руки ей вокруг груди стал снимать лифчик. Когда с этим было покончено и верхний элемент купальника был растворён во мне, наши взгляды встретились, чтобы я смог увидеть там требовательные нотки и желание… Опускаюсь перед ней на одно колено и медленно снимаю с неё трусики, после чего они также исчезают во мне. Поднимаю взгляд вверх и встречаюсь с её уже готовыми на всё, безумными золотистыми глазами. Осторожно беру её ногу и закидываю себе на плечо, после чего, осыпая поцелуями, начинаю двигаться к её уже промокшей щёлочке. Она вцепляется одной рукой мне в волосы, а другой начинает мять свою грудь, откинув голову назад и застонав от наслаждения. После того как я смог заставить её кончить от работы своим язычком, быстро поднялся, убрал одежду и, подхватив на руки девушку, отправился к кровати. И совсем позабыл о бедной Сисиль, которая спряталась среди коробок вся красная, как рак, но изредка за нами подсматривая.       На следующее утро проснулся с счастливо улыбающейся Зиновией, понимая, что немного девушку заездил, оставил досыпать, отправился на кухню, прихватив сонного нежелательного свидетеля нашей вчерашней ночи. Чтобы там найти Акено и Цубаки, готовящих завтрак… в передниках… на голое тело, да ещё бросающих на меня хитрые взгляды. Пришлось пообещать им, что сегодня вечером я весь их, и судя по обмену взглядами, они что-то задумали.       В остальном день прошёл довольно скучно, если не считать, что утром я смог наконец лицезреть обладателя Исчезающего Дракона. Парнишка почти одного с нами возраста, с серыми волосами, аккуратно уложенными в форме иголок на одну из сторон головы, куртке и джинсах. Вали, как он представился, пришёл нас просто «поприветствовать», хотя его атака, наполненная жаждой убийства, была, как показалось мне, отнюдь не шуточной. И единственная причина, почему он не выколол Иссею глаз пальцем — моя рука, перехватившая хозяина Альбиона за запястье. В общем, представились друг другу, но потом он сказал странную фразу:       — Я бы с вами ещё поболтал, но мне надо вернуться и сообщить, что чья-то игрушка нашлась.       При этом он, проходя мимо меня, так выразительно посмотрел мне в глаза, что стало понятно, что он что-то знает.       Это его высказывание не понравилось ни мне, ни кому-то ещё, так что провожали мы его откровенно враждебно. После была обычная школа, если не считать много слухов, поползших о том, что я «бабник» и то, что «даже свою сестру…», а вот что — стоило только догадываться, но и так понятно, что ничего хорошего. И эти слухи усугубляли две суккубы, обе черноволосые красавицы, которые откровенно флиртовали со мной в людных местах, заставляя некоторых девушек пищать от восторга, а некоторых, как и всех парней, скрежетать зубами и жечь во мне дырки.       Вечером же пришлось взять Ринко за руку и отвести в свою комнату, начать переубеждать её, что не стоит становиться таким как я. Но то ли я плохо подбирал аргументы, то ли она оказалась слишком упёртая, но в итоге ничего не вышло. Поэтому в мой список дел добавился ещё один пунктик, который надо исследовать. К тому же, завтра будет проводиться саммит на территории академии, так что надо подготовиться как следует, потому что, то, что я узнал, явно вызовет шок как со стороны ангелов, так и демонов. А вот как на это отреагируют падшие, не знал.       И утро началось с того, что был зажат между двумя телами черноволосых красавиц без одежды в своей постели. Девочки припомнили мне утреннее обещание и пришли вдвоём, а под конец ещё заставили вырастить ещё один детородный орган, одного на двоих им оказалось мало! В общем, хорошо, что я взял инициативу в свои руки или иначе они меня бы и щупальца заставили вырастить под это дело…       Потом был завтрак, помощь Соне и остальным в организации мероприятия, где пересёкся с Сазексом и Левиафан, отдал им их куклы и пояснил, как надо с ними обращаться. Удивительно, но они меня выслушали не перебивая, с серьёзными лицами (даже Серафол!), и после поблагодарив меня за работу, удалились. Впрочем, мы ненадолго с ними расстались.       Тем же вечером, за час до заката, все собрались в одной из комнат здания школы. Здесь присутствовали почти все мои знакомые: Азазель, как представитель падших ангелов, и Вали, который стоял за его спиной, бросая на нас с Иссеем провокационные взгляды. Сазекс, Люцифер и Серафол Левиафан, как представители от демонов, вместе с королевой Сатаны Грефией. И наконец — Михаил, как представитель небесной канцелярии, который как увидел меня, тепло улыбнулся, в отличие от серьёзных мин остальных, хотя вроде Азазель хмыкнул что-то в стакан, когда его взгляд упал на меня. Позади ангела стояла Ирина, которая, только взглянув на нас, тут же хмыкнула и отвернулась в сторону, показывая тем самым, что не хочет с нами разговаривать. Заметил, что этим жестом она заставила Кварту погрустнеть, поэтому подошёл к ней и взял за руку, ободряюще улыбнувшись. Да тут ещё были Сона с Цубаки, и Риас со своей свитой, только Конеко и Гаспара не хватала, так как они остались в здании оккультного клуба.       Вообще история с этим дампиром… извращенцем вышла странная. Когда Риас вчера сообщила мне, что у неё есть ещё один слон, немного удивился, так как никогда о нём не слышал, хотя по отсутствующей фигуре второго слона должен был догадаться об этом. Когда же я, Иссей, Риас, Акено, Конеко, Киба и Асия пришли к запертым дверям, то мне захотелось спросить «Почему?» Но за меня задал этот вопрос Иссей, и ему был ответ, что Гаспар не может контролировать свой святой механизм, поэтому опасен для окружающий. И вот я совершенно не ожидал, что мы попадём в девчачью комнату с рюшечками, бантиками и всем прочим, розовыми стенами, пушистым ковром, а посередине всего этого — гроб! Потом нам представили самого Гаспара Влади, который был мальчиком, но наряжался девочкой. Минут десять я стоял в ступоре, пытаясь понять, что тут вообще происходит, пока дампир не применил свой святой механизм и не исчез. Точнее для всех он исчез, а вот для меня он двигался хоть и очень быстро, но достаточно, чтобы его отследить. И, честно говоря, моё тело среагировало раньше, чем я успел что-либо осознать, и в место, где должен был быть беглец, понеслась моя Плеть. Всего на секунду в том месте показался Гаспар и с полными ужаса глазами и слёз снова исчез. А моя плеть, как только тот пропал, изогнулась под углом в сто двадцать градусов и понеслась в другую часть комнаты (эффект от использования Экскалибура Мимикрии. Теперь я мог менять направление полёта плети, как мне заблагорассудиться, на все триста шестьдесят градусов), там же появился Влади, а потом снова исчез. И так вот мы играли, пока я наконец не сообразил, что делаю всё неправильно и откровенно удивил всех, остановился. Только после того как около ног Иссея, на полу, растянулась проблема, из-за которой всё это произошло, все смогли вздохнуть с облегчением.       — Я… испугался и атаковал чисто на инстинктах… прошу прощения, — ответил я на задумчивый взгляд Риас, прежде чем уйти из комнаты по направлению в студсовет, там хотя бы точно не напортачу.       Сона была мне благодарна, так как подготовка к саммиту погребла под собой ворохом проблем весь студсовет, и моя помощь оказалась неоценима. После этого, собственно, состоялся саммит.       Пока лидеры трёх фракций решали свои проблемы, я отвлёкся, изучая взглядом Вали, что не говори, а мне хочется получить его ДНК для анализа сил и способностей. Вот когда Азазель предложил поскорее подписать мирный договор, решил, что пора и голос подать.       — Простите что прерываю, — привлёк я всеобщее внимание, а ребята, что знакомы со мной не понаслышке, напряглись, чуя, что что-то сейчас выкину. — У меня есть очень важное сообщение, которое может… загубить все ваши миротворческие поры на корню.       Вот когда на меня удивлённо посмотрели, особенно Вали, который явно от меня этого не ожидал, да и Риас с Соной, почувствовал себя неуютно. Тишина, установившаяся после моих слов, длилась ещё минут десять, прежде чем нахмурившийся Сазекс произнёс:       — Говори, Эйдж.       Я же, засунув руки в карман, сказал будничным голосом, словно говорю время, когда меня спросили о нём.       — Бог жив.       Минуты две все не шевелились, с каменными выражениями лица осознавая эту информацию, пока мне в спину не прилетел удивлённый выкрик от более молодых разумных, находящихся здесь.       — ЧЕГО-О-О-О!!!???       — Эйдж-кун, сейчас не время для… — начал говорить явно рассердившийся Михаил, вставая со своего места, однако поток слов, что вырвались из моих губ, погрузившегося в воспоминания, заставили его замолчать, а затем и упасть на кресло назад.       — Яркий солнечный день освещал прекрасную поляну, где колышется море изумрудной травы, которая росла между прекрасными деревьями-исполинами с золотистыми кронами и белыми стволами, — начал говорить я, прикрыв глаза, спокойным, размеренным голосом. — Где-то рядом с одним из деревьев пробегала мелкая речушка, которая была настолько чистой, что было отчётливо видно её дно. И на самом берегу, встав на корточки, стояли трое маленьких мальчиков, с восхищением смотря в глубь воды. Мальчики были одеты в белые рясы, которые, может быть, были им даже немного велики. На спинах каждого из ребят можно было увидеть по два белоснежных крыла, от которых исходил мягкий золотистый свет, а над головами нимбы. Вот один из трёх ребят поскользнулся на камне, которых было полно около берега, и повалился в воду. Когда два других, начали пытаться помочь ему подняться из воды, протянув ему руки, тот, что упал, с коротко стрижеными волосами, внезапно схватил помощников за руки и потянул за собой в воду, при этом озорно улыбаясь. Все трое мальчишек начали в шутку плескаться и играться в речке, счастливо улыбаясь. Внезапно все трое замерли и посмотрели в мою сторону, после чего быстро выбрались из реки и за несколько секунд, под порывами тёплого ветра, высохли и подбежали ко мне. Передо мной встали три моих величайших творения… нет, три моих лучших сына. Один — с длинными золотистыми волосами и зелёными глазами, смотрящий на всех с нескрываемой любовью, особенно, когда тот смотрел на меня. Второй — с короткими тёмными волосами и карими глазами, наполненными слепым обожанием и желанием внимать каждому моему слову, вместе с желанием узнавать что-то новое. И последний — с золотистыми волосами, завивающимися в кудряшки почти до самого копчика, и серебряными глазами, в которых читалась уверенность напополам с восхищением. Начинаю им говорить и гладить по головам рукой, которую скрывает плащ и белая перчатка. После чего первый мальчик мне отвечает…       — Я никогда не забуду ваших наставлений Отец! — с печальной улыбкой говорит архангел, смотря куда-то себе в ноги, с опущенной головой и плечами.       — Затем второй мальчишка отвечает ему: «А я буду всегда поддерживать тебя Михаил! Что бы ни случилось!» — с не менее грустным видом ответил Азазель, смотря прямо в центр стола, а его рука, что лежала на нём, сжалась до хруста в пальцах.       — Третий же мальчик внезапно подходит со спины к двум другим и, положив им руки на плечи, говорит: «Тогда я буду вас защищать! Как и нашего Отца! И всех, кто нам дорог!» — сказал Михаил и робко, неуверенно перевёл взгляд в сторону предводителя Падших Ангелов. На секунду их глаза, наполненные болью, встретились, и они медленно отвернулись друг от друга.       Все остальные в шоке ничего не могли сказать, да что там, пошевелиться боялись из-за той атмосферы, что установилась здесь. Прошла минута, две, три, пять — никто ничего не делает, даже, по-моему, дышать стало тяжелей. И внезапно для всех Михаил резко поднялся с места одновременно с Азазелем, и те подошли ко мне на расстоянии пары метров, стали вглядываться в мои глаза.       — Откуда ты об этом знаешь? — спокойно, но в тоже время угрожающе проговорил Азазель, явно начав давить на окружающее пространство силой, как и архангел.       — То есть я могу продолжать? — спросил осторожно, после чего получил уверенный кивок от обоих. — Тогда прошу успокоиться и занять свои места, только после этого я продолжу.       По моему кто-то сдавленно пискнул, когда давление от обоих ангелов усилилось на несколько секунд, и не увидев тот результат, что они хотели, развернулись и уселись на свои места.       — Спасибо, — сказал я, выходя на середину зала под всеобщее обозрение, после чего начал ходить взад вперёд по ней перед столом саммита. — И, чтобы вам было понятно, почему я говорю, что Бог жив, но всё это время происходили вещи, которые никак не могли быть, пока он жив, начну немного издалека. Итак, скажите мне, что значит быть богом?       Вот мой вопрос немного всех сбил с толку, так как я знал, что большинство здесь находящихся даже никогда не задавались им. «Просто Бог — это Бог. И всё!» — такой ответ я слышал чаще всего, когда разговаривал с людьми под разными обликами, когда было свободное время. И вот, не дождавшись ответа, я начал в слух рассуждать:       — Давайте сначала определимся, что значит быть богом, а если точнее, почему они такие разные. Есть боги войны, ремесла, земледелия, огня, солнца, всевозможного оружия и так далее. Которым поклоняются люди, тем самым их как бы подпитывая. Потом поясню почему «как бы». Итак, боги черпают силу из людских молитв и веры в них, искренней веры, хочу заметить. Однако в мире есть существа которые этим самым богом не уступают по силе, и что же тогда выходит? Они тоже боги? И получается для того, чтобы стать богом, нужно просто иметь неимоверное количество силы? Нет. — Серафол согласно кивнула на моё размышление, а после неё и, полуприкрыв глаза, Люцифер, остальные были неподвижны. — Тогда рассмотрим ситуацию по-другому. Люди молятся богу, чтобы тот стал сильнее и творил всё больше чудес для них, и тем самым всё больше смертных начали в него верить. Это ли признак божественности? И тогда то, что даже простой ёкай может стать младшим божеством, может показаться логичным. И опять в ситуацию вмешиваются чудовища, по силе равные богам! В них никто не верит, но их все боятся. Однако насколько я знаю таким существа до лампочки, боишься ты его или почитаешь, скорей всего прихлопнет, чтобы спать не мешали. — На это заявление Вали под удивлённые взгляды хмыкнул и улыбнулся уголком губ. — Рассмотрим ещё один вариант божественности. Во многих мифологиях Боги — это самые мудрые и всемогущие существа, именно всемогущие, а не всесильные, не путайте эти понятия. И получается, что бог — это тот, кто обладает огромными знаниями и возможностями? Я думал, что это верная точка ответа, но ошибся, когда понял, что порой то, что способен сделать захудалый ёкай, не способен сделать даже бог! Поверьте, в десятках историях и мифологиях были подобные случаи, но перечислять я их не буду. Тогда выходит, что и не это мерило божественности. Тогда что? Да!       Радостно воскликнул я, когда руку подняла Сона, как школьница, и потом, бледнея и краснея, стала отвечать.       — П-полагаю, что всё вместе? — сказала она, но увидев мою расплывающуюся ехидную улыбку поняла, что ошиблась.       — Тогда почему Азазель всё ещё не стал Богом? — задаю я ей вопрос, а все остальные бросили взгляд на падшего ангела, который что-то пробурчал типа: «Мне по чём знать?» и пожал плечами. — Почему тот же Михаил всего лишь занимает место Бога, но им не может быть? Или почему Драйг или Альбион не стали богами хотя по рассказам, что я слышал, они были настолько сильны что могли выйти сражаться в открытую против тогдашнего Бога?       Судя по тому, как у Иссея и Вали появились их сверх артефакты, те сейчас объясняли им причины, или просто решили поболтать, но я продолжил, лишь краем сознания это отметив.       — Ища ответ, я нашёл лишь одно разумное объяснение всем тем вопросом, что сейчас задал. И единственную причину, почему у меня есть это воспоминание! — торжественно завершил я, поднимая палец вверх, на который обратили внимание все. А спустя несколько секунд напряжённого молчания, опустил руку и ответил: — Это… разум. Разум и способность слиться с самим Миром!       Снова минута молчания, и вот почему-то моя чуйка начала говорить, что неприятности близко.       — Сначала мне тоже показался странным такой логичный вывод одного из моих потоков сознания, но после того как я выслушал все доводы, все кусочки мозаики встали на свои места. И первым кусочком, что не удивительно, встала так называемая Система Бога, которая была им же создана и до сих пор со скрипом, но работает. По идее, она должна была разрушиться ещё тогда, когда Бог умер, однако она продолжила существовать, даже когда Его место занял Михаил. Ведь вы никогда не задумывались, почему Система хоть и шатко, но всё ещё продолжала существовать? — Взгляд в сторону Архангела, который словно очнулся ото сна, когда понял, что в комнате повисла тишина ответил.       — Да, иногда я задумывался над этим, однако так и не смог определить в чём же причина… То есть, Эйдж-кун, ты хочешь сказать, что…       — Да, Система Бога продолжила существовать только потому, что она тесно связана со всеми мировыми потоками, и как подозреваю, с такой вещью, которая существует с незапамятных времён, но совсем недавно проявила себя, Ноосфере.       — Хм! Информационное поле Земли! — сказал Азазель и удовлетворённо кивнул, а потом резко ударил по столу и зло прошипел: — И как я не догадался! Извините, можешь продолжать, Эйдж, — извинился падший ангел, когда понял, что все смотрят на него настороженно.       — Спасибо. И если брать этот факт за основу, то получается, что такую Систему мог выстроить только тот, кто сам связан с Мировыми потоками. А раз мир всё ещё есть, и мы в нём живём, то следует предположить, что Бог не умер. По моей теории он вообще не может быть «убит», по тому как Бог, в моём понимании, это чистый Разум, способный управлять энергией, как своим собственным телом. Следовательно, тело, что вы видели Михаил-сан, это всего лишь марионетка, сосуд, «наполненный» божественным разумом, но отнюдь не неразрушимое тело. Поэтому встаёт вопрос, что же случилось тогда, когда вы видели его «смерть»? И здесь как раз-таки начинаются догадки, что могло послужит тем клином, что заставило Разум Бога расколоться и рассеяться по всему миру через мировые потоки. Но в том, что это произошло, я уверен более, чем на сто процентов!       Закончил я вдохновлённую речь, наконец ожидая, кто задаст этот самый вопрос.       — А где доказательства, что «Разум» Бога был расколот на части? — Спасибо тебе Сазекс, теперь я могу закончить объяснения, а то моя чуйка кричит благим матом, что оставаться здесь уже опасно, однако я никого рядом со школой не чувствую, кого стоило бы опасаться.       — Первое доказательство было тем, что я рассказал момент из жизни молодых Михаила и Азазеля, который НИКАК помнить не могу. То есть на данный момент у меня в голове есть небольшой, но кусочек воспоминаний Бога, — ткнул я в висок и сразу решил сказать следующее: — Кстати, спасибо вам Михаил-сан за подаренный Экскалибур, который не только усилил мои способности, но и оказался ключом к этим воспоминаниям. Спасибо!       — Раз было первое, то значит есть и второе доказательство? — намекнул мне Вали продолжать.       — Да, собственно именно из-за второго доказательства я и нашёл первое в своей голове, а если точнее… — Быстро делаю пару шагов в сторону Михаила, и мне дорогу загораживает особа с зелёными, неуверенными глазами и двумя косичками каштановых волос. Быстро хватаю ту за руку и, развернув к себе спиной, отхожу назад, кладя руки ей на плечо, говорю:       — Позвольте представить вам Шидоу Ирину, монашка-экзорцистка, с кем, собственно, и срезонировал мой осколок, и только благодаря этому его и нашёл, — сразу сказал я, почувствовав при этом, как девичьи плечи под моими ладонями сильно напряглись от удивлённых взглядов в её сторону всех присутствующих.       — Значит в ней… — начал говорить Михаил, встав со своего места, смотря на Ирину взглядом со сильно смешанными чувствами.       — Да. В ней тоже есть осколок Бога, — спокойно заканчиваю за архангела, который внезапно для всех бросился к девочке и стиснул ту в объятиях с очень странным выражением благодушия на лице.       — И это получается… — бросил на меня красноречивый взгляд Сазекс, заставляя тем самым закончить за него.       — Моя теория такова, что скорей всего мы, те, в ком есть осколки Бога, притягиваемся друг к другу, как магниты, и чем больше нас будет в одном месте, тем сильнее будет это притяжение. Подобное притягивается к подобному. А когда в одном месте будет достаточное количество осколков… скорей всего, Бог восстановиться достаточно для самостоятельных активных действий. Собственно, это всё, что я хотел сказать.       Говорю и отступаю к краю комнаты… попадаю в цепкие лапки Асии и Зиновии, которые взглядом мне сказали, что со мной у них долгий разговор после этого.       — Эйдж…-сан, я бы хотел с тобой более плотно поговорить о том, что тебе известно после саммита, — тут же сказал Михаил (на –сан у некоторых глаза стали такими круглыми, что ещё чуть-чуть и очки сломались бы), чем вызвал лёгкое недовольство у некоторых.       — И нам тоже! — хором сказали Сазекс, Серафол и Азазель, при этом бросив такой взгляд друг на друга, что стало ясно, что война может вот-вот начаться… из-за меня.       — Я так полагаю, что опять готовить мне? — попытался перевести всё в шутку, и вроде как посмеялся, однако мой смех оборвало внезапно взбесившееся чувство опасности.       — На нас напали! — всё что успел выкрикнуть, почти мгновенно (долгая практика окупила себя) облачаясь в форму Джаггернаута с наплечниками, и выпустив молнию по контуру комнаты, создать подобие щита, защитившего нас от сотни лучей, летевших в нас откуда-то сверху.       Когда грохот взрывов стих, понял две вещи. Первая, не я защитил, а защитил Михаил, выставив какой-то золотистый купол, и хоть тот не дал нас ранить, но крышу сорвало начисто. И во-вторых, ощущалась неприятная вязкость воздуха, и некоторые из присутствующих застыли словно… во времени.       — Запретный взор Балора! — крикнула Риас, поняв, что тут произошло, а мне не нужно было задавать дополнительно глупые вопросы. Она, кстати, так же, как и я, Сазекс, Серафол, Азазель, Михаил, Вали, Иссей, Киба, Зиновия и Ирина не застыли. Последняя, потому что оказалась чуть ли не в объятиях Михаила, и теперь тот её ни на шаг от себя не отпускал придерживая за плечи, а Риас потому, что постоянно держала Хёдо за руку.       Посмотрев в небо, увидел сотни фигур парящих там на странных синих платформах, одетых в странные плащи… из-за которых я не мог ощутить их Охотой! Сменил форму на Охотника и утробно зарычал, смотря на фигуры людей-магов, ставших атаковать защиту Михаила. Однако тот не паниковал, и похоже даже не напрягался, держа её, зато принял активное участие в разработке плана. Мне понравилась идея с рокировкой, так что предложил свою помощь там, на что Риас заметила, что может только сама обменяться или поменять Конеко и кого-то ещё. И этим кем-то стал Иссей, который как посмотрел в мои глаза, тяжело вздохнул и, кивнув в знак согласия, развёл руки в стороны, я же тут же бросился на него. Под удивлённый вскрик некоторых аловолосых девиц, моё тело ещё на полпути приняло вид кучи хаотично двигающегося мяса, которое попав на Хёдо стало меняться. Пока я не стал длинным бардовым плащом, остроконечной шляпой с широкими полями, платформой ботинок и большими перчатками, которые бедному парню были явно велики.       — А ничего глупее придумать не мог? — спросил с возмущением Иссей, оттягивая полы плаща и смотря на единственный глаз, что там был, на что я ему ответил.       — Хочешь Микки-Маусом стать? Или девочкой-волшебницей? — вежливо осведомился я, добавив в голос нотки угрозы, так как быть ОДЕЖДОЙ мне самому не нравилось.       — Девочкой-волшебницей?! — Сейчас я был полностью согласен с Соной, что её сестра немножко помешалась на этом. Но ничего не успеваем ответить, хотя у меня, как и у Иссея, был заготовлен резкий ответ, который точно бы свёл обоих в могилу, учитывая кому мы хотели ответить…       В следующую секунду после вспышки мы оказались в комнате оккультного клуба, где на одной из стен был распят Гаспар с неестественно светящимися глазами, полными слёз. А на нас тут же наставили руки с печатями как минимум восемь магов-девушек, помимо тех двух, что удерживали Гаспара.       — Ты кто такой?! — Выкрикнула одна из них.       У меня прямо черти разгулялись, и поэтому я шепнул кое-что Иссею на ушко, отчего он сначала застыл как истукан на пару секунд с поднятыми руками, а затем, наклонив шляпу так, чтобы было видно его дьявольскую ухмылку, взялся за поля головного убора (то есть меня) и резким движением отбросил в сторону. Продолжая всё так же улыбаться, он сделал резкий шаг вперёд, сбрасывая плащ с плеч, но не дав ему упасть поймав руками, весёлым голосом спросил:       — Девочки, стриптизёра заказывали?       — Чего? — Причём парень как угадал, всё присутствующие были именно, что девочками, то есть девушками, то есть представительницами прекрасного пола.       В общем, когда под звуки взрывов и криков, Иссей сначала разбросал мои части по комнате, (больно между прочим!) начал медленно растягивать брюки, некоторые слабохарактерные личности отвернулись, или как одна вообще начала плакать то ли от омерзения, то ли от горя, но явно не из-за счастья. В общем, когда маги потеряли инициативу, я атаковал. Я-шляпа сразу схватила трёх человек за головы и поместила их под себя, перекрыла собой обзор, попутно ещё и руки связав, чтобы не смогли колдовать. Я-плащ, сразу схватил четверых девушек (благо, что Иссей бросил его под ноги им), также повязав. Ботинки подскочили к ещё двум девушкам и, допрыгнув до лиц, повязались наподобие респираторов с ботинками Хёдо. Итог: через минуту бесполезных попыток отодрать газовую маску, они повалились на пол, а ещё через три — затихли, дёргаясь в конвульсиях. Оставив ботинки парня, мои запчасти осторожно отползли в сторону, перед этим проверив живы девушки или нет. Вроде живы. Пока я разбирался с остальными, одна из магичек преградила дорогу парню, и у того не получалось пройти мимо неё, пока парень, порезав руку, не дал Влади своей крови. Мне стоило небольших усилий, чтобы не напасть на исчезнувшего в стае летучих мышей паренька-девочку. Дальше Иссей всё же использовал на моих глазах ЭТУ технику с раздеванием девушек. На что мне пришлось только покачать головой: слышал от Конеко, что эта техника отвратительная, но для меня она ещё и опасна. Так как на мне нет одежды.       Внезапно почувствовал сильную ауру над академией, и одну из них я определил безошибочно — Азазель похоже решил размять старые косточки, а вот его противником оказался высший демон, и судя по отголоску, не удивлюсь, если она носит фамилию Левиафан, слишком похожи с Серафол отклики. Как только снаружи раздались первые взрывы, мы с Иссеем сразу побежали на выход, чтобы увидеть, как какая-то девушка (высший демон) падает, сражённая кем-то, от кого приходит отклик Азазеля. А потом он объявил Вали предателем, и Иссей чуть не воспылал рядом со мной, ринулся с криками на парня в белом доспехе и сияющими крыльями за спиной.       Усмехнувшись, что было бы интересно попробовать после поглощения Вали, получить Исчезающего Дракона, приготовился к прыжку… однако я не прыгнул, потому как меня куда-то потащило.       Секунда, и я оказываюсь в уже хорошо знакомом мне месте и незнакомом в то же время. Так как более не было гладкой красной поверхности в моём подсознании. А из её глубины на меня смотрел оскалившийся череп какого-то существа, напоминающего человеческий, но с очень острыми чертами, клыками, что усеяли рот, и вместо волос — тысячу щупалец… которые тянулись ко мне, и уже несколько из них пронзили моё тело, затягивая меня под бурлящую поверхность, которая действительно оказалась кровью…