Вслед за ронинами

      Этот завтрак ничем не отличался от обычного. Довольно тихая и приветливая обстановка — аномально тихая и приветливая, — лёгкие ничего не значащие разговоры… О том, что вчера на корабле произошёл бунт, говорило разве что отсутствие Жанны — сейчас её очередь была сторожить бунтовщиков. Рони должно было быть не по себе от того факта, что она ест в том же месте, где накануне убила двух человек, однако она до сих пор ничего не чувствовала. Паника насчёт собственной нечувствительности постепенно сходила на нет, и девушка уже начинала думать, что не сделала ничего плохого. Вернее, того, чего они не заслужили. Единственной проблемой было собственное убеждение, что убийство — это некая грань. Это что-то настолько ужасное, чего ни в коем случае нельзя было совершить. Но она совершила и за само деяние ни малейших угрызений совести не чувствовала.       Хотя, наверное, оно и к лучшему.       Рони сидела во главе стола. Обычно на этом месте сидел капитан или, в качестве его замены, Бепо, но ни один, ни другой сегодня к нему даже не приблизился, так что кок заняла его сама. Возражений не последовало. Изначально она сомневалась в своём поступке, всё же по сути это тот же захват власти, но никто не возразил. Не то накануне она звучала достаточно угрожающе, не то все были согласны с её решением. Переспрашивать она не решилась: это могло разрушить её авторитет.       «Боже, я думаю, как мафиози…»       В общем и целом всё шло замечательно, если бы не пара «но».       — И тогда появились мы с Пенгвином. Ну, собственно, сила предков, это, конечно, хорошо, но мы же с тобой оба понимаем, что главную роль в сражении на Бирке всё же сыграл я, — вдохновенно вещал Шачи, вешая порядочную порцию лапши на уши Трафальгару Ло. Тот слушал внимательно, но, судя по выражению лица, верил слабо. — Все самые сильные соперники были вынесены в течение десяти минут. Это, конечно, было очень сложно, не отрицаю…       — Все важные? — переспросил Ло.       — Да, именно. Так вот, это было очень…       — Но Самсона же убили ещё до этого.       — Да, но…       — А Гладиуса завалило обломками, — это было произнесено с особой долей мрачного садизма. Знать бы его причину…       — Именно, и…       — А с Дрейком вы не пересеклись.       — Это да…       — Так что за важные соперники?       Шачи запнулся, осознав, что своими уточнениями сам себя загнал в тупик, но, к своей удаче, довольно быстро пришёл в себя и выкрутился.       — Юный Трафальгар Ло, — Рони понятия не имела, откуда он взял это обращение, но звучало донельзя забавно, — думаешь, на этом сильные соперники заканчивались? Во-первых, под командованием Гладиуса было несколько хорошо вооружённых отрядов. Во-вторых же, ты забываешь о полчищах местных воинов, революционеров и дозорных во главе с ныне покойным вице-адмиралом.       Ло с лёгким интересом прищурился: — Покойным? Хочешь сказать, что его ты убил?       Это должно было прозвучать безразлично, но Рони без проблем разобрала нотки недоверия и зарождающегося восхищения. Почему-то стало смешно.       Шачи почесал переносицу и чуть отвернулся: — Ну, не то, чтобы я… мы долгое время сражались и я действительно сильно измотал его боем, но после этого он исчез и был добит уже Рони. Как понимаешь, лавры за убийство вице-адмирала ушли ей.       — Вы сражались? — Рони от удивления передумала пить чай. Да, Мэлхор был несколько потрёпан, но чтобы ему так досталось от Шачи?.. Да быть не может!       — Он от него драпал, как от воплощения смерти, — доверительным шёпотом сообщил Пенгвин, вызвав всеобщий смех. — А сражался с Мэлхором только Дрейк. И, честно, даже думать не хочу, как ему удалось хотя бы поцарапать этого монстра.       Рони выдохнула: — Это всё объясняет. Он жутко сильный. Если бы я пропустила хоть один его удар — умерла бы на месте, — на мгновение за столом повисла тишина, и Рони, подняв глаза, осознала, что все на неё смотрят. — Что?..       — Так ты всё вспомнила? — с лёгким любопытством уточнил Пенгвин. — И… это действительно ты убила Мэлхора?       Рони замерла. Честно говоря, она понятия не имела, что можно на это ответить. Правду? Это будет звучать разочаровывающе. Странно. И не факт, что правдоподобно. Солгать и приписать его убийство себе? Но если так, то долго ли она сможет хранить эту ложь? Рони так и не выяснила, чьей работой было убийство Мэлхора. Что, если истинный убийца решит сознаться? Что тогда? Она же станет просто лгуньей!       Молчание затягивалось. Рони понимала, что должна ответить хоть что-нибудь. Правду. Точно правду.       Хотя… к чёрту. Она пиратка. Убийство вице-адмирала — это не преступление, это то, чем можно с гордостью козырнуть.       Рони прикрыла глаза и чуть отвернулась: — Даже если так, то… это не то, чем стоит гордиться.       Эффект её фраза вызвала ошеломляющий. Кажется, в команде никто до сих пор не был уверен в том, что это сотворила действительно она. Правильно не был. Однако сейчас Рони понимала, что, будь у неё чуть-чуть побольше смелости, эта ложь бы легко стала правдой. Если бы тогда она не сдалась и выстрелила… это могло действительно стать правдой. И кто знает, по какой развилке нынешние события могли бы пойти.       Когда Рони обернулась обратно, все уже утонули в новых обсуждениях. Шачи отсчитывал Пенгвину кругленькую сумму «ну кто заставлял тебя убивать вице-адмирала, а?», Бепо что-то негромко объяснял Зюсе, а Ло с ошарашенным видом смотрел на пустую чашку из-под чая. Рони решала, что подобные вещи при детях говорить всё же не следовало. Они… зависают.       — Ло, тебе налить ещё чаю? — мальчишка вздрогнул, почему-то смутился и, замерев на мгновение, помотал головой. — Ну, как хочешь.       От разговора отвлёкся Шачи и пристально взглянул сначала на Рони, а потом и на Ло. Нахмурился. Прищурился.       — Да вы шутите, серьёзно, что ли? — Рони непонимающе склонила голову набок. — Два придурка, семь лет разницы, один сохнет по другому. Некоторые вещи не изменятся никогда.       Что, блин?!       Трафальгар Ло уже даже не покраснел, а покрылся алыми пятнами на и без того красной коже.       — Неправда!       Но теперь ему не поверил даже Бепо.       Рони хотелось смеяться и плакать одновременно. Действительно два придурка. И что ему мешало влюбиться в неё не в десять, а в двадцать четыре?..       Ло и Шачи переругивались до конца завтрака, но Рони уже едва ли их слушала. Даже желания не было — слова фармацевта неслабо испортили ей настроение. Кажется, соблазнять она умела разве что детей.       Трафальгар Ло с невероятной правдоподобностью отрицал наличие у него каких-либо чувств, однако теперь, куда бы Рони не направилась, неизменно оказывался поблизости. Это немного напоминало слежку, но, учитывая возраст юного маньяка, Рони ему это прощала. Более того, со временем даже научилась находить свои плюсы. Стоило лишь вовремя заметить шапку, торчащую из-за угла, и предложить ей помочь с готовкой.       — Я не умею…       — Чтобы порезать морковь, особого ума не нужно.       Ло немного нерешительно потоптался у входа, но потом всё же кивнул и прошёл к ней. Рони посчитала это своей маленькой победой, а также значительно сэкономила себе время на приготовлении обеда.       Это было странно, но всё же приятно — знать, что кто-то смотрит на тебя с таким восхищением. Следит за каждым действием и отводит глаза, когда взгляды пересекаются. Рони подозревала, что, наверное, во многом вела себя также и не видела в этом ничего плохого. Однако также не знала, что с этим делать. На чувства десятилетнего мальчишки она ответить не могла — чёрт возьми, она его даже в качестве парня не воспринимала! — а его взрослой версии корабельный кок в качестве дамы сердца был особо не нужен. Замкнутый круг какой-то. Единственным, что несколько обнадёживало, была навязчивая мысль, что, если уж Рони сумела соблазнить юного Трафальгара, то и со взрослым её шансы не нулевые. Понять бы, чем она его зацепила…       Но напрямую задать этот вопрос она так и не решилась. Разберётся по ходу дела.       Чуть более суток спустя субмарину пронзил громкий крик: — О морская царица, я никогда не видел ничего подобного! Это остров!       Почти сразу же ему вторил другой мужской голос, чуть приглушённый, но значительно более ехидный: — Рихтер, двадцать три годика, в первый раз увидел сушу.       — Да ладно тебе, Юлих, ты просто посмотри на это! Он же!.. Я никогда ничего подобного не видел. Класс. Ребят, поднимайтесь на палубу. Это нужно видеть! — Рони удивлённо переглянулась с Ло, но всё же действительно поспешила наверх. Голос всё не затыкался. — Мальс, ты тоже посмотри! Это нечто невероятное! Этот остров словно в огромном мыльном пузыре!       — Рихтер, двадцать три годика, до сих пор не научился отличать архипелаги от островов.       — Да блин, Юль, это неважно! Я просто хочу, чтобы все это увидели! Пошли тоже посмотрим!       — Рихтер, двадцать три годика, действительно не понимает, что кто-то должен следить за курсом, а кто-то за пленными. Дай небо ему мозгов.       — … господи, как я терплю тебя столько лет-то.       Рони негромко рассмеялась. Трио Робинсонов по своим отношениям несколько напоминало фармацевтов. Вернее, Юлих напоминал Шачи. Тоже довольно ехидная личность. Вот только в отличие от рыжего, все шутки Юлиха касались только его брата, Рихтера, все остальные же могли в его присутствии вздохнуть спокойно. В присутствии же третьего пирата Чистых Принципов, Мальсибьера, серьёзными становились все трое.       Жанна как-то сказала, что они очаровательны в своём сочетании. Рони не была уверена, что правильно поняла скрытый подтекст, но не могла не согласиться. Эта троица ей безумно нравилась. Особенно тем, что они в силу врождённой любви к чистоте по доброй воле занимались уборкой кухни. Цены им за это не было.       Было уже довольно поздно, так что Рони опасалась, что в сумерках архипелаг можно будет рассмотреть разве что из комнаты управления, но она ошиблась. Стоило ей открыть дверь на палубу, как у неё буквально перехватило дыхание.       На небе закат уже давно наступил и сейчас подходил к концу. Первые звёзды в небесах уже давно выступили и сейчас были отчётливо видны, но горизонт до сих пор был ярко-алым, а облака у него — багровыми. Это могло показаться чем-то мрачным, но оттенки цветов были тёплыми, что заставляло при взгляде на это великолепие разве что улыбаться. Чуть правее исчезающего в водах солнца было нечто вроде острова. Рони не могла сказать, что никогда не видела ничего подобного. По сравнению с тем же небесным островом Сабаоди заметно мерк, однако его деревья… огромное количество многовековых деревьев, из которых состоял архипелаг, буквально светились изнутри. Сияли. Переливались. Рони понятия не имела, что это был за вид такой, но он был прекрасен.       В небо над архипелагом ежесекундно поднималось огромное количество мыльных пузырей. Их было видно даже из моря, в паре километров от земли. Казалось, что их разом выпускают сотни любителей мыльных пузырей, однако для чего-то подобного шарики были слишком огромны и слишком постоянны. Неужели это природное явление?.. С трудом верилось.       Рядом присвистнул недавно вышедший на палубу Пенгвин: — Ничего себе. Какая красота. Особенно парк развлечений! — Рони с лёгким удивлением перевела взгляд на довольно заметное светящееся колесо обозрения. Не заметить его было невозможно. Однако внимания на его существование Рони особо не обратила. — Чёрт, сходить бы туда!..       — А то, — уныло поддакнул неизвестно откуда материализовавшийся Шачи, — но он наверное жутко дорогой. Все деньги на него уйдут.       Рони нахмурилась: неужели парки действительно такие дорогие? В своём мире она не была в них ни разу, однако такого желания побывать не испытывала.       — Так украдите, вы пираты или кто? — троица пиратов переглянулась. Упрёк от десятилетки больно резанул самолюбие, однако он явно был прав.       — Как думаете, а там есть медведицы? — вопрос Бепо остался проигнорирован, так что ему оставалось лишь поникнуть. — Ладно, пойду, сменю Юлиха-сана. Думаю, ему пока рано доверять швартовку субмарины. Извините.       — Юлиха? А разве не Рихтер объявил по громкой связи об острове? — несколько удивлённо поинтересовался Пенгвин.       Бепо покачал головой: — Юлих-сан. Просто Рихтер напросился с ним, чтобы ему скучно не было.       — …это всё объясняет.       Спустя полчаса подлодка вошла на территорию архипелага. Пираты довольно быстро заметили вывеску «туристическая зона» и решили остановиться там, но, увидев ещё на приближении к обозначенному месту несколько постов дозорных, внезапно передумали и поплыли дальше.       Пока Бепо разбирался с управлением, Пенгвин сошёл на сушу и расспросил нескольких местных о положении дел на архипелаге, после этого вернулся обратно и рассказал обо всём Бепо и остальной части команды. Отсутствовала только Зюса.       — Вот смотрите, здесь все деревья пронумерованы. Мы прибыли в туристическую зону — это деревья, ну, рощи, иначе говоря, с номерами начиная с сорокового по сорок девятый включительно. Обычно здесь можно оставить корабль и, особенно не опасаясь за его благополучие, уйти по своим делам, но по какой-то причине сейчас на острове особенно много дозорных, потому нам остаётся только зона беззакония. С нулевого по двадцать девятое дерево. Чем меньше номер, тем хуже район.       Рони порядочно нахмурилась, осмысливая сказанное: — Погоди-ка, то есть нам придётся швартоваться в нулевой роще, что ли?       — Нет-нет-нет, ты не поняла, — Пенгвин решительно покачал головой, прерывая её предположения. — Нулевая роща — это совсем беззаконие. Работорговля и чёрт знает что. Нам нужно что-то поприличнее.       — Первая роща? — со скепсисом предположил Шачи.       Команда в ожидании уставилась на Пенгвина. Фармацевт снова вздохнул.       — Нет, двадцать первая роща. В ней чаще всего швартуются пираты и из всех рощ в зоне беззакония она самая нормальная. Ну, по крайней мере мне так передали.       Теперь вздохнула уже Рони: — Будем надеяться, что тебя не обманули…       Выяснить положение дел конкретнее так и не оказалось возможно — к тому моменту, как они нашли нужную рощу, уже совсем стемнело. Бепо аккуратно пришвартовал субмарину и отчитался о проделанной работе. Рони было несколько непривычно такое пристальное внимание к собственной персоне, но мешать ему она не стала. В конце концов, она сама вызвалась на должность старшего помощника.       После пиратка собрала всех в гостиной и строго-настрого запретила покидать субмарину до утра.       — Мы не знаем, что это за остров и насколько он опасен. Наша цель: найти Джевелри Бонни, чем мы и займёмся завтра с утра. Так что даже не думайте разбредаться.       Спорить с ней вызвался разве что Шачи, уже настроившийся посетить парк аттракционов, но умеренная порция издёвки в вопросе «сколько тебе лет?» всё же поумерила его пыл, и он отказался от этой затеи.       Взяв с Трафальгара слово не делать глупости, Рони окончательно успокоилась. Если следовать её же приказам, то ничего плохого не случится. Сейчас стоило пойти спать и…       Но сейчас была ночь, а Рони была временным капитаном. Собственная власть пьянила и предлагала странные поступки. Следовало пойти спать, чтобы хорошенько выспаться и завтра быть полной сил, но вместо этого Рони переоделась и вышла на улицу.       В конце концов, чем плоха небольшая разведка?..       Да и возможность не выполнять собственные приказы безумно грела душу.       Улица была шумной и людной, люди много пили и веселились и совершенно не выглядели так, будто могли напасть. Рони не чувствовала от них опасности, но на всякий случай прислушивалась и следила за ними в оба. Чуть позже, осмелев, даже пробовала удивительные лакомства, продающиеся только в этой части Гранд Лайн. Спонтанная разведка всё больше напоминала беззаботную прогулку. Она просто шла туда, куда глаза глядели, и старалась как можно лучше запоминать обратную дорогу.       Примерно так она случайно и оказалась на очередном причале на другом конце рощи. Рони уже собиралась было уйти, но внезапно её прервал один довольно странного вида корабль. Рони чуть нахмурилась, желая рассмотреть флаг, и замерла.       Череп на фоне пиццы. Самое глупое изображение из тех, что ей доводилось видеть. Однако по описанию самое знакомое. Это был флаг пиратов Джевелри Бонни.       Это можно было бы посчитать великолепным шансом. Шансом дождаться ночи, проникнуть в каюту этой бестии и за волосы притащить её на корабль приводить капитана в нормальный вид. Благо, кольца из кайросеки были при ней.       Если бы не одно «но». Корабль был абсолютно пуст. Ни единой души. Нужно быть совсем идиотом, чтобы бросить судно в порту, полном других пиратов, так какого чёрта?!       Однако ответить ей на этот вопрос не смог никто.