Вслед за ронинами

      Часть 1. Фрей Уилсон, «братья Робинсоны».

Фрей представлял из себя низкого полного мужчину лет тридцати-сорока, с мышиными волосами и завивающимися усами. Выражение лица у него было приятным и до того добрым, что возникал вопрос: как, собственно, он вообще оказался среди пиратов? Особенно удивляло апельсиновое дерево, которое оный отказывался выпускать из рук. Фрей был похож на типичного американского фермера из комедийных ситкомов. Но никак не на пирата. Как сказал Шачи — Фрей и был фермером, которого капитан затащил в команду. Он даже растения с собой взял. И животных. Так что с пропитанием у них проблем больше никогда не будет. И с врагами тоже, поскольку новичок изначально умел пользоваться оружием. Рони понятия не имела, по какому принципу Ло набирал команду, но на КПД он явно не ориентировался.

      Фрей не очень любил водить субмарину в экстремальных ситуациях. По его мнению, такого рода корабли были произведением искусства, не меньше. Их нужно было использовать в качестве кораблей передвижения королевских особ или же учёных. В конце концов, дно морское до сих пор толком никем не изучено, и использовать для этого субмарину было бы не только умно, но и благородно.       Вот только кто б его слушал.       Впрочем, пиратская доля мужчину тоже вполне устраивала. Почти всегда. Но не сегодня.       — Свет выбило! Мы все умрём! А-а-а!       Главной проблемой жизни Фрея был не столько Маринфорд, к которому они приближались, ни лёд, покрывший большую часть поверхности, ни периодически падающие в водную гладь снаряды.       Главной проблемой Фрея было то, что в это непростое для команды время в помощь с управлением субмариной ему дали идиотов.       — В темноте невозможно управлять подлодкой!       Фрей сделал глубокий вдох, а затем и выдох, и лишь потом произнёс: — Рихтер-кун, не верещи. Лучше открой панель слева от тебя и достань запасные лампочки. Их вкрутить — дело двух минут.

      — Шатен — Рихтер, — продолжал вещать Шачи, давая сомнительные характеристики новичкам.       — Он на какую-то звезду похож, но я не помню, на какую.       — Наверное. Правда, очень надеюсь, что человеческую звезду. Если нет, то твое зрение меня пугает, — Рони попробовала щёлкнуть юмориста по носу, но тот неожиданно вовремя увернулся.

      — О, вот как, — то ли спокойный тон подействовал, то ли Робинсон был не так уж и безнадёжен, но мальчишка успокоился и вкрутил лампочки. Свет вернулся, но на этот раз не алый, как прежде, а зелёный.       Больше посылать за хозяйственными покупками фармацевтов он не будет даже под страхом смерти.       Как только его горе-помощники перестали паниковать, Фрею всё же удалось заставить субмарину всплыть на поверхность.       Лёд пугал. При такой толщине тяжёлого льда подлодка имеет все шансы застрять здесь за весьма короткое количество времени. И вытаскивать их придётся только на ледоколе, но вряд ли Уайти Бэй станет помогать никому не известным пиратам.       Оставалось надеяться, что этот лёд — чья-то способность, а не особенность погоды Маринфорда.       Поиски Рони было решено оставить на что-то вроде ударной группы, которой руководил лично Ло. Помимо него в ней состояли Шачи, Пенгвин, Бепо и Жанна. Ло чётко обозначил, почему взял с собой каждого из них, но для Фрея было очевидно, что Пенгвин и Бепо были в качестве грубой силы, Жанна — холодной логики, а Шачи был кем-то вроде «плана зет»: если нормальными методами разобраться не получится, то рыжий просто заболтает врагов до смерти.       Адмиралы адмиралами, а Шачи — страшная сила.       Но вряд ли рыжий фармацевт как-то поможет им с обстрелом из кораблей.

      — Не, дальше самое интересное. Вот это трио — бывшие пираты Чистых Принципов, — Шачи почему-то восторженно улыбнулся, взглянув на стоявшую особняком троицу. Рони его восторга не разделила. Однако шатен, единственный относительно дружелюбный из представленных, покровительственно помахал рукой.       — Чистых Принципов? Они грабители, раздающие деньги бедным? — с удивлением предположила Рони. Зеленоглазый блондин из трио действительно был особенно похож на Робина Гуда.       — Не, ты путаешь с соцработниками, а это пираты, — Рони не особенно помнила, что входило в обязанности соцработников, но что-то ей подсказывало, что и Шачи не прав. — Они довольно сильные, но мало успели награбить и засветиться, потому что прославились тем, что никогда не выходили на дело, не совершив утреннюю уборку. Капитан как их увидел, так сразу и предложил присоединиться. На уборке, кстати, и погорели. Пока в очередной раз драили палубу, всех повязал Дозор.       — Но эти трое же здесь…       — А, их под залог выпустили. Родители помогли, — Рони понимающе кивнула, и Шачи довольно улыбнулся, — так вот. Зеленоглазый блондин — это Юлих.       — Робин Гуд Юлих, — с напускной серьёзностью кивнула кок. Рядом прыснул Пенгвин.       — В точку! И последний…       Рони внимательно посмотрела на голубоглазого блондина, чем-то напоминающего Оливера Куинна из разрекламированного сериала «Стрела». Рони не знала, о чём он, но главный герой, этот самый Оливер, был почти полной копией Робина Гуда. Но различать-то их как-то надо.       — Стрела.       — …Мальсибьер. Хм, Стрела Мальсибьер. Черт, а это звучит действительно круто.       — Согласен, — подтвердил второй Робин Гуд и Стрела по совместительству.       — А фамилия у них Робинсоны! — весело подвёл итог Пенгвин.       Рони прыснула, не веря в такие совпадения: — Братья, что ли?       — По разуму, — подтвердил Юлих.       — Да, конечно. Псевдоним это, — отрезал более серьезный Мальсибьер и, под всеобщий хохот, потащил товарищей к выходу.

      — Юлих-кун! — в отличие от Рихтера, Юлих был более исполнительным. В целом, когда они не тормозили, Юлих и Мальсибьер прекрасно подходили для работы в комнате управления. Умные, быстрые, не так сильно поддающиеся панике. Но в сочетании с Рихтером, единственным шатеном в их трио, общие умственные способности сильно падали, а сами они начинали совершать ошибки. И это при том, что ничего деморализующего Рихтер не делал.       Человек-катастрофа, а не пират.       Пускать всю троицу в комнату управления явно было ошибкой, но звать кого-то из трюма не было возможности. Половина команды сейчас с Ло, вторая половина — с ним. И остаются только Рони, бегающая где-то на главной базе Морского Дозора… зачем её вообще сюда понесло? Тоже захотела убить Белоуса?.. Зюса, вечно летающая где-то в облаках, и Жан Барт, которого пока что не научили всем премудростям управления Полярным Таном.       Надо будет намекнуть капитану, что для нормального управления подлодкой нужно хотя бы человек двадцать. Но пока…       — Да, Фрей?       — У нас не так много ракет, чтобы можно было развернуть полноценное морское сражение, — Уилсон машинально пригладил усы, — но это не значит, что мы просто позволим им обстреливать нас. Рядом с тобой панель с расположением-       — Да, вижу, — перебил его мальчишка, тут же всматриваясь в надписи. Собственно, ничего сверхъестественного там написано не было, так что проблем возникнуть не должно было. — Понял. Стрелять во всё, что окажется достаточно близко?       Фрей кивнул. Умный мальчишка. Кажется, дозорные скоро пожалеют, что вообще решили обстреливать их субмарину.       — Ой, а можно мне помочь? — поинтересовался Рихтер.       Или не пожалеют.       Синхронное «нет» было слышно даже на поверхности.       Часть 2. Жан Барт       Жан Барт не ждал от новой команды чего-то особенного. Всё же ему и так сказочно повезло, раз он смог сбежать от Тенрьюбито. Но судьба к нему была милостива.       Новая команда ему нравилась.        Капитан не лез на рожон и не просил достать звёзд с неба. Более того, именно Трафальгар Ло спас его на Сабаоди, так что здесь было грех жаловаться.        Бепо любил командовать, но, в целом, отторжение не вызывал. Пушистый навигатор говорил много полезного и в целом выглядел скорее как ожившая мягкая игрушка его дочери, чем как суровый пират. Разве можно злиться на игрушку?       Шачи и Пенгвин оказались довольно ехидными и наглыми мальчишками, и пусть Жан Барт понятия не имел, где и когда именно, но чувствовал, что в своих рассказах периодически привирают. Особенно рыжий.        Его дочь тоже так делала. Так что это ему было легко спустить фармацевтам с рук. Всё равно никакого вреда они не наносили.       Фрей и Жанна вызывали у него только искреннее уважение. Оба были хорошо знакомы с морской рутиной и знали, что делают. Таких людей в команде должно быть больше. Жан периодически задавался вопросом, почему Ло не выбрал первым помощником кого-то из них, но так и не мог найти ответ. Спрашивать у новых накама подобное было грубо — он и сам на подлодке без года неделю, — а делать собственные выводы мешал один очень существенный факт: Жан Барт до сих пор не был знаком со Сказочницей. Может, девчонка, пусть и юная, была прирождённым лидером и специалистом по подводным лодкам. Может, она была сильна, как тысяча чертей. Может, она обыграла капитана в карты.       Вариантов была тьма, а просто гадать — бесполезно. Оставалось надеяться, что она и правда скоро вернется в команду, как это и говорил Трафальгар.       Трио Пиратов Чистых Принципов действительно приносили пользу, и Жан мог понять, почему они в команде. Более того, они достаточно сильно различались внешне, потому перепутать их мог разве что слепой.       Но Жан Барт путал. Впрочем, признаваться в этом он был не намерен.       Была ещё Зюса Цукка. Запомнить её имя оказалось непросто, написание — тем более, но в целом девушка была самой обычной. Умная, собранная, опасная. Такой и должна быть женщина на пиратском корабле.       

Зюса была похожа на индуску. Невысокая, около метра шестидесяти, но фигуристая. Тонкая талия, большая грудь и сильные накаченные живот и руки. Одета она была в бежевый топ, приятно контрастирующий с загорелой кожей, и чёрные штаны-шаровары. На руках и ногах было огромное множество различных рисунков и браслетов, самое большое внимание из которых притягивало толстое кольцо на правой руке. Кажется, оно было из чистого золота. Глаза тёмно-карие, чуть раскосые, но пронзительные, с усмешкой следили за Рони. Когда Зюса склонила голову набок, из-под чёрных густых волос показались большие кольца-серьги. Как есть индианка. Её внешность можно было бы сравнить с видом Трафальгара Ло с той лишь разностью, что Зюса была нарисована более ярко. И в тёплой цветовой гамме. На такую трудно было не обратить внимания. Особенно на то, что она была босой.

      Она была яркой, бойкой, пылкой. Много говорила. Вот только её отсутствующий взгляд, периодически упирающийся в стену, несколько напрягал и заставлял думать о призраках или раздвоении личности. Потому общество Зюсы пират старался намеренно избегать.       В глазах Цукки было холодное грозовое небо и ощущение чего-то потустороннего. В суеверия он, конечно, не верил, но, как говорится, беда не случится, если её не звать.       Кто знает, может, девушка могла чувствовать злых духов?       Проходивший мимо Пенгвин на такое заявление лишь покачал головой: — Нет здесь духов. И призраков тоже нет. Если бы были, я бы знал.       —… конечно, Пенгвин, — ответил Жан самоуверенному фармацевту, но не поверил ни на йоту.       Что-то с этой субмариной было не так.       3. Шачи, Жанна.       Шачи был из тех людей, которые мало чего добивались в собственной жизни, но при этом раздавали другим советы направо и налево, которые, сука, работали.       Шачи уже и не помнил, что именно сказал лучшему другу — так, какой-то не то совет, не то шутку. Зато Пенгвин запомнил и догадался повторить Зюсе.       Вопреки всем доводам логики и законам вселенной, девушка попытку подката оценила и пойти с ним на свидание согласилась.       Шачи упорно не мог понять, почему. Просто не мог. Сам он, по сути, мог сказать тоже самое, но вряд ли бы девушка ответила ему тем же.        По-че-му.       Фармацевт медленно выдохнул и упал лицом в столешницу. Кажется, ответов на некоторые вопросы он не узнает никогда.       Со стороны прозвучал смешок. Шачи не нужно было слышать голос вошедшей — по одной только реакции было вполне очевидно, что это могла быть только чересчур проницательная Жанна. Даже Ло бы так не отреагировал — в отличие от язвительной уже-не-новенькой. И ведь за пояс её не заткнёшь — Жанна и старше, и язвительнее.

      Шачи в ответ лишь заносчиво фыркнул: — В чём проблема запомнить новеньких? Вон ту девицу с улыбкой, как у владельца борделя, видишь?       Рони от возмущения аж обернулась, действительно найдя единственную девушку среди новеньких: — Шачи!       — Это Жанна.

      — Смеёшься, женщина? А зря смеёшься. В твоём возрасте уже не смеются, — прискорбно сообщил ей парень и получил заслуженный подзатыльник. Но оно того стоило.       Жанна вздохнула и, судя по звуку, села за стол рядом с ним.       — Если у тебя плохое настроение, это не значит, что стоит портить его другим, Шачи-кун. Выкладывай, что у тебя случилось? — Шачи поднял глаза на женщину. — Ну? Я вечно ждать не буду.       — Ты наверняка будешь смеяться и троллить меня до конца жизни.       — Скорее всего, — легко согласилась шатенка, убирая вьющиеся волосы за уши и полностью игнорируя его кислое выражение лица. — Но это не отменит того факта, что, возможно, мне удастся помочь. Ну?       Шачи выдохнул. Шачи очень демонстративно выдохнул. Но девушку это не смутило. Даже наоборот: она вытащила из комбинезона упаковку печенья и начала их есть, явно настроившись на долгое ожидание.       Осознав, что сокомандницу не пронять ничем, фармацевт всё же расписал свою проблему.       Жанна сделала глоток коктейля, каким-то мифическим образом возникшим в её руках. Хотя, учитывая, что Шачи самозабвенно вещал минут пятнадцать, мимо вполне мог пробегать Фрей, так что на этом фармацевт внимания не зациклил. А вот её слова…       — Шачи-кун, солнце, скажи на чистоту: ты хочешь встречаться именно с Рони-чан или в принципе хочешь с кем-нибудь встречаться? — вкрадчиво поинтересовалась девушка.       Парень скривился: — Именно с Рони-чан, конечно! Но в крайнем случае, я всегда готов к другим вариантам.       — Вот в этом и есть твоя проблема.       — М?       — Смотри, — Жанна отодвинула коктейль в сторону, явно собираясь объяснять всё на пальцах, — откровенно говоря, ты симпатичнее и обаятельнее, чем и Ло-сан, и Пенгвин-кун. И даже наше венценосное трио, хотя, вынуждена признать, Юлих-кун неоправданно хорош собой. Но есть одна проблема.       Шачи самодовольно усмехнулся — хоть кто-то наконец признал уровень его сногсшибательности! И потому поспешил узнать, к чему именно вела девушка: — Какая?       Вообще Жанна сильно преувеличила красоту и притягательность фармацевта, но если бы она этого не сделала, то тот бы её и слушать не стал. Пришлось выкручиваться.       — Твоя манера поведения.       — А-а-а?       — Я не про юмор или что-то ещё. А именно про саму манеру. Ты ведешь себя как заправский Казанова с миллионами белли в каждом кармане. На таких и правда ведутся девушки, но не именно на них, а на их деньги. У тебя же этих денег нет.       Шачи нахмурился: — Ты не можешь быть в этом уверена, — вместо ответа пиратка резко встала с места, перегнулась через стол и влезла к нему в карманы. — Жанна-чан!       — Могу, — флегматично заявила она и села на место. Шачи смотрел на девушку так, будто она покусилась на его честь, но либо за солнцезащитными очками этого было невидно, либо девушка была просто непробиваемой. — Так вот, к чему это я. Именно в поведении кэп и Пенгвин-кун выигрывают. Первый кажется серьёзным и немного загадочным — девушки такое любят. А второй производит впечатление дурачка.       — Хочешь сказать, что идиотов тоже любят?        Жанна цокнула языком: — Не идиота, а дурачка. Улыбчивого парня, слишком простого для того, чтобы даже задуматься об измене. В баре он девушку вряд ли подцепит, но для серьёзных отношений — легко. Зюса-чан не дура, она это видит не хуже, чем я.       — И что ты предлагаешь? — Шачи ведь правильно её понял? Всё это было сказано, чтобы дать ему какой-то совет.       — Избавься от этой напускной ветрености. Если хочешь очаровать девушку, Шачи-кун, выбери себе цель и смотри на неё так, будто между миром и ей выберешь её. Несложно, не так ли?        Несложно. Жанна права.       Шачи сделал глубокий вдох, отложил очки в сторону и спокойно произнёс: — Жанна-чан, твои слова заставили меня прозреть и пересмотреть все свои идеалы. Ты открыла мне глаза, правда. И одно это уже заставляет моё сердце биться чаще-       — Шачи-кун.       — М-м?       — Ты безнадёжен.       4. Пенгвин, Шачи, Жанна, Зюса.       — Ха! Третий кон за мной! — Шачи довольно оскалился и бросил на одеяло двух королей.       В карты они рубились уже, наверное, третий день подряд. Плыть никуда было не нужно, а Мугиварой и Джимбеем Ло занимался лично, лишний раз никого к ним не подпуская. Собственно, никто особенно и не рвался. Но скука — страшная вещь. Так что чем только фармацевты не занимались, желая убить время.       Поначалу, «подкидной дурак» казался самой адекватной и безболезненной альтернативой. Но просто так играть было скучно, потому они быстро перешли в карты на желание.       Адекватные варианты желаний были только у Пенгвина, и то не всегда.       Ло быстро научился делать вид, что обоих фармацевтов видит впервые в жизни. Остальная часть команды — медленно. Зюсе же было плевать.       Несколько конов спустя, было решено сделать перерыв на чай с печеньем. А потом и обед — по времени бы всё так и вышло. Потому оба фармацевта отложили карты в сторону и пошли на кухню.       В помещении уже сидели Жанна и Зюса. Девушки пили чай, беседуя о чём-то своём и периодически косясь на один из нижних кухонных шкафов.        — Дамы, — Шачи сделал подобие реверанса, обращая всеобщее внимание на себя. Жанна хмыкнула. Зюса не отреагировала. — Чем занимаетесь?       — Ждём выпечку, — ответила шатенка, делая глоток чая. — Не знаю, что за сила у Фрея, но это его умение заставлять еду появляться в шкафах — великолепно.       — О, вот как, — легко отозвался Шачи.       Пенгвин застыл. Он совсем недавно общался с Фреем, которого восхищали кулинарные таланты Жанны. Рони, право слово, хорошо готовила, но особым разнообразием её кулинария не отличалась. С момента же её исчезновения блюда на субмарине стали как минимум ресторанного уровня. Чего стоили только канапе. Вкусно, но муторно и мало. Рони бы не стала заморачиваться с их приготовлением даже при прямом приказе капитана. Потому Фрей и грешил на Жанну.       Однако готовка должна была занимать уйму времени, а женщина и в ус не дула и вместо неё ждала мистического появления выпечки.       Пенгвин решил, что, наверное, что-то не так понял, а потому решил уточнить: — Жанна-чан, а ты не путаешь шкаф и духовку?..       Жанна посмотрела на него, как на кретина, и как ни странно твёрдо ответила:  — Разумеется, нет.       — Но Жанна-чан, — не сдавался Пенгвин, — это же ты повар, а не Фрей-сан. Фрей-сан даже не фруктовик. В команде Фрукты ели только капитан и Бепо.       Женщина скептически приподняла брови: — Как я могу быть поваром, если я не готовила ни дня здесь? Более того, единственное, что я могу вам сделать, это чефир и слипшийся рис.       Так, а вот это уже странно.       Шачи почесал затылок, странно глядя на товарища: — Так Фрей же повар. Нет?       — В том-то и дело, что Фрей-сан уверен, что наш новый повар — это Жанна-чан. Разве это не странно?       Пираты переглянулись. Пенгвин глянул на Зюсу, но та лишь покачала головой. Значит, и не она.       Из оставшихся вариантов были пираты Чистых Принципов — пусть они и давно стали частью команды, их до сих пор называли только так, — Бепо, Ло и Жан Барт. Последний отпадал, ибо на плите была слишком маленькая панель с кнопками. С огромными лапами Жан Барта можно приготовить только пресловутый чай. Про готовку Ло и Бепо даже говорить было страшно. Что же до Робинсонов…       Не став ломать голову, Пенгвин разыскал трио и задал сокровенный вопрос им. Но ни один из них не оказался коком.       — Честно говоря, мы думали, что это ваша с Шачи заслуга, — почесал затылок Рихтер, пытаясь разобраться в происходящем, как и сам фармацевт.       Пенгвин поблагодарил его за ответ и вернулся на кухню. Разгадка тайны так и не появилась.       Не могла же еда возникать из воздуха?..       — Думаете, капитан освоил магию? — предположила биркийка.       — Нет, конечно. Магии не существует.       — Но ведь еда стала появляться ещё до нашего отплытия в Маринфорд. Так что это должен быть кто-то из нас. Методом исключения остаётся только капитан.       Пираты одновременно вспомнили, как Ло отскребал от антипригарной сковородки пригоревшую к ней яичницу и синхронно скривились.       — Да, он заколдовал субмарину.       На этот раз не верящих в магию не нашлось.       — Ладно, пофиг, на этом и остановимся, — подвёл итоги Шачи и подошёл к шкафчику. Судя по времени, еда должна уже появиться. Он раскрыл створки, взял небольшой поднос с булочками из рук странного парня в жуткой белой маске и закрыл створки обратно, машинально отправив первую булочку в рот. — Малиновые, прям как я люблю.       Прошла секунда. Две. Четыре. До пиратов наконец-то дошло, что они сейчас увидели, и оказавшаяся прямо у шкафа Зюса мгновенно распахнула створки настежь.       Внутри были только полки с формочками для выпечки и ничего более.       У Пенгвина дёрнулся глаз.       Крик «какого чёрта?!» вышел одинаково ошарашенным.       5. Ло, Джейсон, Фрей.       Где именно он откопал нового кока, Ло отказался отвечать даже под пытками. Но общую информацию он всё же выдал.       Имя: Маркус Джейсон.       Возраст: двадцать четыре года.       Профессия: кок на пиратском корабле.       Нет, он не призрак. И не призрак. И даже не призрак. И да, вы не поверите, он не призрак.       В итоге, когда о том, правда ли у них кок — призрак, спросили даже местные амазонки, доставляющие им еду, Ло окончательно задолбался, плюнул и заявил: — Да, это так!       Он рассчитывал, что после этого от него наконец-то отстанут, поняв, что с психами дел лучше не иметь, но девицы будто засветились, хором выдали: — Вау, мужчины такие странные! — и больше с тупыми вопросами к нему не приставали.       Ло никак не мог понять: рад он такой реакции или крайне разочарован.       По всему выходило, что из адекватных людей на острове только Пенгвин, Зюса, Рейли и пресловутая императрица пиратов, которой просто было плевать на то, кто в его команде работает коком. И если с Рейли понятно, то Пенгвин и Зюса приятно удивили.       … пока Ло не выяснил, что Пенгвин необоснованно уверен, что может видеть призраков, а Зюса почему-то верит всему, что он говорит.       Джейсон не был ни призраком, ни зомби, ни — упаси море — засланным шпионом от команды Мугивары. Каким боком его команда додумалась до последнего, Ло не знал и знать не хотел. Оно и к лучшему.       Его появления чёрт знает где и полное отсутствие на виду объяснялось тем, что Джейсон страдал в некоторой степени антропофобией* и недолюбливал открытые пространства.        — Это не агорафобия*, — раздался голос откуда-то из-за стены.       — Я помню.       — Не агорафобия!       Ло вздохнул, но на этот раз промолчал.        Суть заключалась в том, что он старался не пересекаться с остальными без особой на то необходимости, спал на кухне, а передвигался по вентиляции. Как именно он втискивался в эти узкие тоннели, для Ло было загадкой, но пока тот не застревал, это его почти что не беспокоило.       Вот что его беспокоило, так это еда.       Ло никогда не считал себя особенно привередливым человеком. Он почти всю жизнь готовил себе сам из подручных ингредиентов и выходило нормально. Да, в последнее команда не верила после того провала с яичницей, но это было исключение из правил, нежели обычное дело.       Не суть. В общем Ло готовил себе еду из того, что было, и никогда не выбрасывал что-то из продуктов. Если есть еда, то ты её ешь. Точка. Ни больше, ни меньше.       Вот только из еды у него всегда было то, что он точно бы стал есть. Но это уже подробности.       — Мне кажется, вы слишком привередливы, Ло-сенчо.       — Ничего подобного. Когда коком была Рони, таких ситуаций не возникало, — Ло скривился, отчаянно пытаясь дожевать остатки онигири с умебоши. — А сейчас такое уже… в четвертый раз?       Вот каким извращенцем нужно быть, чтобы использовать хлеб в качестве начинки?       Дрянь какая.       Фрей отпил чай, спокойно доедая свою порцию онигири: — По-вашему, Рони-доно знала хотя бы половину тех блюд и ингредиентов, что использует Джейсон-сан?       —… и то верно. Но больше. Никакого. Умебоши.       Фрей негромко вздохнул: — Как дитя малое…       — Фрей!       6. Все, но Рихтер, Шачи и Бепо в особенности.        Мугивара всё ещё приходил в себя, потому вечерами быстро съедал нечеловеческое количество еды, заставляя особенно впечатлительных нервно пятиться прочь, и отрубался на месте. Остальные ужинали неподалёку, расположившись у костра, и травя байки.       Компания выходила несколько… разношёрстная. Среди них были пираты Сердца в почти полном составе — отсутствовали лишь Рони и Зюса, частенько пользующаяся тем фактом, что она девушка, и уходящая гулять по острову, — бывший Шичибукай Джимбей, производящий впечатление умного и серьёзного человека и, учитывая его знакомство с Монки, заставляя усомниться в обоих определениях, и безоружный, но от того не менее угрожающий Тёмный Король Рейли. Периодически заглядывала сама Императрица Пиратов, чтобы посидеть в стороне ото всех, посмотреть украдкой на Мугивару, и повздыхать.       Выглядело крипово. Но чёрт, какая же она красивая!       Иногда за ограждениями, отделяющими выделенный им кусочек суши от остального острова Амазонок, раздавалось какое-то копошение и негромкое хихиканье. Рихтер был уверен, что это местные чересчур любопытные девушки, вышедшие посмотреть на чужаков. Но ни одна из них так и не показалась, так что ему оставалось только предполагать, грустно вздыхая.       Бепо, кстати, занимался тем же. С момента швартовки у острова женщин медведь, не переставая, пытался выяснить, есть ли на нём медведицы. Даже как-то отважился спросить у Боа Хэнкок. Но та только приподняла брови и язвительно поинтересовалась: — Мне-то откуда знать?       Навигатор сник. Но от мысли не отказался.       В итоге из воды, после случайной стычки с амазонками, вылавливать его пришлось всей командой. После этого пыл медведя слегка поутих, но Рихтер был уверен, что это не надолго.       Ужин шёл примерно также, как и обычно, и потому казался мирным. Спокойным. Таким, каким он и должен быть.       Рихтер безумно ценил такие моменты его жизни.       А вот Шачи считал их скучными, и потому внезапному заявлению рыжего фармацевта никто даже не удивился: — А давайте устроим вечер историй, — Рейли слабо приподнял брови, словно желая уточнить «сколько лет тебе, мальчик?», но Шачи был не то слепым, не то очень твердолобым. В итоге Тёмный Король просто хмыкнул, явно решив оставить происходящее на откуп Ло.       — Ты пытаешься устроить вечер историй уже в четвёртый раз. Не надоело? — скептически поинтересовался Юлих.       — Нет. Хоть раз же должно получиться.       — Но зачем? — на этот раз встрял сам Рихтер.       Шачи самодовольно усмехнулся: — Разве не очевидно? Время рассказать страшную тайну нашей субмарины: легенду о ночной сирене.       Пираты Сердца массово застонали. Даже Жан Барт.       Джимбей просто не понял, но пояснять ему никто ничего не стал.       7. Ло, Рейли.       На Амазонии Лили было на удивление тихо. Впрочем, это было легко объяснить тем, что сейчас пираты были заняты сборами. Провизия, некоторые полезные штуки, таки выторгованные у амазонок через импровизированный забор, проверка состояния подводной лодки… Последнее, правда, проверили ещё при швартовке — всё же вряд ли Полярный Тан был предназначен для маневрирования под атакой двух адмиралов, — но лишняя осторожность не повредит.        На улице дул приятный прохладный ветер и негромко шумел прибой. Погода буквально манила на прогулку, но прогулка была последним, о чём сейчас думал Ло.       Они вернутся на Сабаоди, подберут Сказочницу и… и что дальше? Может, Ло и не принимал непосредственного участия в битве при Маринфорде, но он прекрасно помнил, какие монстры там были. И какие находятся сейчас на острове.        Ло всегда считал, что он довольно силён, но…       В своей текущей форме он не сможет справиться не то, что с Рейли, но и с Хэнкок или Джимбеем. У обоих Шичибукаев было больше опыта в сражениях, плюс они были слишком быстры.       Даже если Трафальгар активирует силу Опе-Опе, у обоих неплохие шансы вырубить его прежде, чем он успеет сказать «Room». Стать сильнее не просто желательно, но жизненно необходимо.       Но как? Вряд ли ему на голову свалится пират-репетитор, как Мугиваре. Ло дьявольски везло в этой жизни, но за каждую удачу приходилось платить. Он смог сбежать, когда мировое правительство убивало жителей Флеванса, но его родные — нет. Он смог покинуть пределы города, но ради этого провёл часы среди трупов людей, которых когда-то знал. Он смог найти Опе-Опе, но попал в руки к чудовищу. Он смог выжить, но потерял Коразона.       Сомнительная удача, не так ли?..       О том, что судьба ему подбросит за возможность стать сильнее, даже думать было страшно. Ло устал хоронить людей.       Лучшим вариантом было бы как-то навязаться в ученики Рейли — Тёмный Король наверняка сможет натаскать ещё одного пирата, но, во-первых, следовало бы подтянуть не только Ло, но и всю команду, а во-вторых, хирургу хватило одного взгляда на насмешливую улыбку накама Золотого Роджера, чтобы понять, что его пошлют куда подальше.       Впрочем, кое-что он сделать всё же мог.       Ло старался вести себя непринужденно, словно бутылка эля в его руках — случайно возникший аксессуар, а не небольшая символическая взятка. Однако выражение лица Сильверса так и говорило о том, что ему не поверили ни на миг.        Впрочем, останавливаться он не собирался: — Рейли-я, — Бепо как-то сказал, что потрясающие манеры его и погубят, но Ло было чертовски плевать, — позвольте вопрос.       Мужчина хмыкнул, наверняка догадываясь, что именно у него будут спрашивать. Но бутылка эля в его руках всё же несколько улучшила настроение старика, и тот решил дать ему шанс: — Ну?       Главное, угадать с вопросом.       — Какой вам смысл тренировать Мугивару?       — Мальчишка слишком слаб для Нового Мира. При нынешнем уровне дальше Мистории он не проплывёт. Собственно, ты не лучше.       Ло пропустил насмешку мимо ушей. Это было неважно.       — Думаете, вы сможете улучшить его уровень владения Дьявольским Фруктом?       — Кто сказал, что я буду учить его этому? — вот оно. — В Новом Мире можно прожить без силы Дьявольского Фрукта, но отсутствие Воли его погубит.       Погодите. Воля?       — Воля?..       — Особая сила, скрытая внутри человеческого тела.       Глаза Трафальгара полыхнули жадным интересом.       — Ей может научиться каждый?       Рейли оскалился: — В ученики не возьму.       — Вы не ответили, — отозвался Ло. На лице Тёмного Короля вспыхнуло понимание — Ло не выглядел особо удивленным, а значит…       Капитану пиратов Сердца уже было известно о Воле.        — В целом — да. Во многом это зависит от силы воли, — он усмехнулся, — человека и его готовности идти до конца. Был бы пример перед глазами, и её можно будет не просто освоить, но и отточить. Есть кто-то на примете?       Ло позволил себе довольно улыбнуться: Рейли даже представить себе не мог, насколько он прав. _____________________________________________________ *первое — боязнь людей. второе — боязнь открытых пространств. Джейсону принципиально, чтобы его не обвиняли в последнем.