Потерянные судьбы

ТАКОЕ пробуждение Анариэль бы точно никогда не отнесла к списку приятных моментов ее жизни. Голова раскалывалась так, будто девушка последние три недели не вылезая из баров, хлестала галлонами теплое дешевое пиво. Прибавьте к головной боли временами подступающую тошноту, ноющее жжение в тех местах, где тонкую кожу вспорол кинжал, и распухшую до размеров кометы лодыжку. И хреново – это не то слово, которым можно описать самочувствие Риэль, вернее, это слово единственное из цензурных, которое крутилось в голове, стонущей от боли девушки. Анариэль долго не решалась открыть глаза, так как предчувствовала, что если сделает это, в ее голове раздастся гимн Америки в исполнении медных колоколов. Она, несомненно, любила музыку, может даже и перезвон колоколов, но Бога ради, только пусть они играют свою мелодию в другом месте. Голова же сейчас просто взорвется. Стараясь сдержать тошноту, девушка попыталась медленно открыть глаза, и у нее даже получилось, так как по ним тут же резанул яркий свет. Риэль зажмурилась и сосредоточилась на своем неровном дыхании. Постепенно закрытые глаза начали привыкать к свету, и девушка их открыла, очень быстро моргая. Взгляд сразу же уперся в невысокий каменный потолок и такие же стены. Из маленького окошка почти под самым потолком, пробивались теплые солнечные лучи. С улицы не доносилось ни звука, стояла необычайная тишина, лишь изредка нарушаемая криками никогда неугомонных чаек. Риэль с тихим стоном уселась на полу, и сонно потерла глаза. На пальцах остались черные комки вчерашней туши для ресниц. Мышцы затекли после долгого лежания на твердой поверхности. Девушка упиралась руками в гладкий деревянный пол и всеми силами пыталась сохранить равновесие. По всему телу разливалась слабость, будто она превратилась в кучку тягучего меда и самой ей поливали свежие блинчики. Именно так она себя и чувствовала. Растекающейся лужей. Анариэль удивленно огляделась по сторонам и, к сожалению, отметила, что все-таки находилась она не дома. Весьма прискорбная новость, нужно заметить. Девушка сидела на полу маленькой камеры, отгороженной от небольшого помещения толстой решеткой. Хоть вокруг было чисто, но мысль о том, чтобы провести здесь последние дни своей жизни ее нисколечко не прельщала. «Нужно выбираться отсюда, я же обещала своей любимой кошке, что никогда не оставлю ее одну надолго»,- мысленно рассуждала Риэль. Ха. С тихим кряхтением девушка поднялась с деревянного пола и потянулась всем телом, разминая затекшие мышцы. Порезы жутко болели, и голова все еще кружилась, но Анариэль постаралась забыть об этом на некоторое время. Так-с, что тут у нас? Ага, прочная решетка камеры из нержавеющей блестящей стали, три замка, которые она заметила краем глаза. Неплохо, однако. Девушка на минуту задумалась, водилась ли она в последнее время с особо опасными преступниками, так как другого объяснения ее заключения она найти больше не смогла. И вряд ли сосед, которого Риэль сдала его жене в том, что он ей изменяет, стал вот таким образом ей мстить. Да, это точно бред. Вплотную приблизившись к решетке, девушка несильно ее потрясла, в надежде, что, может быть, ей повезло, и ее забыли запереть. «Рэниари, ты ходячий наивняк!» - мысленно обругала себя девушка, все же продолжая трясти неподдающуюся решетку. - Даже не надейся…- произнес невероятно красивый глубокий голос, откуда-то спереди, на что Риэль удивленно вскинула голову. И замерла. Около разженного старинного камина викторианской эпохи, покуривая элегантную, на вид дорогую трубку, в плетеном кресле мирно покачивался молодой человек лет двадцати пяти. Аристократические черты слегка бледного лица, красивая линия губ, волевой подбородок, раскосые глаза необычайно глубокого синего цвета, с пушистыми белыми ресницами. Волосы белые, и если у самой Риэль они были с оттенком жидкой ртути, то волосы незнакомца были белы точно только что выпавший снег. Они полностью закрывали уши, спускались до широких плеч гладкими прядями и красиво блестели в свете солнечных лучей. Мощный торс и сильные ноги подлили масла в огонь, который разгорелся в груди ошеломленной девушки. Выглядела она сейчас, должно быть, весьма нелепо, с широко распахнутыми глазами, грязная, помятая. Очень неуютно было стоять под пристальным взглядом синих глаз, не без интереса разглядывающих ее скромную персону. Девушка почувствовала, как щеки заливает краска смущения, и первая отвела взгляд, отчаянно пытаясь сосредоточиться на рассматривании окружающей обстановки. Что получалось, стоит заметить, весьма трудно. Никогда с ней такого не было, чтобы вот так просто, при взгляде на парня, у нее бешено колотилось сердце, и слова вылетали из головы куда-то в область солнечного сплетения. Хотя, может быть, она просто напугана. Да, скорее всего. Потому что было, что-то в этом безупречном незнакомце отталкивающее, заставляющее Риэль отступить на два шага назад от решетки. Девушка все же осмелилась поднять взгляд к глазам парня, изучающим ее с холодным интересом. «Что, черт возьми, ему от меня надо, им ВСЕМ от меня надо?». Этот же вопрос она задала вслух, на что получила весьма неопределенный ответ. - Лично мне, ничего. А вот моему знакомому ты смогла бы оказать одну маааленькую услугу, - с холодной усмешкой на идеальных губах произнес аристократ. У Риэль в душе все похолодело. – Как твое имя, деточка? - чуть ли не с отцовским интересом поинтересовался он. – Я Джошуа, - выдохнул парень, и по-доброму так улыбнулся. Ага, так змея, будь у нее губы, улыбнулась бы своей жертве, перед тем как заживо сожрать. У Анариэль не было ни малейшего желания поддерживать с этим напыщенным индюком светскую беседу, потому как весь дурман, навеянный его неземной красотой, из головы выветрился. А когда Риэль не хочет разговаривать или отвечать на вопросы, она грубит. Язвит, насмехается, называйте это как хотите, но факт остается фактом. - А я, - начала девушка, - твоя немного опоздавшая Смерть, – тут Риэль повторила предыдущую улыбку Джошуа. Очень похоже, кстати, так как он недовольно скривился. Анариэль же, лишь мысленно усмехнулась. А мы оказывается, не любим, когда над нами насмехаются и не выполняют приказы? Ух, ты Боже ж мой, какие мы ранимые. Ну, ничего, привыкай голубчик, если намереваешься держать меня здесь, сколько душе твоей будет угодно. На лице Риэль расплылась коварная ухмылка, такая, которая обычно до чертиков пугала дядюшку Рэя. Он за такие вот улыбочки обычно отвешивал ей смачную оплеуху. Конечно, если не считать, что девушке был двадцать один год, и она не нуждалась в подзатыльниках. Но Рэй так не считал. Вы когда-нибудь пробовали утихомирить распинающегося в нотациях родителя? И правильно, не стоит. Риэль улыбаясь, начала перекатываться с пятки на носок в своих ничуть не потрепавшихся новеньких сапожках. Она ждала последующих действий от своего незадачливого похитителя. Джошуа изящно убрал ото рта докуренную трубку и положил ее на невысокую тумбочку рядом с креслом качалкой. Плавным движением поднялся с него и размеренным шагом направился в сторону камеры, где и держал свою заключенную. Риэль еще раз про себя отметила, какие широкие плечи имел Джош. Не мужик, а конфетка. Пару секунд и послышался щелчок – Джошуа распахнул камеру и жестом пригласил Анариэль выходить. Прямо таки джентльмен, чтоб его понос скрутил. Девушка прошла мимо застывшего около калитки парня и прошла к креслу, вальяжно в нем устроившись и закинув ногу на ногу привычным движением. С тяжелым, полным удовольствия вздохом откинулась на спинку и на мгновение расслабленно прикрыла глаза. Сейчас ей было наплевать на стоящего рядом похитителя, наверняка ошалевшего от ее поведения, и на все что свалилось на нее за последние два дня. Головная боль временами возвращалась и в попытках прогнать ее, девушка терла виски подушечками больших пальцев. - Кхм, кхм, - раздалось над головой развалившейся и наслаждающейся комфортом Риэль. – Твою головную боль я вылечить не смог, - холодно осведомил Джошуа. - А я просила? – скептически удивилась девушка. Ей изрядно поднадоело жжение в плече, и она, откинув за спину спутанные длинные волосы, принялась, чуть ли не со слезами на глазах, разрезать кожаную ткань комбинезона, выуженным из-за голенища сапога кинжалом. Жалко костюмчик то. Ткань прилипла к порезу и когда Риэль отодрала ее, частички все же остались в ранке. Так и заражение крови заработать не долго. Етить колотить всех этих похитителей. - Эээм…выглядит ужасно, - честно признался Джошуа, с едва уловимой в голосе виной. Да и эта едва уловимая наверняка ей причудилась. - Без тебя знаю, - огрызнулась девушка, злобно сверкая черными глазами в его сторону. – Если бы не вы, грязные ублюдки, ничего этого не произошло. Я сейчас сидела бы на своем любимом диванчике дома и смотрела это тупое телешоу на юмористическом канале, - даже такая мысль согревала душу обиженной на весь свет девушки. А ведь она точно не выберется отсюда в ближайшее время. Хорошо хоть, что обстановочка веселенькая такая, не считая камеры. А то б она повесилась на своих же волосах с горя. В больную головушку еще и не то взбредет. Или она обмотает ими шею одного рядом стоящего господина, злобно улыбающегося и очень быстро приближающегося. Секунда и Риэль уже висит в воздухе со сдавленной шеей в сильных руках. Хрипя и матерясь одновременно, что получалось не очень, как вы могли догадаться, девушка вцепилась в темный воротник плаща Джоша и дико вырывалась. Воздуха в легких уже не хватало, поэтому включив наконец-таки свои мозги, Анариэль перестала бултыхаться в воздухе и сосредоточила свое внимание на каждом вдохе и выдохе. - Умничка, - зловеще протянул Джош, - не будешь брыкаться, не будешь задыхаться. Ох, так мы еще и поэты? Девушка злобно уставилась в такие же полыхающие яростью глаза и вовсе перестала дышать, когда услышала что в комнату кто-то вошел. - Мой Господин, - с обожанием в светло карих глазах защебетала стройная девушка, одетая в легкое платье зеленого цвета, - для вас сообщение, - девушка мило улыбнулась и заправила выбившуюся из сложной прически на макушке прядь волос. В ней и Джошуа прослеживалось некое сходство, разве что черты лица были чуть заостреннее и глаза не были такими большими. Волосы цвета спелой пшеницы были уложены в сложную высокую прическу из кос, как Риэль уже успела заметить. Если Джошуа и заметил кокетливое поведение молоденькой девушки, то ничем это не показал, ни один мускул на безупречном лице не дрогнул. Медленно разжав пальцы на шее Анариэль, Джош еще раз окинул судорожно хватающую ртом воздух девушку. Риэль неприлично отплевывалась, и даже пару раз успела задеть начищенные до блеска черные лаковые туфли похитителя. Мысленно потерев руки от удовольствия доставленного проделанной пакостью, Риэль поднялась с колен, отряхнула комбинезон, ни на йоту не ставший чище, и уселась обратно на уже облюбованное кресло. Приготовилась любоваться на предстоящий разговор между двумя сообщниками, по крайней мере, Анариэль предполагала, что они были сообщниками. - Госпожа Эриннэ просила передать вам, что с ней все в порядке, - после этих слов взгляд Джошуа смягчился и потеплел, губы тронула едва заметная добрая улыбка. Риэль предположила, что речь шла о девушке, которая очень даже не безразлична ее похитителю. – Она так же просила передать, что времени еще предостаточно, не стоит спешить. Джош недовольно нахмурил брови и легким взмахом руки велел девушке покинуть комнату, та кротко поклонилась и выпорхнула за дверь, словно маленький мотылек. Чертовщина какая то! Она ему поклонилась? Господин? В каком веке, мать твою, мы живем? Надеюсь, сейчас из камина не выберутся крохотные домовые и не подадут мне чай. Иначе пиши, пропало, мозг ждет станция «УВНС» - улетел, вернусь не скоро. Хотя от горячего чая она бы сейчас не отказалась. - Ну, так и будем сидеть молча?- Джошуа развернулся на каблуках туфель к сидящей все в том же положении девушке. - Могу канкан забацать, - равнодушно пожала плечами Риэль и ослепительно улыбнулась. - Не стоит язвить, малявка, я прихлопну тебя как надоедливого жука одной левой. Я спрашиваю твое имя, ты отвечаешь. Все просто,- похититель сложил на груди руки и обратил на нее выжидающий взгляд. - Все просто. Я бью тебе промеж ног и ухожу домой спать, - парировала девушка. «С чего это ему так хочется знать мое имя? Вот из принципа не назову. А может и назову. Вот такое вот я неопределенный человек. Хах.» - Ну же, я жду, - Джош опять начал терять терпение, так как лицо его начало покрываться небольшими красными пятнами. А глаза… глаза стали ЧЕРНЫМИ! - Эээ, - девушка сидела с широко открытым ртом и пыталась связать хоть пару слов в приличное предложение. – Твои глаза! – не очень большое предложение, собери мозги в кучку Рэниари. - Что мои глаза? Стали жуткими и черными? – убрав со лба прядь белоснежных волос, Джошуа поднял с пола около камина аккуратную табуретку и уселся напротив ошалевшей Риэль. - Ты что, с луны свалилась? – удивлению, поселившемуся в глазах парня, не было конца края. – Это свойство эльфийских глаз. Когда я рассержен они становятся темными, и наоборот. Это знает с рождения каждый ребенок. Анариэль зашлась в истерическом хохоте, хватаясь за живот и утирая выступившие от смеха слезы. Сказанул то, а! Каков мастак. Эльфийские глаза? Ага, он бы еще назвал свои глаза птичьими, мышиными или собачьими. Джошуа случаем не тот негодяй, которого уже два месяца ищет полиция, и который поставляет городу отменную травку? То, что она была отменной, она слышала от местного наркомана. Да, и таких знакомых имеем. Что поделать, в нашем жестоком мире не помешают любые связи. Ну, это Риэль уже конечно иронизирует, но суть вы уловили. Вдоволь насмеявшись, девушка нервно сглотнула и, пытаясь опять не заржать, снисходительно так поинтересовалась: - Эльфийские глаза, говоришь? Ну-ну. Риэль неприлично икнула и закрыла рот ладошкой продолжая посмеиваться. От непрерывного смеха в голову опять вступило, и девушка тут же посерьезнела. - Голову твою я вылечить не смог, - сочувственно произнес Джош. Ишь ты, какие мы наблюдательные. – На твое подсознание наложен мощный магический шит, нити которого я разорвать не могу, не повредив твой головной мозг. Он что, все-таки решил меня убить? Я же просто помру от смеха сейчас! Так нельзя. - Мужик, ты что курил, осмелюсь спросить? – Джошуа несколько раз непонимающе моргнул глазами и выдал: - В каком смысле? - В самом, что ни на есть прямом, родненький, - ой, куда это ее понесло? Не дай Бог еще воспылать материнскими чувствами к такому взрослому пареньку. – Ты сам-то себя послушай! – воскликнула девушка и от переизбытка эмоций подпрыгнула на месте. – Несешь сплошную ахинею. Эльфийские глаза? Ну ладно, это еще я могу понять. Какие сравнения, вам наркоманам несчастным, только в голову не придут. Но «На тебя наложен мощный магический щит»? Даже начало предложения звучит как записки сумасшедшего. Сам посуди. Какая к черту магия? - Как какая? Эльфийская конечно, - округлил глаза Джош, смерив Риэль таким взглядом, что сама она чуть было не почувствовала себя сбежавшей пациенткой из клиники для душевно больных. Хотя она припоминала, похожую ахинею рассказывал иногда Рэй, когда выпивал. Случалось такое редко, но случалось. И вот теперь какой-то чокнутый говорил ей почти тоже самое. «Поверить не могу! Я что, схожу с ума?» - Магии не существует, Джошуа, - заверила его ничего не понимающая девушка. И тут случилось невероятное. Не вписывающееся не в какие рамки и собственные ее убеждения. Пугающее и одновременно захватывающее. В раскрытых и сложенных чашечкой ладонях Джоша расцвел невероятными красными оттенками огненный цветок. Он был так красив, что невозможно было оторвать от него восхищенного взгляда. Риэль хотелось погладить выпуклые лепестки, дабы убедиться, что растение вполне настоящее, и воображение не сыграло с ней злую шутку. Только девушка приблизила дрожащую руку и огненным лепесткам, как тут же отдернула ее, испугавшись следующих слов юноши. - Я эльф, - уверенно произнес Джош, - и я до конца не уверен, но должно быть, ты тоже, - парень положил одну руку на другую и цветок, с тихим хлопком, исчез. Риэль почувствовала, что сердце зашлось в бешеном ритме от только что произнесенных Джошуа слов, так как после увиденного она действительно поверила ему! «Господи! Похороните меня за плинтусом!»