Реакции, гороскопы и мини-фанфики по BTS :)

*и/к — имя коллеги. Не так ты планировала провести первую годовщину ваших отношений. Не одна в дорогом отеле. Вернее, не один. Но обстоятельства предоставили тебе не самый приятный выбор: скрываться от Мина, пока не станешь прежней, или рассказать ему все. И вот ты сидишь и перечитываешь вашу переписку с самого начала знакомства. Улыбаешься и грустишь одновременно. — Как такое возможно?.. — произнесла ты и взглянула припухшими от слез глазами на свое новое тело. Через несколько минут в дверь твоего номера постучали. Ты даже не подумала пойти и открыть или хотя бы взглянуть кто там. Только сидела, ощущая ритм сердца, которое билось так, будто ты висела на надорванной веревке и вот-вот могла сорваться в беспросветную бездну с ужаснейшим монстром…

Несколько дней назад…

Мин был не готов к настолько холодной зиме, хотя ты не раз предупреждала его, что стоит приобрести хорошую куртку на такой мороз. Однако он отказывался, уверенно бросаясь фразой «прошлые две зимы были теплыми, чего зря тратить деньги». Тебе хотелось плюнуть на него, но это оказалось совершенно невыполнимо. О близком человеке не беспокоиться, когда есть повод для беспокойства, едва ли не противоестественно. Поэтому ты, чтобы перестать переживать о риске серьезной болезни любимого человека в холодный период года, решила самостоятельно купить ему такую нужную вещицу и поехала в торговый центр, в котором подходящих хороших магазинов было достаточно. Конечно, народу там всегда было много, но в этот день почему-то особенно. Было сложно пробираться через такую толпу. Большинство людей словно совсем сошло с ума: они толкались и сами же ворчали и ругались, будто все они из царской семьи, а ты — из черни в лучшем случае. В какой-то момент ты потеряла терпение и оттолкнула локтем мужчину, больно пихнувшего тебя в плечо. Он повернулся к тебе, распахнув глаза от клокотавшего в нем возмущения, и сказал: — Дура! Вы молодые — еще никто в этой жизни, а борзые, как будто чего-то стоите! — Извините, но не надо обобщать! Вы меня «облапали»! Думаете, я терпеть такое должна? Пользуетесь тем, что в толпе тесно! — ты со злости после несправедливых фраз в свой адрес решила подставить того мужчину и поэтому, не жалея голосовые связки, высказала все, что пришло на ум. Поток людей не остановился, но замедлился. Любопытные и готовые к жестокому осуждению взгляды обратились на твоего нежелательного собеседника. Он это заметил и, бросив на тебя липкий и крайне недобрый взгляд, пошел дальше. Ты немного постояла и пошла в удачно находившийся рядом магазин с зимними куртками. Тебе удалось найти очень хорошую и на вид подходящую Юнги куртку на морозы, хоть и по немалой цене. Довольная ты купила ее и поехала домой, намереваясь пока спрятать и приберечь ее как неожиданный подарок для него. Твой парень все равно уехал на день в другой город к другу, лежавшему в больнице с переломом, что позволяло тебе денек спокойно потратить на поиск этой куртки и на ее «сокрытие». На следующий день была суббота — твой выходной, и ты, проспав до полудня, довольно потянулась в постели перед тем, как проверить телефон на наличие новых сообщений. Немного полежав, встала, сходила на кухню и включила электрический чайник, после чего пошла умываться. Там, перед зеркалом, ты не заметила что не так, ведь видела только лицо и особо не всматривалась. А вот придя в прихожую к трюмо, чтобы расчесать волосы, заметила все эти «не так». Грудь стала мужской; плечи, руки и талия изменились, тазовая часть и ноги — тоже, как и прочее… Ты застыла на месте в шоковом состоянии и просто смотрела на отражение, пока осознание не настигло. Нервно сглотнув, опустила голову и взглянула на свое тело. И даже поводив руками по нему, ты не могла увериться в жестокой правде. «Что… Что это?». — пронеслось в твоем сознании. Ты сняла футболку, в которой спала, все еще не веря, и окончательно убедилась во всем, оставшись лишь в трусах. Голова закружилась, тебя затошнило. Такое потрясение было слишком сильным для начала выходного дня после стольких недель без отдыха. Ты едва не упала в обморок, но бурление вскипевшей воды и щелчок чайника в гробовой тишине вернули в реальность. Тогда вдруг вспомнился очень нелестный мужчина из толпы в торговом центре. Тебе стало жутко, когда в мыслях его голосом прозвучала фраза: «Теперь ты будешь мужчиной и больше никого не унизишь так, как меня, мелкая сука». Один из мускулов на твоем лице дрогнул и перед глазами все стало размытым от наворачивавшихся слез. «Надо найти его… Может, есть что-то, что я могу сделать, и он вернет все как было? Он ведь тоже был виноват в том конфликте! Он это начал!». — размышляла ты, отвернувшись от зеркала и плача. Выплакавшись и собрав волю в кулак, ты снова умылась, чтобы немного успокоиться, и пришла к еще одной мысли: «Мне нельзя так показываться Юнги». Ты выпила чашку чая, не съев ничего, после чего оделась и пошла на поиски того мужчины в тот же торговый центр. Тебе повезло, как казалось в моменте, что он оказался продавцом в магазине хозяйственных товаров. Поджав дрожащие пальцы рук, ты подошла к кассе и заговорила с тем самым мужчиной: — Здравствуйте… — О, здравствуйте! — он издевательски улыбнулся, глядя на «свою работу». — Вы выглядите намного лучше со времени нашей прошлой встречи. — Простите за вчерашнее, я поступила ужасно, знаю. Обычно я не такая, но… — Вы хотели сказать «такой». — ему явно нравилось насмехаться над тобой. — Я сделаю что Вы скажете, только, пожалуйста, сделайте меня того пола, какого я была от природы. Хотя бы на один день… Я только подарю парню подарок, который вчера купила, и все. — Снова из меня сволочь делаешь?.. «Хоть на один день». Впрочем, я не лучше тебя, да?.. — после недолгой паузы он взглянул на тебя с жутким и хитрым видом. — Хорошо. Тогда ты должна пробыть три дня у меня на складе и привести там все в порядок. Склад небольшой, но вот бедлам там, о-о-о-о… — Я согласна. — Даже обещание с меня не возьмешь? — А… — А еще так обиделась, когда «дурой» назвал. — мужчина покачал головой. В тот момент было сложно сказать что ты сжала сильнее и больнее — зубы или пальцы рук в кулаках. Но то, что над тобой глумились, было очевидно. Это, тем не менее, не повлияло на твое желание вернуть прежний облик. — Хм. Похоже, ты можешь быть смирной. Такой и должна быть молодежь по отношению к старшим. Тем более женщины. — он ненадолго задумался и продолжил. — Ладно. Приберешься на складе, не выходя оттуда три дня, и можешь быть свободна. Пакеты под мусор я тебе дам. Туалет и умывальник там есть. Я не зверь, но и не так молод. Собственная дочь не хочет помогать! Ну и поколение… — Я не уйду никуда в течение трех дней и наведу порядок, насколько смогу. Только дайте инструкции, пожалуйста. Мужчина, незаметно для тебя, смягчился в выражении лица и сказал: — Само собой. Ты ж точно сама не разберешься. До более удачного момента для написания сообщения ты отмахнулась от мыслей о том, как объяснить парню, куда «уезжаешь» на три дня, и пошла за пугающим тебя мужчиной в не менее жуткое на вид помещение. Склад оказался больше, чем тебе представлялось, а ожидания о запыленности — завышены, но беспорядок был чрезмерным… Хозяйственные товары, которых оказалось неожиданно много, спутались настолько, насколько это возможно. Взглянув на тебя и соответственно заметив выражение твоего лица, владелец магазина поспешил вернуть себе важный и строгий образ вместе с контролем над сложившейся ситуацией: — И здесь все по полкам раскладывать, и за магазином следить я не могу. Только на выходных, да и то не на каждых. А как проболел два месяца, вообще забросил порядок на складе. Завоз не так часто теперь — я договорился, но при таком хранении некоторые товары… Ай, сама видишь. Да тут даже по запаху можно понять. И ты, действительно, прекрасно видела как заметно подпорчен вид у немалого числа изделий, а запах еще в первые секунды ударил в нос, поэтому молча покивала. — А, да. Ко мне обращаться можешь — Константин Даниилович. А ты?.. — Т/и. Он вздохнул и еще раз окинул твой «фронт работ». Его взор замер на одном старом пакете, наполненном чем-то чересчур объемным. На лице немолодого мужчины возникло неожиданное (в сравнении с прежде увиденным тобой) выражение грусти. Грусти, с какой выброшенное на улицу животное смотрит на место, что было его домом. Если бы не проклятие, которое он наложил на тебя, и предстоящая большая работа за возврат своего тела, ты могла б проникнуться. Однако обстоятельства были не те. Твое едва вспыхнувшее сострадание тут же затерялось во тьме подавляемого гнева на этого человека. — Для уборки тут есть все необходимое, но бери только из особо старых товаров. Сроки там есть, не ленись смотреть. Завтрак, обед и ужин я буду приносить, только говори заранее что тебе нельзя, а то молодежь сейчас хрупкая, как высохшие листья. Его видение молодежи тебя снова несколько задело, но ты решила проигнорировать это, чтобы не усложнить свое положение еще больше. Поэтому, собрав всю волю в кулак, ты поблагодарила его за внимательность к твоему здоровью, назвала несложный в приготовлении рацион питания. Владелец магазина выслушал тебя серьезно и согласился, хотя был сильно удивлен простотой блюд. Он обсудил с тобой еще некоторые детали и подытожил: — Ну, договорились. Я еще подойду позже отдать тебе соглашение. — Соглашение? — И как ты живешь?.. — он вздохнул. — Я говорю о том, что это в твоих интересах. Или ты все-таки хочешь поверить мне на слово, что верну твой женский облик? — Если Вы смогли изменить пол человека вот так просто, то чего Вам стоит избавиться или изменить соглашение?.. — ты немного выразила свое раздражение, но тут же мило улыбнулась строгому мужчине перед собой. — Извините. Я буду сдержанной. Константин Даниилович кивнул и вышел, бросив тебе лишь: — Приступай. Если за этот вечер хорошо поработаешь, я отпущу тебя на день раньше. Твоя реакция превзошла его ожидания. Ты быстро начала эту уборку, как только подготовила мешки для мусора. Через несколько часов владелец магазина пришел к тебе с едой и чаем. Ты опешила, увидев первое, второе, да еще и десерт, а он удивился, как быстро на складе стало заметно чище. Но к собственному удивлению мужчины, его это не обрадовало, а легло тяжелым холодным камнем в груди. — Вы будете кушать со мной? — ты предположила, что часть принесенного на подносе — его. — Нет… А ты хочешь? — его голос заметно изменился. Есть в одиночестве тебе было привычно, но что-то заставило сказать «да». Вопреки твоим ожиданиям компания этого мужчины была неплохой. Он мало говорил, кушал аккуратно, вел себя немного манерно, но не брюзжал и не высказывал ничего колкого в твой адрес. Позднее вы подписали упомянутое им ранее соглашение. После этого неожиданного совместного ужина мужчина стал относиться к тебе намного мягче. Константин Даниилович еще в соглашении указал, что тебе нужно отработать два дня, а не три. Проделанное тобой ранее он оценил как работу одного дня, оставшись верным своему слову. Этот суровый и деспотичный по первому твоему впечатлению мужчина даже стал отвлекаться от своих покупателей, чтобы проверить все ли с тобой хорошо. Это замечали некоторые из клиентов, но никто не захотел задавать ему какие-то вопросы, видя также его суровое выражение лица. — Хм, я буду скучать по своим мужским мускулам. — сказала ты с легким смешком и посмотрела на почти законченную уборку. Мужчина молча улыбнулся и тут же погрустнел, слыша тебя из-за двери. Ему было сложно признаться даже себе, что он проникся к тебе симпатией и успел привязаться. Но списав это на подбирающуюся к нему старческую чувствительность, продавец привычно зашел к тебе с ужином. — Смотрю, ты уже все сделала. — он поставил поднос на стол. — Нет, еще осталось кое-что. — А, вот как. — в его душе болезненно полыхнула искорка надежды. Перемены, которые ему самому казались незаметными, ты сразу подметила. И потеплевший тон, и доброе выражение лица, и забота в поведении — все выдавало его. Тебе стало понятно какой этот человек на самом деле, и узнала что его озлобило до такой степени (он ведь проклял тебя). Дочь не просто не помогала ему. Она была с ним жестока при каждом его звонке. Он же ни разу не сказал ей ничего плохого. Лишь тоскливо смотрел на смартфон с треснутым экраном (старый телефон его чада) с минуту и шел заниматься делами. Звонил Константин Даниилович дочери каждый день дважды — утром и вечером. Ты его ни о чем не спрашивала, подозревая, что он чем-то заслужил такое отношение. Но прошлым вечером девушка пришла к нему со своим мужем требовать деньги. Тогда ты и узнала все с ее слов, стоя прямо за дверью и слушая. Оказалось, что она каждый месяц приходила требовать у отца деньги, чтобы продлить себе и мужу «курс лечения». Но по мерзкому смеху ее спутника и его едва внятным речам ты поняла, что тратится девушка явно не на это. Когда мужчина отдал ей деньги, прося дочь в этот раз, действительно, начать лечение, тебе стало не по себе. Мысли сложились в более ясную картину, чем до этого. У девушки были серьезные проблемы с какой-то зависимостью — алкоголь, или запрещенные вещества, или азартные игры. Тебе стало жаль ее отца, но как ему помочь придумать не смогла. Тогда. Когда ты закончила уборку, Константин Даниилович приступил к выполнению своей части вашего соглашения. — Я прощаю тебя. Можешь вернуть свой облик. — сказал он и накрыл ладонями твои и свои глаза, после чего начал шептать что-то на неизвестном тебе языке. Тебе не верилось, что он это серьезно. Ты ожидала «киношного» колдовства, но когда он убрал ладонь, посмотрела на свои руки и уже по ним узнала свое прежнее тело. — Остальное можешь проверить в уборной, при мне не надо. — мужчина пытался шутить. Ты на минутку отвернулась, посмотрела на область груди и скромно коснулась ее — женская, такая, какой была. А в «остальном» ты тоже уже была уверена. — Все в порядке. Вы сдержали слово. — ты улыбнулась и облегченно выдохнула, снова повернувшись к нему. Мужчина улыбнулся тебе в ответ, хотя ему это далось нелегко. — Я знаю, что это не мое дело, но… Есть идея, как помочь Вашей дочери. — твой голос звучал ровно, но тебе было неспокойно. — С чего ты взяла, что?.. — и в тот же миг теплота ушла из его взгляда. — Ты слышала, когда она приходила… — Да, но… — Теперь ты еще сутки пробудешь в мужском теле. И это я еще мягок! Ты сильно растерялась, но недолго была в таком состоянии и продолжила: — Пробуду, хорошо! Но ведь Вы не этого хотите. Вы разве не хотите проводить с НЕЙ время? Вместе есть, смеяться, грустить, гулять, говорить дольше минуты и не о деньгах! Хотите же! — Хочу! Дураку ясно, что хочу! Но что ты можешь знать?! Я все перепробовал… Не лезь в это! Через сутки станешь девушкой, а пока запомни, что не надо лезть людям в душу! Мужчина хотел уйти, но брошенные тобой слова заставили его остановиться: — Может Вы прекратите бояться быть с ней таким строгим, как со мной?! Вы не думали, что я — тоже чья-то дочь?! Разве Вы не должны понимать чувства того, кто ждет моего возвращения домой?! Константин Даниилович обернулся, посмотрел на тебя с мгновение тоскливым взглядом и сказал: — Все я понимаю. Но понимание — это не план действий. Я не знаю, как мне быть с ней. Женский алкоголизм и так страшная вещь, а с ее этим сволочным парнем — все только больше усложняется! Он мою же дочь против меня настроил за каких-то полгода отношений, а я ее один двадцать семь лет растил! Знаешь, сколько раз я за все годы был в отпуске? Четыре! И то не больше недели, иначе она начинала раздражаться, смущал ее своим присутствием и заботой. Но она не плохая, она мне и подарки дарит на дни рождения и отца. Да и общались мы хорошо, пока она этого парня не встретила… Эх… Я ж ей до сих пор не сказал правду о матери, чтоб не ранить. Ведь столько лет она ее ненавидит, а истина заставит ее ненавидеть себя. Мама ее… Она через месяц после родов покинула этот мир. Ей нельзя было беременеть, но она очень о дочке мечтала. А я… Я не знал о ее болезни и помочь ей никак не смог своими способностями. Они тут совсем бесполезны. — мужчина отвел взгляд, сильно сдвинув брови, сдерживая слезы. — Нельзя дочке знать правду, а то себя винить будет или еще чего… Черт знает, что там у нее в голове будет твориться! Ты подошла, схватила его за предплечья и, глядя в глаза, сказала: — Возьмите себя в руки! Возможно, именно правда заставит Вашу дочь бросить того никчемного парня, а также начать реальное лечение. — Ты с ума сошла?! Она не!.. — Как мне показалось из Вашего рассказа, дочь у Вас достаточно добрый человек, попавший под дурное влияние любимого. Значит, она не станет губить жизнь, за которую ее мать отдала свою. Да, слезы и истерика неизбежны, как и трудности, но после у нее, наконец, будет шанс на светлое будущее. Чем дольше Вы будете оставлять все, как сейчас, тем хуже ей будет потом, и уже не от правды о ее матери, Вы это хоть понимаете? Мужчина пошатнулся, ты быстро усадила его на стул рядом. — Вы как?! — тебя напугало то, как он положил руку на свою грудь. — Нет, все в порядке. Я крепкий. — мужчина взглянул на тебя и вниз, после чего вздохнул. — А я-то думал, что ты — глупая девушка. А ты… Ты просто не мозгом умная, а сердцем все знаешь. — Вы не можете меня не принизить, даже когда комплимент планировали сделать. Мужчина усмехнулся, задумался и сказал: — Моя жена тоже была такой. Все у нее по чувствам было, а не по уму, но выходило так, что и другим оно по сердцу приходилось. Ты отвела взгляд и сказала: — Мне жаль, что Вы ее потеряли… Константин Даниилович тяжело вздохнул, опорно хлопнул по коленям, встал и бодро сказал: — Ну, поверю и я разок этим вашим бабским чувствам! От его «бабским» твою улыбку чуть поубавило, но ворчать ты в такой момент не стала. Мужчина вдруг посмотрел на тебя виновато и признался: — Ох… А я ж уже тебя проклял опять… — Что?.. Но Вы же только что… — ты посмотрела на свои руки и попутно на грудь, и в шоке села на другой стул. — Но есть хорошая новость! Ты подняла на него взгляд в надежде, что он сегодня же вернет тебе женский облик, но продавец не обрадовал: — Завтра после полудня ты станешь снова девушкой. — Завтра… — ты свесила руки между ногами, поставив локти на колени, и тяжело вздохнула. — Прости уж… Виноват. Вспыльчивый я. Но! Подняв на мужчину усталый взгляд, ты вопрошающе кивнула головой. — Я в награду за твой добросовестный труд сниму тебе лучший номер в хорошем отеле на сутки с трехразовым питанием! Это ж лучше, чем тут? «Хм, там меня и Юнги не найдет, и время скоротаю. И успею что-нибудь придумать как объяснение для него». — подумала ты. — Ладно. — Вот и хорошо. — он с облегчением на душе улыбнулся. — Сейчас сделаю соглашение. — Да не надо. Вы слов на ветер не бросаете, только не «вспылите» уж на меня снова. — Хорошо. Обещаю. Вы попрощались уже у отеля, и мужчина поблагодарил тебя за твою помощь, добавив уже более душевное и робкое: — И спасибо тебе за то, что сказала тогда. Ты помогла мне решиться на такой шаг… Не знаю, как все будет в итоге, но я должен попробовать. Ведь иначе… Я рискую потерять и дочь. — Вы ее не потеряете, если не побоитесь рассказать ей правду, только не забудьте взять с собой доказательство… То есть свидетельство… — Да, стоит, наверное… Возьму. И однажды мы с ней вместе придем на кладбище. Уверен, моей жене давно хочется увидеть дочку. Ты кивнула, опустила взгляд. Константин Даниилович улыбнулся и вскоре уехал. Тебе же оставалось ждать в номере отеля, когда снова станешь девушкой. Ночь прошла очень медленно, ведь уснуть тебе не удавалось из-за беспокойства, несмотря на физическую и эмоциональную усталость после всего произошедшего за эти несколько дней. Ты смотрела совместные фотографии с Юнги, иногда поглядывая на часы, не могла дождаться момента становления собой. Но когда прошло оговоренное время, твое тело не стало прежним. Воспоминание о том, как именно мужчина в прошлый вернул тебе прежнее тело, вспыхнуло в твоей памяти. «Нет, он же не стал бы меня обманывать… — ты отмела прочь возникшее едкое подозрение. — Просто что-то, наверное, осложняет снятие этого его проклятия. Просто… Просто подожду еще немного». Прошло еще три часа… Ты не знала, как ответить Юнги на вопрос о том, почему тебя все еще нет дома, как и на все последовавшие затем сообщения и звонки от него.

Настоящее время…

Стук в дверь повторился. Паранойя, радостно пришедшая в твою душу в качестве компании страху и тревоге, навязывала ощущение, будто бы это Юнги как-то неожиданно нашел тебя. Твой рассудок пытался доказать, что это совершенно необоснованно, но убедить тебя он не смог. Ты сидела на месте, пока не услышала: — Извините, дорогой гость, я принесла Вам завтрак. Можно войти? Ты облегченно выдохнула, темная пелена перед глазами начала рассеиваться. Встав, подошла к двери и открыла ее. Женщина в отельной униформе с сервировочным столиком посмотрела на тебя, поздоровалась и прошла в твой номер. Завтрак одним лишь аппетитным свежим ароматом вызвал урчание в твоем животе, и ты немного отвлеклась от своей проблемы. Едва успела поблагодарить женщину, доставившую тебе еду и чай, как она кивнула и ушла. Вся эта «рутина богачей» была тебе полностью чуждой, но ты решила, что и без того достаточно беспокойств, потому просто приступила к завтраку. Когда ты добралась до десерта в дверь снова раздался стук. На этот раз, ты не переживала и, быстро подойдя к двери, открыла ее. Но к своему потрясению увидела Юнги. От твоего громкого вскрика парень едва не поседел. — Ты чего орешь? — спросил он и задал мучавший его вопрос. — И почему не отвечала на… — Что?.. — ты была в недоумении. — Ты меня… Ты решила не задавать вопросов и быстро посмотрела в зеркало на двери шкафа-купе рядом. В отражении твое тело было прежним. Тебя удивило, как этот миг возвращения прошел мимо твоего внимания. Мин, тем временем, раздраженно убрал вьющиеся темные пряди за уши и спросил: — Что с тобой происходит? — Ну… Ты реально хочешь знать?.. — тебе на ум пришла мысль. — Да, я же здесь! — А как ты узнал, что я тут? — Моя тетя тут работает и написала, что видела тебя в одном номере. Спрашивала, почему ты тут одна, да еще и номер оформил незнакомый мужчина. — А-а… — ты совершенно не ожидала встретить кого-то из его родственников или знакомых здесь, но решила попытаться соврать. — Это она про того дедушку. Этот дедушка подозревал, что его дочь все еще не рассталась с молодым парнем-алкоголиком, и решил притвориться, будто бы ночует не дома. Он — наш соучредитель, поэтому я не могла отказаться, когда он попросил меня заселиться в его номер, потому как ему отказали в снятии номера без заселения. Я подумала, что ты разозлишься, что из-за него я задержусь еще на день, и не знала, как тебе сказать правду, но и соврать ничего не придумала. А теперь… — Чушь какая-то… Он мог бы притвориться, что поехал в отель, но не снимать номер. И вообще! Какая дочь будет отслеживать местоположение своих родителей? — Он сказал, что его дочь может отслеживать списание денег с его счета. — А ты — душа добрая — не подумала, что он мог к тебе ночью прийти и домогаться? — Да он же дедушка… — ты всерьез осудила услышанное. Юнги покачал головой и сказал: — Пошел он к черту! Идем домой. — Но!.. — Моя тетя позже сама с ним поговорит. — в голосе Юнги уже явно слышалось негодование. — Хорошо… Разговор у вас был короткий, ведь ты подарила ему куртку, купленную ранее, и Мин, достаточно холодно принимающий подарки ото всех людей, не смог сдержать смущение и радостную улыбку. — Больше не исчезай так. Я не буду злиться, пока знаю, что ты в порядке. — сказал Юнги, когда вы легли спать, и мягко поцеловал тебя в шею сзади. — Да… Не стоило мне молчать. Прости. Все произошедшее вертелось ворохом хаотичных воспоминаний в твоей голове. Тайна, которую ты не намеревалась раскрывать своему парню, осела в твоей груди, как тяжелый сундук с картой на дно моря. Ты вздохнула, и Мин, приподнявшись на кровати, развернул тебя к себе лицом и без лишних слов тепло поцеловал твои губы. От его поцелуев тебе всегда становилось легче на душе, и этот раз не стал исключением. Мин все еще с тобой. И за годы отношений, несмотря на множество ссор, ваши чувства друг к другу не рассыпались в прах, даже преобразились в нечто более надежное. — Я тебе никогда и никак не наврежу, ты ведь это знаешь. — произнес Юнги, глядя тебе в глаза, с уютной улыбкой. — Спокойно говори мне любую правду, даже если она на уровне фантастики. Твой взгляд замер на его глазах. Мин подобрался близко к истине, но ты все же решила не рассказывать ему ничего, только сказала: — Ладно, но только не ругайся с моим начальством. — Договорились. — он снова лег рядом. — Спокойной ночи. — Спокойной ночи. — тепло произнесла ты и легла лицом к парню. — Кхм… Юнги, догадываясь, что ты еще не чувствуешь себя спокойно и не уснешь поэтому, взял тебя за руку и еще раз поцеловал в губы. — Спи. А то не приготовлю тебе завтра никаких вкусняшек, если ты будешь невыспавшаяся, страшная мартышка. — Дурак. — ты усмехнулась. — Сам ты — мартышка страшная. — Я — сонная мартышка. Давай спать. Ты улыбнулась и закрыла глаза. Его рука, державшая твою, была теплой и будто дарила тебе умиротворение. Мысли утихли. И ты уснула под спокойное размеренное дыхание Юнги…