Сборник из Шкатулки, внефэндомный

Паровоз

Для Котофеи Паровоз клубами дым выдыхает, гудит, поторапливая, перестукивает колёсами в нетерпении. Ему бы бежать, вперёд, в даль далёкую, а его в рамки, на рельсы - туда-сюда-обратно. Куда стрелу переведут, туда и катится - никакого выбора. Вся жизнь по чужому сценарию. Стучит паровоз, пыхтит, таща за собой вагоны, полные кожаных мешков. Мешки, кричат, смеются, сами выбирают, в каком направлении ехать. И Паровозу обидно, паровозу тошно даже. Не глядит он под колёса, не видит сдвинутой рельсы и летит в пропасть, впервые свободу в полёте ощущая...

***

Шлюз

Для Елизаветы Иохим Степан впервые за то время, что работает в судоходстве, а это без малого пять лет, был вынужден переплывать из одного бассейна в другой через шлюз. Впрочем, в команде он был такой не один. Стоило лишь судну войти в узкий коридор шлюза, как довольно большая часть их команды подлетела к бортам, перегибаясь через них, чтобы посмотреть, как это всё происходит. Стёпа уже это видел - его друг документалист и, путешествуя, заснял их проход через шлюз на киноплёнку. Для показа на телевидении его материал не взяли, зато его самого пригласили операторов в Мосфильм. Но несмотря на то, что Степан уже знал, как всё это происходит, стоило только затвору подняться, как он присоединился к остальным, чуть ли не вываливаясь за борт...

***

Воронка

Для КотоФеи Муравьишка вцепился в листок, на который ещё минуту назад переполз с ветки дерева в поисках тли. Листок был вялый и подсохший по краям, но муравьишка впервые вышел из муравейника самостоятельно, поэтому не обратил на это никакого внимания, думая лишь о том, чтобы притащить домой как можно больше добычи. Стоило ему лишь ступить на тусклую зелень листа как тот оторвался от ветки, сорванный порывом ветра, и полетел. Муравьишка надеялся, что листок спланирует вниз, прямо к муравейнику, то его понесло дальше, туда, где муравьишка никогда не был. Было восхитительно и страшно. Ветер нёс его всё дальше от дома, то подбрасывая вверх, то роняя вниз, то кружа в воронках, грозя скинуть с листа. Солнце уже начало клониться к горизонту, когда после очередной воздушной воронки листок развернуло в сторону дома. Листок приземлился на молодом дереве поверх другого листочка - большого, но скукоженного. Стоило муравьишке только слезть, как его лист сорвался с места, отправляясь путешествовать дальше. Муравьишка уже хотел было начать спускаться - муравейник был совсем близко, как очередным порывом ветра сорвало тот лист, на котором он сидел. Муравьишка вцепился в черенок, понуро наблюдая за отдаляющейся веткой, пока не понял, что лист летит прямо на родной муравейник. Приземление было не самым мягким. Муравьишка, не удержавшись, слетел с черенка и врезался в скукоженную часть листа. Какого же было его удивление, когда в плотном коконе зелени он обнаружил целую колонию тли. Муравьишка задрал голову вверх, глядя на небо, на котором вихрился воронками шаловливый ветер, и помахал усиками, выражая свою благодарность.

***

Конус

Для КотоФеи Бело-рыжие конусы, тянущиеся вперёд один за другим, огораживали небольшой участок дороги. С одной стороны от них дорожное полотно было ровное, чистенькое, словно только уложенное. С другой обгоревшее, потрескавшееся, усыпанное осколками стекла, кусками металла и камнями. И кровью. Инспектор сипло вдохнул морозный утренний воздух, пропитанный запахами гари и металла. Не самое приятное начало дня, тем более накануне отпуска. Полицейские оттесняли редких в это время зевак, привлечённых мигалками служебных машин. И яркими конусами, ограждающими место происшествия. Это как красная тряпка для быка. Как валерьянка для кошки. Инспектор широко зевнул и шагнул вперёд, с хлюпом наступая в набежавшую алую лужу, выругался сквозь зубы и направился к криминалистам, уже обследующим место происшествия. Солнце медленно выползало из-за горизонта...

***

Чародей

Для КотоФеи Виталик был настоящим чародеем. Он мастерски пускал пыль в глаза, перетасовывал факты и пудрил головы всем, кто ему это позволял и не очень. Искусство насрать в рот так, чтобы потом осталось клубничное послевкусие и у тебя попросили добавки, было прокачано до уровня архимага. От него уходили счастливые в своей облапошенности. Никакого мошенничества! Только магия. Славик тоже был настоящим чародеем. Он щёлкал пальцами, и человек исчезал с лица земли. Раз, и тебя нет. Два, и твои следы исчезают изо всех источников. Три, и о тебе уже никто не вспомнит. НИ-КОГ-ДА! Именно после встречи Виталика и Славика были придуманы бузинная палочка и мантия невидимка, потому что Виталику впервые пришлось поднапрячься, чтобы выйти сухим из воды, а у Славика вдруг не сработал щелчок пальцев. А воскрешающий камень... Это всего лишь выдумка мадам Роулинг. Потому что, зачем такая ерунда настоящим чародеям?

***

Борщ

Для КотоФеи В тарелке в розовой водичке плавали кусочки чего-то непонятного. Она улыбалась смущённо, подталкивая к нему поближе тарелку, и предлагала попробовать её борща. Он прикидывал, как можно отказаться от дегустации подозрительного варева и мысленно рассчитывал траекторию движения до выхода из кухни, а затем и квартиры. Они точно не пара. Он так решил. Они не подходят друг другу. И точка. Он улыбается и просит хлебушка. Она отворачивается, а он стартует к выходу. Нож входит в косяк рядом с головой сантиметров на пять, и он решает, что попробовать этот чудесный борщ - это лучшая идея, что приходила ему в голову. И вообще, как он мог решить, что они не подходят друг другу? Они - идеальная пара!

***

Салфетка

Для КотоФеи Парень, что обычно сидел за дальним столиком, снова был на своём месте, читал что-то - с такого расстояния не разобрать, и пил кофе из пёстрой фирменной чашки. Коллин вытер вмиг вспотевшие ладони о передник и подхватил поднос, отправляясь в зал. Жаль, столик незнакомца он не обслуживал. Но с другой стороны, это и хорошо - он и так нервничал, стоило только зацепить парня взглядом, а окажись он рядом, вообще бы спотыкался на ровном месте. Но этим вечером всё сложилось иначе, чем обычно. Миранде срочно потребовалось отлучиться и принести незнакомцу счёт поручили Коллину. Коллин был ни жив, ни мёртв, когда в счётнице, помимо оплаты счёта обнаружил салфетку, на которой красивым почерком был выведен номер телефона и имя. Маркус.

***

Бесконечность

Для Елизаветы Иохим Когда тебе 18, кажется, что времени впереди целая бесконечность. Ты жертвуешь сном ради тусовок, жертвуешь здоровьем ради крутых фоточек в инстаграм. Вообще много чем жертвуешь ради ерунды, ведь есть ещё время. Когда тебе 28, ты чётко знаешь, что бесконечен в этом мире только пиздец. И жертвуешь собой уже ради других вещей. Кто-то добивается этим хоть чего-то более или менее стоящего, кто - нет. Разница между двумя этими "когда" в десяток лет. Разные взгляды на жизнь и приоритеты. Но неизменно остаётся одно: ты не живёшь, ты чем-то жертвуешь... Аня зевнула. С похмелья её одолевали какие-то странные и никому не нужные мысли. Она потянулась, вытащила своё тельце из-под одеяла и поплелась на кухню за аспирином, по пути включая музыкальный канал по TV, чтобы поскорее прийти в себя и снова идти жертвовать чем-то рази чего-то, что в итоге окажется совершенно бессмысленным.

***

Жгут

Для КотоФеи За озером костры жгут, зарево от них по деревьям расползается, дым ароматный над гладью воды плывёт. Вожак тянет воздух носом, чихает. Машет косматой башкой, дурман из мыслей выгоняя. К колдунам люди ходили, не иначе, надавали те им своих трав проклятых. Злится вожак. Рычат волки-охотники. Собралась стая на совет. Так они людям этого не оставят. Лишь погаснут костры, лишь сойдёт пахнущий тленом дым с озера, прольётся кровь.

***

Пылать

Для КотоФеи Его родной город пылал. Люди пытались выбраться через запертые наглухо городские ворота, но без толку. Нет, он не прикладывал к происходящему своих рук, но испытывал удовольствие столь сильно, словно это именно его затея. Жаль, он не воплотил её в жизнь раньше того неизвестного, кто сегодня открыл для этого гнилого места врата в ад. От запаха гари першило горло, от крика запертых в пылающем городе людей закладывало уши, но он не мог сдвинуться с места и отвести взгляда. Он ушёл лишь ближе к утру, когда за каменными городскими стенами догорел последний дом и стихли вопли жителей, оставив после себя звенящую тишину. Он наконец-то был свободен от своего прошлого, от тягостного настоящего и беспросветного будущего. Пылающий город осветил для него новый путь. Жаль, он не знал, кому сказать за это спасибо.

***

Взаимность

Для Елизаветы Иохим О! Как же он ненавидел её походку! Её жесты, наклон головы. Ах да, и замашки "чёрной вдовы" вместе с крысьим желанием покинуть лодку. Она не терпела напыщенный вид, эти манеры царские да выходки барские и морду кислую, словно что-то болит. Он поливал её грязью по любому поводу, презирал даже имени отзвуки. Его бесил сам факт существования такой суки. И ему было плевать на чужие доводы. От его запаха её тянуло блевать, от звуков шагов дрожь накатывала. Она из-за каждой мелочи скандалы закатывала, и ей было на всех и на всё плевать. Это взаимодействие душ, это интимность. Они в браке уже глубоко, безраздельно. Это чувство могуче и беспредельно. Между ними понимание и взаимность.

***