Ты великолепие

То, что произошло в Маяке, было настоящим ужасом, по словам Джули. Она все ещё не может прийти в себя после произошедшего. Могу только представить себе, что там происходило. Но ужасы я видела в другой STEM, той, которую я уничтожила, будучи ядром. Самым сильным ядром, из всех которое Мёбиус могли себе представить. Мёбиус похитили меня, когда мне было двенадцать, я почти не помню своих родителей. Семь лет прожить в этом месте, будучи их подопытным кроликом-чудовищно. То же самое может произойти с Лили, если ее не спасти. Я не могу этого допустить. Не хочу, чтобы Майра продолжала говорить своей дочери, что он мёртв только для того, чтобы защитить её чувства. Наблюдая за капсулой, в которой помещена девочка, испытываю жалость и ненависть к себе. Я уже давно могла уничтожить Мёбиус и покончить со всем этим — если бы знала свои способности намного лучше, знала бы какими силами я обладаю внутри STEM. — Ужасно, — произнесла Кидман, стоя рядом со мной, так же наблюдая за происходящим. — Мы с Лили одни из самых сильных и незаменимые в роли ядра. — Но ты сильнее, — вздохнула Джули. — Новый STEM, созданный благодаря Лили. Если Юнион оправдает наши надежды, ты заменишь девочку и… — Останусь там навсегда, — перебила её. — Калантия. Мне очень жаль. Если бы можно было что-то сделать, я бы сделала. — Ты можешь, и ты знаешь, что нужно сделать, — шёпотом произнесла я, повернув в ее сторону голову, с яростью глядя на девушку. — Это сомнительный план, и я не уверена, что все получится, — так же шёпотом ответила девушка. — Получится. И я переживаю за Лили, мы потеряли сигнал с ней. Меня, а также Майру это беспокоит. — В этом плане ты права. Мы не знаем, в безопасности девочка или нет, — отрицательно покачала головой Кидман. — Ее нужно спасать. К тому же пространство STEM начало разрушаться, все происходит в точности как с Маяком и тем STEM, который я уничтожила. Группа, которую мы отправили, нам не отвечает, а это уже означает, что там внутри происходит что-то странное. Нам нужно действовать прямо сейчас. Кидман, нельзя терять ни минуты, этот план нужно осуществить в действие прямо сейчас. — Нам нужен Кастелланос. — А также погрузить меня в STEM. — Нет! Мы не знаем, что там происходит. Если мы потеряем связь с тобой… — Все будет хорошо, — перебила я девушку. — Я могу за себя постоять, и ты это прекрасно знаешь. К тому же, разве Администратор не хотел, чтобы я заменила девочку после того, как они убедятся, что новый STEM работает безупречно? — Администратор будет против твоего погружения в STEM, не убедившись, что там будет безопасно для тебя. — Он согласится. Он ведь знает, что я могу вытащить любого из STEM — будучи там внутри и приняв на себя обязанности ядра. Даже человек снаружи не нужен. А когда я найду девочку-вытащу ее, а сама останусь там. — И уничтожишь всех в Мёбиусе, следуя нашему плану, — прошептала Кидман мне на ухо. — Верно, — с улыбкой ответила девушке. — Но да, ты права, мне одной не справиться без Кастелланоса. Убеди Администратора, чтобы его и меня погрузили в STEM на поиски Лили. — Хорошо. Но нам нужно всех собрать в STEM и обговорить наш план. Майра, Теодор, ты и я, вечером мы все обговорим.

***

Пока Джули и Себастьяна не было, я настраивала STEM для погружения, под пристальным взглядом Администратора, прячущегося в тени. За все то время, что я жила в Мёбиусе, меня всему здесь научили. Долго дожидаться Кидман и Кастелланоса не пришлось. Себастьяна привезли в инвалидной коляске, накрепко к ней прикованного. Мужчина выглядел раздражённым и разъярённым, когда ему объясняли ситуацию с Лили и что произошло. Видя, как он пытается выбраться из коляски, стремление защитить, наказать и вернуть дочь — я почувствовала себя одинокой. Мои родители наверняка меня не искали, а если и искали, то недолго — возможно. Мёбиус умеет подавлять людей, они все время вбивали мне в голову, что я не нужна своим родителям. Но став старше, ты осознаешь, что они тебе вбивали, и понимаешь, что это было ложью. Они любили меня — но быстро сдались с моими поисками — это огорчает. — Вы будете не одни там. Калантия будет с вами. Как только вы найдёте Лили, она вернёт ее в реальность, а сама она займёт ее место в качестве ядра. Подумайте, мистер Кастелланос. Я даю вам шанс. Не только увидеть вашу дочь, но и спасти её жизнь. Выбор за вами. Как и любой любящий отец, он согласился. Первым, кто погрузился в STEM, был Кастелланос, следом была я. Но перед погружением Джули сказал мне: — Как только они встретятся, сообщи мне. Лежа в капсуле похожей на ванную, все моё тело окутала холодная вода. По коже пробежали мурашки. Миг, и я оказалась в кромешной темноте, падая вниз. В глубину бездны. Все это я проделывала много раз, поэтому я не испытывала страха того, что я могу разбиться, внутри меня был умиротворяющий покой. Странно, но во время падения, мимо меня начали пролетать лепестки роз, вместе с каплями воды. Как только падение замедлилось, ноги коснулись мягкой поверхности, травы. Вокруг все было поглощено мраком, кроме белой двери, которая выделялась на этом фоне. Коснувшись холодной ручки двери, поворачиваю, входя во внутрь. Место, в которое я попала, было странным. Комната была полностью занавешена красной драпировкой, за которой были окна. Вслед за мной вошёл Себастьян, появившийся из ниоткуда. — А вот и ты, — произнёс мужчина грубым голосом. — Я тоже рада вас видеть. Ну что ж, идемте, нам нужно спасать вашу дочь, — произнесла я, пройдя дальше, показывая, что не желаю терять ни минуты на болтовню. Но стоило нам сделать несколько шагов, как красный занавес впереди нас поднялся, открывая нам проход к картине, на которой были нарисованы двери с номером 102. — Что за… — произнёс Кастелланос. Интересно, сколько нам ещё придётся открыть дверей, чтобы оказаться в самом городе? Стоило нам приблизиться к этой картине, как сзади закрылась дверь. От неожиданности я вздрогнула, а мой спутник быстро развернулся, посмотрев, что происходит. На табличке, рядом с этой закрывшейся дверью, была надпись: «Уильям Бейкер», а на самой двери был тот самый номер 102. Переглянувшись мы открыли эту дверь, войдя, нашему взору предстал, плохо освещённый, багрового цвета коридор с множествами закрытых дверей. На стенах были подсвечники и картины, изображения которых заставили по моей коже пробежать тысячи мурашек. «Начало многообещающее» — подумала я. Может стоит сразу перенять функции ядра? Ведь тогда дело пойдёт быстрее, и мы сразу найдём Лили. Но нет, нужно следовать плану. Нельзя сразу это делать. Нужно своими силами найти девочку, а потом уже становится ядром этого мира. Идя по коридору, я услышала, как где-то играла очень приятная музыка. Вскоре в конце коридора, свернув направо, мы наткнулись на незапертую дверь, при открытии которой, музыка заиграла громче. А нашему взору предстали ужасного содержания картины одного и того же мастера: Глаза, девушка без лица, шею которой окутывала колючая проволока, окровавленные руки и другое отвратительного содержания. Но зайдя в эту комнату, мы увидели куда более отвратительное зрелище. Человека с простреленной головой, застывшего во времени в огромном кубе, а рядом стоял штатив с камерой. От ужасающего зрелища я не смогла сдержать крик. Кто мог такое сделать? Что в этом мире происходит? Дрожащими руками я прикрыла рот, ноги подкашивались, ещё бы чуть-чуть, и упала, но я стойко старалась держать равновесие, огромными глазами я смотрела на то, как этот человек каждый раз возвращается в точку возврата, переживая этот выстрел снова и снова. Кровь фонтаном разбрызгивалась, мозги разлетались, а сам труп вот-вот готовился коснуться пола, но он вновь возвращается в точку, когда в него стреляют. Себастьян вытер лицо руками от шока увиденного, как ни в чём не бывало, без доли страха, он вошёл во внутрь этого куба, став осматривать труп убитого, выйдя он сказал: — Это был командир группы. Но что здесь произошло? Кто это сделал? — Я не знаю. Я впервые такое вижу. Это ужасно, — дрожащим голосом произнесла. — Пошли, — сказал он, ведя меня в одну из открытых комнат комнаты. Этим помещением оказалось место для проявления фотографий. На столе мы нашли фотографию убитого командира поисковой группы, Уильяма Бейкера, садистски убитого. Пройдя дальше по комнате, мы увидели полки с книгами и кейсами. Но одна из книжных полок перекрывала выход наружу. Мы с Себастьяном отодвинули книжную полку. — Кто-то кому-то пытался перекрыть вход, я так полагаю. Но все же его застала смерть, — констатировала я факт. — Верно. Вопрос в том, что за садист его убил? — Тот, кто любит фотографировать, я так полагаю, — предположила я. — Похоже на то. Нам опять открылся проход в неизведанный коридор, в конце которого стояла ваза с цветами. Мысленно я молилась о том, чтобы мы не встретили очередной труп, застывший во времени. Пройдя вперёд и завернув влево, мы вышли в открытую комнату, похожую на холл. Слева были закрытые железные ворота, перекрывающие проход к двери; в центре был столик, вокруг которого было два кресла; на стене висел старый навесной телефон; так же была лестница, ведущая наверх. Стоило нам сделать два шага, как зазвонил телефон. Как будто нас ждали. Себастьян пошёл к телефону, я же решила подняться наверх. Ступеньки неприятно скрипели под ногами, рука скользила по перилам. Дыхание участилось, как и сердцебиение. Что-то подсказывало мне, что дальше мне стоит ожидать чего-то ужасного. Поднявшись на самый верх, услышала, как внизу прозвучал истошный женский крик, молящий о помощи. Быстро спустившись, я увидела, как Себастьян пытался открыть дверь, но она была накрепко заперта. Но тут девушку утащило что-то невиданное. — Черт! Что это было?! — выругался мужчина. — Чтобы это ни было, это уже не имеет значения. Нам нужно найти Лили. Идём! Мужчина поднялся вслед за мной. Нашему взору открылся проход, тянувшийся багровыми занавесками во внутрь двери. — Кажется нам туда, — нервно сглотнув, произнесла я. Зайдя внутрь комнаты, увешанными, опять-таки, багровыми драпировками. Моя уверенность в том, что нам предстоит нечто ужасное, с большей силой усилилось. Обойдя занавес, нам в очередной раз предстала дверь. Открыв которую, мы увидели комнату все с теми же занавесками. Посреди комнаты было два дивана, столик; на стене висели пустые рамы для картин. Тут мы увидели выбегающего мужчину, и из ниоткуда телепортировавшегося другого мужчину. Себастьян схватил меня за руку и заставил пригнуться, мы спрятались за диваном. Себастьян выглядывал из-за угла, я же из-за дивана. Мужчина в костюме, окутанный дымкой, проткнул мужчину ножом, на секунду остановившись он быстро вынул нож, сделав глубокий разрез, и так же быстро сфотографировал заколотого. Труп мужчины застыл во времени. Теперь все встало на свои места, и мы знали, кто убил командира поисковой группы. Выйдя из временной ловушки, убийца довольно осматривал своё творение. Было видно, что ему доставляет удовольствие происходящее. Но наше присутствие было нарушено случайно скинутой картиной. Быстро опустив голову, и плотно прислонившись спиной к дивану, я недовольно посмотрела на того, кто нарушил тишину. Кастелланос выругался, понимая, что это он виноват. — Что это? — произнёс убийца. Убийца медленно шёл к нашему месту укрытия. «Уходим» — прошептал Себастьян мне на ухо, ведя меня за угол дивана, но я остановила его, прошептав: «Я уведу его, а ты оставайся здесь». Но не успел мужчина запротестовать, как я выбежала из укрытия, проскользнув в проход, из которого выбежал ранее убитый.