Корица в твоем какао

      Итачи зашел внутрь, чуть позади него держались секретари. Если Хана чувствовала себя совершенно спокойно, "в своей тарелке", так сказать, то вот Тояме не доводилось бывать на мероприятиях большей значимости, чем выпускной. Но она старалась быть строгой к себе и своим впечатлениям. Держала осанку, ровный, спокойный взгляд. Как только Учиха появился, зал замолк. Все взгляды, восхищенные и негативные, все были обращены на него. Многие сразу же подходили поприветствовать, отметить внешний вид. Кстати, как отметила Сэйери, как раз именно Итачи совершенно не задумался о внешнем виде. Он пришел будто к себе домой, где по нелепой случайности оказалось много народу, среди которых даже были министры и консулы, ведь нельзя преуменьшать влияние Ap-lord на рынке, тем более внутреннем. И также в лучшие года. Именно сейчас процент прибыли самый высокий за последние пятьдесят лет. Пусть, официально Учиха был только представителем филиала, но вся работа и заслуги по праву принадлежали ему. Теоретически, это работа президента. Фактически, Итачи. Всем внутри этого здания было это известно, хотя я не ручаюсь за поваров. Юный гений, получивший полное признание. Но действительно ли оно, признание, настолько абсолютное? Учиха шел к вип-зоне, останавливаясь только на пару слов с гостями.       Ресторан выглядел в меру роскошно. Гранитовые и мраморные стены, пол в темных цветах, что делало атмосферу дороже Огромные люстры с камнями, длинный шведский стол с закусками и напитками вдоль двух столов. Три зала: вип, который закрыт плотными и тяжелыми дверями от остальных; обычный, где стояли столики, диваны, бар; и "пустой зал", где гости могли стоя пообщаться с тонким бокалом шампанского. Соответственно, третий зал был первым с лестницы, вип - последним; второй - сквозной. И он же, обычный, был очень похож на первый, за исключением того, что был бордовым, а не темно-синим. Вип-зал, до которого Учиха, наконец, добрался и смог войти внутрь только через список приглашенных вместе с секретарями, конечно, отличался. Почти весь сделан под барокко, возможно, с элементами ренессанса, но только самую малость. Золото, замшевые бежевые диваны, другая форма у работников.       Вип был почти пустой. Под "пустой" подразумевается три персоны за центральным столиком. Это женщина и двое мужчин.       - Это семья Итачи-сана, - тихо шепнула Хана своей коллеге.       Тояма слабо отреагировала удивлением, но выражать этого не стала.       Заметив приближение старшего сына, гости встали. Самый старший мужчина выглядел лет на пятьдесят. Обладал он довольно грубой внешностью, строгим взглядом. Темные волосы убраны назад, немного расслабленная поза, одна рука держала смартфон, вторая свободна. Темно-бордовая рубашка без единой складки, заминки. Черный костюм, казалось, без единой пылинки. Отполированные до блеска туфли. Рядом с ним, по левое плечо, стояла женщина тех же лет. Она имела простую прическу: небольшая низкая шишка , ни один локон не выбивался. Бледная, но здоровая кожа. Выразительные, мудрые и спокойные ониксовые глаза. Женщина имела приятные, мягкие черты лица. Аура теплая и приветствующая. Одетая в черное платье в пол с мягким вырезом и открытыми плечами. На острых ключицах большое бриллиантовое ожерелье, напоминающее о статусе хозяйки. Третий, парень, казалось, являлся младшим братом Итачи. Их сходство невозможно переоценить. Парень был в черной рубашке, поверх которой серая теплая кофта, скорее всего из нежного флиса. Черные брюки, ботинки. Как раз-таки его аура была отталкивающей, словно он не был рад видеть своего старшего брата.       - Здравствуй, отец, - поклонился Итачи, - мама, - не поднимался, выждал пару секунд и выпрямился. - Саске, - слабо улыбнулся, хотя такой тип улыбок обычно называют "ухмылкой". - Позвольте представить, чуть отошел в сторону, не дожидаясь ответа родителей. - Мой второй секретарь Сэйери Тояма-сан. Тояма-сан, - не оборачивался, - это президент компании Ap-Lord, Учиха Фугаку, его жена Учиха Микото. Младший сын Учиха Саске, - убрал руки в карманы, девушка поклонилась, в ответ ей слабо кивнули все, кроме Саске.       - Так это из-за нее до сих пор не переподписан контракт с FireI*? - вдруг начал президент.       - Да, это так, - спокойно ответил старший сын, но прикрыл собой девушку.       "Что? Из-за меня?" - искренне удивилась. "Почему я?" - подняла взгляд, но уткнулась в широкую спину своего начальника.       - Распорядись, что поправки должны быть внесены до конца завтрашнего дня, иначе мы потеряем поставщика, - очень низким и серьезным голосом продолжал Фугаку-сан.       - Разумеется, - в более спокойной манере, уверенно.       "Поправки?! Точно! - резко воодушевилась девушка. - Я же не внесла поправки, не принесла к полудню! Черт! Совсем из головы вылетело!" - корила себя девушка, внешне стараясь сохранять абсолютное спокойствие. "И даже так... он не напомнил мне об этом... глупая! Он и не должен был! Это твоя работа! В кое веки доверили что-то серьезное, даже Хана-сан не знала... какой позор!" - опустила взгляд, на глаза чуть не наворачивались слезы от обиды. Говорить сначала директору такие громкие слова, чтобы потом совершить такую глупость. А теперь начальник вынужден слушать претензии президента, просто потому что она была так эгоистична, не в состоянии выполнить свою работу.       - Тояма-сан! - резкий шепот справа, Сэйери провела взгляд. - Соберись! - грозно поддерживала первая, хорошо видя, что происходит. - Сейчас не время!       "И ведь правда, но как обидно!" - не могла смириться. Кулаки девушки автоматически сжались, ногти впивались в ладонь. Голова слегка наклонилась вниз, глаза потухли. Действительно, как обидно узнать, что ты чего-то не смог, не потому что плох в этом или не было возможности, а как раз наоборот! По совершенно глупейшей причине: забыла!       - Точно! - вдруг резко сказал Итачи, и отчего-то этот тон вывел Сэйери из режима самобичевания. - Консул желал обсудить со вторым секретарем развитие компании в Японии, видите ли, Хана была занята недавним совещанием. Думаю, мы можем отпустить ее, - развернулся полубоком. - Тояма-сан, Вы можете идти и продолжить работу, фирма не должна спать, пока мы празднуем, - более спокойным, тихим, успокаивающим голосом.       Тояма глубоко поклонилась и направилась к выходу, постепенно ускоряя шаг. Скрывшись за тяжелой дверью, девушка глубоко вздохнула, но и ноги сразу же задрожали. Теперь не было необходимости сдерживать эмоции. Возможно, будь она более равнодушной, не любила бы долгожданную работу, согласитесь, это против всякой логики, она бы просто приняла этот недочет. Однако, Сэйери являлась ответственной девушкой и подводить людей не входило в привычки. А заработать вот такое первое впечатление вдвойне важного человека: как отца Итачи, так и президента фирмы - совершенно не хотелось!       Девушка старалась всеми силами успокоить себя, пыталась прокрасться к выходу, оставшись незамеченной. Желание обрело успех, уже через пару минут Тояма стояла на крыльце, так холодно, но горечь на душе отлично компенсировала это. И снова размеренно падал снег, его, казалось, вообще ничего не волнует. Просто снег. Просто летит. Каждому хоть раз в жизни хотелось бы просто стать снегом. Ведь тогда остается только одна проблема - настанет тепло, и все растает.       - Да блин! - тихо, но резко и грубо выругалась, зажмурила глаза. - Что же это такое?! - наклонила голову, и с густых ресниц упала слеза, наполненная всей внутренней болью и непринятием.       Это чувство, словно переполненный вулкан. Магма наполняется, но деться некуда. Повышается давление секунда за секундой. Что-то не дает извергнуться. Но думает ли вулкан, что он виноват в этом? Гора может считать, что не достойна даже разрядки? Нет. Вулкан, подобно эмоциональному человеку, просто выбрасывает тонны огня наружу. Все равно, что погибают люди. Не волнует, что столько деревьев и зверей погибнут. Чувствует ли пламя ответственность за это? Конечно нет, это абсурд. Сэйери сейчас стала вулканом который все же считал себя недостойным извержения. А это обычная природа. Вулкану естественно убивать. Человеку естественно плакать.       - Замерзнешь, - на плечи грубо накинуто черное мужское пальто.       Рядом оказался Акита. Он облокотился на стену и смотрел в сторону парковки. Белая рубашка шла ему как никому, за исключением Итачи. Его любимые черные джинсы и туфли. Парень достал из ниоткуда пачку сигарет, кажется, она и до этого была в ладони парня. Он умело достал сигарету и закурил, даже не взглянул на девушку. Молча протянул ей пачку.       - Я не курю, - тихо и максимально спокойным голосом.       - Чего шепчешь, - убрал сигареты в задний карман. - Когда кричать охота? - выдохнул густой дым, все еще не смотря ей в глаза.       Но она наоборот, пристально наблюдала за арт-директором, крепко сжимая в ладонях его пальто.       - Да по тебе видно, что ты облажалась в чем-то, - наконец, взглянул на нее.       Этот взгляд отличался от того, который он обычно ведет. Эти глаза были очень серьезными, спокойными. Внушали мудрость, доверие к себе. Они не пытались донести каких-то унижений или попыток что-то исправить. Заставляли принять и смириться.       - Я просто... - хотела перечить, но почему-то замерла, замечая, что он мысленно говорит: "замолчи и просто признай!". - Просто я подвела начальника, хотя совершенно не хотела этого, Акита! - "взорвалась", словно самый дикий вулкан. - Я говорила ему, что заставлю доверять мне. Я была уверена, что справлюсь со всем! Я его предала! Да я сама себя предала! - срывалась на шепот, - ресницы дрожали, а слезы уже спокойно стекали по щекам, уводя за собой тушь.       Парень выдохнул, выкинул сигарету, воздушно, но резко подошел и обнял ее. Девушка сопротивляться не стала, а просто стояла. Затем заплакала еще сильнее, цепляясь за его выглаженную рубашку своими пальцами.       - Хочешь домой? - тихо спросил, поглаживая ее по волосам, она все еще сильно всхлипывала и крепко вжималась.       - Да, - без голоса, смесью хрипа и писка от слез ответила.       Не отпуская одну руку, второй он обнял ее за плечи. Подал ладонь, она приняла. Акита помог спуститься по скользкой мраморной лестнице, проводил к своему авто и открыл для нее дверь. Музыку никто включать не стал, все было тихо. Дорога вся заснежилась и чистить было бессмысленно. Слишком сильный снегопад, поэтому ат-директор не набирал высокую скорость. Машин все равно не встречалось на трассе, поэтому можно было держать стабильную скорость. Из-за огней города, пасмурное небо ночью окрасилась в смесь грязного оранжевого, сиреневого и белого. Однако, даже так, машина подъехала к ее дому уже через сорок минут, выходить Сэйери не торопилась, а парень и не подгонял.       - Главное, - опустил глаза на руль, слабо царапал его своими пальцами. - Внеси сейчас эти чертовы поправки, а завтра до того, как он заикнется о них, принеси, - наблюдал за ней.       Тояма мягко перевела пустой взгляд с окна на друга.       - Откуда ты знаешь, что дело в поправках? - безэмоционально, но уравновешенно.       - Минуты через две после тебя вышел босс и Хана. Она рассказала, - объяснил.       - Понятно, - отстегнула ремень безопасности, - Спасибо тебе, - открыла ручку и вышла, наклонилась. - До завтра, - слабо улыбнулась и, не отдавая пальто, а сильнее в него закутавшись, медленно пошла к дому.       Акита убедился, что Тояма зашла в квартиру и тронулся с места.       После того, как Сэйери вышла с вип-зоны в ресторане, Фугаку сразу же обратился к сыну.       - Фамильные серьги? Ты не должен был отдать их Кейре? - Микото удивленно взглянула на мужа, а потом на сына.       - Кейра высказалась о них, как о дешевке, - встрял Саске. - Я присутствовал. Однако, раз ее нет здесь с нами, то, видимо, она узнала, что он отдал их какой-то секретарше. Хоть она и отказалась, возможно, ее все равно задело, - пожал плечами и плюхнулся обратно на диван.       - Он прав, - легко улыбнулся Итачи и поклонился. - Позвольте, мне пора, - пошел к выходу.       - Тебе стоит быть осторожнее, - вслед кинул отец и парень замер. - Она же владеет девятью процентами, ее голос тоже будет учитываться на голосовании, - Итачи продолжил шаг, оставив это без ответа.       Зайдя домой, Тояма тут же села за контракт, даже не переодевшись. В дорогом платье и красных меховых тапочках девушка сидела на кухне, попивая горячий какао. Она ни на секунду не перевела внимания на что-либо еще, кроме документов. К двенадцати часам все было готово, и только тогда Тояма потянулась и тяжело вздохнула.       - Ничего, - захлопнула папку. - Все будет нормально, - встала и пошла в сторону кровати, попутно расстегивая платье на спине.       эта ночь действительно будет необычной. Столько дел, эмоций, переживаний, ответственности за один день девушка еще никогда не испытывала. Уснуть было как два пальца друг о друга ударить, ведь мозг просто сам отключался. Так в нижнем белье и поверх одеяла, как упала, Сэйери и уснула. До самого утра ничего не тревожило ее сон, даже мысль о том, что снова, в очередной раз, она не завела будильник. Но сейчас она тихо посапывала, абсолютно не двигаясь. МОжно было смело сомневаться в том. что она видела какие-то сны, ведь после того дня все спят как убитые, сильный стресс, вследствие самый крепкий сон редко ведет за собой какие-то сновидения.       Неизвестно, можно ли было сказать тоже самое об Итачи Учихе. Для него, вероятно, это был такой же день, как и остальные триста шестьдесят четыре в году. Вероятно, так проводят свои сутки бизнес-элита Токио. Учиха сегодня не пил, а Акита, после того, как отвез девушку, вернулся на вечеринку. Спустя полчаса, как он снова появился в зале, Итачи подошел к нему.       - Где мой секретарь? - тихо спросил, осматривая толпу.       - Позади Вас, Итачи-сан, - намекая на Хану, ответил арт-директор.       - Второй секретарь, - проигнорировал подколку от подчиненного.       - Дома. Девушка сказала, что ей нужно срочно работать, я любезно отвез ее домой, - парень прекратил искать знакомую в толпе и встретился глазами с Акитой.       Нет, ничего особенного. Но если бы это было соревнование у кого в глазах больше власти, то выиграл бы, без сомнений, Учиха. Ну а если у кого злее, то победа, определенно, ушла бы под руку с шатеном.       - Это правильно, - спокойно бросил и исчез в толпе.       - Лучше было бы, если бы она уволилась, - прошептал для себя Акита. - Устроиться под его крыло и при этом открыто высказываться или действовать на его внимании, это то, что отлично у нее получается, но это также то, с кем Итачи не сталкивается каждые сутки. А он, в догонке за новизной, может уничтожить ее, а не просто эти дешевые чувства, - отставил бокал в сторону, достал пачку и пошел на крыльцо.       На удивление, снег быстро прекратился и тучи разбежались. Теперь серебристый снег освещала покровительница. Огромная полная луна, которая всегда делала свою работу. Ей абсолютно все равно, смотрят на нее или нет. Знают о ее красоте или недостатках - нет, ее это не волнует. она просто сверкает. Просто сводит с ума всех эстетов.       Этот вечер стал уроком для всех. Для Итачи. Он не мог отрицать того, что обрел ценного сотрудника, который действительно с полной ответственностью относится к своей работе, пусть и делает все только три дня. Она преданна, и это явно не один месяц, год. Возможно, она будет самым выделяющимся работником универсального гиганта. Для Сэйери. Нет ничего постыдного в выражении своих эмоций. Все могут ошибаться,а когда это произойдет - не предугадать, ведь мы всегда стараемся все сделать "правильно". Любое решение может казаться верным, пока нам не объяснят, почему это не так. Все могут забыть о чем-то, ведь память не компьютерный диск. Ничего не идеально и не совершенно. Для Акиты. Даже новый работник может быть до безумия предан своему начальнику. Человек, с которым ты знаком три дня, может быть для тебя по ощущениям тем, с кем ты знаком уже сто лет. Может, это теория о соулмэйтах? Кто знает.