creek

В Южном парке ночами холодно в любое время года, и гардероб у горожан полон разными-одинаковыми куртками, которые бывают зимними и летними. Мороз тут быстро прихватывает тонкой корочкой лужи, и уже не отпускает до тёплых деньков. Здесь холодно и в плане пейзажей удивительно статично, однообразно и монотонно. Здесь всё так, как нравится Крэйгу Такеру. Было бы, если б город был безлюден. В Южном парке вечно что-то происходит, кто-то приезжает или прилетает, и всех в мире всегда волнует, как у них дела. Не иначе как по всем каналам показывают прямой эфир из их городка, и каждому хочется сунуть нос в это шоу, побыть частью балагана и получить свою порцию местного гостеприимства. Крэйг хотел, чтобы его лицо замазывали в эфире, убрали его из несуществующих титров, а сценарист вдруг бы сказал, что его рейтинг скатился на уровень Марианской впадины, и мальчику нужно красиво отъехать в Денвер, закат, на Луну — да куда угодно, лишь бы подальше отсюда. И хотя приключения начали обходить его стороной, он все равно вляпался в историю. Романтическую эпопею, сказ о нежданных чувствах, но проще говоря — в любовь. Он не планировал идти на поводу у города, он не собирался быть тем, кем не является, но… Наверно, этот город знал его даже лучше, чем он сам себя? В конце концов открытая книга всегда видит то, что вокруг, и не способна себя прочесть. Крэйг чувствовал себя именно так, когда вдруг узнал о себе новые откровения. Ему, оказывается, нравится Твик. Сильно нравится. Подумать только — он не замечал этого так же, как поначалу тот факт, что всем показывает средний палец. Потом пришли добрые люди и сказали об этом, и Такер искренне удивился. А потом показал палец осознанно. Вот и с Твиком он удивился, а руку ему протянул вполне осознанно. Сценаристы не скажут ему ехать в Денвер, не отправят больше в Перу и не втянут в какое-нибудь абсурдное приключение. Вот ему Твик, и пусть приключается с ним, сколько душе угодно. Твик беспокойный, нервный, себе на уме параноик и суёт любопытный нос туда, куда не нужно, искреннее уверенный, что поступает ровно наоборот. Наблюдая за ним, раз за разом вызываясь быть верной опорой и голосом здравого смысла, Крэйг вдруг понял, что он такой же беспокойный придурок, как его парень. Он годами нудел, что ему не нужны приключения, а сейчас бегал и искал их на свою голову, прихватив для компании своего парня. Твик находит идеи, но проверять-то идёт Крэйг, и никто не толкает его в спину. Твик не отправил бы его на растерзание монстрам или президенту — отваги в нем было как в половине городка, и скорее он закрыл бы Крэйга собой и принялся орать на угрозу, чем шмыгнул бы за спину Такера. Так что у Крэйга не было никаких оправданий тому, что он вновь влезает в историю. Он делает это сам. Ему нравятся приключения. Или хотя бы жаловаться, что не нравятся. Он чаще своего парня лезет в гущу событий, словно разыскивая то самое око бури, в котором по слухам штиль. Он не берёт с собой Твика и ловит удивленные взгляды. Они же всегда вместе, всегда за ручку, всегда такие милые. И при этом каждый сам по себе. Не будь их город таким безумным и внимательным к тому, к чему не нужно, Крэйг бы и не заметил, что состоит в отношениях через раз. Вот они милуются с Твиком в парке и пишут друг другу ночью, а вот отдельно сидят в школе и даже не подходят поздороваться. Крэйг читал, как азиатки назвали их пейринг, и, наверно, сценарий его истории был продуман ими под это слово. Потоки, которые сходятся и расходятся, появляются и исчезают. У них нет постоянного места встреч, не выделено время в расписании, потому что школьникам ни к чему вести унылые ежедневники со списком скучных дел. У них негласное время друг на друга и на самих себя. И никаких на это обид. Твик часто пропадает в кофейне, пока Крэйг гуляет с друзьями. И пока Твик навёрстывает упущенное, Такер делает домашние задания. Их жизнь не заточена друг под друга, но всегда находится внезапное время для встреч. Вот вдруг идёт дождь, а они дома играют в приставку. Или ходят по улице, как приклеенные, а потом не обращают друг на друга внимания. Всё Крэйг прекрасно знает и помнит, теперь уже точно, и вполне осознанно показывает ситуации средний палец. Они часто исчезают, почти не оставляя следов, и появляются в новом месте. Отдельно, но постепенно берясь за руки, впадая друг в друга, как реки. Но когда подходит к концу их личный сезон дождей, они растекаются кто куда, чтобы вновь появиться позднее. И так раз за разом, позволяя привыкнуть к спонтанности. Это их маленькое приключение, поделённое на отрезки времени. И если Крэйга согласятся вырезать из этого шоу, отправить на Луну или снова сошлют в Перу, он ни за что не поедет один. А даже если вдруг не сможет воспротивиться, и его насильно сошлют далеко, он посидит там пару дней, а потом обернётся на шум. Твик звонко бросит свои вещи к его ногам и скажет, что он устал работать в кофейне, пришёл играть и по-хозяйски схватит за руку. На другом конце земного шара и даже за его пределами. Твик такой же безумный, как весь Южный парк, и плевать хотел на препятствия. Твик достанет его всегда и везде, откопает из-под земли, отыщет в самом густом лесу и точно не потеряет в пустыне. Крэйг этому только рад. Их поток всегда в конечном итоге сливается воедино, и исчезают они вдвоём.