Динаэль

Сегодня знаменательный день. Сегодня день моего рождения в качестве человека. Сегодня я увижу мир глазами человека и запечатаю свои силы ангела, чтобы никто никогда не смог меня найти. Я, конечно, буду скучать по своим крыльям, по своим возможностям и силам, но я не желаю вновь встречаться с братьями. Так будет лучше. И только в самый крайний случай я буду пользоваться теми крохами сил, что я оставлю. Интересно, кем я стану? Кто будет моей семьёй? Будет ли у меня брат или сестра? Столько предоставленных возможностей в качестве человека не могут не кружить голову. Я столько тысяч лет наблюдала за развитием человечества, за их войнами, за их праздниками, и всегда пыталась понять их. Почему они поступают так или иначе? Почему Отец так любит их, даже зная, что его создания будут воевать друг с другом, убивать друг друга и делать другие своевольные вещи? Люди ужасны и одновременно прекрасны в своей природе. Им дано то, что недоступно нам - ангелам и архангелам. Как, впрочем, и демонам. Людям дано право выбора. Они сами решают, куда идти, что делать, чью сторону выбирать в бесконечном противостоянии Света и Тьмы. Наверно, именно поэтому и ангелы, и демоны так сильно им завидуют. Я бы, наверно, тоже завидовала бы, если бы не считала, что завидовать плохо. Но сейчас речь не об этом. Моё рождение уже скоро начнётся и тогда я смогу жить так, как захочу. Я смогу решать сама, а не равняться на кого-нибудь другого. И пусть будет тяжело, пусть будет больно, но я сама решилась на это. Это мой выбор, моя дорога и я пройду её до конца. Теперь меня зовут Диана Винчестер. Мои родители - Джон и Мэри Винчестеры. О Джоне Винчестере слухи ходили даже на Небесах - знаменитый охотник на нежить, который по воле Небес встретился с Мэри и они в конечном итоге поженились. Видимо, кто-то сверху тщательно влиял на их судьбы, осторожно переплетая их пути таким образом, чтобы на свет появились мы - я и мой младший брат Сэм. Какое странное чувство - знать, что теперь ты за старшего. Что теперь на твоих плечах ответственность за жизнь и сохранность младшего. И от осознание того, что в мире людей я никогда не буду одна, что я связана кровью и плотью с другим живым существом, волнами тепла разливалось по телу. У меня появилась любящая семья и я была им безумно благодарно - за заботу и за сам факт своего рождения. Это, наверно, тоже решили Небеса, но только вот они не учли того факта, что я выберу именно дочь Винчестеров для своего рождения. И всё же интересно, чей это просчёт. Но всё хорошее не может длиться вечно. Как и в день сражения Михаила и Люцифера, небо затянуло тёмными тучами, а где-то высоко вспыхивали молнии.Я крепко прижимала к себе испуганного Сэма, стараясь всеми силами успокоить его. Мне было семь лет, ему - три года. Мы сидели в комнате Сэма, когда из комнаты родителей послышался крик - жуткий, нечеловеческий, женский. Не помня себя, я побежала туда, крепко прижав к груди брата. То, что я увидела, привело меня в ужас. Мэри буквально сгорала заживо. Невидимая для людских глаз сила подняла её к потолку и медленно сжигала. Но я знала - чувствовала теми силами, что позволила себе оставить - что это демон. Причём далеко не простой. Подняв голову к потолку, едва сдерживая отчаянный крик, я на секунду ловлю на себе заинтересованный взгляд жёлтых пронзительных глаз. Узнавание тут же словно ударило меня по голове. Я точно знала, кто именно убил Мэри Винчестер. Говорят, ангелы не умеют плакать. Так знайте же, что это неправда. Я плачу, крепко зажмурившись, и чувствую, как дрожит в моих руках тело Сэма. Джон попросил нас подождать его на улице, а сам полез искать уцелевшие вещи, которые могли нам пригодиться. Я плачу, чувствуя, как ожившее за многие тысячелетия сердце болезненно сжимается. Да, мне больно. Наверно, также больно, как в тот день, когда Люцифер восстал против Отца, а может даже больнее. Всё же Мэри, даже догадываясь, что я не просто человек, воспитала меня, любила и заботилась обо мне, стала мне той, что люди зовут матерью. В груди загорается странное пламя. Смесь гнева, ярости и боли. Желание мстить.