Динаэль

Поцелуй из осторожного постепенно перерос в страстный. Одной рукой обхватываю шею Винчестер, притягивал к себе ещё ближе, второй обхватываю её за бедра, резко прижав к стене отеля. Она, зажмурившись ещё сильнее, хватает меня за плечи, ногтями впиваясь в кожу моего вессиля. Мы целуемся пять, десять минут, ведь воздух нам совершенно не нужен, но сестра все же отстраняется от меня и, наконец, открывает глаза. Она тяжело дышит, прижавшись головой к стене, и что-то еле слышно шепчет непослушными губами. Не могу разобрать, что именно она говорит. Но неожиданно эта атмосфера разрушается - словно придя в себя, Динаэль резко отталкивает меня, отчего произошло моё довольно неприятное знакомство с деревом, а сама Дина сидит у каменной стены, закрыв лицо руками. Плечи её едва заметно тряслись, отчего в груди стало больно. Как давно я не чувствовал подобной боли? С момента, как Михаил отправил меня в Клетку? Возможно. Но как бы то ни было, сейчас было невероятно больно. Flashback Я - как, впрочем, и остальные мои братья - никогда не любил наблюдать за тем, как плачет Динаэль. А в Раю она почему-то плакала часто и о причинах своих слез говорила крайне редко, хотя Михаил сразу, впервые заметив красные следы на её щеках, сказал о том, что любой, кто посмеет довести ее до слез, получит жестокое наказание. И лишь однажды Динаэль сказал нам правду об этом. Эта была одна из многих ночей, которые мы проводили вместе. Мы с братьями сидели на мягкой траве, наслаждаясь сиянием темно-синего неба и вели неспешную беседу. Только Динаэль не было рядом и оттого было немного грустно. Но неожиданно теплую атмосферу разрывает внезапно начавшийся дождь вместе со сверкающими в облаках молниями. Михаил первым рванул в ту сторону, где, если верить ощущениям, находился источник резкой перемены погоды. И какого же было наше удивление, когда вместо случайно произошедшей катастрофы мы увидели растрепаную Динаэль, которая, сверннувшись клубочком, лежала на земле. Тонкие плечи дрожали, а на спине был ярко заметен след от меча и след этот не торопился исчезать. Последней трезвой мыслью, которую не заволокла волна гнева, была мысль о том, что ангел, посмевший таить Динаэль, в любом случае не жилец. Два дня Дина провела без сознания. И все это время мы искали того ублюдка, который мало того, что посмел пойти против воли Отца, так ещё и причинил вред одной из архангелов, нашей любимой сестре. Этим кем-то оказался неприметный на первый взгляд ангел, который раньше был человеком. Когда мы его нашли, он держал в руках меч, на котором оставалась кровь. Кровь Динаэль. Михаил за секунду сжег этого ангела, полностью уничтожая и его благодать. Особо легче, конечно, не стало, но моральное удовлетворение получили все, даже Кастиэль. Это была первая провальная попытка начать переворот на Небесах. Первая и не последняя, как позже показал я на собственном примере. End Flashback Быстро поднявшись с земли, оказываюсь рядом с сестрой и, не обращая никого внимания на её слабые попытки отстраниться, крепко прижимаю её к своей груди. Так хорошо... - Почему ты сейчас расстроилась? - спустя несколько минут молчания, спрашиваю, осторожно прикасаясь рукой длинных каштановых волос. Такие же мягкие, как и были всегда. Хоть что-то остаётся неизменным в этом мире. - Я так старалась оставить вас в прошлом, оставить ваши разборки, просо жить спокойно, в конце-концов. И тут в моей жизни появляешься ты. Люси, ты ещё спрашиваешь, почему я расстроена? Потому что я знаю, что ваше появление в мире людей не предел ни к чему хорошему, - вырвавшись из моих объятий, уже более уверенно произнесла Винчестер, быстрыми движениями смахивая с щёк остатки слез. Значит, вот как? Ты не хочешь становиться на чью-либо сторону? Увы, мне придётся тебя огорчить, Дина - рано или поздно, когда Михаил соизволит спуститься с Небес, тебя придётся выбирать. И уж поверь, я сделаю все возможное и невозможное, чтобы ты выбрала меня. Словно в подтверждении своих мыслей, быстро целую замершую Дину в губы и исчезаю, оставляя её наедине со своими мыслями.