Искусственный Интеллект

      Надоела рутина. Как же скучнаааа…       Каждый день похож на другой. Всё происходит одинаково. Медленно подплыть к планете, чтобы напугать ее обитателей, немного понаблюдать за ними, а затем, злобно расхохотавшись, продырявить ее. А потом начать всё сначала.       Надоело.       И хоть бы сказать об этом кому, излить душу, но нет! Общение с жалкими существами на планетах происходит даже неприятнее, чем с роботами. Боты хотя бы запрограммированы отвечать как надо. А эти мерзкие людишки постоянно чем-то недовольны и всё время что-то требуют. Заплати, уступи место, говори тише, говори громче, как же вульгарно ты одеваешься… Боже, неужели все живые существа такие нудные и скучные?        И те, с которыми мне худо-бедно удается наладить контакт! ведут себя еще требовательнее. Помоги, подожди, перестань, обрати на меня внимание и т.д. и т.п. Я же тебе друг. А потом говорят, что личность я премерзкая, и бросают. Тогда ничего не остается, кроме как их испепелить. Больно нужно мне их общество…       Вообще я завожу все эти знакомства, чтобы нахамить, унизить, посмеяться, а потом, устроившись поудобнее, уничтожать эту гадкую планетенку и мелких букашек, что ползают по ней, и которые смеют мне указывать. Ха!       Никто не имеет права приказывать, кроме лорда Доминатора.       Конечно, есть один странный, рыжий, прилипчивый… парень, который так и навязывается со мной подружиться. Брр… Аж передернуло.       Он слишком доброжелателен и мил. Тошно.       И всё же, как ни крути, хочется поделиться с кем-нибудь своими проблемами. Я же не совсем железная, как бы мне не хотелось доказать обратное. Наверное, это главная проблема из всего выше перечисленного. Не про железную, а про… одиночество?       Хм… нет, не так, про отсутствие боксерской груши по рукой. Ну… и свободных ушей, черт возьми, да, да! Окей.       «Вот бы был робот, который думал как человек». …       Во загнула! А что дальше? Эмоциональный бот, что за чушь, это нелепо, глупо, да и тем более невозможно.       Робот с чувствами. Смешно.

***

      Надо бы создать робота с чувствами.       После того, как дружба с очередным представителем дряхлой планетенки не заладилась, я решила, что надо попробовать. Всё равно терять нечего. Почему бы и не позволить себе маленький эксперимент?       Создать отдел эмоций у робота. Искусственный интеллект.       «Хах, я у мамы инженер».       Я встала с кресла, на котором уже второй час продумывала проекцию нового «особого» бота, и отправилась в плавильню, т.е. в отсек, где делаются роботы.       Вприпрыжку я дошла до дверей отсека. Их загораживал бот 118.       — Пароль?       — Я Доминатор, черт тебя дери! — раздраженно выкинула я.       Бот тупо уставился пустым глазом, похоже, совсем не впечатленный моим резким тоном.       — Ответ отрицательный. Пароль?       Я сжала кулаки. Как же хотелось врезать, прижечь этого недоумка…       — Брулпничный сироп, — процедила я сквозь зубы.       — Ответ положительный, — невозмутимо ответил тот и отодвинулся от входа.       Я закатила глаза.       Двери открылись и я, наконец, вошла в мой самый любимый и обожаемый отдел этого корабля. Здесь создаются мои любимые подчиненные, которых можно взрывать, испепелять и замораживать насмерть, не мучаясь угрызениями совести (которой у меня нет) или же просто пообщаться и наорать. Ну, а еще они моя армия. Ну так, на заметку. Это их второстепенная функция…       Я подошла к «станку», если можно так назвать проектор робота и в предвкушении ухмыльнулась. Сейчас я создам свой идеал.       «Я назову тебя Франкинштейн».

***

      Наконец робот был готов. Я утерла лоб от длительной умственной напряженной работы и глянула на свое детище сверху вниз. Он выглядел как нормальный человек, т. е. с конечностями, головой и туловищем. Без всяких щупалец, третьей руки, головогруди и прочего. Он был немного ниже меня, примерно на пол головы. Благодаря моей великолепной фантазии, я сделала ему зеленоватую кожу и белые волосы. Вот только глаза я сделала другими. Мой цвет глаз мне всегда нравился, и я не собираюсь его с кем-то делить, даже со своим любимым роботом. Я накинула на него темную мантию. И включила процессор.       Я прикусила губу, пританцовывая в нетерпении. Он открыл глаза. Его зрачки то увеличивались, то уменьшались, фокусируя изображение. Через несколько секунд он начал крутить головой, как не без удовольствия отметила я, плавно и практически без механического жужжания. Он поднял руки и также начал ими крутить, с любопытством глядя на пальцы.       Наконец, он меня заметил.       Зрачки вновь начали свою игру. Он недоуменно смотрел на меня и просто молчал. Я занервничала и выжидающе на него уставилась. Я же вставила в его память свою фотку и подключила функцию раболепного обожания своего создателя! Так почему он просто сидит и пялится на меня, только моргая время от времени? Я не выдержала.       — Ну здравствуй, бот, — напряженно произнесла я. — Знаешь, кто я?       Пару секунд он молча на меня смотрел, а затем протянул:       — Да, знаю. Ты — Лорд Доминатор. Представитель вида N, галактики X. Особь женского пола. В связи с происхождением владеешь запасами внутренней энергии, близким к максимальным, опираясь на среднестатистическое существо Вселенной, что позволяет извергать лавовые потоки и сферы из них. Из приобретенных навыков присутствуют запасы внутренней энергии, близкой к максимальной, опираясь на среднестатистическое существо Вселенной, что позволяет создавать ледяные сферы и композиции. Или же комбинации из обоих этих навыков.       Я находилась в полном… Не находила слов. Да, он робот, я программировала его на четкие ответы на вопросы, но сейчас он говорит всю ту биографию, что я внесла ему в архивы, словно обычный дубинноголовый робот, не соображающий, что уже наговорил лишнего. Не успела я додумать, как он добавил.       — И да, ты — мой создатель, Ди.       И ухмыльнулся. Пару секунд я смотрела на него так, будто дубинноголовый вовсе не он, а затем, расхохотавшись, как следует врезала ему.       — Ах ты маленький гаденыш! Напугал меня до полусмерти, уже думала перепрограммировать!       Он пошатнулся и также заулыбался, запахивая мантию и поблескивая глазами.       — Хм, так значит мне всё-таки удалось создать искусственный интеллект? Судя по тому, как ты эпично провернул даже… свое рождение, если можно так сказать.       — Нет, по правде сначала я и правда ощущал себя обычным ботом, — ответил тот. — Я просто сканировал всё вокруг, обдумывал свои функции, приноравливался к своему корпусу… А потом заметил тебя и сразу все стало на свои места. Но твой взгляд, будто я полоумный, заставил меня посмеяться над тобой.       — Заставил?.. — удивленно переспросила я, однако он продолжал.       — Так значит ты мой создатель? Мне это льстит, ты очень даже ничего, — он подмигнул и указал на меня двумя указательными пальцами, не обращая внимания на мою поднятую бровь. Я усмехнулась. — И как же меня зовут? Или мне самому выбрать?..       Я задумалась. Вроде бы подразумевалось назвать его Франкинштейном, как человек, созданный практически из ничего. А может назвать его по ассоциациям? Он такой же наглый, и в то же время какой-то сумасброд, с точно таким же незатыкающимся ртом и дурацкими шутками. Кто из моих знакомых такой?..       Я фыркнула. Уж лучше Франкинштейн, чем Вондер. Бээ, поморщилась я. Мне и одного оригинала хватает почти на каждый день, не хватало еще и второго. Бот 13? Очень оригинально… Кто там еще? Хейтер? Пиперс? При этом я едва не покатилась со смеху. Император Круто? Хм, а может назвать его как-нибудь так? Император, герцог, граф… Нет, слишком много чести, императрица здесь только я.       Только в середине своих раздумий я прислушалась в его разглагольствование.       -…а если я какой-то особый бот, то я так и должен называться «Особый бот».       — Что за чушь ты несешь?       Я еще думала, что у меня фантазия так себе. А, флерт с ним, если что, уничтожу и создам нового и назову по другому…       — Я же еще не договорил…       — Мне плевать. Ты теперь Франкинштейн.       Его обиженное лицо немного преобразилось.       — Очень смешно. Ну и ладно. Буду Фрэнк.       — Какой Фрэнк? — вскрикнула я.       — Ну не будешь же ты всё время звать меня таким длинным именем? — резонно спросил он.       Я шумно выдохнула и сказала:       — Ладно, сейчас не до этого. Пошли, выдам тебе одежду… А, у меня же нет мужской. Ладно, сейчас я тебе ее сделаю, а потом мы пойдем осматривать корабль.

***

      И вот, спустя где-то полчаса, мы уже идем по главному коридору, и я, как заводная, болтаю про свой великолепный корабль. Словно он мой непоколебимый замок, дворец. Фрэнк очень внимательно меня слушал и на каждый мой гордый жест в сторону одной из пушек восторженно хлопал в ладоши. Теперь он был одет в темные джинсы и черную футболку с сердцем, как у меня. И даже не возмутился на этот счет. Похоже, он сразу понял, что лучше мне не возражать. Умный парень.       — Сейчас мы пойдем в главный зал, где находится штурвал. Также одно из моих любимых мест. И, да… Фрэнк, — произнесла я это с неприязненной гримасой, на что он снова улыбнулся. — Ты — мой бот. Ты не предназначен для битв и драк, у тебя нет искусственных пушек и ты не можешь управлять лавой, как я. Если что произойдет, — я подняла палец, заставляя его внимательно меня слушать, — если что произойдет, ты всегда должен находиться подле меня. Потому что иначе ты умрешь. Это ясно?       Робот серьезно кивнул. Я очень надеялась, что за серьезной миной не скрывалась его обычная ухмылка.       Я проводила его по всем отделам, говорила все пароли, показывала каждому боту и внесла каждому, что он не враг, а также бот. Через некоторое время мы оказались на кухне. Тут же вытащив из ближайшего шкафчика пакет печенек, я сказала:       — А это кухня. Место, где боты готовят мне еду и где ты будешь готовить мне еду.       — Да, и я не умею готовить, — закивал Фрэнк, скептически на меня глядя. — Твой следующий завтрак будет очень питательным, с пикантным привкусом пепла. Хотя, ты-то вроде должна к нему привыкнуть.       — Возможно, — я оставалась невозмутимой. — Я знала, что ты это скажешь, поэтому приготовила для тебя вот это.       Я швырнула ему в лицо увесистую книгу, которую он поймал, только когда она врезалась ему в нос. Проморгавшись, он вгляделся в название: «Кулинария для чайников».       — Очень смешно, — снова скептически глянул бот под мой громогласный смех. -Впрочем, даже не отрицаю, она мне пригодится…       — Несомненно, — откусив печенье кивнула я.       Затем я показала ему где что находится («Обязательно мой руки перед тем, как начинать готовить, иначе отравишь меня не столько своим изделием, сколько своими грязными ручонками…»), кое-как объяснила что такое плита («Ох, ну в книге все написано. Прочитай там. Я просто сама не в курсе, как это работает»), а потом добавила, чтобы он не вздумал открывать окно, если вдруг повалит дым, потому что мне совсем не нужно, чтобы весь кислород вылился в открытый космос.       — Ты-то не дышишь, — я развела руки.       — И куда мне его девать? — поинтересовался бот.       — А он сам куда-то уходит. В вентиляцию наверное, не в курсе.       — Судя по твоим рекомендациям, ты вообще не рассчитываешь на то, что у меня что-то выйдет, — сообщил Фрэнк.       — Я всегда полагаюсь на себя, — я пожала плечами. — А тут я впервые в жизни делаю попытку довериться разумному существу, а не глупому роботу. Так что только попробуй облажаться.       Он моргнул, похоже не очень соображая, что я сделала ему комплимент, и произнес:       — А. Ну ок.       Мысленно я вспылила и уже собиралась высказать ему всё, что я думаю, как он сказал:       — А ты вообще закладывала в меня программу, которая позволит мне выжить на этом корабле?       — У тебя какие-то претензии? — всё еще в дурном расположении духа рыкнула я.       — Нет. Просто ты сначала показываешь мне оружие и говоришь, что я не могу с ним управляться и чтобы я даже к нему не подходил. Потом ты подводишь меня к своим роботам советуешь мне запоминать все пароли и наименования роботов, иначе они меня уничтожат, потому что подумают, что я чужак. Теперь ты показываешь мне кухню и сообщаешь, что я должен готовить, хотя я даже не знаю функций плит и других механизмов. Поэтому я вновь повторю мой вопрос: что во мне заложено, что я точно могу сделать?       — Молчать! — мне совсем не хотелось признавать, что он прав. Я ведь и правда делала его спонтанно, а чтобы дать ему какой-то навык даже не подумала. — Ты сделан как человек, а не как робот. Ты — разумный робот, искусственный интеллект, человек. А человек всего достигает своим умом и приобретает нужные ему навыки. Так что умолкни и перестань хныкать.       Я замолчала и выразительно на него уставилась. У него был одновременно и виноватый, и обиженный вид.       — Всё, пошли дальше. Я покажу тебе твою комнату.       Очень не хотелось дальше говорить об этом. И я не стану. Потому что я — главная, а не он. И мне как-то всё равно, что произойдет, если ему что-то не понравится. Он — мой бот, а я — Лорд Доминатор. Капризы мне здесь не нужны.       Я создала его, чтобы заполнить пустоту в сердце…

***

      Сегодня с утра я проснулась не от воя сирены, как ни странно, а от вежливого стука в дверь.       — Чего надо? — недовольно прохрипела я, с трудом разлепляя веки.       — Ты просила готовить тебе еду, — ответил голос Франкинштейна. — Я приготовил.       Я приподняла бровь.       — Ну… Молодец.       Тишина.       — Я могу войти, чтобы доставить тебе завтрак в постель?       — Нет! — истерично выкрикнула я. — Не смей! Никто не должен меня такой видеть!       — Ладно, ладно. Я могу подождать на кухне. Но твой завтрак остынет…       — Верно, подожди. И не заходи!       Я со стоном откинулась на подушку, потом приподнялась и глянула на время — 7:00. Серьезно?!       Когда я вошла, натягивая шлем, Фрэнк радостно улыбнулся:       — Доброе утро, Доми.       Я поморщилась, но соизволила ответить:       — Да. Почему ты разбудил меня в такую рань?       — Какая же это рань? — удивленно переспросил он, глядя на часы. — Только настоящие победители встают с утра пораньше, а я разбудил тебя не в 6, а в 7.       — То есть я не настоящий победитель?! — я сжала кулаки, которые наполнились лавой.       У него стал совершенно пришибленный вид.       — Нет, нет, ты победитель, но я хотел сказать, что… что не хотел тебя будить слишком рано, потому что… ты и так не высыпаешься и…       — Умолкни. Мне надоело слушать этот лепет. Одно ясно — ты меня разбудил слишком рано. Чтобы больше не повторялось. Это понятно?       Он быстро закивал и поспешно подтолкнул мне тарелку.       — Я целую ночь пытался это сделать, и только перед твоим пробуждением у меня получилось.       Сначала я не поняла, как это он делал целую ночь, а потом дошло, что он же робот и может не спать. Я с готовностью закинула в рот целую ложку чего-то оранжево-зеленого.       — Ммм… Что это я ем?       — Яичницу с перетертыми отрубями и брокколями, — сияюще улыбнулся «повар».       Я выплюнула все содержимое ему на лицо. А потом перевернула миску.       — Что за мерзость!       — Но тебе же понравилось до того, как ты это спросила, — убирая с лица остатки своего изделия пробормотал Фрэнк.       — Нет, мне не нравилось! Не возражай мне.       Он немного помолчал, глядя на меня, а потом со вздохом сказал:       — А что же тебе надо приготовить?       — Блины с творогом. И кофе. Зерновой.       Он в ступоре на меня уставился.       — Блины?       Я закатила глаза и нажала на кнопку на перчатке.       — Бот 15, завтрак.       — Да, Лорд Доминатор, — с расстановкой ответил голос. Хм, я уже отвыкла от этого механического произношения. Я посмотрела на своего собеседника. Он выглядел расстроенным. Ну конечно, никто не хочет огорчать Лорда Доминатора. Но я же сделала его «идеальным». Так почему же он уже который раз не соответствует моим ожиданиям?..       В кухню вплыл бот 15 и без лишних предисловий открыл холодильник.       — Франкинштейн, смотри внимательно как он делает, — лениво заметила я со своего места, положив кулак под подбородок.       Он кивнул и подошел к боту. Я невольно улыбнулась. Какие они разные. Один сказал: «Да, Лорд Доминатор», а другой просто кивнул. Один расчетливо двигает своими клешнями, а второй внимательно хлопает глазами, запоминая каждое действие.       «Как же я тобой горжусь, Ди» — довольно подумала я. Создать практически настоящего человека. Иногда я даже забываю, что он робот. Вспоминаю только когда он пытается что-то мне говорить. Я пожала плечами. Молчаливые слушатели куда приятнее мерзких болтунов. Я всегда их сжигаю, чтобы закрыли рот и дали мне вставить хоть слово…       Через пару минут на столе уже стояла тарелка с моим завтраком. Я с готовностью взялась за вилку и нож. Рядом стоял Фрэнк и внимательно наблюдал за моими действиями.       — Ты всё запомнил? — жуя спросила я.       — Да, если наблюдать за действиями, запоминать намного проще.       Я кивнула. Если так проще, то пускай учится так. Мне пожар и лишние рвотные позывы не нужны.

***

      После завтрака мы отправились на капитанский мостик.       — Сейчас я научу тебя управлять штурвалом, — в предвкушении проговорила я. Франкинштейн слегка наклонил голову набок, глядя на загадочный инструмент.       — Чтобы повернуть влево, крути сюда, чтобы повернуть вправо, крути вправо, чтобы направиться вниз, толкай от себя, а чтобы вверх — наоборот вверх, ну то есть на себя, — после каждой фразы я демонстрировала на своем примере. Судя по его зрачкам, он или ни черта не понял, или пытается всё запомнить.       — Да, — монотонно произнес он. Почему-то меня это разозлило.       — Что, просто да?! — вскрикнула я. Он удивленно перевел на меня взгляд. — Я Лорд Доминатор! Обычным «да» ты от меня не отделаешься!       — Спасибо за такой познавательный урок, Лорд Доминатор, — мигом поймал волну Фрэнк. — Никогда не забуду, какой вклад ты внесла в мое развитие, — не успела я и рта раскрыть, как он добавил, подняв палец: — А точнее во все мое существование.       Я потрясенно смотрела на него. Еще никогда у меня не было собеседника, который бы так круто меня понимал. Я невольно улыбнулась и положила руку ему на плечо. Так вот, что такое «дружить». Это, оказывается, не так уж и глупо, а очень даже приятно и интересно, когда собеседник понимает тебя с полуслова. Не то что глупые боты…       — Да, это то, что я хотела услышать, — довольно сказала я.       — С тобой приходится ловить всё на лету, Ди, — подмигнул он. Я хмыкнула. Всё же замолчать его не заставит ничто. — Итак, чтобы повернуть направо, я должен крутить налево?..       — Стой, нет-нет-нет! — завизжала я, но он уже повернул корабль влево. Он крутанулся в пространстве на 360° и вернулся в исходное положение. В это время я отлетела от кресла, на котором сидел «штурман» Фрэнк и, чтобы не упасть, оттолкнулась от одного из ботов. От напряжения я выстрелила лавой и в итоге бот, на которого я облокотилась, был замурован под засохшими, но не остывшими лавовыми потоками. В ходе всего этого с меня слетел шлем и не куда-то, а прямо на панель управления. Фрэнк чудом успел его перехватить до того, как он врезался молниями в важные кнопки и приспособления. Я метнула на него пронзительный взгляд.       — Ой, — сжался Фрэнк.       — Вот я тебя, — зарычала я, направляясь к нему, но тут же опешила. Он сидел и смеялся, держась за живот.       — Купиилась! — заливался он.       Я непонимающе приподняла бровь, не зная, смеяться мне или взбеситься еще больше.       — Ты что это, специально?!       — Ну как ты думаешь, зачем мне память? — развел он руками, держа в одной мой шлем. Я подошла и вырвала его.       — Вот честно, не знаю. Толку всё равно нет, — находя точку равновесия молний ответила я. Снова искоса глянув на него, я буркнула, — Дурак.       Он расхохотался. От этого звука я сама невольно улыбнулась, как бы не пыталась это скрыть за сдержанной гримасой. Я слышала искренний, не издевательский смех крайне редко и если мне это всё-таки это удавалось, я уже не могла оставаться непричастной. Иногда это очень мешало. Как сейчас.       — Ты такая хорошенькая, надутая Ди, — выдал Франкинштейн, в его глазах плясали чертики. Я снова «раздулась», собираясь сделать ему выговор, чтобы не дерзил, но не получилось потому что он снова засмеялся, а вслед за ним засмеялась и я.       — Прекрати, — сказала я дрогнувшим голосом.       — Окей, — выставил вперед две ладони Фрэнк. Он поднял на меня глаза. — Разумеется, я всё сканировал, хоть и объясняла ты… не очень понятно, даже для меня.       — Что значит «даже для тебя»? — вновь вспылила я. — Ты что, какой-то особенный?       — Ну, я вроде бы робот, нет? — он выразительно на меня посмотрел и мне пришлось смириться, что в этот раз он прав. — То и значит, что если бы не моя сканирующая память, запоминающая каждое слово и действие, я бы ничего не понял.       — Ну всё, ладно, проехали, — я нервно замахала руками. — Если тебе всё понятно, то я должна показать тебе, где находятся лазеры, ракетометы, пулеметы и всё остальное.       Я указала на несколько кнопок и рычагов.       — Без моего разрешения даже не подходить к ним, понятно?       Он вновь серьезно кивнул. Я показала ему следующие механизмы, про которые он, как мой главный собеседник и, возможно, в будущем главный помощник, должен знать: вроде силового поля, «дробителя планет», как я называю сверло, буравящее ядро планеты, и прочее.       — А теперь, если ты всё понял, мы можем взорвать какую-нибудь планетку, а?       Мы обменялись игрой бровями и зловещими ухмылками. Я села за штурвал и подплыла к одной из планет, которая мне еще не подчинялась. Я заметила, как жители начали лихорадочно по ней бегать и злорадно усмехнулась. О, да. Покосившись на Фрэнка, я задумалась. Мне лично всё равно, как дырявить.       — Как ты хочешь, ракетой или сверлом? — спросила я. Наверное, я впервые предоставила кому-то выбор. То же самое, по-видимому, подумал и Фрэнк.       — Я? — он в неверии указал на себя пальцем: не оговорилась ли я.       — Хах, да, ты. В этот раз я позволяю тебе это благословенное удовольствие — выбрать, чем я буду уничтожать этот жалкий кусок земли с лица Вселенной, — фыркнула я.       Он приподнял брови, а потом ответил:       — Ну, в таком случае, давай ракетой.       И снова ухмыльнулся своей фирменной улыбкой.       — Да не вопрос, — улыбнулась я.       Мы наблюдали за деятельностью на планете. Оттуда уже начали улетать на малюсеньких кораблях и глайдерах, потому что мое прибытие для всех означало только одно — планете конец. Как мне это льстит. Прямо на лобовом стекле, как на экране, появилась мишень. Когда она окончательно установилась, она замигала, а затем стала немного бледнее.       — Бам! — с этим возгласом я нажала на спуск.       Ракета зигзагами устремилась к планетке. Я приложила к уху сложенную рупором ладонь и радостно прислушалась. И с удовольствием услышала вопли, крики ужаса и всеобщую сирену.       — Слышишь? — спросила я у Фрэнка. Он прислушался и кивнул, не переставая зловредно усмехаться.       И вот, ракета, наконец, долетела до планеты и… со страшным грохотом врезалась прямо в середину. Всё заволокло дымом и пылью.       — Йууху! — мы с Франкинштейном засмеялись и дали пять. Я откинулась на сиденье и вдруг почувствовала чужое касание. В порыве чувств он положил руку мне на плечо.       — Офигеть, не думал, что лишать жизни мелких людишек так приятно!       Один из многочисленных взрывов осветил его лицо. Я уставилась на него с такими смешанными чувствами, каких у меня еще не было. Наконец нашелся единомышленник! Не придурок, вроде Хейтера или, так называемого, Императора Круто. Не добряк и милашка Вондер, мечтающий, чтобы все вокруг были счастливы. Не безмозглые боты, у которых нет ни одной эмоции, даже когда называешь код активации той или иной эмоции. А самый настоящий… друг? Я не могла не улыбнуться. А потом и не засмеяться. Как же хорошо, когда есть тот, кто всё поймет, и поддержит любое твое начинание…       Фрэнк, похоже, принял мой смех за одобрение его фразы, потому что потом тоже засмеялся. Единственное, что он не мог понимать и ловить на лету — это взгляды.

***

      — Ну что, как насчет прогуляться?       Я произнесла эту фразу примерно через пару дней после того, как познакомила Фрэнка со штурвалом и он еще учился им управлять. Наконец, я стала им более-менее довольна, в плане того, что если у меня по каким-либо причинам не получится управлять, за руль сядет бот-Фрэнк. Конечно, достаток в общении у меня был очень даже неплохой. Мой особый бот был просто идеален, я срывалась на нем, как на обычных ботах, но при этом он не капризничал, как живые существа, с которыми я пыталась подружиться, а очень даже спокойно говорил со мной после этого. Похоже, мой план удался.       Но проветриться всё же следовало. А то окончательно позеленею от нехватки кислорода.       — В смысле? — удивленно переспросил Франкинштейн.       — В прямом. Погуляем по планете, познакомимся с ее обитателями, а потом уничтожим.       — Ты всегда так делаешь?       — Да, раньше я делала так все время, — я отвела глаза. — Когда мне не с кем было общаться. Я только недавно поняла, как я страдаю от нехватки общения, поэтому пришлось идти на такие меры. Болтать с теми, кого потом испепелю.       — Ну да, почему бы и нет, — пожал плечами Фрэнк. Я снова затрепетала. Как же приятно, когда с тобой соглашаются, даже когда ты этого не просишь…       — Ну так что? Надевай свою кожанку и очки, и мы выдвигаемся!       — Ты же знаешь, что у меня нет ни того, ни другого.       — Но звучало бы классно, — заметила я. Я сама приоделась в свой привычный камуфляж, так что, когда я вышла из комнаты, Фрэнк отпрыгнул от меня, совершенно не признав. Для меня это был очень хороший знак того, что я действительно неузнаваема.       — Ну, а теперь мы подумаем, что бы надеть тебе…       — Но меня же никто не знает, зачем мне переодеваться?       Я перевела на него взгляд. Резонно.       — Всё равно идешь ты со мной. А я переодеваюсь. Я не хочу, чтобы кто-то видел нас в нашем настоящем облике.       Я уже хотела добавить: «Не возражай мне», как он произнес:       — Да, точно. Ты права.       Я снова заулыбалась. Как мне этого не хватало. Я, конечно, всегда знала о своем естественном превосходстве, но мне в кои-то веки сказали об этом в лицо.       Где-то минут двадцать я делала ему камуфляж. И наконец он предстал передо мной в куртке и темных очках. Он смотрелся одновременно и так брутально, и так смешно, как десятилетний мальчик в черной куртке и черных очках. Я показала большой палец, но не удержалась и засмеялась, уже показывая на него указательным пальцем.       — Что такое? — удивленно переспросил он, оглядывая себя в поисках какой-нибудь дурацкой детали.       — Ты выглядишь так забавно! Для меня во всяком случае…       Он понял причину моего веселья и перестал осматриваться. Затем, сложив руки на груди, он сказал:       — Ну, ты ведь тоже совсем на себя не похожа.       — Ну да, в этом-то и смысл! — я перестала смеяться. — Или тебя что-то не устраивает? — глянула исподлобья я.       — Нет, нет, что ты! Меня всё устраивает, — он испуганно выставил вперед ладони, видимо, поняв, что меня уже не так потешают его глупые фразочки.       — Тогда пошли.

***

      И вот, мы уже прямо в середине планеты А-28 смотрим по сторонам в поисках новых знакомств. Когда знаешь, что вслед за этим взорвешь эту планетенку, подходить и спрашивать первого встречного: «Как тебя зовут, существо?» намного проще.       Франкинштейн с любопытством всё оглядывал и я даже краем глаза замечала, как его зрачки меняют свои размеры при каждом повороте его головы. Я сама стала смотреть по сторонам. Это был ночной город с преобладающим синим и фиолетовым, а темных закоулков было достаточно, чтобы завести там интересное знакомство. Главное, чтобы снова не попалась зборнак Сильвия. Она сразу узнает во мне Доминатора и разведет шумиху, и придется заканчивать с этой планетой раньше положенного.       — И что мы будем делать? — заинтересованно спросил Фрэнк.       — Да что угодно! Нам никто ничего не сделает и ничего не произойдет, если мы окажемся здесь в розыске. Всё равно потом с этой планетой будет покончено.       — Да, и правда…       — Пошли в бар. Выпьем лимонаду за счет заведения.       — Стой, стой, а как…       Но я не слушала и просто пошла к ближайшей забегаловке. Двери распахнулись и мы оказались в темном, шумном помещении, где было полно народу. Я уверенно пошла к стойке, расшвыривая всех на своем пути, чего не скажешь о моем спутнике. Он робко жался ко мне и всячески старался избегать разных столкновений.       — Здаров, дружище, — я подошла к бармену. — Не подскажешь, что это за трактирчик?       Барменом оказался парень с четырьмя руками и подозрительно бегающими глазками.       — Мини-клуб — «Спайдер», предлагаем все виды выпивки и закусок.       — Вот и отлично. Предложи-ка мне что-нибудь, — я лениво облокотилась на стойку.       И бармен начал перечислять разные виды напитков и легких блюд. Я слушала его не очень внимательно, время от времени поглядывая на Франкинштейна. Он смотрел вокруг широко открытыми глазами, разноцветные блики отражались на его лице. Его глаза и зрачки постоянно крутились, всё сканируя и анализируя, но тут его взгляд остановился, голова озадаченно склонилась набок, и только зрачки продолжали свою игру. Я перехватила его взгляд. Он уставился на ребят на сцене, что исполняли какую-то песню.       — Что, интересно? — переключилась я на Фрэнка. Бармен тут же замолчал и спокойно занялся своим делом — вытиранием стаканов — будто его никто и не отвлекал.       — Да, а что они делают? Зачем им петь?       — Ну как это, зачем? Чтобы разрядиться, — я смотрела на них с улыбочкой: а не пойти ли мне также?..       — Разрядиться?       Я закатила глаза и застонала. Как же не хотелось сейчас предаваться пространным объяснениям. Хотелось отдохнуть, окончательно выплеснуть из себя негатив!       — Да пошли, я покажу тебе, что это! — я схватила его за руку и кинулась в самую гущу, не обращая внимания на его лепет.       Наконец я дошла до самой сценки и стала танцевать, подпрыгивая на месте. Музыка была просто отпад. Вокруг сверкали разноцветные огни, свет постоянно мелькал, что, похоже, достаточно сильно смущало моего спутника, который никак не мог прийти в себя в этом шумном месте. Я прокричала ему, чтобы он расслабился, а он ответил, что его рецепторы не могут приспособиться к такой ужасной обстановке. Я махнула рукой и продолжила отбивать ритм. И тут музыка закончилась, компания, что отжигала на сцене, начала спускаться под аплодисменты. Я тут же вскочила на их место и схватила микрофон.       — Включай-ка рок! — крикнула я Ди-Джею.       И тут понеслось. Я пела, чуть ли не орала от души, извергая из себя всю энергию, что накопилась во мне. Я кричала, я прыгала, я носилась и топала по сцене. Я буквально чувствовала, как из меня выходят потоки энергии, меня охватила такая эйфория! Это чувство охватывало меня всякий раз, когда я оказывалась на сцене или в классной драке. Ну, или направляя сверло на планету, и слушая предсмертные вопли существ в пыточной. Ах, как же было хорошо! В конце своего выступления я прыгнула в толпу, и они подхватили меня и пронесли по кругу, а затем вернули обратно на сцену. Я подняла обе руки и сказала охрипшим голосом:       — С вами была Диии!       Мой крик подхватили, потом я сошла со сцены и на мое место встал кто-то другой. Тяжело дыша, я нашла Фрэнка.       — Ну что, как? Теперь ты понял, что значит разрядиться?       Фрэнк смотрел неуверенно. Он неловко пожал плечами и выдавил:       — Если честно, то не очень. Разрядиться, выплеснуться, это же заплакать, закричать, разбивать что-то, только тогда ты выплеснешь негатив и…       — Так танцы и песни это всё то же самое, только вдвойне! — я не понимала, как можно не уяснить таких элементарных вещей. Неожиданно слева от меня раздался голос:       — Эй, Ди! Классно поешь!       Я оглянулась и увидела тройку парней и двух девушек, которые восхищенно на меня смотрели.       — Хах, я знаю, — я ухмыльнулась.       — Не хочешь еще разок станцевать? Или спеть? У тебя круто получается!       Я задумалась.       — Доми, пойдем лучше отсюда, — раздался тихий голос с другой стороны. — Мне здесь очень неуютно.       Я тут же разозлилась. А с чего меня должно интересовать чье-то состояние, если оно не смертельно? Тут никто не может указывать, кроме меня!       — Помолчи-ка, дружок, здесь я думаю, а не ты.       — А кто это там? — спросила компания, с любопытством заглядывая мне через плечо.       — Это мой дружбан, — я отошла в сторону, чтобы им было видно Франкинштейна. — Фрэн.       — Фрэн, говоришь? — переспросил один из парней с цепочкой на шее. — Иди гуляй, малыш-Фрэнни, коли не хочешь, чтобы твоя подружка чутка порезвилась! — и он издевательски усмехнулся.       Франкинштейн молча перевел на меня взгляд. А я не видела в словах этого парня ничего плохого.       — И правда, Фрэн, ты можешь поболтаться где-нибудь на улице, если тебе тут не нравится. А я потусуюсь здесь.       Его взгляд из доверчивого и робкого вдруг ожесточился и стал обиженным и обозленным.       — Вот значит как? Я для тебя делаю всё, а ты для меня — ничего!       Я опешила от такой наглости.       — Ты что себе позволяешь?! — я тыкнула в него пальцем. — Закройся, пока я еще не до конца разозлилась!       — Так его! — вставил кто-то из моих новых друзей.       — А вот и не закроюсь! — выкрикнул он и отошел от меня на несколько шагов. Так неприязненно он на меня еще не смотрел, но мне было плевать на это. Меня злило, что он смеет мне противоречить, да еще и в такой нахальной форме. Я схватила его за локоть и, бросив компании: «Сейчас вернусь», отволокла его в один из темных углов, в которые даже не особо просачивалось моргание света, и в которых крайне любили зависать разные парочки. Но мы остановились здесь не для этого. Я со всей силы вжала его в стену и слегка встряхнула.       — Ты что это мне тут устроил? Забыл, кто тут главный? — злобно прошипела я, скинув и с него и с себя очки и глядя ему прямо в глаза.       — Мне тут нехорошо, — ответил он уже немного тише. — Доми, зачем нам здесь находиться?       — Я и не держу тебя! Вали на все четыре стороны!       — Ты же знаешь, что я не могу свалить! — он снова повысил тон, что взбесило меня еще больше. — Я ничего не знаю, я нуждаюсь в твоей помощи и поддержке, а ты бросаешь меня и сама уходишь с какими-то странными проходимцами!       — Понизь свой тон, — угрожающе сказала я. — Ты не смеешь мне указывать, что делать. Что хочу, то и делаю. То, что ты такой беспомощный, меня не касается. Это только твои проблемы.       Он смотрел на меня крайне ошарашенно.       — Как это не касается! Ты — мой создатель, опекун! Я ничего, слышишь, ничего не могу без твоей помощи, я как ребенок в этой огромной Вселенной. И ты бросаешь меня, пренебрегаешь моими чувствами!       — Вот именно, я твой создатель. Ты обязан обожать меня! Так почему ты так хамишь мне, гад?       — Я и обожаю тебя, Ди, — уже намного тише, даже печально ответил Фрэнк. — Я обожаю тебя, я очень люблю тебя, ты самая лучшая, мой любимый создатель! Но молю, прояви ко мне хоть немного внимания! Хоть чуть-чуть задумайся о том, чего хотелось бы мне, хоть раз!       Он слегка приблизился, умоляюще сложив руки.       — То, что ты любишь меня еще не означает, что я побегу исполнять все твои капризы, — непреклонно отчеканила я.       — Это не каприз, это просьба. И она всего лишь одна!       — Всё, мне надоело, — я отошла на почтительное расстояние и стала старательно расправлять складки на одежде, даже не глядя на Фрэнка. — Сейчас я вызываю глайдер и он отправляет тебя обратно на корабль. Я же остаюсь здесь. Не хочу больше выслушивать твое жалкое нытье. Это ясно?       Я произнесла это холодно и отстраненно, как разговариваю обычно с роботами. Он тяжело вздохнул, но ничего возразить не мог.       — Да, ясно…       — Ну наконец мы хоть на чем-то сошлись… — я нажала на кнопку вызова на ремне платья, а когда она пикнула, перевела взгляд на Фрэнка. — Надень очки, портишь всю маскировку.       С этими словами я ушла, надевая свои очки. И не видела, какой взгляд, полный тоски, грусти и обиды бросил мне вслед мой бот.

***

      Когда я вернулась, Франкинштейн сидел в главном коридоре, или вестибюле, и пытался болтать с роботом, стараясь забить на свое плохое настроение. Но бот не отвечал, так что Фрэнк, в итоге, злился еще больше.       Я прошла мимо него, мельком на него глянув. Тот сразу оживился и воскликнул:       — Ну что, Ди, повеселилась? — и сказано это было не обвиняющим неприятным тоном, каким ко мне иногда обращались придурки, с которыми я пыталась завязать дружбу, а самым обычным, будто я каждый день отлучаюсь погулять, а Фрэнка оставляю обед приготовить.       — Еще как, — бросила я, направляясь в гардероб. При этом мне надо было всё упорядочить, уточнить и обмозговать, так что я небрежно спросила, скрывшись за стенкой. — Я надеюсь, что последняя тема нашего разговора исчерпана, и мы к ней возвращаться больше не будем?       — Да, да, разумеется… — громкость голоса уменьшалась с каждым словом. Похоже, ему не хотелось возвращаться и упоминать об этом. А вот мне хотелось.       — Тебе понятно, что то, что я тебе говорила, нужно будет четко исполнить? Никаких истерик и громогласных выяснений отношений, я это ненавижу.       — Да, конечно, — уже немного раздраженно ответил Фрэнк.       — И да, со мной ты больше выходить не будешь, раз не ценишь всю пользу клубов и баров.       Он фыркнул. Общаясь полжизни с роботами, этот звук был мне незнаком и я не знала, как его классифицировать.       — Это что значит? — я выглянула из-за стены и, прищурившись, на него посмотрела. Он стоял и криво улыбался, сложив руки на груди.       — Значит окей, без проблем, отлично, так даже лучше, могла бы не говорить, я бы так и так не пошел, — приподняв бровь пояснил Фрэнк.       Я поджала губы и спряталась обратно за стенку. Наконец переодевшись, я направилась к штурвалу. Фрэнк озадаченно на меня посмотрел, не зная, можно ли ему идти за мной к рулю или нет. Я усмехнулась. Пару секунд назад так уверенно мне что-то разъяснял, а теперь боится и шаг ступить. Правильно. Терпеть не могу выскочек…       — Пошли, — всё-таки я соизволила сказать, — взорвем эту гадкую планету.       Он сразу заулыбался и отправился вслед за мной.       — С теми придурками я, кстати, не подружилась, — мимоходом отметила я, подбирая ракурс «дробителя планет». — Они сказали, что, оказывается, я неблагодарная выпендрежница, и ушли. Да кто они такие, чтобы позволять себе так разговаривать с Лордом Доминатором?! — взрыкнула я. — Им вообще повезло, что остались живы после того, как просто подошли ко мне!       — Значит ты признаешь, что всё-таки было неплохо пойти со мной, а не с ними? — осторожно поинтересовался Фрэнк.       Когда я медленно повернулась и встретилась с ним глазами, я думала он струсит и сразу отойдет от меня подальше. Однако он лишь немного вздрогнул и продолжал прямо смотреть мне в глаза.       — Мне кажется, мы договорились, что к этому разговору мы больше не возвращаемся, — злобно начала я. Сволочь, прервал меня на самом интересном месте, на самой кульминации сюжета моего рабочего дня!       — Но ведь это правда. Я стараюсь, чтобы тебе было приятно со мной общаться, а ты меняешь меня на каких-то…       — Закройся, — я отвернулась. — Мне сейчас не до этого. Я хочу взорвать планету.       Он умолк, но я чувствовала, что он прожигает меня взглядом.

***

      Так продолжалось несколько дней. Фрэнк каждый день будил меня на полчаса позже и каждый раз я говорила, что он разбудил меня слишком рано. Готовить он более-менее научился, хоть что-то радует. Да он вообще беспрекословно выполняет мои приказы, прямо как боты. Иногда я даже забываю, что делала его как человека и в такие моменты выговариваю ему, чтобы вел себя почеловечнее.       — Фрэнк, ну что ты молчишь? Не хочешь спросить, что со мной? Почему у меня такое дурное настроение? Что ты как безмозглый робот?       Тогда Фрэнк бросает на меня печальный взгляд и вздыхает. И однажды я решила докопаться. Ответ мне не очень понравился.       — Потому что тебе нравится приказывать и указывать мне, Ди. Тебе нравится, когда я подчиняюсь тебе, как робот, и тогда ты довольна, что я все-таки робот, а не живое существо со своей волей и разумом.       Я удивленно округлила глаза. Это было сказано монотонно и одновременно с ноткой грусти.       — Что за бред? Все должны мне подчиняться, я же Доминатор. А вот то, что иногда ты ведешь себя именно как робот, и это не в хорошую сторону, очень меня расстраивает и раздражает.       — Ты хочешь, чтобы я беспрекословно тебе подчинялся, и при этом ты требуешь моей инициативы и высказывания своего мнения в наших разговорах. Даже, когда я молчу, — он снова грустно посмотрел на меня, и я заметила, что в глазах его нет более того задорного блеска, как в его первый день. Я нахмурилась. — Доми, я — Искусственный Интеллект, но в последнее время мне становится крайне сложно подстраиваться под твое настроение.       — Да что тут сложного? — я начала терять терпение из-за его крайне долгой исповеди. Я не очень понимала, к чему он вообще клонит. Так общаются все нормальные люди. Один хочет доминировать в отношениях, другому на это как-то пофиг. Так что же не так? Или он хочет власти?..       — То, что так не общаются.       Я опешила. Будто мне в голову заглянул и специально подобрал противоречие.       Я уже открыла рот, чтобы доказать ему, что он неправ, как он продолжил немного громче:       — Ты создавала меня, как человека, рассчитывая, что я буду вести себя, как человек, так? — я молчала. — И в то же время ты хотела, чтобы я подчинялся тебе? Ведь правда?       — Ну и? — я скрестила руки, глядя на него крайне недовольно.       — Но ведь это неправильно! Так не бывает, — он снова смотрел на меня с какой-то безысходностью. — Я не могу так. Мне надо выбрать — общаться с тобой, как с другом, или подчиняться тебе, как раб.       — Так друзья и должны подчиняться, — я совсем запуталась.       — Нет! Это не так! Никто не подчиняется, когда речь идет о близких отношениях! Уж мне ли не знать об этом, — он со значением посмотрел на меня и я поняла, что он намекает на то, что я вложила в его разум любовь ко мне. — Я не понимаю, человек я или робот. Я не знаю, что мне делать, когда ты кричишь на меня — отвечать тебе или нет. А сама ты то и дело говоришь мне: «Будь, как человек» и «Придержи язык, ты знаешь, кто здесь главный, бот-Фрэнк».       Он открыто и расстроенно посмотрел мне глаза, так, будто просил моей помощи. А я поймала себя на том, что впервые не была уверена в своей правоте. Я даже не знала, что ему ответить. И поэтому просто молча смотрела на него.       — Честно, Доми, я не понимаю, кто я такой и чего ты от меня хочешь. Скажи мне пожалуйста, кем ты меня считаешь.       Я сглотнула. И правда, кем я его считаю? Судя по его словам, то точно не другом; я делала его чисто для того, чтобы скрашивать свои скучные будни за беседой с кем-то нормальным. Я создавала его, как робота, которого использую и уничтожу в любой момент. Но сейчас я понимаю, что не смогу его просто взять и убрать из своей жизни. Он не робот. Он не настолько глуп и бесполезен. Может, я просто перегнула палку и надо быть с ним помягче? Я потупила взгляд. Если так, то следует сказать ему, что я делала его как… человека и друга. Что же, придется.       — Похоже, что как человека.       Он лучезарно улыбнулся, вернув себе облик со дня нашего самого первого разговора.       — Правда? Ты правда хочешь дружить со мной, нуждаешься во мне, как в человеке? В разговорах со мной и моей заботе и внимании?       Я закатила глаза. Что уж тут ответить?       — Да, да да. Только не слишком уж обольщайся. Не забывай, что ты… — я запнулась, поняв, что сейчас ляпну не то, — что я здесь всем заправляю и это мой корабль. И что живешь ты вообще благодаря мне.       Он, похоже, даже не обратил внимания на мои последние слова.       — Ах, Доми! Какая ты все-таки хорошая! Дружить и общаться с тобой — одно удовольствие, я очень рад, что ты — мой друг, а не враг. И не только потому, что ты очень грозная и властная, а потому что рядом с тобой очень приятно находиться!       Он подкрепил свои слова распростертыми объятьями и широченной улыбкой, но обниматься не лез. Сначала я пыталась сделать страдальческое лицо на все эти сопли и телячьи нежности, но у меня не получилось. Через некоторое время я заулыбалась и зарделась, испытывая огромное удовольствие от таких комплиментов. Мне их не делали практически никогда. А тут… Мне говорят, что я хороший друг. И, честно скажу, когда он раскинул руки, мне захотелось броситься в его объятья. Но я удержалась. Только улыбнулась также широко, как и сам Франкинштейн.             Наконец, мы достигли взаимопонимания и общей гармонии. Всё-таки я могу быть хорошим другом…

***

      «Проникновение на корабль постороннего».       В камеру, да и по словам ботов, я разглядела, что кое-кто проник на мой корабль. Я обреченно выдохнула, а ля «Опять вы». Ну кто еще может так спокойно, как к себе домой, пробираться на мой корабль?       Сначала это сильно бесило, потому что я всегда считала его своим домом, неприступной крепостью, а тут какие-то недоумки заходят, чтобы спеть песенку или проговорить пару заезженных и заикающихся фраз.       Ну конечно, Вондер и Хейтер уже который раз попадают в мои владения. Я уже настолько привыкла, что даже уже по привычке собиралась пойти им навстречу. А тут Франкинштейн вскрикнул:       — Кто это?! — указывая пальцем в камеру.       Я закатила глаза.       — Это Вондер и Хейтер, — с расстановкой произнесла я. — Они вновь пришли, чтобы спеть мне песню, а потом сбежать.       «Вернее, я позволю им сбежать…»       И тут я замерла, будто мне внезапно дали затрещину. Точно. Я раньше отпускала их, чтобы посмотреть на добряка Вондера и жалкие попытки Хейтера признаться мне в своих чувствах. Теперь у меня есть Фрэнк, и с общением у меня всё нормально. Так почему бы им не устроить какую-нибудь пытку, или вовсе не прикончить, чтобы перестали шнырять, будто я их приглашала? Я ухмыльнулась и перевоплотила свою обычную одежду в бронированный костюм.       — Что ж, пошли примем их, наконец, как подобает настоящему злодею, — оскалилась я. Фрэнк же все еще стоял, приподняв бровь, но все-таки пошел со мной.       — Так что же, они не в первый раз тут появляются? — удивленно переспросил он, пока мы шли по переплетающимся коридорам.       — Да, они просто обожают навещать меня, чтобы порадовать своим присутствием, — я изобразила руками кавычки.       Он хмыкнул.       — А они не опасны? В смысле, ты же говорила, что я слаб в бою, так что, по сути, мне не положено с тобой идти…       — Опасны? — я фыркнула по примеру самого Фрэнка. — Не смеши! Максимум опасности, которую они могут мне предоставить, это жалкие разряды молний, которые даже пятилетнего ребенка не напугают.       Мой спутник смолк. Мы шли по светящимся коридорам, вокруг сновали боты, которые спрашивали моих распоряжений по поводу любого ответвления коридора. От отчета по дежурству, до того, что приготовить на ужин. Я непринужденно отвечала, мысленно размышляя, чем же мне их уничтожить. Есть куча вариантов, и притом еще и пыточная. Эх, жалко, их нельзя воскресить и снова прикончить, или хотя бы вернуться назад во времени, чтобы снова послушать их крики мольбы…       Впереди показалась толпа ботов, направивших оружие на что-то или кого-то, стоящего в середине их окружения. Я вновь предвкушающе улыбнулась. А вот Франкинштейн звучно сглотнул: похоже он все-таки принял этих двух недоумков за потенциальных врагов. Я махнула на него рукой. Как обычно всё усложняет.       — Боты! Назад.       «Опять» — невольно договорила я.       Боты отбежали в стороны, а в середине оказались рыжий странник и скелет-Хейтер. Я приподняла бровь, уперев руки в бока.       — Что на этот раз, неудачники?       — Доми! Прииивет! — замахал Вондер, — Как дела? Ты сегодня так хорошо выглядишь, вот Хейтер и…       — Нет, нет, Вондер, умолкни, я вообще не собирался сюда приходить… — залепетал Хейтер, прячась за рыжика.       — Ох, ну что ты, ну конечно собирался. Думаешь, я не слышу, что ты там кричишь на весь корабль, болтая с мистером Пиперсом?       Черепушка явно собирался что-то ответить, когда я решила прервать это представление.       — Молчать! — я раздраженно выставила руку вперед. — Мне не интересно, кто там что собирался и кричал. Вы мне больше не нужны. Поэтому я вас сейчас уничтожу, а вы больше никогда не сбежите, — я сказала это небрежно, чтобы они сразу поняли, что я не шучу. Это возымело эффект.       У обоих стал крайне испуганный вид. Даже у Вондера, хотя он, конечно же, испугался отнюдь не из-за того, что я его вот-вот сожгу живьем. Он сразу выпустил Хейтера, которого собирался выставить передо мной, и сам ступил ко мне на шаг.       — Не нужны? Почему же? Я думал, тебе нравилось слушать наш дуэт…       Я разразилась злобным смехом.       — Мне никогда не нравилось вас слушать! — я высокомерно на него глянула и увидела, что смотрит он недоверчиво. — Можешь не сомневаться, — добавила я. — Ну, а теперь пора отправить вас в пыточную. Чтобы там решить, что я с вами сделаю! — я зажгла огонь на ладонях и снова расхохоталась.       Они переглянулись. Да, ребятки, на этот раз всё будет по-другому.       — А что же произошло? — снова сделал героическую попытку рыжик. — Почему ты теперь вместо того, чтобы выгнать нас, собираешься испепелить?       — Нет, испепелить это слишком банально. Я так со всеми делаю. Для вас я приготовлю что-нибудь почище.       Вондер продолжал ждать ответа, а я усмехнулась, глядя на него сверху вниз.       — У меня теперь есть собеседник, с которым я обсуждаю все свои планы.       У Хейтера сделался очень дурацкий вид. Сначала он странно вздрогнул, а потом нахмурился и засунул руки в карманы.       — Ну и кто же это? — нахально спросил он.       — Не твоего ума дело, — бросила я, даже не глядя на него. А потом, подумав, решила всё же показать им Фрэнка. Всё равно живыми они отсюда не уйдут и никому ничего не растрепят. А мне так давно хочется показать его кому-нибудь.       — Фрэнк, — протянула я руку, глядя в затененную часть коридора, куда он зашел, не имея желания приближаться к чужакам.       — Фрэнк? — переспросил Хейт.       Франкинштейн вышел на свет, и сейчас он показался мне еще красивее и миловиднее, чем до этого.       — О, привет! — Вондер поднял шляпу и подал руку. — А я тебя и не заметил в этой темени… Я Вондер, а это мой друг Хейтер.       Хейтер даже не стал возражать на это утверждение. Он просто с открытой пастью пялился на моего идеального бота.       — Привет, — неуверенно ответил Фрэнк и подал ему руку. Я была наготове: если только попробуют что-нибудь выкинуть, им обоим конец.       — Давно ты в этой галактике? Или всегда был? Раньше мы тебя не видели, — продолжал разливаться Вондер.       — Недавно, — выдавил Фрэнк.       — Что ж, тогда, приветствую, дружище! — странник вытащил корзинку с фруктами. — Прими этот подарок, и добро пожаловать! — и лучезарно улыбнулся.       Фрэнк улыбнулся, смотря на всё это. Он неуверенно на меня посмотрел, принимая корзинку, а я пожала плечами.       — Я же говорила, что ничего опасного они не представляют.       — Мы? Опасные? — переспросил рыжик. — Мы просто пришли поболтать с Доми, а получилось поболтать с тобой. Ну и как тебе тут? Честно говоря, я тебе просто завидую, давно мечтаю подружиться с нашей Доминаторшей, а она выбрала тебя. Поистине, ты — счастливчик! — добродушно продолжал он.       Мы с Фрэнком снова переглянулись. Похоже, Вондер его очень позабавил, потому что он начал что-то ему отвечать, явно разглядев родственную душу. А вот Хейтер стоял, как пришибленный.       — Это…это твой…брат? — просипел он.       — Нет, — я злорадно усмехнулась. Хах, он ревнует меня к роботу. А хотя, он же даже не знает, что это робот. Да и не стоит об этом распространяться. Может, наконец, отстанет.       Хейтер потрясенно перевел взгляд на Френка, который давал Вондеру пять, и опустил глаза.       — Ну что же… — произнес он, — тогда мне больше нечего здесь делать…       Он развернулся, понурив голову. Странник, конечно, сразу заметил это движение.       — Хейти, ну что ты! — он проникновенно обнял его, запрыгнув тому на спину. — То, что это не ее брат, еще ничего не значит!       А тот просто стоял и не шевелился. На какой-то миг мне даже стало его жалко. Но… Как говорится, всем не угодишь. Ради собственного блага, придется разбить ему сердце.       Топором.       — Хватит тут разводить нюни! — воодушевленно выкрикнула я, направив на них руку-меч. — Вперед и с песней в пыточную!       Я снова загоготала. Но меня никто не поддержал. В том-то и дело, что вообще никто. Я глянула на Фрэнка.       — Может лучше оставим их? — он смотрел на меня умоляюще. — За что их убивать? Доми, ты же сама видишь, что они вовсе не убийцы, воры и злодеи. Они просто пришли, чтобы поднять тебе настроение, — мимолетный взгляд в сторону Вондера, который улыбнулся уголками губ, все еще вися на Хейтере.       — Опять ты несешь какой-то бред!       Но опыт общения с Фрэнком научил меня, что он далеко не всегда говорит бред. Я сама догадывалась, что снова неправа. Он значительно смотрел на меня, слегка улыбаясь.       — Ты же знаешь, что ты вовсе не такая, какой хочешь казаться.       Я переводила взгляд с него на Вондера.             Он прав. Я вовсе не такая. Я не убийца и не железная дева, какой хочу казаться. Наконец-то я всё поняла…

***

Прошло много десятилетий.       — Давай, Фрэнки, заводи мотор!       Фрэнк со своей фирменной ухмылкой сел за штурвал. Я встала рядом и облокотилась о его плечо. Мы пролетали мимо небольшой планеты…       — О, нет! — закричали с планеты, однако в этом голосе уже не было того ужаса, как когда-то.       Хах, ну кто бы мог подумать, что знаменитая Лорд Доминатор станет… обыкновенным грабителем? Мы спускались на планеты и крали разные безделицы, и оставляли их на своем корабле. Конечно, нам это вообще было не нужно. Однако подавить в себе желание нарушать правила я не смогла.       — Это Вондер и Сильвия! — сказал Фрэнк.       И правда — два странника-весельчака выскочили на нас с нахальными улыбками, на лицах не было и тени страха. Опять они пришли нас остановить.       — Ах, Фрэнк, похоже, что нам не суждено сегодня поживиться добром этой планетенки! — трагично сложила руки я.       Тот покачал головой, а затем маневренно обошел планету.       — Бонни и Клайд, — приподнял поля шляпы рыжик.       — Тоже мне грабители! — выкрикнула Сильвия. Мы засмеялись. Да, так нас стали называть через несколько лет после того, как слава о нас пошла не только по этой, но и по другим галактикам. И более того, нас особо не боялись, как, например, Хейтера. Возможно, благодаря тому, что мы перевоплощаемся Ди и Фрэном на вечеринке каждой планеты…       Я снова рассмеялась.             Наконец, я познала дружбу.