Война, которая не меняется.

Война… война никогда не меняется.

***

Двадцать третье октября, две тысячи семьдесят седьмой год… десять часов утра. Близ Пекина.       Огромный город с населением в пятьдесят миллионов можно было видеть невооруженным глазом. Вот он, за холмом – до него рукой подать. Еще пару недель, и войне конец. Дома его ждали жена и дочь, которые спят и видят конец этого ада, но судьба в тот день распорядилась иначе. Его пра-прадед воевал с фашистами и дошел до Берлина. Его пардед воевал во Вьетнаме. И вот теперь он, воюет с Красными.       В воздухе уже витал запах победы, но его омрачали ходящие слухи о ядерной войне... мол, китайцы не уйдут побежденными, а сожгут весь мир в атомном пламени, лишь бы не предать гордое имя коммунизма. Солдат усмехнулся... Коммунизм. Где он, там и война, голод, разруха. Нельзя построить общества Маркса, лишь потому, что человек всегда остается человеком и ему всегда всего мало. Будет неравенство. Будет коррупция. Этого не отнять... это природа людей, под каким бы режимом они не жили. Демократия ужасна по своей сути... но не придумали ничего, что работало бы лучше.       Зачем вообще нужна эта война за ресурсы, когда альтернатива нефти уже найдена? Ядерное топливо... Машины на нем уже доказали свою работоспособность и используются повсеместно. Возможно, он что-то не понимает в политике... но он человек и хочет что бы все было по-человечески.       Мужчина привычно сидел за радиоприемником и внимательно вслушивался в голоса, доносящиеся из наушников, дабы вытащить хоть крупицу информации о враге и его планах, но вместо очередных переговоров китайских солдат, он услышал нечто совершенно другое…       «Ракеты были запущены, это конец, да поможет нам бог…» - Сообщение повторилось еще несколько раз, разверзая тишину, создаваемую наушниками, словно гром среди безмятежного неба. Остальной мир в этот момент прекратил свое существование для мужчины, а еще через пару минут это произойдет со всем остальным миром, с каждым живым существом.       Они слишком заигрались… можно было остановиться, ведь альтернатива нефти была найдена.       Война с теми, кто готов умереть за свою веру… заведомо проиграна.

***

      Первое января две тысячи семьдесят седьмого года, около полудня. Аляска, близ Анкориджа.       Колонна военных стояла. Снег падал с хмурого пасмурного неба хлопьями, тут же тая на горячих, еще не остывших капотах танков и грузовиков с пехотой. Дорога была узкой, между двумя лесными еловыми массивами, грозно свисающими над американскими военными.       Погода стояла благоприятная. Вся грязь замерзла, а ветер был почти нулевой, поэтому в этих условиях было оптимально вести боевые действия, но это не так утешало, поскольку китайцам она была благосклонна тоже.       Сержант сидел на одном из ящиков с оружием, выгруженным для какой-то внеплановой проверки, и выкуривал последнюю самокрутку, с наслаждением прислушиваясь к треску прогорающего табака, на фоне тишины, иногда нарушаемой чьими-то голосами.       Колонна была небольшая – два танка и грузовик с провизией, а какой именно - не уточнялось. Стало быть восемь человек экипажа и двое человек за обычной машиной. Миссия была предельна проста – прибыть с грузом на линию фронта, только все могло резко осложниться в один миг, после получения сообщения о местном отряде китайских снайперов. – Эй, Аллен, – произнес майор, командующий отделением, своим громким и немного хриплым голосом, – бросай дурью маяться, выезжаем! – Принял. – Нехотя сказал сержант, расставаясь с драгоценной сигаретой, которую еще можно было докурить. Вообще, майор был весьма харизматичной фигурой и его уважали и любили практически за все. Вот было в нем что-то… цепляющее сердце и греющие душу простого солдата. Рядом с таким командиром ты чувствуешь себя куда увереннее и спокойнее, но его харизма не мешала ему спускать три шкуры с солдат на тренировках.       “Как вы собрались очищать свою страну от проклятых красных, если свою казарму очистить не можете…” – Всплыла в голове у Аллена она из фирменных фраз майора. Его так и звали… майор.       Типичная для закаленного вояки внешность, лет сорок можно было дать, может сорок пять, множество шрамов и выразительные глаза с взглядом бывалого военного. Однако Аллен был один из немногих с его взвода, кто остался в живых к этому моменту… пусть покоятся с миром.       Он быстро запрыгнул в люк танка, оперативно закрыв его за собой, оказываясь в закрытом помещении боевой машины с еще четырьмя товарищами по взводу. Он их знал еще с учебки… отличные парни, на которых он мог положится в бою.       Командиром этого танка был он, как старший по званию после самого майора. Стрелка звали Индус, из-за очевидных корней в его происхождении. Вообще у этого парня был талант… прирожденным снайпером был бы, но определили его в танковые войска. Над ним еще с учебки подшучивали, мол не носит шлем никогда, а красную повязку на голове, а он шутливо отвечал: “Хорошему снайперу и два шлема не помеха”.       Перезаряжающим был парень лет двадцати трех, тощий как самая тонкая береза, но быстрый как ветер. Вечно первым прибегал на забегах на короткие дистанции, однако когда были марш броски, то уже его приносилось тащить за собой всему взводу. Флэшем его прозвали, а он и не против.       Наводчика звали Линкольн. Здоровый черный парень, который все в бой рвется, но досталась ему совсем другая участь… на этой войне не выбирают кем быть… все мы браться по несчастью, оказавшись тут по неволе, хотя кто-то и по своей воли, как майор, например. – Все, заводимся парни, выезжаем, – скомандовал голос из рации. Аллен бережно взял ту в руки и выдохнул, глянув на пар, указывающий на холод в танке. – Понял вас, сэр. – Отчеканил он слова в черную рацию и, вовесив ее над приборной панелью, обратился к команде. – Быть всем на чеку… – Как же иначе то… – Послышалось откуда-то сзади.

***

      Десять утра. Близ Анкориджа       Генерал Чейз был не доволен. Город должен был быть взят еще вчера, а сейчас оказывается, что враг успел стянут вообще все силы на Аляски к этому проклятому месту. Прорыв не удался, и теперь лишь богу известно, когда они смогут прорвать оборону китайцев еще раз. – Полковник! – Рявкнул генерал. В палатке, кроме самого главнокомандующего и еще пары охранников был полковник Браун, отвечающий за провиант. – Сэр? – Мужчина лет пятидесяти подскочил к столу с картой операций. – Где, черт его дери, груз с зарядами для ‘Толстяка’? – Недоволно пробурчал Чейз – Два дня назад должен был прибыть, а тут пропал… не слуху не духу… – Сэр, генерал, сейчас же поручу… – Хотел что-то сказать полковник, но жесткий голос генерала его прервал. – Мне все равно как и что вы там сделаете, полковник Браун, но сегодня вечером заряды должны быть на складе. – Чейз развернулся спиной к столу и глянул на Бауна. – Вам все ясно, полковник? – Предельно ясно, сэр.       Браун вышел из палатки явно не в самом лучшем расположении духа.

***

      Час дня. Двадцать миль до Анкориджа       Колонна двигалась медленно, постоянно сканируя окружающие пространство тепловизорами, дабы вычислить исходящую угрозу сразу, если таковая появится. Вся опасность заключается в том, что проклятые китайцы используют европейские винтовки гаусса, которые как консервные банки прошивают легкую технику и могут причинить вред даже тяжелым танкам.       Аллен сам видел, как один выстрел из такой винтовки разрывал на части cиловую броню и сразу же убивал бойца, закованного в нее… страшное зрелище. Однако США тоже отвечало тем же. “X-1” рельсотрон был куда мощнее и разгонял снаряд из урана до пятнадцати километров в секунду, однако был безумно дорог в производстве и приходилось часто менять кобальтовые рельсы. Война двигала прогресс вооружений, но это лишь единственный плюс, на фоне миллионов минусов. – Стоп! – Раздался в рации голос майора. – Впереди движение.       Колонна по команде замерла, выжидая следующих распоряжений, а Аллен вглядывался в прицел, плавно переключая режимы, от термального до рентгеновского, но пока видно ничего не было… зимний лес и холод скрывали врагов, а сплошной белый цвет только усугубляли обстановку. – Узкоглазые? – Раздался сзади голос Индуса, который стоял пригнувшись прямо за Алленом. – Не знаю… – Тихо ответил тот, не отрывая глаз от перископа. – Черт его поймешь…       В следующую секунду деревья справа от танка Аллена колыхнулись, из-за чего тот сразу направил прицел машины в ту сторону, но ну успел он и сменить режим перископа, как из опушки леса показался белый медведь. – Что за черт… откуда он здесь? – Расширил от удивления глаза Аллен. – Их тут не должно быть. – Может из Анкориджского зоопарка сбежал? – Пожал плечами Индус. – Война, все такое… не углядели. – Возможно. – Буркнул командир танка.       Из рации послышался немного раздраженный голос майора: – Ладно, хватит природой любоваться. Тронули       Однако не успел Аллен завести движок, как металлический звон, а затем тихий грубый хлопок около аккумулятора заставил машину вздрогнуть. И секунды хватило командиру понять что произошло. – У нас пробитие! – Заорал мужчина, обращаясь к экипажу, а замет, взяв рацию в руки, сообщил колонне. – Говорит второй, пробит двигатель, снайпер работает…       Не успел он договорить, как второй хлопок послышался с ведущего танка, а затем начали доносится маты майора. – Мы тут не в безопасности, – заключил Аллен и, оглянувшись назад, обратился к Индусу, – нужно его вычислить. Тот лишь кратко кивнул и мысленно подумал.       “Только бы у снайпера зарядов было мало… танк не защитит”.