Папа - важное слово

      Больше недели Алла не выезжала из дома, с Максом она общалась, но только по телефону. Он несколько раз напрашивался заехать к ним, но Алла под разными предлогами отказывалась, она была не готова к разговору и встрече с ним.       Этим утром Алла проснулась поздно. Лизы, которая её обычно будила, рядом не было, что показалось Алле странным. Она накинула халатик и пошла к дочке в детскую. Уже на подходе она услышала её голос, Лиза что-то говорила. Открыв дверь, Алла увидела Макса, сидящего с малышкой на полу. — Как ты…что ты здесь делаешь? — запнувшись, спросила Алла. На автомате она прикрыла за собой дверь. — Мне Лиза позвонила, попросила приехать, — ответил Макс. — Доброе утро. — А в дом ты как попал? — Через дверь. — У меня сейчас нет настроения для шуток. — Мне Лиза открыла. — И как же Лиза достала ключи, если они висят на высоте в два раза больше, чем она сама? — Алла сурово посмотрела на дочь. — Со стульчика… — прошептала в ответ Лиза. — Не ругай Макса, — она виновато опустила глаза, обняв Максима за пояс. — Защитница, ёлки-палки, — слегка усмехнулась Алла. — Алл, правда, — сказал Макс. — Мне просто интересно, что она тебе такого сказала, раз ты примчался? — Ничего такого она мне не сказала. Просто позвонила и попросила приехать. Я подумал, мало ли что. — И что же ты ожидал здесь увидеть? — Алла, нам нужно с тобой поговорить и, по-моему, Лиза это понимает лучше тебя. — Нужно, — согласилась Алла, — но не при ребёнке. — И куда нам девать этого ребёнка? — Макс посадил Лизу к себе на колени. — Не надо меня никуда девать, — протянула малышка, посмотрев на Максима. — А что же с тобой делать с такой непослушной? — спросила Алла у дочери. — Любииить, — протянула Лиза, практически улёгшись на Макса. — Это ты в кого такая хитрая? — он улыбнулся, смотря на ребёнка. — В маму, — задрав к нему голову, засмеялась Лиза. — Заяц, Макс ведь уедет, а со мной тебе ещё жить, — улыбнулась Алла. — А зачем Максу уезжать? — спросила дочка. Алла растерялась от такого вопроса. — Как это зачем? А кто в моём доме жить будет? — заметив, что Алла замешкалась, ответил Лизе Макс. — Не знаю… — Вот видишь, мне нужно дома жить, — поглаживая Лизу по голове, сказал он. — Но ты ведь можешь приезжать к нам? — Конечно, могу, но только, если мама не будет против. — Что ж все вечно на меня ответственность-то сваливают, — вздохнула Алла. — Не сваливают, а плавно переносят, — слегка улыбнулся ей Макс. — Мама, можно Макс будет приезжать? Можно? Можно? — Лиза состроила жалобную моську, смотря маме прямо в глаза. — Можно-можно, — погладив дочь по волосам, краешком губ улыбнулась Алла.       Через пару часов Лизу уложили на дневной сон, и Алла с Максом спустились на первый этаж, устроившись в гостиной. Около получаса они говорили ни о чём, но потом всё-таки перешли к главной теме. Для Аллы разговор был труднее, если Макс уже всё для себя решил, то Аллины мысли в данный момент представляли собой сплошную борьбу противоречий. Ещё вчера вечером она, казалось, со всем определилась, а теперь снова находилась в полной неопределённости. Она слушала Макса, но почти ничего не могла ему ответить. Вот и сейчас он уже долго ей что-то говорил, а она молча и внимательно смотрела на него как послушный пёс, но мысли её были далеко. — Алла, ты меня слышишь вообще? — Да, — ответила она, тихонько кивнув. — Я тебе вопрос задал. — Какой? — Слушаешь, значит? — Извини… Я немного задумалась… — О чём же? — Да так, ни о чём… — сглотнула Алла, — повтори, пожалуйста. — А вопрос мой был очень прост: почему ты не хочешь меня видеть? — С чего ты взял, что не хочу…? — А как ты объяснишь то, что уже неделю всеми правдами и неправдами избегаешь встречи со мной? — Я ничего не избегаю. — Алл, что произошло? После того поцелуя ты очень странно себя ведёшь. — А как я должна себя вести? — Я просто не понимаю причин такого поведения. — Тебе нужны причины? Хорошо, вот одна: у меня на руках маленький ребёнок, и я не могу думать лишь о себе. — Ребёнку нужен отец, — выдвинул свой аргумент Макс. — А ты готов им стать? — Почему нет? — Я не хочу, чтобы она зря привыкала… Я уже через это прошла и я прекрасно помню, как Кристина все эти перемены тяжело переживала. — Почему же ты решила, что это будет зря? — Просто пойми меня… — А если я не хочу? — он нежно провёл ладонью по щеке Аллы, приблизившись к ней, - не хочу этого понимать. — У тебя нет выбора, — нервно сглотнула она. — Выбор есть всегда, — прошептал ей в губы Макс, а затем приникнул к ним. В первое мгновение Алла попыталась отодвинуться, но он прижал её к себе крепче, углубив поцелуй, и Алла сдалась под его напором, в следующий же момент уже отвечая на его поцелуй. Не отрываясь от её губ, Макс медленно уложил Аллу на диван, на котором она сидела. Алла совершенно не сопротивлялась и не мешала его действу, но стоило руке Макс лечь на её талию, а его губам начать спускаться вниз по белоснежной шее, она резко остановила его. — Макс, не нужно. — Я что-то сделал не так? — он чуть приподнялся, но по-прежнему продолжал нависать над ней. — Нет, ты тут не причём… Просто не нужно, — прошептала она, помотав головой. Макс ласково провёл пальцами по её щеке, она прикрыла глаза. — В чём дело, Алл? — Я же сказала, не в тебе… — Тогда в чём? — Не могу я, понимаешь?! Не могу! — последние слова она буквально выкрикнула, после чего попыталась подняться. Макс движением одной руки уложил её на прежнее место. — Ну, что ты делаешь? — обречённо вздохнула Алла. — Пытаюсь нормально поговорить. — Это ты называешь нормальным разговором? — Тебе неудобно? — Морально — да. — Зато у тебя есть хороший стимул говорить мне правду и только правду. — Какой же? — А я тебя попросту не отпущу, пока не получу все ответы. — Макс, что ты от меня хочешь? — Хочу, чтобы ты мне ответила, честно, нормально, и не прикрываясь Лизой. — Я не прикрываюсь ею… — А как же история про Кристину? — Это правда. — Не отрицаю. Только правда, не имеющая к нам сейчас никакого отношения. — Я правда не хочу, чтобы потом ей было больно, пойми. — Алл, я же тебя не в ЗАГС послезавтра зову. И в свете последних событий, это точно звучит не убедительно. — Почему? — Я ведь знаю, кем был тот урод, — он осторожно провёл по небольшому оставшемуся следу на её щеке. — И кем же? — Белов Владимир Георгиевич, был твоим любовником последние полгода. Род деятельности, извините, не вспомню. — Откуда же такая информация? — Наша фирма своих информаторов не сдаёт. — А я ведь так и не спросила у тебя, чем ты занимаешься… Я слышала, у тебя бизнес какой-то есть? — Есть, сыскное агентство, — краешком губ улыбнулся Макс. — А что же ты род деятельности-то тогда упустил? — А что, это столь важно? — Скорее, опасно… — она отвела от него глаза. — И чем же он занимается в свободное от избиения женщин время? — Он боксёр, профессиональный… бывший. — То есть, примерно тем же. А сейчас? — Что сейчас? — Ты сказала, что боксёр он бывший. — Он отсидел и теперь его не берут никуда. — Отличная компания. — Не надо только мне морали читать, ладно? — Ладно. За что сидел скажешь или мне самому поискать? — Да какая разница? За драку какую-то. Он не любит об этом рассказывать. — Ну, ещё бы. — Ну, а какая разница? У тебя ко мне ещё какие-то вопросы? — Ты мне на самый первый не ответила. — Я уже сказала, что не избегаю тебя. И вообще, очень сложно избегать человека, когда он практически лежит на тебе, — буркнула куда-то в сторону Алла. — Я бы поспорил. — Почему ты не можешь просто оставить меня в покое? Я очень благодарна тебе, что ты помог мне, но… Макс приложил указательный палец к её губам. — Объясни мне это «но». — Я не могу, — она опустила глаза. — И не хочу об этом говорить. — По-моему, за эти месяцы мы с тобой уже почти всё друг другу выболтали. — Ты, например, мне про своё агентство не сказал. — Я не считаю это такой уж важной информацией. — Вот и я не считаю, что тебе нужно об этом знать. — А может мне важно это знать. — Зачем? — обречённо выдохнула Алла. — Может я люблю тебя. — Не говори ерунды. Ты не можешь меня любить. — Интересно узнать, на основе чего ты сделала такое умозаключение? — На основе наших паспортов, — грустно усмехнулась она. — А он что, был намного старше меня? — Кто он? — Владимир Георгиевич. — Какое это имеет значение? — В принципе, никакого, но, если память мне не изменяет, то лет ему где-то тридцать шесть. — Тридцать восемь… — Это, конечно, значительно меняет дело. — Не разговаривай со мной в таком тоне. — А как мне с тобой разговаривать? Как? Если ты не слышишь. — На слух я пока не жалуюсь. — А на что ты жалуешься? — На одного наглеца, который вот уже полчаса бесцеремонно прижимает меня собой к дивану. Макс чуть улыбнулся. — По-моему, изначально ты не была против. — Тебе показалось. — А вот я не уверен. — Ну, что тебе нужно от меня? — от безысходности простонала Алла. — Ответы. — Он для меня был просто любовником, тебя на такую роль я брать не хочу. Всё? Можно мне теперь встать? — Это уже интересно. — Макс! Он сел, перестав сковывать её движения. Алла неторопливо поднялась, сев рядом с ним. — Макс, больших отношений между нами всё равно не будет, не стоит начинать. — Ты всегда сама всё за всех решаешь? — Да. — Пора отвыкать. — Самоуверенный мальчишка, — с улыбкой усмехнулась Алла, глядя в сторону, противоположную от него. — Зачем же так грубо? — улыбнулся Макс. — Я даже не старалась. Он обнял её за талию, придвинув к себе вплотную. — Ты опять начинаешь? — зыркнула на него Алла. — Мне просто неудобно с тобой разговаривать, когда ты сидишь в метре от меня. — А меня всё устраивало… — она вновь отвела от него глаза. — Вернёмся к нашей теме. — Чего к ней возвращаться…? — вздохнула Алла. — Мне бы хотелось знать, чем я Вас не устраиваю для данной роли и почему не предполагается других? — Потому что большего я тебе дать не смогу, — она сжалась, по её коже пробежал невольный холодок. — Это ты тоже сама решила? — Макс, пожалуйста… Не мучай меня… — Ты мне ещё не ответила на первую часть вопроса. — Я не хочу просто спать с тобой, ясно?! Отстань от меня! — Алла вырвалась из его рук, но встать не успела, Макс схватил её, снова прижав к себе, на этот раз, намного крепче. — Да что ты делаешь? — обессиленно выдохнула она. Он немного развернул её и аккуратно уложил головой к себе на колени. — Макс… — еле слышно прошептала Алла, опасаясь пошевелиться, и тут же замолкла. — Ладно… — после непродолжительной паузы она сглотнула, чуть поёжившись, — А если я скажу тебе причину, ты оставишь меня в покое? — с надеждой в голосе спросила она. — Если я посчитаю это причиной. Алла тяжело вздохнула, опустив глаза. — Неужели тебе не хочется семью? Свою, настоящую? — она перевернулась на спину, посмотрев ему в глаза. — Я тебя не понимаю. — Что ты не понимаешь? — выдохнула она, после чего сделала глубокий вдох и спокойно продолжила. — У меня с Лизой были тяжёлые роды, и вряд ли уже когда-нибудь я смогу забеременеть, — более сдержанным тоном сказала Алла. — И вообще… — Я очень люблю Лизу, — по порядку начал Макс. — И что вообще? — Зачем я всё это тебе несу? — Говори. — Макс… ну, не могу я… Я не чувствую там ничего, понимаешь? У меня после родов не до конца восстановилась чувствительность и… ты должен понять… — она действительно не понимала, зачем ему всё это сейчас рассказывает. — Но у тебя ведь были любовники, хотя бы… — Макс не успел закончить мысль, Алла его перебила. — Хотя бы Вова? Да, были. Сначала я их меняла, думала, что поможет, потом поняла, что это бесполезно… Я их в большей степени использовала, как бы это не звучало… но я всё равно толком почти ничего не чувствовала… Ни с кем… И вот скажи мне, как я должна была тебе это объяснить? — Примерно так и должна была. — Может мне ещё и табличку повесить: «фригидная»?! — Прекрати, — он провёл ладонью по её волосам. — А к врачу ходила? — Ходила. Сказал, что никаких отклонений не видит и, что это могут быть последствия послеродовой депрессии. Посоветовал сходить к психологу. — Сходила? — Сходила… ну, что мужа у меня нет — это не секрет. Я с ним особо на эту тему не говорила, поэтому он сделал вывод, что я просто потеряла доверие к мужчинам. — А к другому не пробовала сходить? — Да нет, он хороший врач, мне его друг посоветовал. Просто не люблю я всё это мозгокопательство. Не привыкла я откровенничать с первым встречным, пусть даже, если это его работа. Он посоветовал не менять партнёров, а остановиться на одном, чтобы я стала ему полностью доверять и могла расслабиться. — И? — Ну…были какие-то сдвиги, но толком — ничего. — Может просто был не тот партнёр? — Макс, я совсем не для того тебе это всё рассказываю… — А для чего? Если таким образом ты хотела меня оттолкнуть, то миссия провалилась, потому что теперь моё мужское самолюбие жаждет тебе многое доказать. — А твоё самолюбие не может перерасти в здравый смысл? — грустновато улыбнулась Алла краешком губ. — Не может, потому что не хочет, — он провёл ладонью по её мокрому от волнения лбу. — Макс… — как можно твёрже и серьёзнее начала она. Он прервал её, нежно приложив палец к её пухлым губам, а затем погладил по щеке. — Это ни я не хочу тебя слышать, а ты меня, — прошептала Алла. — Я отлично тебя слышу. — Тогда прислушайся ко мне… — Мама? — раздался сонный голос Лизы. Малышка медленно спускалась по лестнице, держась за перила. — А что вы делаете? — потирая заспанные глаза, тихонько спросила она. — Разговариваем, — ответила Алла, моментально поднявшись с коленей Макса и подойдя к дочери. — Пойдём спать? — она присела перед дочкой на корточки. Лиза помотала головой, опустив голову. Алла взяла её на руки и вернулась на диван. — Лизочка? — Макс погладил девочку по голове. Она сразу улыбнулась, подняв к нему голову. — Выспалась? — Нет, — она снова помотала головой. — А чего тогда спать не идёшь? — он продолжал поглаживать её по волосам. — Не хотю, — она с улыбкой зарылась носиком в маму. — Но ты ведь не выспалась? — улыбнулся Макс. — Я на ручках хочу спать, — Лиза обняла маму, прислонившись щекой к её груди. Алла положила руку дочке на затылок, слегка поглаживая её. Лиза, устроившись на маме поудобнее, попросила Максима рассказать ей сказку. Вместе с малышкой определившись с темой, Макс начал свой рассказ, фантазируя и сочиняя на ходу новый сказ о принцессе. К концу своего сказания Макс уже так увлёкся, что даже не сразу заметил, как уснула не только Лиза, но и Алла прикрыла глаза, запрокинув голову на спинку дивана. — И жили они долго, — прошептал он, тихонько поцеловав Лизу в лоб, — и счастливо, — ещё тише закончил Макс, нежно коснувшись поцелуем Аллиных губ.