Кто такой Эмрис?

— Где Эмрис? Вот уже полчаса Моргана допрашивала Артура, его совет и приближенных рыцарей. Нет, не так. Час назад Моргана с помощью армии наёмников захватила Камелот. Внезапная атака вкупе с колдовством не оставила никаких шансов защитникам. Артур пытался организовать оборону вначале в нижнем городе, затем у ворот замка, после этого — в тронном зале. Но колдунья разрушила все его планы одним движением руки. В буквальном смысле — одним движением руки раскидывая рыцарей, держащих оборону и смешивая все построения, Моргана (а вслед за ней и вся её армия) прошла все оборонительные порядки, словно горячий нож по маслу. И сейчас все, кто мог знать хоть что-то о интересующем её вопросе, были собраны в тронном зале. В одном углу прямо на полу сидели советники короля, в другом — личная гвардия Артура. Бросившийся было защищать короля Леон сейчас лежал без сознания у стены, отброшенный щитом Морганы, который окружал и рыцарей, и советников. Артур стоял на коленях перед троном, на который совершенно по-хозяйски уселась Моргана. Слева от него также на коленях стояла Гвиневра, новоиспечённая королева Камелота. Последние десять минут торжествующая Моргана без умолку говорила о своей великой победе, не забывая периодически оскорблять всех собравшихся в зале. И вот, наконец-то, она перешла к делу. — Где Эмрис? Ответом ей было молчание, ведь из всех, кто сейчас присутствовал в тронном зале, правильный ответ на этот вопрос знали только двое. И ни один из них не горел желанием раскрыть Моргане настоящее имя защитника Камелота и его короля. Да, все верно — Мерлин тоже был здесь. Сопровождая Гаюса, Мерлин прибился к группе советников и сейчас пытался придумать хоть какой-то план по очередному спасению Артура. К сожалению, над Морганой не было ни веток, ни люстры, которые можно было бы обрушить ей на голову. Факелы тоже отпадали — ведьме ничего не стоило защититься от огня. Да и вообще, теми заклинаниями, что не требовали прочтения, Мерлин мог разве что подогреть воду или помыть пол. Вряд ли идеально чистый пол или горячая ванна могли напугать Моргану до такой степени, чтобы она покинула Камелот. Вообще-то, рыцари тоже пытались придумать, как выйти из сложившегося положения, но у всех, кроме Гавейна, была только одна идея, которую безуспешно пытался реализовать Леон — с мечом наголо атаковать колдунью. Гавейн же хотел предложить Моргане спокойно, за кружечкой эля, обсудить все их разногласия, и разойтись по домам. К сожалению, эта идея была такой же идиотской, как и все остальные. Хотя от кружечки эля Гавейн бы не отказался… — Итак, я хочу знать, кто такой Эмрис? Моргана встала с трона и подошла к Артуру. — Я бы тоже хотел узнать, кто такой Эмрис, ведь я ни разу не слышал этого имени, — спокойно сказал Артур. Несмотря на то, что Моргана захватила его владения и его самого, он до сих пор не верил в то, что его сестра — злая ведьма. — Эмрис — твой защитник. Великий маг, который не даёт мне убить тебя. Где ты его прячешь? — Маг? В Камелоте? Моргана, должно быть, тебе это приснилось, — улыбнулся Артур, — У меня нет ни одного знакомого мага кроме тебя. — Эмрис должен быть где-то здесь, ведь это его судьба — защищать тебя, — Моргана повернулась к Гвиневре, — А ты что скажешь, моя милая Гвен? Гвиневра до дрожи в руках боялась такой Морганы, которая сейчас стояла перед ней. Нет, не в том смысле, что Моргана перед тем, как захватить Камелот, не привела себя в порядок и сейчас больше напоминала классическую ведьму — нечесаная, в рваном платье, закутанная в непонятные тряпки и с сажей на лице. Гвиневру больше пугала явная неадекватность Морганы — резкие движения, хаотичная смена эмоций и… поиски колдуна в Камелоте. В том самом Камелоте, предыдущий король которого развязал войну против магии. — Что же ты молчишь, моя дорогая Гвен? У нас никогда не было секретов друг от друга. «Конечно, Моргана, у нас не было секретов. Вот только ты как-то забыла упомянуть о том, что ты — ведьма, которая хочет убить моего мужа!» — хотела крикнуть Гвиневра, но у неё получилось только жалобное: — Я н-н-не знаю, кто т-т-такой Эм-м-мрис. — Тогда я… э-э-э… — задумалась Моргана, выбирая, чем бы пригрозить, — я убью кого-нибудь. — А если это и будет тот, кто знает про твоего Эмриса? — Артур вопросительно наклонил голову. — Тогда я убью тебя! — крикнула Моргана, — А Эмрис пусть пытается тебя спасти! — А если его здесь нет? — Артур все еще видел перед собой свою добрую младшую сестру, пытавшуюся защитить всех и каждого, — Может он ушёл по своим колдунским делам? Моргана была настолько вне себя от бешенства, что даже не смогла найти подходящих слов. Она просто топнула ногой, чем вызвала смешок Артура. Подобной ярости Моргана не ощущала уже очень давно. Теперь ей было уже без разницы, кто такой Эмрис — она просто хотела наказать этого нахального и самовлюбленного идиота, который осмеливается ей дерзить. Магией она подняла в воздух меч, валявшийся у трона и направила его в Артура. Нет, не в грудь — это было бы слишком быстро. В бедро — чтобы он молил о пощаде, чувствуя, как жизнь покидает его тело вместе с вытекающей кровью. Меч ударился о пол возле ноги Артура, выбивая искры, и со скрежетом проскользил дальше по полу. Мерлин довольно улыбнулся — вроде не спалился. Гавейн, немного раньше с радостью обнаруживший во фляжке Леона чистый медицинский спирт производства Гаюса, уже успел прилично набраться, и сейчас хохотал над неудачей Морганы. Остальные рыцари, которым спирта не досталось, безуспешно пытались его успокоить и отобрать заветную фляжку. Откуда, спросите вы, у ответственного Леона целая фляга весьма редкого спирта? Все очень просто — узнав об атаке, Гаюс попросил его отнести в лазарет большую часть того, что могло бы понадобиться лекарю. А, поскольку руки Леона были заняты всевозможными тряпками и пузырьками, он пристегнул злополучную фляжку к поясу. Обороняясь от нападавших, Леон успешно про… терял все, что дал ему лекарь. Все, кроме фляги. Моргана вновь атаковала Артура тем же мечом, на этот раз — в спину. Мерлин вновь сверкнул глазами. Артур даже обернуться не успел, как мимо него просвистел меч, летящий прямо в Моргану. Все, что она успела сделать — в последний момент отпрыгнуть с его пути в сторону. Меч воткнулся в спинку трона и закачался из стороны в сторону, словно насмехаясь над колдуньей. — Какое жестокое самоубийство, — прокомментировал Элиан, успевший глотнуть из заветной фляжки, пока остальные сдерживали негодующего Гавейна. Гавейн много времени проводил в тавернах, поэтому негодовал он весьма нецензурно и трёхэтажно. Вскочившая на ноги Моргана развела руки в стороны, поднимая в воздух все, что валялось на полу тронного зала, а затем резким движением швырнула это все в Артура. В Артура полетели: ещё один меч (Артур подумал, что надо бы сделать именные мечи, чтобы их не теряли, где ни попадя), свечи из упавшего подсвечника, пара сапог (которые Мерлин спрятал под трон, чтобы не чистить, и совершенно про них забыл), чей-то сброшенный плащ («Тоже надо будет подписать», — подумал Артур) и ошалевший голубь. Все вещи, не долетев до короля, сделали круг в воздухе и вернулись к своему отправителю. К сожалению, магия Мерлина действовала только на вещи. Поэтому до глубины души шокированный таким обращением голубь влетел прямо в лицо Артуру. Не ожидавший голубиной атаки король, выдирая взбесившуюся птицу из волос и отплевываясь перьями, выругался так, словно каждый день сопровождал Гавейна в его походах. Моргану, спрятавшуюся за троном, всё-таки ощутимо приложило по спине одним сапогом. В невероятном бешенстве она зарычала, из последних сил подняла в воздух трон и метнула в Артура, к тому времени уже вставшего на ноги. Артур увернулся, а трон полетел дальше — в советников. Проводив его взглядом, Артур увидел невероятную картину. Мерлин вытянул руку вперёд, словно защищаясь, и трон остановился в воздухе. А потом Мерлин встретился глазами с Артуром, вздрогнул, и трон упал на пол, рассыпавшись на несколько частей. — Эмрис! — завопила Моргана, которая тоже это видела, — Вот ты где! Побледневший Мерлин медленно встал и кивнул: — Да, я Эмрис, — раз Артур увидел его магию, то и скрываться смысла не было. — Ты Эмрис? — неверяще спросил Артур, — Ты колдун? Персиваль, добравшийся до фляжки, глупо хихикнул. Гаюс, наконец-то разглядевший причину веселья рыцарей, нахмурился. Мерлин медленно пошёл вперёд. На ходу пытаясь успокоить дрожь, он все ещё пытался придумать, что же делать дальше. Ведь он не мог убить Моргану на глазах у Артура, а остановить по-другому… Он вспомнил давно прочитанное заклинание из книги Гаюса и улыбнулся. Моргана же поняла его улыбку по-своему: — Присоединяйся ко мне, Эмрис. Мы вместе будем править Камелотом! — А что будет с Артуром? — Мерлин тянул время, приближаясь к Моргане. — Я отдам его тебе. Можешь отомстить ему за все свои унижения, ведь он относился к тебе, как к никчемному слуге, придирался к любой мелочи. Это ничтожество не заслуживает такой великой судьбы! Мерлин грустно улыбнулся и протянул руку Моргане. Она ответила на рукопожатие и внезапно широко раскрыла глаза — Мерлин сжимал её ладонь и тихо читал заклинание. Их руки осветились золотым светом, и, с последними искрами в глазах Мерлина, Моргана потеряла сознание. Он аккуратно уложил ведьму на пол и подошёл к Артуру: — Я запечатал магию Морганы. Ближайшие две-три недели она не сможет ей пользоваться. Мерлин виновато взглянул на своего короля и тихо спросил: — Что теперь будет? Ну, я имею в виду… со мной… я ведь… — Мерлин вздохнул, расправил плечи и уже более уверено продолжил: — Да, Артур, я — чародей. Великий волшебник по имени Эмрис. Самый могущественный маг всех пяти королевств. Последний повелитель драконов. Защитник короля Былого и Грядущего. Твоя вторая сторона медали. К концу этой речи Мерлин выдохся и растерял неожиданную уверенность. Его плечи поникли, и он опустил голову. — Так что же ты сделаешь со мной? Вместо ответа Артур немного помолчал, а затем развернулся и ушёл. Гаюс подошёл к Мерлину и ободряюще положил ему руку на плечо. Он не знал, что сказать, и поэтому просто молчал. Артур подошел к притихшим рыцарям и требовательно протянул руку. В ответ на невысказанный приказ короля Персиваль протянул ему фляжку со спиртом. Артур сделал большой глоток и скривился. А потом одним махом допил все, что оставалось во фляжке. — Что ты собираешься делать? — спросил мигом протрезвевший Гавейн, но не получил ответа. Так же молча, провожаемый взглядами всех собравшихся в зале, Артур подошел к обломкам трона и вытащил из-под них меч, которым его пыталась убить Моргана. — Надеюсь, я не пожалею об этом, — неслышно, одними губами, сказал он сам себе, глядя на острие меча, и развернулся к чародею. Рыцари стояли между Артуром и Мерлином. Гавейн — в центре, за ним — Элиан и Персиваль. Непривычно серьезный Гавейн снова спросил: — Что ты собираешься делать, Артур? — Отойдите, — приказал король. Персиваль и Элиан подчинились, сделав пару шагов вбок. Гавейн скрестил руки на груди, показывая, что он не сдвинется с места. — Это приказ короля, — глядя ему в глаза, медленно произнес Артур. Не выдержавший взгляда Артура рыцарь склонил голову и шагнул в сторону. Артур подошел к едва держащемуся на ногах от волнения Мерлину. — На колени! — приказал он, опустив оружие. — Артур! — вмешался Гаюс, — ты не можешь… — Могу! — перебил его Артур, — Я ведь король. Мерлин встал на колени, убрал руки за спину и закрыл глаза. — Повтори то, что сейчас сказал, — потребовал Артур. Мерлин повиновался. — А теперь повторяй за мной. Мерлин открыл глаза, внимательно посмотрел на Артура и повторил его слова: — Клянусь использовать магию лишь во благо Камелота и его законного короля. Артур улыбнулся и коснулся мечом плеча Мерлина: — Встань, Мерлин, придворный маг Камелота.