Ангел с дефектами

POV Что можно чувствовать, когда близкий тебе человек лежит в коме? А когда к этой коме прибавляется ещё и отсутствие памяти? А когда в эту память входил ты?.. Короче выражаясь, что чувствовали ребята, когда сидели в палате Бэкхёна? Боль. Боль утраты… В белоснежной палате, освещаемой лишь светом старых лампочек, стояла мёртвенная тишина. Единственным звуком было лишь пищание прибора, которое показывало, что пульс Бэка в норме. Чанёль сидел рядом с кроватью Бэкхёна и держал его ладошку в своей. Сейчас ладошка Бэкки нисколько не отличалась от чанёлевской. Она была такая же холодная. Чуть дальше сидели остальные. Лулу и Чонин стояли рядом с Бэкки и наблюдали за неизменным выражением его лица. Исин и Ифань сидели по краям кровати и смотрели в пол. На своих щеках Чанёль почувствовал что-то тёплое и мокрое. Слёзы. Они уже надоели… За прошедшую неделю этих слёз не должно было остаться, но всё же они появлялись снова и снова… Чанёль наскоро стёр их с лица, пока никто не видел и вновь посмотрел на бледное лицо любимого. Ресницы лишь изредка подрагивали, а потрескавшиеся губы не двигались вовсе. Кажется, что этого паренька уже не было в этом мире, но Кай говорил иначе. Если бы Бэкки покинул этот мир, то Чонин узнал бы об этом первый. Да и тем более, Бэкхён был бессмертен. Но это никак не грело и не успокаивало ребят… Все эти воспоминания, всё то, что с ними происходило… Всё стёрто из памяти Бён Бэкхёна. Остались лишь смутные воспоминания о каком-то Чжан Исине, или, проще говоря, Лэе, с которым он на самом деле был знаком уже полгода… Слова застряли в горле, где-то под тем самым комком, который так и наровил вырваться наружу в виде кристальных и солёных слёз, но они давили это в себе, потому что показывать слабость сейчас нельзя. Чтобы сильнее подавить этот противный комок внутри, первым тишину нарушает Ифань. - Кай, Лухан… вам должно быть известно, как можно вернуть память Бэкхёну? Вы не спрашивали? - Если бы мы могли, Фань… Сейчас, что у Сатаны, что у Бога, слишком много дел и забот. Мы уже заняли очередь к ним, но ждать придётся немало. - То есть, выход всё же есть? – спросил Чанни с надеждой в голосе. - На внеземных существах могут затянуться и зажить ЛЮБЫЕ повреждения и раны. И даже такая серьёзная проблема, как потеря памяти, должна быть решаема. – сказал Чонин, подавая всем немалые надежды. Комната снова погрузилась в тишину. - Спасибо… - услышали ребята дрожащий голос Чанёля, после чего в палату зашла медсестра и попросила всех оставить пациента, так как время было уже позднее. *** Дом без Бэкхёна совсем опустел… Стены стали холодными и давящими. Теперь их больше не пропитывал его звонкий смех и красивый пронзающий голос, иногда срывающийся на крик. Все яркие краски потускнели и даже яркая розовая гортензия, которую совсем недавно исцелил Исин, вновь начала вянуть… Весь день у всех проходил одинаково: проснуться, выпить кофе, пойти в больницу к Бэкхёну, просидеть там до вечера, вернуться домой, лечь спать (и то, если это получалось). И лишь в расписание Лулу и Чонина было внесено одно изменение: сходить восвояси и посмотреть, не освободился ли их правитель. Серые и заезженные будни, от которых уже тошнило, длились мучительно долго, постоянно угнетая и мало-памалу убивая изнутри. Но вот, в один из таких серых дней, Чонин принёсся домой весь потрёпанный и запыхавшийся. - Ребята, я знаю выход! – крикнул он из прихожей, скидывая кеды на пол. Все мигом встрепенулись и метнулись к Каю. - В общем, сейчас мне нужны только Исин и Лухан. Чанёль, Крис, вы ждите здесь, пока мы не вернёмся. - Хорошо. – сказал Чанни и сел на стул в прихожей. - Лулу, Лэй, за мной. – скомандовал Кай и они вошли в гостиную. Кай сказал сесть всем в круг, насколько это было возможно, учитывая, что их было всего 3 человека. Кай начал говорить себе что-то под нос и в центре их круга начал разрастаться сильный свет. Портал. - Дайте мне свои руки. – попросил Чонин, протягивая ладошки по обе стороны от себя. – Сейчас я был у Всевышнего. Он нашёл несколько свободных минут для меня и сказал, что от потери памяти близкого ангела есть только одно решение. - Какое, Чонин? – спросил Лулу. - Мы должны отказаться от своих способностей и стать обычными смертными. Тогда к Бэкхёну вернётся его память. Сейчас я открываю портал в его голову. Мы проникнем в его мысли. Благо, что он помнит нас всех. Но только за это Бэкхёна тоже ждёт одна участь… - Какая? – спросил Исин. - Он тоже потеряет свои силы. Станет смертным. Единственное, что даёт мне надежду, так это то, что Всевышний сказал, что по-скольку мы были внеземными существами, то у нас останутся какие-то наши способности, но он не сказал, какие именно. А теперь главный вопрос… - Чонин сделал паузу. – Вы согласны отказаться от своих сил, от своего прошлого и от любого шанса попасть обратно в рай, или ад? Наступила тишина, но вскоре она нарушилась. - Да, согласны. – сказал Исин, обмениваясь взглядом с Лулу. - Отлично, тогда времени у нас есть ровно до заката. После заката все шансы спасти Бэкхёна и вернуть ему память исчезнут. - Получается, что у нас осталось… 30 минут! Чонин, быстрее!!! – крикнул Лулу, крепче сжимая ладошку Кая. Чонин вновь погрузился в транс, и вскоре ребят охватила непроглядная тьма. Они видели только друг друга и больше ничего. Как будто проваливаясь в бездну. - Это мысли Бэкхёна. По-скольку сейчас он в коме, в его голове ничего не происходит. Нам нужно вывести его из этого состояния, потому что у нас слишком мало времени. Подойдите сюда. – сказал Кай. Чонин провёл указательным пальцем в воздухе, и на этом месте образовалась белая полоса. Дальше Чонин чертил какие-то непонятные рисунки и иероглифы. Когда он закончил, рисунок стал красного ядерного цвета. – Поднесите сюда руки и сосредоточтесь на своих способностях и силах, полностью отправляя их сюда. Так они у вас и отнимутся… - Хорошо, тогда я буду первым. – попросил Лулу. - Хорошо. Будь осторожен. – сказал Чонин. Лулу помотал в ответ головой и подошёл к горящему рисунку. Он поднёс к нему руки. Шло неимоверное тепло, даже жар. Оленёнок полностью сконцентрировался на своих способностях. Представлял все случаи, которые ему вспоминались, когда он использовал эти способности. Постепенно, он начал ослабевать… Бэмби сам не заметил, как от нехватки сил рухнул. Он отдал все свои силы и способности… Точно так же его участь повторили Чонин и Исин. Когда свои силы передавал Лулу, то от его рук шла чёрная дымка, потому что он был демоном. От рук Кая шла белая дымка, а от рук Исина – зелёная, потому что он обладал даром исцеления. Когда все отдали свои силы, рисунок стал чёрно-бело-зелёным. Кай сказал ещё какие-то слова и этот рисунок начал вращаться с огромной скоростью, меняя свою цветовую гамму. Теперь там виднелись и красный, и синий, и жёлтый, розовый, фиолетовый и ещё куча всяких цветов. Внезапно, этот рисунок начал расти и вскоре поглотил троицу. - К Бэкхёну возвращается память, о чём свидетельствуют разные цвета. Нам нужно скорее выбираться отсюда, иначе нас поглотят воспоминания и мы навсегда останемся тут. - Так чего же ты ждёшь?! Быстрее! – кричал Исин. Кай прочитал какое-то заклинание и вскоре ребята уже лежали на полу в гостиной. На шум вбежали Крис и Чанёль. - Что случилось?! – кричал Ифань. - Быстрее в больницу! Нам нужно к Бкхёну, кажется, у нас всё получилось! Словно пуля, все метнулись к выходу, толкаясь и пихаясь. До больницы все добрались в считанные минуты. Хорошо, что время посещения ещё не истекло… - Нам нужно в палату №3, к Бён Бэкхёну. Мы его уже навещали. - Хорошо, проходите, но он ещё не очнулся. Ребята не стали дослушивать, а просто ломанулись в палату. Когда они вошли, то… Бэкхён по-прежнему лежал на кровати, не сменив своей позы… - А не опоздали ли мы? – дрожащим голосом спросил Лулу. - Не должны были! НЕТ! – крикнул Чонин. Чанёль вновь взял в свою руку ладошку Бэкхёна. На лице Рыжика заиграло удивление, смешанное с радостью. - Ребята, она тёплая! – торжествовал Чанни. Все обрадовались и понеслись ощупывать Бэкки. Он действительно стал теплее, а на щеах заиграл лёгкий румянец. - Может, подождём немного? – спросил Ифань. - Хорошо… - тихо согласился Чанни и, сев на кровать, посмотрел в окно. Там, крупными хлопьями падал снег… Первый снег… Сейчас было абсолютно плевать, что ребята потеряли свои силы. Было неважно, что теперь они, как Чанни с Ифанем, смертные. Они, возможно, вернули своему другу память, к чему и стремились. Они пожертвовали своими силами не просто так… И именно это грело им душу.