Не убивай меня, полюби меня

Сев в кровати, я медленно опускаю ноги на холодный пол и пытаюсь подняться, игнорируя боль по всему телу. Закрыв глаза, я со стоном выравниваюсь и осторожно иду к зеркалу, чтобы посмотреть на разбитую себя. Дойдя до стены, я медленно останавливаюсь у зеркала, зажмурив глаза, боясь увидеть свое отражение. Сделав пару вздохов, прогоняю из головы жуткие воспоминания и мысленно считаю до трех. Один. Два. Три. Открываю глаза и оглядываю свое бледное лицо с фиолетово-синим кровоподтеком под правым глазом, разбитую верхнюю губу, покрывшуюся корочкой и ссадину на щеке, оставленную после сильного удара об пол. Подойдя ближе к зеркалу, не отводя взгляда от своего безжизненного отражения в нем, я стягиваю футболку и бросаю ее на пол. Аккуратно провожу трясущимися ладонями по животу, покрытому жуткими синяками после несдерживаемых ударов этого недоноска. Чтобы ты сдох ублюдок! Медленно оборачиваюсь спиной к зеркалу и вижу, красные ссадины на лопатках, и в голове эхом проносится собственный пронзительный крик, когда он, навалившись на меня, прижал спиной к шершавей стене. Вздрогнув, я оторвала свои руки от тела и снова развернулась лицом. — Это был не сон, — едва слышно произношу я, смотря на синяки на своих запястьях. Сняв штаны, я отбросила их в сторону и судорожно вдохнув, храбро подняла глаза на зеркало и отшатнувшись в сторону, зажала рот рукой, с трудом удерживая себя на ногах, заметив разводы крови на внутренней части бедра. Вздрогнув, когда, где-то в комнате слишком громко, для гробовой тишины моего дома, завибрировал телефон, я нехотя отошла от зеркала на поиски сотового. Откопав его среди груды разорванного тряпья, взяла в руки. Читая имя звонившего контакта, я не знала, что делать. Мне или ответить, или заблокировать его к хуям. Ответ пришел само собой, контакт перестал звонить, оставляя меня одну наедине с целым океаном мыслей и жутких воспоминаний, оставшихся после вчерашней ночи, после того, как я ответила на звонок. На Его звонок. Опрометчиво было отвечать согласием на его предложение, слишком слепо веря в то, что все будет нормально. Раньше было так и сейчас будет так же. Что страшного в вечеринке на дому? Ничего, если там нет наркотиков, смешанных с безмерным количеством высокоградусного алкоголя и бушующего тестостерона в молодых, ебанутых, телах. Сотовый вновь шумно завибрировал в руках, и снова это был тот контакт. Решив, что стоит ответить, я вяло нажала на зеленую иконку и поднесла телефон к уху, вновь оборачиваясь и вглядываясь в зеркало за моей спиной. — Эй, детка, — весело кричит она, смеясь с кем-то на заднем фоне. — Как дела? — Привет, — говорю я, стараясь звучать, как обычно, но голос дрожит, и она это слышит. — Я не знаю, — отвечаю я шепотом, зажимая рот рукой, чтобы Нура не услышала подступившие, от осознания случившегося со мной, слезы к горлу. Зажав глаза, позволяя слезам стекать по моим щекам, я резко села на корточки и судорожно втянула воздух, понимая, что ни с чем не справляюсь и она все слышит. — Я не знаю, — хрипло повторяю я уже не зажимая рот рукой. Я вижу одежду, разорванную на мне прошлой ночью, вижу кровь на этих тряпках и правда не знаю, как мои дела. Возможно нормально, а возможно, я сейчас пойду в ванную и вскрою себе вены! Я не знаю, хватит ли мне сил это забыть и пережить, оставляя за спиной? А может мне хватит сил, чтобы уничтожить его? Чтоб ты сдох! — Где ты? — резко спрашивает Нура, грубо обрывая кого-то на той стороне. — Эва, где ты? — Я не знаю, — отвечаю я, откровенно захлебываясь горькими слезами. — Я ничего не знаю. — Господи, — она слышит мои стоны. — Эва ты дома? — Д-да, — говорю я, заикаясь, падая на спину, не в силах терпеть боль раздававшуюся по всему моему сука разбитому телу. — Я дома. — Скоро буду, — и кладет трубку, не слыша, что я говорю ей не приходить. Она кладет трубку прежде, чем глохнет от моего обессиленного рева. Нура кладет трубку прежде, чем я успеваю проклясть его имя, снова желая скорой и мучительной смерти. Я сидела прошлым вечером за компом, пытаясь набросать какой-нибудь рассказ, когда меня отвлек телефонный звонок от Криса. Проигнорировав его, я поставила беззвучный и вновь вернулась к проработке слабого сюжета, тут же забывая про надоедающего мне Пенетратора все еще надеющегося затащить меня в койку после моего расставания с Юнасом, а его с Ибен. Чертов мудак, все еще тешил шансы на секс. Выбросив его из головы, я полностью ушла в мир, созданный моей в голове и у меня уже начал наклевываться неплохой, захватывающий сюжет, когда меня сбил с долгожданной мысли очередной звонок мудазвона Криса. — Да ты заебал, — разозлено закричала я, отвечая на его звонок. — Что ты хочешь? Я занята, — хотя уже начала сомневаться в своем же ответе. Мысль в моей голове надолго не задержалась, я остыла, запал пропал и все потраченные часы пошли прахом. — Не хочешь встретиться? — спросил он, посмеиваясь, и я поняла, что Кристофер пьян. — Не хочу, — ответила я, захлопывая ноутбук, даже на заботясь сохранить файл с фигово написанной первой главой, поднимаясь со стула. — Ради этого звонил? — А почему не звонила ты? — ответил он вопросом на вопрос, сильнее раздражая меня. Пнув мешающий мне на пути стул на колесиках в сторону, я вышла из своей комнаты и зависла в коридоре, понимая, к чему весь этот звонок и сыр-бор. Зависать на вечеринках после расставания с Юнасом не была моей ошибкой. Ошибкой были звонки и сообщения Крису в пятницу вечером с вопросом, что интересного ожидает нас в эти выходные? Кристофер Шистад всегда знает, где самый сок и потому я не сомневалась в его словах. Однако он довольно быстро привык к таким вопросам и к тому, что в любой момент выходного дня или вечера знает, где я есть и приперевшись туда, даже не смотря на то, что я пришла со своими девочками, продолжает свои ебанутые попытки затащить меня в постель. — Потому что занята, — повторила я, тяжко выдохнув. — Где ты? — он усмехнулся, а я взбесилась от того, что он добился того, чего хотел. — За тобой приедут, через пятнадцать минут, — неопределенно ответил он. — Ты знал, что я одна? — Крис молчал, но по его пьяному смеху и так все было ясно и мне даже не надо спрашивать откуда он мог все узнать. Я написала Нуре после девяти вечера, что рейс мамы задержали и пригласила ее к себе, на что она посочувствовала мне, зная, что я давно не виделась с мамой, но прийти ко мне не может. Она скрывала свои отношения с Уильямом ото всех, кроме меня. Все еще переживала за Вильде и не хотела вредить ей. Уильям, плейбой с яйцами и без совести, запудрив глупой девушке мозг, переспал с ней. Вильде считала, что теперь они пара, но после того, как он при всех сообщил, что она слабовата для его уровня, девушка была разбита. Когда я узнала, что Нура встречается с этим мудозвоном, не показала свое недовольство, хотя чистосердечно не понимала, какого хуя она вообще творит? Сама говорила, что он последнее дерьмо, а теперь зажимается с ним по углам. — Знал, — не скоро ответил Кристофер, шумно выдыхая в трубку. — Я соскучился. — Не верю, — грубо отрезала я, не желая слушать его сладкие речи. — Это правда, — сказал он усмехаясь. — Собирайся, за тобой уже едут. Я собралась, и за мной правда приехали. Лучше бы мы разбились по дороге въехав в злоебучий фонарный столб, а не доехали в этот дом, спрятавший под своей чертовой крышей, ублюдков-пенетраторов. Чтобы ты сдох!