Спасение утопших

— Доброе утро. Сегодня Чонгука разбудил приятный тихий шепот.  — Доброе утро. Тэхен лежал, уткнувшись в широкую спину парня. Приподняв голову, он произнес эти два слова, чем и разбудил Чона. Я бы хотел вот так слышать это каждое утро…  — Воскресенье?  — Воскресенье, — довольно кивнул Чонгук, поворачиваясь лицом к Киму. — Сколько времени?  — Около восьми. Не больше десяти минут.  — Хорошо. Мне сегодня к 9:30 надо быть в классе.  — Я и забыл, — прикрыл глаза Тэхен. — Может не пойдешь?  — Ну, — игриво нахмурился Чонгук, — Я люблю рисовать.  — Рисовать?  — Тебя, конечно, тоже, даже больше, — улыбнулся парень. — Но и рисовать очень даже люблю.  — Ладно, — кивнул Ким. — Тогда иди. А мне с тобой можно?  — Не думаю, что учитель будет против.  — Только я не умею.  — Я научу. Чонгук поднялся с кровати и накинул на себя толстовку.  — Я в душ.  — Жду. Посетив столовую, парни отправились в класс. Чонгук, убедившись у учителя в том, что Тэхену тоже можно пройти, пригласил Кима в класс. Выбрав два мольберта, он поставил их в том же уголке, где сидел в прошлый раз, принес стулья, выбрал краски и кисти, после чего разложил в удобном порядке и наконец сел, поставив перед собой холст.  — Выбери, который тебе будет удобен по размеру, — сказал Чон Тэхену. — И поставь, как я. Ким, словно усердный ученик, поступил так, как сказал ему Чонгук.  — Что будем рисовать?  — Я нарисовал закат в прошлый раз… А сейчас хочу изобразить то же место, только в этот раз днем. Пусть все будет залито солнцем. А ты попробуй нарисовать то же самое, только так, как ты видишь.  — Понял.  — Вот этой кистью удобнее всего намечать границы предметов, — подал Чонгук Тэхену кисть. — Веди линии плавно, сильно не нажимая, и не делай их слишком толстыми. Парень стал водить кистью по собственному холсту, показывая.  — Эй, ты не на меня смотри, — воскликнул он, смеясь. — Холст здесь.  — Да, да, смотрю куда надо! Тэхен попробовал сделать то же, что только что сделал Чонгук.  — Правильно?  — Да. Когда закончишь с разметкой, просто позови меня, ладно?  — Ладно. Чонгук вернулся к своей картине и стал работать. Ким то и дело поглядывал на него: парень по-настоящему увлечен, и то, как он смотрит на холст, когда рисует, то, как смешно высовывает язык, когда старается вывести идеальную линию, кажется Тэхену очень красивым и таким естественно прекрасным, что он поневоле начинает забывать о картине и просто любоваться.  — Рисуй, — толкнул парня в бок игриво Чонгук. — Иначе не закончим сегодня до ночи. Спустя шесть часов картины обоих парней были готовы. Чон, конечно, справился с задачей несколько лучше Тэхена, но он с удивлением отметил, что у Кима получилось тоже совсем недурно:  — Ты точно раньше никогда не рисовал? — спросил он. — Это очень красиво.  — Спасибо, — смущаясь, ответил Тэхен. — И нет, никогда.  — Не забрасывай, мне очень нравится.  — А ты обещаешь и дальше меня учить?  — Обещаю. Оставив работы сохнуть на том же подоконнике, парни вышли из класса, попрощавшись с учителем, и вернулись в комнату. Чонгук, открывший дверь и вошедший первым, вдруг застыл в проеме.  — Ты чего? Проходи, — подтолкнул парня Тэхен. Протиснувшись в комнату, он сперва улыбнулся, решив, что Чонгук просто с ним играет, но потом поймал его затуманенный взгляд и проследил за ним. Чон, очнувшись от секундного оцепенения, бросился к кровати.  — Что это, Чонгук? — спросил встревоженно Тэхен. — Что это? Парень взял со своей кровати игральную карту и бросился в ванную, Ким, перепугавшись, последовал за ним. Чонгук, порвав находку, бросил ее в унитаз и чуть дрожащей рукой нажал на кнопку смыва.  — Он делал так раньше, — сказал наконец парень. — Перед тем, как прийти ко мне со своими ужасными намерениями, он клал мне на кровать игральную карту, чтобы я знал, что он придет, и боялся.  — Чонгук…  — Я сам к нему пойду.  — Стой, — замахал руками Тэхен и попытался остановить парня, вцепившись в его одежду. — Ты куда собрался?  — У него нет власти надо мной, — чуть ли не рыча, бросил Киму Чонгук. — Я пойду к нему сам, отпусти! Грубо выдернув толстовку из рук парня, Чон вышел из комнаты и бросился к кабинету директора. Ударив дважды кулаком по двери и дождавшись, пока ключ повернется, он практически влетел в помещение, закрыв дверь за собой и чуть не сбив Ли Джин-Хо.  — Какой подарок, — раздался недовольный голос мужчины. — Сам пришел, даже ждать не заставил!  — Да как ты смел? — накинулся на него Чонгук. — Моя жизнь для тебя игра?  — Правильно подметил, — кивнул мужчина. — А теперь я спрошу: какого черта ты врываешься в мой кабинет?  — Перестань меня трогать!  — Что это за крики? Почувствовал себя всесильным и смелым? Да что ты можешь? Ли Джин-Хо, как и в прошлый раз, достал из ящика в столе пистолет.  — Ты не выстрелишь, — сказал Чонгук. — Вся школа услышит!  — Да ну. Резко направив оружие в пол, директор нажал на курок.  — С глушителем? — сглотнув, удивленным голосом произнес Чон, пораженно уставившись в пол, куда только что попала самая настоящая пуля. Мужчина, воспользовавшись заминкой, не церемонясь, ударил парня пистолетом по голове. Чонгук, не потерявший сознания, все же упал, схватившись за место удара.  — Послушай меня, мальчик, — грубо и быстро заговорил директор. — У тебя нет ни единого шанса против меня, поэтому молчи в тряпочку. Если ты будешь сопротивляться, я тебя изобью, и не одного тебя, а твоего дружка Тэхена заодно. Все подумают, что вы просто подрались, а еще, возможно, вас поставят на учет и прибегнут к помощи полиции, чтобы угомонить разбушевавшихся подростков.  — Ты не…  — Я-то посмею, еще как. А сейчас молча, без шума, возвращайся в свою комнату. И помни, мое карточное предупреждение еще в силе. Выставив Чонгука за дверь, Ли Джин-Хо вернулся в свой кабинет. Голова… Перед глазами все плыло. Чон с трудом поднялся на ноги, и, держась за стенку, побрел к своей комнате. По пути он встретил встревоженного Тэхена.  — Чонгук! — воскликнул он, увидев парня. — Это… Это он сделал? Он?  — Не кричи, тихо, — слабой рукой Чон прикрыл Киму рот. — Иначе…  — Молчи, — шикнул Тэхен. — Я же сказал тебе не выходить! Где твоя голова?  — Идем, не надо, чтобы кто-то видел.  — Да тебя ноги не держат, это в порядке вещей, ты думаешь?  — Я тебе все расскажу, только прошу, будь тише. Поддерживая парня, Тэхен помог ему добраться до комнаты и усадил на кровать.  — Нет, ну ты посмотри, тебе же кровь все лицо заливает, — яростно говорил Ким. — Да я сейчас пойду и сам ему вставлю!  — Нет, — удержал парня за рукав Чонгук. — Он… Он сказал, что и с тобой сделает это, если поднимется шум. Не надо. Пошарив рукой в кармане, парень вытащил диктофон и предъявил Киму.  — Я записал наш разговор.  — Ты… Молодец, у нас есть запись! — мгновенно обрадовался Тэхен. — Мы можем обратиться в полицию!  — Стой, — покачал головой Чонгук. — Не так просто. У него есть пистолет.  — Пистолет?  — И связи. Мы не сможем просто так взять и покинуть школу, и уж тем более пробраться к полицейским и заявить.  — Тогда давай подождем немного, он остынет, и мы как-нибудь тайком…  — У нас и времени нет. Ты сам видел карту. Он сделает со мной что-то уже завтра. Он намекнул на то, что изобьет нас и сделает так, чтобы все думали, что мы подрались.  — Что?  — Я не думаю, что получится, но мне нужно как-то выбраться из школы этой ночью.  — Ночью?  — Да… Сейчас Тэхену стало очень страшно. Он раньше никогда не сталкивался с подобным. У его врага есть оружие, способное за секунду лишить жизни.  — Слушай, — сказал Чонгук. — Оставайся, а?  — Прости?  — Останься в школе. Я пойду один. Просто понимаешь, я боюсь, что ты можешь пострадать, если мы пойдем вместе и нас поймают. Я бы очень не хотел…  — А ну перестань, — раздался не то обиженный, не то агрессивный голос Кима. — Чтобы я, тебя, одного… В своем уме? Вместе, значит вместе.  — Тэхен…  — А сейчас замолчи и дай мне возможность тебя полечить! Без возражений! Значит, этой ночью.