Вместе

Эта высотка на краю города была хороша тем, что забраться на ее крышу можно было легко, выход не запирали. И облюбовали ее сразу двое, вернее, пока что на краю, свесив вниз ноги над бездной города, сидел только Солдат. Высокая черная фигура подкрадывалась сзади, стараясь производить поменьше шума. — Так и знал, что найду тебя здесь, — Жнец ткнул противника в спину дробовиком. — Подвинься. Солдат молча сдвинулся вправо, освобождая пространство на краю крыши, на котором сразу же заклубилась черная дымка. — Любуешься закатом? — издевательски спросили из нее. — Вспоминаю, — тихо ответил Солдат. — Арлингтонское кладбище. Сегодня годовщина их смерти. — Чьей? Солдат коснулся ладонью груди. — Джека Моррисона и Габриэля Рейеса. Двух придурков, которые не умели договариваться, зато считали, что прогнуть друг друга смогут легко. Их похоронили рядом, жаль, что все-таки не вместе. Но распоряжений на случай смерти не было. — Ты знаешь, что их там нет. Но твоя могила недолго будет пустой, я об этом позабочусь. Солдат молчал, все так же глядя в сторону пламенеющего заката. Потом медленно снял визор, поморгал. Жнец снял маску, бросил ее на покрытие крыши, забрал визор, положил там же, аккуратно отодвинув все из зоны досягаемости. — Помнишь, как ты после одного из заданий забрался на такую же крышу, сидел, смотрел на небо. — Помню, — равнодушно сказал Солдат. — Оплакивал погибших. Смешной вихрастый мальчишка, мечтавший о наградах и подвигах, не вышел живым из боя. Перед самым заданием он подошел ко мне и сказал: «Сэр, я рад, что служу под вашим началом, я хочу стать героем, как вы». В конечном итоге, он им и стал, прикрыв собой напарников. — Тогда я впервые понял, что ты просто человек. — Я им всегда был. Просто кому-то надо было стать символом. Почему бы и не мне, я был этого достоин уж ничуть не меньше тебя. Хотя какая теперь разница…, — перебил он сам себя. — Они все мертвы. А кто не был мертв, о тех ты позаботился, пристрелив. Жнец переместился к нему за спину, положил руки на плечи, потом наклонился, прижался лбом к макушке Солдата. — Никогда не думал, что ты вот так поседеешь. Слишком быстро, Джек. Слишком рано сдался. — Я не сдался. Я все еще могу держать в руках оружие. — Мне скучно тебя убивать. Ты просто занудный ворчливый старик. — Ты меня старше, Гейб. Был. И ты уж точно не душа компании. — Куда же мне до нашего обаятельного Джека Моррисона. Впрочем, ты вообще компании никогда не любил, все отсиживался у себя в кабинете. Жнец снова перетек вбок, встал на краю, раскинув руки, ветер отбросил полы плаща. Солдат поднял руку, обнял его за бедро. — Я бы увез тебя куда-нибудь на море, чтобы там пристрелить на фоне белого песка и безоблачного неба… — мечтательно сказал Жнец. — Смерть в раю? — Именно. Но у меня полно дел, так что море пока откладывается. А было бы неплохо: твоя кровь красиво растворялась бы в воде. Я похоронил бы тебя, сбросив твое тело с яхты где-нибудь там, где кишат акулы. Думаю, стать частью моря тебе бы понравилось куда больше, чем гнить в земле. — Это и вправду отлично звучит, — Солдат продолжал смотреть на закат. — Так романтично. Я бы выбрал Гавайи. — Почему именно Гавайи? — Там можно было бы заключить шуточный брак. Представь: красивые девушки, яркие цветы, два ошалевших от всего старика, крепко держащиеся за руки и смотрящие друг на друга с мыслью «Сдохни, тварь». Жнец опустил ладонь ему на макушку, потом заставил запрокинуть голову. — У тебя глаза выцвели. Голубые, совсем прозрачные. А ведь были такими яркими. — Это все капли для глаз, побочное действие. Визор не так легко встает, как раньше, требуется напрягать зрение, пока идет синхронизация. — А пачку таблеток ты с собой еще не таскаешь? Мазь от радикулита, зубные протезы с гранатами в каждом зубе и складные ходунки со встроенным гранатометом для битвы за скамейку в парке? — Я сейчас сброшу тебя с этой крыши, Гейб. — Не сбросишь. Кто тогда повезет тебя на свадьбу на Гавайи. Ты же никому не нужен, кроме меня. Солдат усмехнулся. — Гейб, ты сильно рискуешь… Я проходил одну любопытную программу тренировки в молодости. И разложить тебя по крыше вполне способен. — Рискни. Солдат опрокинулся назад, дергая Жнеца за край плаща и опрокидывая рядом с собой, перекатился, прижимая к крыше, врезал в челюсть, тот мотнул головой, зарычав, ударил противника головой в переносицу, скинул с себя и сам прижал к крыше, крепко держа за горло. — Теряешь хватку… Вместо ожидаемого удара коленом в спину или чего-то подобного, Жнец получил прикосновение ладони к щеке. — А у тебя она все такая же крепкая… — прохрипел Солдат, ухмыляясь. — Или все-таки ослабела, а, Гейб? Давно ничего не приходилось хватать? — Старый идиот, даже не думай, что я на это поведусь. — Поведешься на что? Жнец вынужденно оперся на руки, чтобы не налегать на Солдата всем весом. Джек никогда не любил лежать под Габриэлем, уверял, что ничего эротичного или хотя бы приятного нет в такой груде мышц, которая так и норовит размазать по матрасу. А однажды в три часа ночи мстительно разлегся на Габриэле всем собой. Урок был усвоен и запомнен. — Какого черта у тебя внезапно стояк, старый извращенец? — Знаешь, — Солдат слегка поерзал. — У меня такой же вопрос. У губ Солдата был привкус чего-то фруктового, видимо, он недавно пил сок. У губ Жнеца был привкус крови и сигаретного дыма. Целоваться с тем, кого ненавидишь, было легко. Не обращать внимания на чужие руки, шарящие по телу, было сложней. Оторваться друг от друга, чтобы взглянуть в глаза — невозможно. Поцелуи продолжались, временами перемежаясь тихими несдержанными стонами, пока все не закончилось двумя вскриками, последовавшими друг за другом с разницей в три секунды. — Помнишь, мы хотели вместе состариться? — Жнец сидел, привалившись спиной к опоре бака, застегивал ремень. Лежавший головой у него на коленях Солдат молчал, глядя в небо, приводя в порядок штаны, потом негромко заметил: — Помню. Но у нас ведь это получилось? — Я бессмертен, Джек, в отличие от тебя. — Меня, в отличие от тебя, будут помнить, Гейб. — Может, все-таки на Гавайи? Пусть хотя бы в шутку, но брак. Отправим фотографии Ане, узнаем о себе много нового. — Сперва посмотрим, насколько ты окажешься хорош, а то вдруг ствол заклинит в первую брачную ночь, — ухмылялся Солдат препаскудно. — И зачем ты мне тогда будешь нужен? Жнец снова зарычал, но вместо ответа крепко поцеловал его, наклонившись. Солдат сцепил пальцы в замок у него на затылке, не давая отстраниться. — У тебя есть при себе смартфон, Джек? — это прозвучало почти нежно. — Есть. А зачем? — Посмотреть расписание рейсов на Гавайи.