Болезнь

***

      Постепенно на улицы прекрасного города Магнолия спускался прохладный вечер. Закатное солнце ласкало крыши домов и игралось с зелёными листиками высоких парковых деревьев. Летний ветерок тёплыми волнами проходился вдоль пушистого зелёного газона, создавая красивый эффект перелива. Конец лета был на удивление самым тёплым в этом году.        Медленно вышагивая по вымощенным камнем дорожке, одна юная Заклинательница духов непринужденно улыбалась, прижимая к груди среднего размера бумажный пакет, что по своим объемам был явно заполнен чем-то очень вкусным.       — Умудрился же Нацу, в такую погоду заболеть, — под нос самой себе буркнула девушка на секунду остановившись, и осматривая место в котором находилась. Ещё немного пройти и она будет на месте! Удовлетворённо улыбнувшись, Люси чуть бодрее зашагала дальше по намеченному пути.        Как вы наверное могли понять, светловолосая держала путь к дому своего напарника. Пускай, дорогу она знала не так уж и хорошо, но благодаря нарисованной карте, что услужливо ей предоставила Мира, она смогла без проблем вспомнить местонахождение дома своего розоволосого друга. Оказывается Нацу заболел, причём очень серьезно, раз от него целых три дня не было ни слуху, ни духу. Все думали, что он ушел на задание, но тут же все предположения отпали, так как парень просто не мог уйти никому ничего не сказав. Да и Люси он бы обязательно позвал с собой. А тут, не было видно ни его, ни синего иксида.        Ребята уже думали все вместе наведаться к другу домой, как влетел в Гильдию взъерошенный, усталый и явно очень взволнованный Хеппи. Он то и поведал обеспокоенным друзьям, что случилось с Драгнилом.       Чуть ли не всей толпой они намеревались вломиться в не сильно то и большую жилплощадь Огненного мага. Но Мира и Эрза быстро отговорили всех «взволнованных», сказав, что от большого скопления людей, парню только хуже станет.       И очень мало кто удивился, когда вперёд вышагнула Хартфилия, с просьбой рассказать где находится дом убийцы драконов, и заодно передать некоторые гостинцы.        Все удовлетворено улыбались, поглядывая как спешно засобиралась девушка. Давали важные и не очень советы, как например: — Нацу бы очень полегчало, будь Люси в костюмчике медсестры! — Да… Гильдия не меняется.       И вот, распрощавшись со всеми и теперь держа в руках увесистый бумажный пакет, что до отвала был набит разными полезными для иммунитета продуктами. (В основном это были фрукты) Заклинательница на всех парах неслась к дому своего напарника. В груди отчаянно билось взволнованное сердце, а в блондинистой голове всплывали тысяча и одна мысль о том, что же сейчас происходит с Драгнилом в данный момент. Вдруг он беспомощно лежит на кровати, изнывая от жара и болей. Или ему совсем плохо, что он даже встать и поесть нормально не может!        Вздрогнув от собственных мыслей, девушка покачала головой, намереваясь согнать ужасающие картины, что предстали перед ее глазами. Нет. Нацу просто болеет. У каждого ведь такое бывало? И многие справлялись как-то, и одни…        Неожиданно что-то кольнуло, заставляя на мгновение остановиться. А Нацу то сейчас, совсем один, ведь Хеппи остался в Гильдии, так как бедный котёнок так устал, что сил лететь обратно у него уже не осталось, и он был оставлен на попечение Венди и Шарли. Одна только мысль о том, что ее друг остался один на один с болезнью, сжимало сердце Люси стальными тисками, а в горле сам собой наворачивался неприятный ком.       Решительно ускорив шаг, Хартфилия с боевым настроем приближалась все ближе и ближе к дому розоволосого юноши. Твердо намереваясь вылечить и позаботиться о своём напарнике.       Ведь он для нее столько всего сделал…

***

       — Вот так, — тихо проговорила Люси, накладывая на лоб розоволосого холодную мокрую тряпочку, которая за считанные минуты снова становилась теплой.        — Тебе вот-вот полегчает… — постаралась улыбнуться девушка, смотря на то, как на кровати почти без движения лежал взъерошенный Драгнил. Щеки его были ненормального красного цвета, на теле выступила испарина, и он постоянно что-то тихо кряхтел и рычал, при этом в полу бреду открывая и закрывая глаза.       Прошло уже больше часа, когда Заклинательница перешагнула порог его дома. Тогда ее встретили лишь тишина, разбросанные вещи и мусор. В доме дракона-убийцы царил полумрак, так что девушка не с первого раза смогла отыскать выключатель. Когда же комната была озарена тёплым светом, Хартфилия смогла разглядеть царившую обстановку. Одним словом — бардак.       Везде валялись какие-то бумаги, кучи разного мусора, пакетики от чипсов и конфет. А воздух был как будто пронизан жаром… На миг Люси даже показалось, что он осязаем и его можно потрогать. Но, источник этих «жарких волн», был найден на распертой кровати. Светловолосая даже испуганно охнула, в шоке отложив набитый продуктами пакет в сторону.       Раскинув руки в разные стороны, закинув ногу на скомканное одеяло, а голову задрав вверх, тяжело глотая воздух на постели лежал красный, как рак Драгнил.       И от этой картины, у девушки сердце сделало кульбит, рухнув куда-то вниз. Немедля она направилась к кровати Огненного волшебника, начав его приподнимать с влажных простыней.        И вот, когда она смогла переодеть на волшебнике более менее сухую майку, и поправить смятую постель, девушка смогла уложить больного обратно на кровать. При этом все это время, дракон не произнес и слова, лишь тяжело дышал, периодически кашляя.       Когда же со всем было покончено и Люси могла беспрепятственно ухаживать за больным напарником, она в первую очередь решила устроить генеральную уборку. В ее планы входило хорошенько прибраться в доме Драгнила, а то из-за скоплений мусора, даже ей было тяжело дышать, что уже про самого парня говорить.

***

      Луна уже давно выступала на темном небосклоне, озаряя блеклым светом ночные улицы. Ночь уже давно вступила в свои права, погружая всю Магнолию в сонное царство. И лишь в одном из домов, все ещё горел мягкий свет.       Нацу медленно приоткрыл глаза, не забыв снова кашлянуть. Его голова кружилась, а перед глазами блестели блики. К горлу подкатывал неприятный ком тошноты, заставляя прижать кулак к сухим губам. Затуманенный разум стал осматривать все происходящее вокруг. Он едва узнавал собственную обстановку в своей квартире. Разве, у него когда-нибудь было так чисто? Да ещё этот приятный запах, которым обладает только одна известная ему особа. Неужели… Люси у него дома?..       Осознание этой мысли заставило дракона тут же приподняться с постели, но из-за долгого прибывания в лежачем положении он снова закашлял. Черт! Гребанная болезнь!       — Нацу! — ее изумлённый голосок он узнает где угодно, и вот его уже трогают за лоб, а озабоченная мордашка светловолосой феи возникла прямо перед его лицом.        — Ты зачем поднялся! Тебе лежать нужно! А ты… — Люси, что ещё минутой назад была на кухне, и уже была готова будить своего друга, чтобы он смог хоть немного поесть, сейчас обеспокоенно смотрела на напарника, выискивая у него какие-либо изменения.       — Лю…си… — Чёрт! Голос предательски не слушается, а в горле все пересохло. Единственное, чего он не хотел большего всего, это чтобы его в таком состоянии видела Хартфилия. Он не может выглядеть перед ней таким слабым и беспомощным.       — Ты как, Нацу? — тихо спросила златовласка, придерживая друга за плечи. И она всеми силами пыталась отогнать от себя мысли, что его жар, исходящий от него бурными волнами, проникал ей прямо под кожу, невольно заставляя вздрагивать.       — Хреново… — честно признался Драгнил, снова кашлянув в кулак. Живот сократило очередным спазмом, когда девушка коснулась прохладной ладонью его раскаленного лба, а ее губы были в опасной близости с его губами. Это заставило его промочить и так сухое горло.       — Ты… Наверное пить хочешь? — не смело задала вопрос Люси, отстранившись и сев на рядом стоявший стул, при этом продолжая легонько сжимать плечо напарника, готовясь в любой момент поддержать своего дорогого друга.       Саламандр тихо кивнул на предложение Хартфилии, и она тут же потянулась к стоявшему на тумбочке стеклянному графину наполненному водой. И уже через секунду подавала наполненный стакан розоволосому. Тот залпом его осушил.       — Может поешь?       Драгнил снова только кивнул, ибо слова застряли в горле; пытался произносить хоть какие-то звуки, но ничего не выходило. И Нацу не мог разобраться с тем, от чего же его сердце так быстро колотиться. Неужели всему виной это проклятая болезнь? Или же это от того, что сейчас с ним рядом Люси? Она нежно смотрит на него, аккуратно притрагивается, ласково улыбается… Кажется внутри что-то тихо заурчало от удовольствия, когда девушка мягко взъерошила его розовые вихри.       — Вот, смотри, — улыбалась девушка, протягивая дракону небольших размеров глубокую миску, в которой находилось какое-то пюре, непонятного фиолетового цвета.        — Это, конечно, не Мирина стряпня, но тебе должно понравиться. — смущённо проговорила Люси, зачерпывая ложечкой фруктовую массу.        Саламандр вначале забавно проводил носом, втягивая аромат предложенного блюда, затем медленно приоткрыл рот, чтобы Заклинательница смогла накормить его.       Растерянно захлопав глазами, волшебница вспыхнула ярче его огня, слушая как собственное сердце начало отбивать учащенные ритмы. Закусив нижнюю губу, златовласка поднесла ложку с пюре к губам драгонслеера, и тот покорно открыл рот, заглатывая вместе с ложкой и еду.       — Н-ну?.. Как? — робко поинтересовалась Хартфилия, смотря на задумчивое лицо напарника. Вначале Нацу тщательно прожевывал пюре, хотя его и так не надо было жевать, затем сглотнул, сделал задумчивое лицо и… улыбнулся так, как умеет только он. Так широко, лучисто и чисто.        — Вкусно! — задорно проговорил Драгнил, открывая рот для очередной порции вкусного пюре.       Люси счастливо улыбнулась, словно сияя от слов розоволосого. Ему понравилось! Значит девушка ещё и не такая неумеха, как думала ранее. И она с большой охотой кормила Нацу своим пюре, невольно подмечая каким он сейчас был милым. Он напоминал ей маленького ребенка, о котором было очень приятно заботиться. Его румянец на щеках, пускай он из-за жара такой, но все же… Это делала его таким… Привлекательным?..       От собственных мыслей Хартфилия зарделась пуще прежнего, что никак не укрылось от проницательного взора Драгнила. Ее милые красные щёчки, заставили его мысленно усмехнуться, а на деле он сказал.       — Не надо мне никакой Миры, твоё гораздо вкуснее, — без задней мысли он проговорил все это, и благодарно кивнул, когда мило покрасневшая Люси, убрала в сторону пустую миску.       — Ну… Да ладно тебе, я просто хотела помочь, — приподняла уголки губ волшебница, снова поднося свою ладонь ко лбу розоволосого. — Блин… Жар все никак не проходит, очевидно лекарство ещё не начало действовать, — опечалено проговорила напарница, опустив глазки.       — А когда ты успела дать мне лекарство? — изумился дракон, изогнув одну бровь.       — Пока ты спал.        И так меж двумя напарниками завязался непринуждённый разговор. Светловолосая рассказывала магу о том, что происходило в Гильдии, сказала, что Хеппи остался у Венди и Шарли, и что все ребята передают ему огромный привет и пожелание о скорейшем выздоровлении, чтобы они снова могли продолжить безумные махачи в Гильдии, а то без Нацу им как-то скучновато. И у юноши от ее слов стало тепло на сердце, ему грело душу то, что о нем думают его друзья, ожидая его скорейшего выздоровления.       Девушка периодически меняла на лбу друга влажную тряпочку, и сама аккуратно поцеловала парня в горячую щеку, когда он все же смог погрузиться в недолгий сон. И он об этом никогда не узнает…

***

      Через полудрему парень ощущал нежные прикосновения к своей руке. Глаза были плотно закрыты, а все тело одолевал непонятный жар. Но от прикосновений, которые он чувствовал, Нацу почему-то становилось легче. Будто эти легкие поглаживания, забирали вместе с собой ту неприятную боль в мышцах, что появлялись каждый раз, когда нежная ладонь отстранялась. Это была Люси. Парень был в этом уверен на все 100 процентов. Только от ее касаний, ему могло становиться так легко.       Перед глазами все плывет и кружиться. Жар одолевает его со всех сторон. И только ее руки, что так нежно гладят его по волосам, не дают до конца пропасть в мрачное забытье.       — Все хорошо, Нацу. Жар вот-вот спадёт. — тихо проговорила напарница, сменяя одну влажную тряпочку на его раскалённом лбу, на другую. Люси все это время глаз не смыкала, находясь рядом с розоволосым. Ему должно было стать легче, ведь вместе с лекарством, его жар должен был выжечь и эту чёртову болезнь, которая так изводила его…        Сколько она уже просидела у его кровати девушка не знала. Да и не хотела. Люси понимала, что на дворе давно глубокая ночь, и ей давно было пора идти домой. Но она никак не хотела оставлять Нацу совсем одного. Она понимала как это неприятно, остаться один на один со своей болезнью. Сама же тоже часто болела. И все ее одиночество скрашивал именно Драгнил. Вспомнить хотя бы случай, когда Хартфилия заболела накануне праздника радужной сакуры. Тогда Нацу был очень расстроен из-за того, что подруга не сможет увидеть цветущее дерево, и тогда в его розоволосую голову влетел просто гениальный план. Он вырыл громадное дерево из земли, посадил его в большой горшок, и пустил по водному каналу, что пролегал прямо возле дома заклинательницы. Именно тогда Люси по-настоящему влюбилась в своего самого доброго, незаменимого, всегда готового помочь, друга… Именно друга.       Это слово никак не вязалось у нее в голове. Она ведь уже давно начала считать Нацу непросто другом, а одним из самых дорогих ей людей. Он был для нее самым особенным. Пускай, она часто его ругала, за проникновения в ее дом без спроса, ведь Люси прекрасно знала, что кричит она только для того, чтобы за гневом, скрыть пылавшие красные щеки. Спрятать дрожащий голос, за гневными ругательствами и криками. За бесчисленными подзатыльниками и пинками, таились неразборчивые желания незаметно прикоснуться к напарнику, пускай даже такими способами. И она, за бурчанием пыталась замаскировать бешено колотившееся в груди сердце, что только от приближения напарника, заходилось в разы быстрее.       Прикрыв рот ладошкой, Хартфилия незаметно зевнула, потягиваясь, тем самым разминая отекшие от долгого сидения мышцы. Затем снова взглянула на слишком красного напарника, и тяжело вздохнула, когда тряпочка на его лбу опять стала теплой.       — Совсем жар замучил… — тихо прошептала Заклинательница, убрав прилипшие ко лбу розовые пряди. И тут же вздрогнула: глаза Нацу неспеша приоткрылись, и он медленно стал подниматься с постели.       — Н-Нацу?.. Т-ты как? — робко спросила златовласка, проведя мокрой тряпочкой по его горячей щеке. Парень снова закашлял, и кареглазая сконфуженно заговорила:        — Нацу! Приляг пожалуйста, тебе необходимо отдыхать!       Но розоволосый лишь перевел на нее затуманенный взгляд, и тихо вздохнул; светловолосая вздрогнула от его раскаленного дыхания.       — Мне уже лучше. — голос его так соблазнительно хрипнул, что по всему телу пробежались стаи мурашек. Черт! Хартфилия, прекрати вести себя так беспечно в такой момент, и возьми себя в руки, и даже не смей думать о том, что Нацу и с температурой смотрится очень сексуально! Прекрати!       Глубоко вдохнув и выдохнув девушка приподнялась со стула, беря вместе с собой и тазик с водой, попутно говоря:       — Я только схожу воду на холодную поменяю и вернусь. — мило улыбнулась Люси, готовясь сделать шаг в сторону кухни…        У нее уже не получиться уйти.       У Нацу перед глазами все расплывалось, и образ златовласой напарницы стал пропадать, но… Что-то внутри екнуло, когда девушка сказала, что сейчас уйдет. А ведь Драгнил не собирался отпускать от себя этот блондинистый мило покрасневший комочек, поэтому…       — Вааа! — воскликнула блондинка наклоняясь куда-то назад, когда одна рука крепко схватила ее за запястье.       Тазик с водой негромко стукнулся об пол, и вода стала медленно растекаться по деревянному полу, впитываясь в мягкую поверхность ковра, та самая несчастная тряпочка, теперь сиротливо лежала где-то неподалеку, пока шокированная заклинательница во все глаза уставилась на взъерошенное розоволосое и краснощекое чудо.       — Н-Нацу… — оторопело прошептала Люси, когда их носы были на одном уровне, — Т-ты чего?.. — смущенно пискнула она, когда почувствовала, что давление его руки, которая покоилась на талии, стало более сильнее, и девушка вплотную уперлась грудью в горячую и твердую грудную клетку. Пальцы другой руки зарылись в длинные светлые волосы на затылке, притягивая ближе к себе лицо их хозяйки.       — Не уйдешь… — прорычал Драгнил, и прежде чем удивленная девушка смогла осмыслить всю суть происходящего, он смело накрыл приоткрытые девичьи уста, блаженно прикрыв глаза, и крепко держа ее за затылок, чтобы она не смогла отстраниться.       Все в груди Хартфилии сжалось в тугой узел, в один момент рухнув куда-то вниз. Золотисто-карие глаза в шоке распахнулись, а округлые щечки залились пунцовым румянцем. Что он сейчас сказал?       Пока сухие губы медленно отстранялись, затуманенный разум девушки стал потихоньку приходить в себя от только что произошедшего.       — Ты никуда не уйдешь… — хрипло повторил свою фразу дракон, смотря своими пронзительными, немного поддернутыми дымкой зелеными глазами, в изумленно распахнутые карие.       Наверное, это очередной глупый и дурацкий сон. Нацу ведь никогда бы так не сказал и не сделал. Да… Люси просто спит, и это всего лишь сон. Ну, а если все действительно так, то…       — Прошу Люси… — надрывно прошептал Огненный волшебник, приподнявшись на локтях и продолжая крепко удерживать в своих объятьях румяную девушку, тем самым подтверждая свои слова. Он никуда ее не отпустит и не позволит ей уйти…       — Все хорошо, Нацу.- нежно улыбнулась Люси, зарывшись пальчиками в мягкие малиновые волосы и обняв напарника в ответ. — Я всегда буду рядом, чтобы не случилось. Ты же ведь помнишь? — она прижалась своим лобиком к его, и заглянув в глаза, все также нежно улыбаясь проговорила:        — Мы всегда будем вместе! Верно?..       И пускай это чертов бредовый сон, но девушка могла поклясться, что всем своим существом чувствовала горячие губы Нацу на своих. Со всей своей нежностью, что копилась в ней все эти годы, она ближе притянула его лицо к себе, отвечая на пылкий поцелуй с той же страстью.       И пускай это чертов бредовый сон, но именно сейчас, Хартфилия была готова расплавиться в жарких руках горячего напарника. Совершенно не думая о последствиях своего безрассудного поступка. Ведь зачем мучить себя очередными мыслями и противоречиями, когда на любые его вопросы или действия, заклинательница была готова ответить твердое и уверенное: «Да»       Все свои решения она давно уже приняла, и совершенно не хотела от них отказываться.       Люди ведут себя безрассудно, когда любят…       И пускай эта чертова лихорадка, заставляет его проникать своими горячими ладонями ей под майку, безоговорочно стягивая ненужный ему сейчас предмет одежды. И пускай это всего лишь ее мысли, в которых Нацу неспешно стягивает с ее ножек темно-синюю юбку, а его обжигающее дыхание, опаляет кожу ее шеи и ключиц.       И пускай… это всего лишь ее желания, сон, и мысли… Девушка была готова раствориться в них до самого конца, чтобы навсегда остаться в его теплых, таких нежных и любящих лишь ее одну руках…       — Люси… — горячо шептал Драгнил, стягивая зубами лямки кружевного лифа, и оголяя пышные формы, к которым он тут же припадает губами, мягко посасывая отвердевшие вершины, от чего Хартфилия сладко стонет, прогибая голову назад, и сжав в кулачек его розовые вихри.        В его руках она была такой мягкой и хрупкой, что парень все никак не мог насладиться ее нежными прикосновениями. Запах был таким пьянящим, что он старался вдыхать его ежесекундно, чтобы суметь насытиться ею и ее присутствием. Сейчас в его руках она была такой податливой, что определенно ему нравилось. Да… Только с ним она должна быть такой… Должна принадлежать лишь ему…        Люси было жарко, будто ее кинули в самое настоящее адово пекло, откуда Хартфилии не суждено было выбраться. Да и она не особо горела желанием. Наоборот, ее одолевал страх того, что все это когда-нибудь закончиться, и девушка очнется в своей постели, и только отголоски сладких воспоминаний, будут снова и снова напоминать о том, что все это не было правдой… Или?..       — Люси… — раздалось неподражаемое рычание у нее под ухом на ровне со сбивчивым шепотом, и светловолосая ощутила будоражащий все нутро поцелуй в чувствительную зону за ушком. — Моя сладкая Люси… — горячие ладони скользнувшие к обнаженным бедрам, пустили по коже волны обжигающих мурашек, а влажный язык очертивший линии выпирающих ключиц, ввел девушку в полуобморочное состояние, подействовал, как самый сильно действующий транквилизатор, который смог так сильно обездвижить Хартфилию, сделать ее настоящей податливой куклой. Безвольной, неспособной чему-либо противостоять, и лишь покорно отдаваться, получая от этого неописуемое блаженство. Разве все эти ощущения, можно сравнить с очередным сном?..        Ее дыхание приятно щекотало его щеку, а мягкие губы покорно раскрывались, когда Драгнил наклонялся и как озверевший хищник впивался в них, словно пытаясь съесть… Ее руки, что так трепетно сжимают его волосы, заставляли дракона покрываться все новыми мурашками, а внутри загоралось еще большее желание завладеть не только телом заклинательницы, но и ее душой… Свое то ведь он уже ей все отдал, и без сомнения знал, что все это будет принято, и соразмерно вознаграждено…        Уста снова и снова шли друг другу на встречу. Оба все никак не могли насытиться друг другом, поэтому каждое мгновение их близости, они старались использовать по максимуму. В их глазах плясали огненные искры, а жар переплетенных тел создавал ощущение того, что сейчас, они совсем не одни, а рядом с друг другом. Вместе… и никогда друг друга не покинут…       Кровать скрипнула, и Люси болезненно зажмурилась прикусив губу, когда Нацу резко двинул бедрами, проникая в нее сразу до конца, и тут же замирая. Хищными глазами в которых плескалась нежность, он смотрел на заслезившиеся глаза девушки, которые с присущей только этой светловолосой фее любовью, также смотрели на юношу.        — Поцелуй меня… — тихо прошептала девушка, сжав пальчики на его плечах и медленно приоткрывая пухлые и чуть покусанные губы, с которых рваными порывами выходил раскаленный воздух. Нацу опалил ее уста горячим дыханием, и приник к ним, как к спасительному источнику в жаркой сухой пустыне. Да… Именно Люси была его спасеньем… Его лекарством от всех болезней… Его личной болезнью…       Первые стоны вливались в его уши самой настоящей мелодией, жар ее дыхания, был почти таким же как и его, а поддернутые пеленой карие глаза, пленили его уже так давно, что сил выбираться из этих омутов у него уже просто не было.       Воздух накалился до предела, а их вздохи и стоны смешались в одно целое. Они будто дышали друг другом. Именно сейчас и в этот момент, они были близки друг к друг как никогда раньше. Был только Нацу… Страстный, обжигающий и нежный Нацу, жаркий и необузданный дракон, огонь которого пожирал всякие остатки их когда-то крепкой и нерушимой дружбы… Чтобы потом, она как птица феникс могла возвратиться из пепла, и перерасти уже в нечто гораздо крепкое и ценное, в их нерушимую связь, которую никому не будет под силу прервать.       Крепко сжав хрупкое запястье, Нацу прерывисто рычал, с пылом целуя пунцовые щеки и алые губы, при этом снова и снова проникая в обмякшее от его ласк податливое тело. И когда очередная волна мурашек прошлась по его пояснице вдоль всего хребта, Огненный маг понял, что лишь эта девушка может пробуждать в нем такие незабываемые ощущения и эмоции. Лишь ее нежные руки могут так трепетно оглаживать его плечи. Лишь к ее голосу он мог так внимательно прислушиваться, впитывая в себя очередной мелодичный женский стон. И лишь ее губы, пленили его всего, не оставляя даже мельчайшую капельку.       Он принадлежит лишь ей.       Она принадлежит лишь ему.       Горячая волна удовольствия настигла обоих так внезапно, что в глазах на мгновение все потемнело, а до ушей долетели несдержанные рыки и громкие стоны. Все нутро обдало диким жаром, и Хартфилия рвано выдохнула, ощущая, как при каждом биении сердца, кровь бешеными толчками движется по венам, ударяя прямо в голову. А Нацу все так же сжимал ее запястье, хрипло дыша на ее лицо. И вновь головокружащий и многообещающий поцелуй, который унес двух молодых людей в новое, незабываемое и пьянящее приключение.        — Люблю тебя, Люси…       «Все время будь со мной рядом.»