А что если нет?

Карма открывает глаза. Он лежит на холодном полу. Рядом,накрывшись старым пледом спит Нагиса. Мобильник почти разряжен,а на экране светятся красные цифры 6:35. Карма протирает глаза и оглядывается. Что произошло? Что было этой ночью? Почему он не в Токио? В голове вихрем проносятся размытые кадры с воспоминаниями о прошедних двадцати четырёх часах. Неужели все это правда? Карма поднимается и на ватных ногах подходит к стене. Рядом с дверью валяется страница газеты с противным заголовком "Учитель Суицидник Попал В Псих. Больницу". Карма смотрит на бумажку около минуты, и вдруг резко отшвыривает ее в сторону. Потом снова встает, подбегает к газете и рвет ее на кусочки, пропитывая каждый сантиметр комнаты своей яростью. "Почему ты винишь себя в его..во всем этом?" Почему? Почему,черт подери?! Почему?! Он ведь любил его. Он любил его все это время. Он молча тонул в его голубых глазах, и чувствовал, как сердце трескается по швам. Он тихо плакал ночью и смотрел на небо, в надежде найти ответ на вопрос, который не мог найти уже несколько месяцев. А что потом? А потом... Экзамены,переезд в Токио,новая работа. А потом... Бары и вечеринки, бутылки с шампанским и попытки забыть голубое озеро,в котором он тонул уже второй год. Он должен был забыть об этом. Найти девушку и просто жить обычной жизнью. Умереть в старости от инсульта и завещать детям скромную сумму. Тоже самое должно было стать с Нагисой. Но к чему это привело? К кропотекам, порезам, внутринним лихорадкам и боли. Адской,мучительной боли, которая то и дело взвывала внутри Кармы. Это было сравнимо с вырезкой жизненно важных органов, края котоых еще долго пульсировали и кровоточили. Это было сравнимо со сломаными костями, проткнутой кожей и раздробленными хрящами. Наверное, человек, которого переехал грузовик,чувствовал бы себя намного лучше. Карма упал на пол и взвыл. Он воет долго. В его крике слышна вся та боль, которую он переживал эти два убитых года. Он не чувствует мокрой щеки Нагисы и его холодных рук,сжимающих тонкие ребра Красноглазого. Он не чувствует резкого дыхания Шиоты и не слышет своего же крика. В одну минуту все потемнело, и он с воплем падает на пол.