Поход. Лес. Одна палатка...

POV Гарри: — Джи, ты уверена, что это так надевать? — покрутив кофту, я повернулся к подруге. Та фыркнула. — Дайка-ка подумать? Кто тут из нас девочка? — Ты! — Вот то-то же! — улыбнулась девушка, сунув мне в руки супер обтягивающие брюки. — Вот это идеально будет сочетаться! — Думаешь? — я неуверенно покрутил в руках две тряпочки. — Не думаю, а знаю. Давай, надевай! Вздохнув, я с видом великомученика натянул тряпки. — Я же говорю, идеально! — с улыбкой сообщила Джи, помогая мне застегнуть все многочисленные застежки, — осталось сделать прическу, и все парни твои! — Хм, — я аж поперхнулся. — Ну спасибо, подруга! — Обращайся! — девушка сверкнула ослепительной улыбкой и занялась моими длиннющими волосами. — Думаю, высокий хвост будет смотреться просто замечательно, — через пять минут молчания сообщила она. — Я не против. — Ну, еще бы ты был против, — хмыкнула Джи, делая из моих непослушных волос шедевр парикмахерского искусства. — Готово! Можешь посмотреться в зеркало, мечта извращенца. — Джи! — возмущенный вопль, был перебит ярким девичьим смехом. * * * — Ли, а как ты туда доберешься? — вдруг воскликнула Джи, когда мы уже приближались к платформам девять и десять. — Я здесь платформу девять и три четверти не вижу что-то… — Джинель, я же уже говорил, чтобы попасть на нужную платформу, мне надо пройти сквозь барьер, — в тысяча первый раз ответил я, пытаясь вспомнить, куда засунул мелочь. — Да? Точно. Ну, Ли, не злись. Ты же знаешь, что я волнуюсь! — состроив умильную физиономию, проговорила девушка. — Ты же там пять лет не был! А вдруг тебя узнают. — Кто? — я скептически вскинул бровь. — Дядя Волан-де-Морт воскрес и решил снова свести счеты? Сомневаюсь. — Ты прекрасно понял, о чем я говорю. Друзья, Ли. Друзья. Наше самое большое богатство и горе. Я просто уверена, что ты попадешь с ними за один стол. Но ты же не будешь бегать от них все эти три дня? — Не буду, — пришлось признать очевидное. — Ну, а если они меня и узнают? Не вижу в этом ничего страшного. Рассказать они никому не расскажут… — А вести себя будут по-другому, чем до вашей встречи, — спокойно закончила девушка. — Сам подумай, вы столько лет не виделись, ты даже не писал! И хочешь, чтобы твои друзья, если тебя узнают, вели себя, как в ни чем не бывало? — И что ты предлагаешь? — потерев лоб, я остановился рядом со знакомой до боли каменной стеной. — Вести себя аккуратно, — поправляя на мне кофту, посоветовала девушка. — Гарри, ты ведь понимаешь, что если вдруг тебя узнает этот ваш, как его там… Малфой, у тебя будут веселые каникулы.  — Это точно, — фыркнул я, целуя подругу в щеку и исчезая из мира маглов.  — Тук-тук, Тук-тук… — поезд медленно стучал колесами. Я отстраненно наблюдал за плывущими за окном облаками. Было как-то… странно. На ум сами собой приходили воспоминания: вот я первый раз еду в Хогвартс, наша встреча с Роном и Гермионой. Первая драка с Малфоем. Второй курс — ну здесь не обошлось без казусов. Прилететь в школу на машине — это надо же было нам додуматься! Третий курс, четвертый, пятый… Счастливые моменты жизни, не омраченные смертями. Хотя так я могу считать лишь до третьего. И то… — Можно? — дверь открылась, и в купе просунулась незнакомая вихрастая голова парня. Я кивнул, судорожно попытавшись вспомнить, кому из знакомых может принадлежать эта часть тела. Дверь открылась полностью, явив взору высокого подтянутого парня с черными средней длины волосами, смуглой кожей и пронзительными черными глазами. — Привет! Прости, если помешал, но в начале вагона такой гвалт стоит, невыносимо. — Ничего страшного, — улыбнулся я, устав ломать голову над тем, кем является этот симпатичный неизвестный науке парень. — О, совсем забыл. Сириус Снейп, к вашим услугам, леди. — Кх, кх. — от неожиданности я закашлялся, пытаясь выровнять дыхание. — Прости? Как, ты сказал, твоя фамилия? — Снейп. Понимаю… — парень улыбнулся. — И сразу говорю, да мой отец Северус Снейп, профессор зельеварения. — Очень… приятно, — выдавил я из себя, пытаясь переварить сию чудесную новость. — А где ты учился? Я не помню тебя в школе… — договорил я и мысленно дал себе подзатыльник. Я же в школе, по легенде, вообще еще не был. — Я обучался на дому, — губы парня расползлись в улыбку. — Вообще-то я все время жил за границей, но вчера получил письмо, в котором отец просит меня приехать на встречу выпускников. Я против не был. Всегда интересно пообщаться с другими ребятами, да и говорят, у вас шикарная школа. — Говорят, — кивнула я. — А меня Эвелина зовут. — Эвелина и? — Эвелина Дженнифер Эванс, — улыбнулся я. — Можно просто Ли. — Красивое имя. А ты знаешь… * * * За разговором, я и не заметил, как поезд подал предупреждающий гудок о прибытии. Лишь когда по проходу застучали проворные ноги ребят, спешащих выйти, и начался гвалт, мы с удивлением выглянули в окно. — Приехали, — первым озвучил Сириус, поднимаясь и одергивая мантию. Я грустно продолжал смотреть на темный перрон, так привычно освещаемый одним лишь фонарем Хагрида. Так хотелось услышать знакомое: «Первокурсники сюда!» Но была лишь тишина… — Ли? — парень осторожно тронул меня за плечо. — Идем? — А? — я очнулся от воспоминаний, — да, иди. Я немного попозже приду… — Ладно. — Снейп-младший пожал плечами и вышел, аккуратно прикрыв дверь купе. Подождав несколько минут, пока парень исчезнет из поля зрения, я вышел из купе. На улице дул прохладный ветерок, проникая под тонкую бежевую водолазку. Передернув плечами, я направился к одиноко стоящей карете. Фестрал при виде меня пренебрежительно фыркнул, но позволил себя погладить. — Ну здравствуй, друг, — я нежно провел рукой по тонкой шее. — Как вы тут, не скучаете? — Прф, — фыркнул жеребец, мотнув головой. — Эй! Ты почему еще тут? — я замер, не донеся руку до морды второго фестрала. Такой знакомый голос… — Заблудилась что ли? — Да! — радостно подхватил я, оборачиваясь. Хагрид стоял в нескольких метрах, держа в руках до боли знакомый фонарь. — Я… я в конце года была переведена в Хогвартс, но ни разу тут не была. А получив приглашение, решила съездить. Вот… — с этими словами я протянула приглашение лесничему. Но тот лишь улыбнулся в бороду. — Ладно. Давай провожу. Залезай в карету, я у входа встречу, — пожав плечами, я быстро уселся в небольшую кабинку. Облокотившись на стену, обитую тканью, я задумался, а верно ли я поступил, приехав сюда? С одной стороны я ужасно соскучился по друзьям: Рону, Гермионе, Джинни. Хотелось пообщаться, вспомнить былое, просто помолчать, в конце концов. А вот с другой стороны мне совсем не улыбалось быть узнанным. Причем, если меня каким-то макаром узнает Малфой… Даже не хочу об этом думать! Да и изменился я не сильно. Зелье — зельем, но оказалось, что оно всего лишь делает человека таким, каким бы он был в своем противоположном поле. То есть если я был худющим зеленоглазым гриффиндорцем, то в женском теле ничуть не изменился. Те же знаменитые зеленые глаза, черные волосы, правда, я их отрастил, и талия со спичку. Грудь, само собой. А в остальном… С Джинелью я познакомился через год после моего ухода из магического мира. Случайно забрел в небольшой магазинчик, где она продавала свои картины. Познакомились, разговорились… Еще через пару недель она меня раскусила, признавшись, что мне до женского варианта еще работать и работать. С тех пор мы с ней лучшие друзья. Джи оказалась сквибом. Про магию она знает, но никогда не имела с ней дела. Благодаря все той же Джи я научился себя вести как девушка, говорить и общаться как девушка. Сначала было трудно. Но я справился. А потом пришло письмо… Надо сказать, как бы мы с Джинни ни дружили, я никогда не рассказывал ей, кто я на самом деле. Просто сказал, что жертва войны. Я не рассказывал — она не спрашивала. Но вот пришло письмо, и мое инкогнито раскрылось. Какой-то придурок додумался прислать мне два письма — обычное и громовещатель. Видимо, думали, что я читать разучился. В это время в комнате находилась и Джинель. Пришлось во всем признаваться. Но спустя пару часов грандиозного скандала, во время которого по комнате летали не только диванные подушки, мы все-таки помирились. Причем Джи сразу отмела все мои невразумительные попытки отмазаться от похода на эту Встречу. Правда, она потом сама сомневалась, но, как говорится, «вещи собраны, господа». — Тпррр! — карета резко дернулась и замерла. Я растерянно открыл дверцу. — Мамочка… Темнота. Он возвышался над озером непреклонным монументом. Высокий, величавый и такой родной. Казалось, все окна замка светились теплом и уютом. Дом! Теперь я могу это сказать с гордостью — Дом, я вернулся!  — Приехала? Молодец, — я вздрогнул, когда Хагрид остановился позади меня. — Пошли, доложу директору. Праздник, поди, уже, начался. Я остался ждать за дверями, когда Хагрид доложит обо мне. Я, конечно, не хотел привлекать внимание, но лучше уж так, чем потом вешать своим лапшу на уши, кто я и почему так странно выгляжу. А уж с проницательностью нашей Гермионы…  — Входи, — улыбнулся Хагрид и поспешил к небольшой дверце, ведущей к столу преподавателей. Вздохнув поглубже, я вошел. Тут же все взгляды скрестились на одном мне. Стараясь сильно не нервничать, я быстро огляделся. Все столы были заполнены учениками. Здесь были и нынешние курсы, и весь наш седьмой курс, который мы так и не окончили.… Посмотрев на свой стол, я выдал: — Налюбовались?