Поход. Лес. Одна палатка...

Конец августа. Дом. Спальня. — Поэтому я повторяю свой вопрос: почему ты меня спас? * * * Северус Снейп был готов к такому вопросу. Ему казалось, что он был к нему готов. Но, услышав, он не знал, что сказать. — Почему ты меня спас, Снейп? Почему? — Ответ: «не знал, что Поттеру на день рождения подарить» тебя не устроит? — выпалил мужчина первое, что пришло в голову. Сказал и замер, понимая, какую чушь сейчас смолол. Блэк с минуту молча раскрывал и закрывал рот, а потом разразился лающим смехом. — Да, такого ответа я точно не ожидал. И мой ответ: нет, не устроит. — Северус вздохнул. — Может, тогда сам его придумаешь? — Снейп, неужели ты испугался? — прищурившись, спросил Сириус. — Не говори глупостей, — проворчал мастер зельеварения, раздраженно посмотрев на своего невольного пациента. — Просто… — Что замолчал? Что просто, Снейп? — Да не знаю я! — рыкнул Северус и откинулся на спинку кресла, закрыв глаза. — Не знаю… — Наш разговор сейчас напоминает диалог слепого и глухого, не находишь? — задумчиво проговорил Блэк, разглядывая своего школьного врага. — Мы целых десять минут друг друга не оскорбляли. — Можешь начинать, — спокойно сказал Снейп, вдруг открывая глаза и поднимаясь с кресла. — Я к Дамблдору. Вернусь — может быть, поговорим. И не забудь выпить зелье, — с этими словами, Северус вышел из комнаты. — И не забудь выпить зелье, — передразнил Сириус Блэк, откидываясь на подушки. — И зачем ты меня, только спас, а, Нюниус? * * * Несколько лет назад, когда Годриковую Впадину огласил рев новорожденного младенца, во Франции, в небольшом родовом замке Принцев, небольшую комнату тоже огласил крик еще одного, только что родившегося младенца, которого назвали Сириус Никанор Снейп — (Блэк). Коротко — Сириус Снейп. Мальчишка рос красивым ребенком: черные волосы, смуглая, как будто загорелая, кожа и пронзительные черные глаза. Странным образом Сириус–младший унаследовал все самые прекрасные черты своих отцов. От Снейпа он взял черные волосы и выразительные глаза, а от Блэка породистые черты лица, веселый и бесшабашный характер и способность вечно влезать в неприятности. Стоит отметить, что умом он пошел тоже в обоих. Блистать не блистал, но сказать, что ребенок неумный, было нельзя. Зелья, трансфигурация, анимагия, этикет — здесь юному Снейпу не было равных. Он имел все, что только мог пожелать. Бабушка и дедушка души не чаяли в своем внуке. Но, несмотря на это, Сириус Снейп вырос довольно честным, открытым и добрым ребенком, насколько это вообще возможно, чтобы никто не сказал, что он наивен, как овечка. В нем идеально сочетались все черты храброго гриффиндорца и изворотливого слизерина. Но у ребенка не было того, о чем он мечтал всю жизнь — увидеть своего второго отца… * * * Блэк лениво перелистывал страницы какой-то книги, которую нашел у себя в тумбочке. В голове немного шумело, но общее свое состояние мужчина оценивал как удовлетворенное. Ему было скучно. Вот прошло два часа, как Снейп ушел к директору, а ему показалось, что прошли сутки. Из-за своего ядерного характера мужчина не мог долго находиться на одном месте. Ему надо было бежать, что-то делать, а тут часами лежать на кровати — любой взвоет. Первый стук в дверь он пропустил, увлекшись рисунком новейшей модели метлы. Но неожиданный посетитель оказался не из стеснительных. — Да? — Блэк растеряно посмотрел на дверь. Снейп не предупредил его, что в доме еще кто-то есть. — Можно войти? — дверь слегка приоткрылась, являя взору мужчины утрешнего парнишку. Тот нервно переступал с ноги на ногу в ожидании ответа. — Конечно, — неуверенно отозвался Сириус, прикидывая, не прибьет ли его Снейп, если узнает, что он разговаривал с его… а кто Нюниусу этот парень? Вроде он его папой называл? У Снейпа есть сын? Эта неожиданная мысль пронзила мозг, как раскаленная стрела. Сын… Вот чего Блэк не ожидал, так это то, что у тощего школьного врага будет сын. — Проходи. — Парень неловко улыбнулся и вошел в комнату, сев в кресло, на котором совсем недавно сидел сам Снейп. — Тебя как зовут? — Сириус попытался придать голосу доброжелательности. Он с некоторой долей удивления разглядывал сидящего напротив него пацана. Черные волосы, черные глаза — все просто кричало, что это сын Снейпа. Но вот среди всего этого проскальзывали так ему знакомые черты. Черты, которые он имел честь наблюдать когда-то в зеркале. И следующие слова парня добили его окончательно. — Сириус Никанор Снейп. А вас? * * * — Сириус Никанор Снейп. А вас? — ответил юный Снейп, с любопытством глядя на побледневшего мужчину. Что скрывать, он отлично знал, кто лежит в постели его отца. Знал, но не имел точного подтверждения. А ему так хотелось, чтобы его предположения оказались верными. — Сириус Орион Блэк, — тихо произнес мужчина, и мальчишка расцвел. — О, у нас имена одинаковые! — Да. — Блэк нервно потер лоб. В голове нехорошо складывались кое-какие воспоминания. — Э… Снейп твой отец? — Да. — Никанор (п.а. — если в сцене будут участвовать два Сириуса, то младшего будем называть Никанором, так как это его второе имя) улыбнулся такой знакомой Сириусу улыбкой, что даже дурно стало. — А вы с папой друзья? — В каком-то роде, — пробормотал мужчина. — Хотя наши отношения далеки до дружеских. — Ммм… понятно, — протянул парень, с интересом разглядывая мужчину. Сириус, будучи аврором, заметил этот любопытный взгляд. — Тебе сколько лет? — Двадцать три, — неловко поджав ноги, ответил Снейп-младшей, и тут же вскочил. — Вам плохо? — Нет, нет, все в порядке, — отмахнулся Блэк, пытаясь унять кашель, сдавивший горло. Слишком неожиданно для него прозвучало это число. Двадцать три. Стоп! Двадцать три! — Какой сейчас год? — в растерянности выдохнул он. — Две тысячи третий, — любезно услышал он в ответ и откинулся на подушку, пытаясь выровнять дыхание. Его не было девять лет! Целых девять лет! Что с Гарри! Что вообще произошло за это время!!! Мерлин, за что ты так со мной?! — Вам нехорошо? — уже несколько испуганно воскликнул парень. — Позвать отца? — Не надо, — скривившись, ответил Блэк. Еще и Нюниуса здесь не хватало. В комнате установилась гнетущая тишина, нарушаемая лишь дыханием двух человек. — Не знал, что Ню… Снейп женился, — тихо произнес Сириус, глядя в потолок. И снова тишина. Такая знакомая и в тоже время чужая. — Папа не женат, — спустя пару минут, отозвался Никанор. Парень чувствовал себя довольно неуютно рядом с лежащим человеком. Он не знал, какие отношения объединяют его отца и Сириуса Блэка, но, судя по тому, как выразился мужчина «далеки до дружеских», им действительно далеко до друзей. А своим приходом он мог нарушить какие-то отцовские планы, что тоже не есть хорошо. Надо бы встать, попрощаться и уйти, но… он не мог. Ему так хотелось еще немного, самую малость посмотреть на своего второго отца. А в том, то этот загадочный человек и есть его отец, Снейп-младший уже не сомневался. Он каждое утро на протяжении двадцати лет видел все эти аристократические черты лица в своем зеркале. — Где мы? — Никанор вздохнул. Может, ничего страшного и не случится, если он немного поговорит с отцом. — Во Франции. Это поместье моего деда по папиной линии. — Деда? — Юлиана Принца, — подтвердил парень. — Я с самого рождения жил с дедушкой и бабушкой во Франции. Отец не хотел, чтобы я находился в Великобритании вместе с ним. Он только два года назад окончательно перебрался ко мне и разрешил навещать его в Англии, когда он на работе. Он профессор зельеварения в Хогвартсе. — Я знаю. — Сириус улыбнулся, заметив, что парень, как и он, когда-то сам, не может усидеть на стуле. То туда посмотрит, то туда. То ноги вытянет, то снова спрячет. Наследственность Блэков так и перла из юного Никанора, и от этого мужчине становилось страшно. Он не помнил конец своего седьмого курса. Точнее ту гулянку, когда они отмечали последний год. Что греха таить, они и до праздника хорошо приняли на грудь, а во время его… Что они натворили, он узнал позже от Луни, который еще никогда ТАК не повышал на них голос. Да они и не помнили, чтобы их тихий друг ТАК ругался. Парень чуть ли ядом не плевался, поминая друзей, почем дело лихо. Сириус даже и подумать не мог, что их поступок может так обернуться. Последние дни он ходил, как узник, приговоренный к смерти. Он каждый день ожидал, что вот-вот нагрянут авроры. Ведь они — Мародеры, сами дали Снейпу в руки этот великолепный козырь их уничтожить! Растоптать! Просить прощения? Да Блэк об этом даже не думал! А, что тут думать? Они Снейпа не в воде искупали или сумку его в озере утопили, они его изнасиловали. За это просить прощения, как-то… глупо? Мерзко? Он не мог подобрать нужное слово, но знал, что у него не откроется рот сказать: «прости». Это слово не повернет время вспять и ничего уже не исправит. Но прошел день, неделя, месяц, а авроры так и не появились на пороге. Никто им ничего не сказал. Юные Мародеры успокоились, но Блэк так и не смог избавиться от какой-то колющей боли в своем сердце. И сейчас, смотря на парня, Сириус даже и подумать не мог, что их поступок может так обернуться. У него есть ребенок! Его ребенок! Его и Снейпа… А вот с этим было намного сложнее. Сам по себе Сириус был бисексуалом, и было всё равно, с кем спать, а вот для Снейпа это могло стать проблемой. Но ничего! Не будь он Сириусом Блэком, если не решит и эту! Зачем? Да затем! Потому что, существуя в камере Азкабана, он и помыслить не мог, что у него будет семья, жена, сын. Выйдя, а точнее сбежав из Азкабана, он не рассчитывал на то, что его оправдают. Но у него был крестник. Там, в Арке, находясь между смертью и жизнью, не различая день и ночь, минуты и года, он мечтал о том, что когда-нибудь он вырвется отсюда, найдет свой путь в этой жизни. И пусть это были лишь жалкие мысли умирающего человека, но они были. А сейчас? А сейчас он лежит здесь, живой, в доме Снейпа. Снейпа, который его ненавидел, ненавидит и будет ненавидеть, но который спас. Снейп, у которого от него есть сын. Взрослый сын. Сын, который ни разу не видел своего второго отца. И не будь он Сириусом Блэком, если это не исправит. Он добьется того, что Снейп, нет… Северус его полюбит, а Сириус Никанор Снейп-Блэк признает отцом! * * * POV Драко Малфой Мне двадцать три года. Казалось, что такое двадцать три? Еще вся жизнь впереди, но иногда возникает такое чувство, что ты что-то не успеваешь сделать. Вроде бы жизнь идет своим чередом, но вот это постоянное ощущение, что ты что-то упускаешь в этой жизни, не дает ни минуты покоя. В школе я этого не ощущал. Но сейчас, сейчас я понимаю, что был просто слишком глуп и не обращал внимания на это ноющее в груди чувство. Я не придавал ему какое-то особое значение. Может, с приходом в мою жизнь вейлы я стал столь чуток и раним? Хм… Малфой и раним? Кажется, что эти две вещи просто-напросто не могут быть сопоставимы друг с другом, но нет. Мы ведь тоже люди. У Малфоев тоже есть эмоции, чувства. Они так же, как и другие умеют сочувствовать и сопереживать, НО…. Но в отличие от других, мы не выставляем это напоказ. Малфои на протяжении всего существования своей династии считали, что чувства — это настолько личное, что показывать их на людях просто неприлично. А потом на нас надели маску холодной, эгоистичной сволочи, и мы не стали ничего опровергать. А зачем? Люди сами дали нам щит, за которым можно укрыться, но который так тяжело держать. Вейла… Я иногда задаюсь вопросом, а каким бы я был, будь я простым магом, простым человеком? Не такой красивый, властный, сильный, умный? Или бы ничего не изменилось? Вейла… Просто вейла. Обычная девчачья душа в моем теле. Чуточку экстравагантная, чуточку суматошная, чуточку взбалмошная и вообще сопливая девчонка! Временами мне очень трудно с ней справиться, когда она толкает меня на какие-то необдуманные поступки. Благо все это происходит в поместье, и никто, кроме родителей этого не видит. Вейле, например, очень нравится моя мать, и она пользуется любым мгновением, чтобы ее обнять. Я-то не против, но вот отцовская вейла немного ревнует, ведь это порывы моей вейлы, а не меня, сына. А иногда она уходит куда-то вглубь моего подсознания, и я, как бы ни пытался, не могу до нее достучаться. Она не засыпает, но и не бодрствует. Какое-то такое подвешенное состояние, что хочется сказать: «Хватит хандрить! Жизнь идет!». Но не могу. Хочется, но не могу. Часто в такие минуты я сам ощущаю сильную депрессию. Хочется ощутить себя в обхвате сильных рук, почувствовать родное тепло любимого человека…. Но так же часто я пользуюсь этими минутами, чтобы успокоиться, отдохнуть и забыть, что я вейла. Стать на мгновение обычным человеком, пообщаться с другими интересными мне парнями, девушками, пофлиртовать, погулять, а не пытаться сдержать свою агрессивную «младшую» сестренку, которая приревновала и теперь хочет перегрызть кому-то шею. «Вейла». «Рода, у которых по линии наследия прослеживается вейла — очень редки». Можно насчитать около трех родов по всей Англии. Почему-то за границей их больше. «И не от того, что это наследие тяжелое, а от того, что вейла — существо с очень своеобразным характером. Еще до того, как эта раса стала жить наравне с магами, вейла с тончайшей скрупулезностью исследовала своего избранника. Это должен был быть умный, добрый, чувственный кандидат на тело вейлы». Я никогда не понимал, как вейлы выбирают своего партнера. В особенности это касается Королевских вейл. Обычная вейла ощущает некие запахи, которые излучают ее потенциальные партнеры, и потом отбирает среди них лучшего. Королевская же вейла отбирает своего партнера сразу. И пользуется она своими предпочтениями, а не моими. Если ей нравятся жгучие брюнеты, а мне блондины, то моим партнером обязательно будет брюнет, потому что ЕЙ так нравится. Мое мнение в этом случае самое крайнее. Я с детства очень завидовал отцу, что он смог научиться понимать свою вейлу. Сначала он только угадывал ее предпочтения, потом смог общаться на образе картинок. И это за два года, после того, как проснулась его вейла! Я же не смог понять свою вейлу и за пять лет! Сложность в том, что Королевская вейла до ужаса неусидчивая. Ее желания и предпочтения меняются три раза за день. И определить, что ей понравилось сегодня, а что будет завтра — очень сложно. Но даже после того, как она определилась, а это случилось в первый год, я так и не смог понять, кто этот счастливчик. Обычно вейлы воспринимают похожих на партнеров людей довольно миролюбиво, моя же рычала на всех, кроме пары человек. «Благодаря всё той же вейле, у мага существует его партнер. Однако не все «вейлы» его находят. Бывает, что вступивший в наследие маг, который так и не нашел своего партнера за выделенный ему срок — двадцать лет, или по какой–то причине партнер отказывается соединяться. Такое бывает. Маг не умирает (бывают исключения), однако его внутренняя вейла постепенно засыпает, пока не уснет окончательно. Со сном вейлы из мага уходит и блистательная красота, и внутренний свет, не свойственный обычным магам, и часть силы, которую дарила вейла». Несмотря на ошибочные опасения семьи, я не боюсь умереть или заснуть. Если честно, не вижу здесь ничего страшного. Иногда наступают такие дни, что действительно хочется уснуть и сделать вид, что тебя здесь нет. Но нельзя…. На мне лежит большая ответственность: семья, долг семьи, Род. Это не такие вещи, о которых можно забыть и уйти, бросив все. «Если же партнеры нашли друг друга — это будет поистине счастливая пара. Они будут идеально дополнять друг друга, даже если им кажется, что у них нет точек соприкосновения». Не знаю, ибо я так еще и не встретил своего партнера. Если честно мне кажется, что это Эвелина, под маской, которой скрывается Поттер. Хотя… не знаю. Я привык доверять глазам, а не случайным совпадениям. Конечно, совпадения уж больно… достоверные, но все-таки нет, не признаю, что это Поттер. А почему, не знаю…. «Если вы стали партнером вейлы, радуйтесь. Теперь вы обеспечены не только прекрасным по своим внешним данным партнером, но и богаты (вейла никогда не поселится в бедном роду). Вас окружат заботой, теплотой и уютом. Однако быть партнером вейлы — это не просто красивая жизнь, это и некоторые обязательства. Вейлы не терпят измен. Вы должны будете привыкнуть, что в первые годы совместной жизни ваш партнер будет всячески вас опекать, следить за каждым вашим шагом, отслеживать ваши разговоры». Эх, правда и ничего кроме правды. Малфои сами по себе ужасные собственники, а уж когда в их крови течет кровь вейлы…. Готовься Поттер, в туалет без меня не сходишь. Тьфу ты, привязался! Ну, Панси! Удружила со своими дурацкими предположениями! «Вы должны следить за выражением лица: кому вы улыбаетесь, как и почему. Первые годы, когда вейла нашла партнера — она счастлива, как в моральном, так и сексуальном плане. Только истинный партнер может удовлетворить вейлу полностью. Поэтому вы должны быть готовы к тому, что первые недели будете проводить основное время в постели с вашим партнером». Это да. А, если учесть, что моя шибанутая на всю голову вейла всех моих партнеров на одну ночь за пять лет распугала (а их было немало), то готовься, мой партнер. Ночи у нас будут долгие. Это я тебе как Малфой обещаю. «Как уже было сказано, следите за вашим лицом. Вейлы обладают характером, похлеще пикси. Если вдруг вейла заметила улыбку, посланную не ей, а еще и с сексуальным подтекстом — ждите беды. Второй образ вейлы — это огромные крылья, острейшие когти и птичья внешность. При этом вейла может случайно убить и своего друга, которому вы улыбнулись, так как в такие моменты у нее работают лишь собственнические инстинкты». Еще один огромный минус вейлы — ее несдержанность. Лично я сам пока свой второй облик не видел, но судя по картинкам в книгах, так еще та красота. «Поэтому, чтобы ваша жизнь была сладка — умейте не только принимать заботу, но и дарить ее вашему партнеру» Правда и ничего кроме правды. Отец всегда мне говорил: надо любить своего партнера и стараться угадывать его желания, тогда и твой партнер ответит тебе тем же. * * * Конец августа. Дом. Спальня. Никанор еле слышно вздохнул, искоса поглядывая на новоявленного отца. И почему только папа не хотел ему о нем рассказывать? В принципе тема о втором родителе была для парня самой больной. Под запретом она не была, но Снейп-младший прекрасно видел, как она неприятна отцу, и старался лишний раз с вопросами не лезть. К своим двадцати трем годам он знал, только то, что у него есть второй отец. Он учился вместе с папой, но они были на разных факультетах. Все. На этом информация, сцеженная сквозь зубы, заканчивалась. Поэтому сейчас, глядя на Сириуса Блэка, парень терялся в чувствах. С одной стороны, ему хотелось остаться и узнать об отце побольше, а с другой, более умной стороны — валить из комнаты куда подальше, ибо папочка не обрадуется, если застанет своего любимого сыночка здесь. — Никанор… ты не против, если я так буду тебя называть? — вывел мальчишку из задумчивости немного неуверенный голос. — Конечно. Как вам удобно. — Понимаешь, … мы с твоим отцом… как бы это сказать… часто ссорились… — начал Сириус, медленно подбирая слова, но вопрос, заданный от человека, стоящего в дверях, заставил его вздрогнуть. — Ссорились, говоришь? Теперь это так называется?