Будь моим Пятницей

ЧАСТЬ 2 Дженсен прибыл на восточное побережье полуострова Флорида ровно в семь утра в субботу. Лиза, выучив за три года повадки босса, специально выбрала ранний рейс, когда температура воздуха еще не поднялась выше 64 градусов* и рубашка еще не успела прилипнуть к спине, доставляя дискомфорт помешанному на чистоте Эклзу. Дженсен остановился в The Ritz-Carlton Palm Beach отеле. Переговоры были запланированы на два часа в ресторане, внизу. Эклз ни за что бы не признался, что его неслабо потряхивает от предстоящей встречи: Пол Коллинз, как и отец Дженсена, своего рода коммерческая акула, причем досталось ему все его состояние не от богатого папочки, а собственной кровью и потом. Тут явно были причины для беспокойства. Когда Дженсен разместился в номере, разложив немногочисленные пожитки в шкафу, он включил ноутбук, чтобы проверить эмэйлы – перед отъездом он оставил четкие указания Джареду, который должен был сообщать ему обо всех, даже незначительных на его взгляд, происшествиях. К счастью, письмо содержало лишь положительную информацию: мистер Сингер подписал договор, согласившись на шесть процентов прибыли. Это несколько успокоило Дженсена, а потому, черкнув несколько строк с распоряжениями своему ассистенту, он решил вздремнуть перед встречей. Не сказать, что полет был очень долгим, однако Дженсен, не смотря на частые перелеты из штата в штат за последние два года, по-прежнему страдал легкой формой авиафобии, а потому, когда к концу перелета самолет кружил над аэродромом еще с полчаса, не заходя при этом на посадку, он был готов удариться в истерику. Проще говоря, когда Эклз сошел с трапа, он чувствовал себя безумно измотанным и уставшим, казалось, что он даже постарел лет на пять, а под глазами проступили фиолетовые синяки – главные показатели хронического недосыпа. Позвонив на рецепшн и попросив разбудить его в половине первого, Дженсен разделся и без сил повалился на широкую двуспальную кровать. Уже спустя пару минут он провалился в глубокий сон. *** Звонок раздался оглушительной трелью в тишине гостиничного номера и Эклз, мгновенно распахнув в глаза, поднял трубку. - Прошу прощения за беспокойство, сэр, - вежливо проговорил портье на том конце провода, - Некий мистер Коллинз просил предупредить вас о том, что он, приносит свои искренние извинения, однако он не сможет прийти сегодня на запланированный вами ужин. - Что? – переспросил раздраженно Дженсен, спросонья не слишком въезжая в отрепетированную речь говорившего. - Мистер Коллинз просил передать вам, что не придет сегодня на ужин. Его рейс задержали, и он прибудет лишь поздно вечером, - терпеливо повторил собеседник. - Хорошо, - кивнул Дженсен, и устало провел ладонью по лицу, - Он оставлял какие-либо сообщения? - Он сказал, что в качестве извинений сам организует завтрашний обед и отправит за вами водителя, который доставит вас на место. Время он уточнит вечером, по прилете в Палм-Бич. Это все, мистер Эклз. - Спасибо. - Не за что, сэр. У вас есть еще какие-то вопросы? Дженсен хочет ответить «нет» и положить, наконец, трубку, когда в голову ударяет злость: что это за левые отмазки? Тут и каждому профану ясно, что Коллинз водит его за нос и вовсе не собирается подписывать никакой контракт, касающийся слияния компаний. Не знаю точно, что именно повлияло на Эклза – усталость, тяжелый перелет или злость, быть может, все сразу, но он спрашивает: - Когда у вас начинает работать бар? - Он открывается в восемь вечера и действует до четырех утра ежедневно, - немного растягивая слова, отвечает портье. - Это все, - говорит Дженс и кладет трубку, вновь откидываясь на подушки и закрывая глаза. «А не пойти бы всему к черту?» - проносится мимолетная мысль в его голове, - «Я никогда не мечтал занять место отца…» Однако прийти к логическому заключению, ему не было суждено – Морфей снова открыл для Дженсена вход в свое царство. *** - Ты не должен был это делать, - мягко говорит Джессика, когда Миша откладывает телефон в сторону, - Судя по твоей беседе с отцом – это была важная встреча. - Я же ее не отменил, - хитро улыбается он, прищуривая красивые синие глаза, - Просто перенес на завтра, чтобы побыть еще немного с тобой, - он тянется к девушке за поцелуем, и она, тихо смеясь, позволяет себя поцеловать. - Это невежливо – заставляет человека ждать, - девушка легко отстраняется и возвращается к своему прежнему занятию: нарезает яблоко кубиками и отправляет в глубокую миску с остальными, уже нарезанным фруктам. Миша тянет руку в тарелку и тут же получает шлепок по кисти и недовольный взгляд девушки. - Эй! – он наигранно поджимает губы, - Не давать мне есть – вот это действительно невежливо! - Какого черта ты вообще отложил свой рейс? – недовольно спрашивает девушка, откладывая нож в сторону и поворачиваясь лицом к мужчине, - Ммм? Отвечай, Коллинз! - Я же не мог забыть какой сегодня день, - морщинки вокруг глаз выдают улыбку, которую так старательно сдерживает Миша. - И какой же? – карие глаза девушки загораются игривым огоньком, и она обхватывает его шею руками. - Ровно год как мы познакомились и четыре месяца как живем вместе? – уточняющее спрашивает Миша и улыбается. - Да неужели? – подыгрывает ему Джессика, а затем большим пальцем она обводит его улыбающиеся губы, и Миша успевает поцеловать его, ощутив нежный медовый привкус. Синие глаза встречаются с карими, изучая их настроение; через миг его рука легла ей на затылок, и их губы нежно соединились. - Я люблю тебя, - уверенно, почти заученно, говорит мужчина, но девушка, не замечая этого, тепло улыбается ему, притягивая ближе для очередного нежного поцелуя. *** Дженсен заметил ее после третьей порции бурбона: ярко-рыжие волосы и бледная кожа, слегка прищуренные глаза и хитрая улыбка в уголках губ – все это выглядело чертовски сексуально, а потому, Дженсен, одним глотком осушая содержимое рюмки, подсел поближе к незнакомке. - Привет, - обворожительно улыбнулся Дженсен, - Могу я тебя угостить? - Я что выгляжу настолько доступной, что, по-твоему, я готова раздвинуть ноги перед первым подвыпившим мужиком в дорогом костюме? – повернулась девушка, продолжая мило улыбаться. В первую секунду Дженсен теряется – он действительно на это рассчитывал. Его обворожительная улыбка и толстый кошелек никогда не оставались без внимания женщин. Однако все они строили из себя наивных дурочек: «Ой, ты что богат? А я и не знала!» Вопрос в лоб немного сбивает его с толку, но одновременно подогревает интерес к волнительной незнакомке. - А ты готова? – заигрывающее спрашивает Дженсен. - Анна, - говорит незнакомка, протягивая аккуратную кисть мужчине. - Дженсен, - улыбается он и пожимает ее руку, ненароком проводя пальцами по запястью. - Что будем пить, Дженсен? – насмешливо спрашивает девушка, откидывая свои огненные пряди волос с лица за ухо. - Тебе говорили, что ты не похожа на других женщин? - Кажется, их было двое, и они были уже не в состоянии говорить со мной, - вызывающе улыбается она и кладет ладонь на колено Джена, плавно скользя вверх по бедру. - Поверишь мне, если я скажу, что готов трахнуть тебя прямо на барной стойке? – он наклоняется к ней почти вплотную, вдыхая тяжелый аромат терпких, пьянящих духов девушки. - Я буду мартини, - хрипло отвечает она и убирает руку с бедра Дженсена. - Два мартини, - подзывает он жестом бармена, не в силах отвести глаз от гипнотически-роковой рыжеволосой демоницы… *** В спальне неуловимо пахло дымкой и сосной. Миша мягко усадил Джессику на кровать, на мягкий и немного колючий шерстяной плед. Они неспешно раздели друг друга, наслаждаясь каждым мгновением. Миша начал целовать ее щеки, ресницы, губы и тонкие, выступающие ключицы, а затем опустился с девушкой на постель, нежными прикосновениями исследуя часто вздымающуюся грудь, изгибы стройной талии и плоский живот. Его жаркое дыхание защекотало шею Джессики, и, наконец, он вновь приник к ее мягким губам. - Ми-ша… - на выдохе простонала девушка, притягивая любимого ближе. Она слишком желала его, и в ее призыве чувствовалась такая жажда, что Миша без колебаний переместил руку с ее груди на бедро, а услышав свое имя вновь, легко приподнял девушку и проник в нее. Их прерывистое дыхание смешалось в нежном поцелуе. Мужчина обхватил Джессику за талию, и ее ноги инстинктивно обвились вокруг него – девушка выгнулась под умелыми ласками, позволяя себе отдаться чувственному ритму. Время замерло. Она не знала, сколько его прошло до того мгновения, когда они наконец заснули в объятиях друг друга, прислушиваясь к сердцебиению и вою ветра за окнами. *** Дверь номера распахнулась, впуская внутрь страстно целующуюся пару, срывающую друг с друга одежду. Дженсен ногой захлопнул дверь номера и, резко развернувшись, подхватил Анну под ягодицы, крепко прижимая к стене. Глаза лихорадочно горели, а губы раскраснелись от частых поцелуев-укусов – Эклз на мгновение отстранился, заглядывая девушке в глаза и, увидев в них явное желание, впился яростным поцелуем в губы Анны, постепенно спускаясь вниз к белой шее и груди, покрывая нежную кожу засосами. Девушка жарко застонала и провела острыми ногтями по спине Дженса, оставляя красные борозды вдоль напряженной спины. Мужчина зарычал и, смахнув с комода, стоявшего рядом, все вещи, усадил туда девушку. Его губы, твердые и алчущие приникли к ее губам в жадном поцелуе, а руки заскользили вниз, к бедрам, к краю платья. Захватив ткань Дженс начал поднимать ее выше и выше пока, наконец, не стянул платье через голову и не бросил его на пол. - По-твоему, я сексуальная? – сглотнув, спросила Анна, вплетая пальцы в волосы Дженса. - По-моему, ты потрясающая, - прошептал Эклз, схватив ее за запястья и медленно скользя по коже, повел ладонями вверх к ее плечам и хрупкой шее, с пульсирующей на ней жилкой. - Быстро же ты избавился от этой тряпки, - тяжело дыша, Анна кивнула на валявшееся па полу атласное платье, - Думаю, это тебе понравится, - улыбнулась она и обхватила Дженсена за талию ногами и сильнее притянула к себе, расстегивая мешающиеся брюки, желая ощутить его напряженный член внутри себя. - Это мне нравится, - ответил мужчина, теперь они оба тяжело дышали, - О, как я люблю это. И они вновь сплели языки в страстном, крышесносном поцелуе. *** Телефон настойчиво вибрировал, разъезжая на прикроватной тумбочке, и раздражал и без того болевшую голову Дженсена – вчерашняя ночь давала о себе знать. Перевернувшись на бок, мужчина дотянулся до телефона и, поморщившись от неприятного привкуса во рту, нажал «ответить»: - Мистер Эклз? – не смотря на то, что голос, доносившийся из динамика, был приятным, Дженсен на секунду отнял трубку от уха, массируя виски, и откашлялся, прочищая горло. - Да. Чем могу помочь? - Мистер Коллинз готов принять вас сегодня. - Сегодня? – тупо переспросил мужчина, плохо соображавший с похмелья и оглядывающий комнату в поисках хотя бы глотка воды. - Да, мистер Эклз, сегодня, - терпеливо повторил голос в телефоне, - Мистер Коллинз интересовался, как вы смотрите на то, чтобы переговоры прошли на его яхте? - На яхте? – Дженсен, наконец, сел на кровати, выпутавшись из одеяла, и его взгляд упал на кофейный столик – на стеклянной поверхности лежал глянцевый спичечный коробок с логотипом отеля, а рядом стоял бокал с драгоценной водой и таблетка аспирина. «Анна» - мысленно улыбнулся Эклз, забрасывая таблетку в рот и поднимая спичечную коробку, пробегая глазами по аккуратно выведенным словам. Точнее цифрам. Дженсен на всякий случай даже повертел коробок в руках, но ничего, кроме номера телефона на коробке написано не было. Ни единого слова. Обычно, Эклз бы фыркнул и выбросил ненужную вещицу, но в этот раз он засунул коробок в карман пиджака, валявшегося рядом. Эта женщина его зацепила. Дженсен сам пока не понимал чем – демоническим блеском в глазах, вызывающей речью или умопомрачительно жарким сексом, но он точно знал, что перезвонит ей, хотя бы для того, чтобы еще раз забыться в ее объятиях, спастись от одиночества, следующего за ним по пятам. - Мистер Эклз? – настойчиво повторили в трубке, очевидно, не в первый раз. - Да, - кивнул Дженсен, - Скажите, что я непременно приеду. - Замечательно. За вами заедут через полчаса, - ответил собеседник и положил трубку, явно не намереваясь спросить – удобно ли это для Эклза. Очевидно, он уже израсходовал весь свой запас вежливости на сегодня. Отбросив телефон в сторону, мужчина встал и поплелся в душ. Может он и сорвался вчера, но сегодня он предстанет перед Коллинзом в лучшем виде. *** Сказать, что было жарко – не сказать ничего. Даже не смотря на работающий в машине кондиционер, Дженсен задыхался в своем костюме и беспрестанно оттягивал душащий его галстук. Так что к концу путешествия он был уже порядком раздраженным, растрепанным и взмокшим, будто и не принимал душ полчаса назад. Дженсен еще мог смириться с непривычно жарким для него климатом Флориды и получасовой тряской в машине по узкой дороге к порту, но чапать двести метров до причала по пляжу в туфлях, увязающих в песке, и новеньком костюме, когда на тебя как на умалишенного пялится половина пляжа – это было уже слишком, так что, когда Дженс поднялся на борт, он был зол не на шутку. Однако Дженсен не мог не заметить, что яхта была роскошной: двенадцать метров длиной, с сияющими на солнце белыми боками и синей надписью «Робинзон». «Дурацкое название», - отметил про себя мужчина, шагая по палубе. Он и сам когда-то мечтал о подобной красавице, но мечты, как говорится, разбились о скалы жестокой реальности: не смотря на имевшиеся у него деньги, все свое время Дженсен проводил в офисе. О какой покупке круизного катера может идти речь, если зачастую он не попадал в свои роскошные апартаменты раньше двух-трех ночи? Так что от этой затеи Дженсен отказался почти сразу и стал откладывать полученную со сделок прибыль на свой счет в банке с дальнейшим намерением съездить на какие-нибудь острова в отпуск. Но вот прошло уже три года, с тех пор как он занял должность вице-президента, а отпуска по-прежнему все не предвидится. Кажется, теперь он понимал отца, у которого не хватала времени ни на него, ни на брата, ни на мать. - Вы Дженсен, верно? – незнакомый темноволосый мужчина подхватил его под локоть и провел на корму, усаживая перед столом с бокалами вина и легкой закуской. - А вы простите кто? – неприязненно спросил Эклз, оглядывая мужчину с ног до головы: тот был одет в широкие шорты до колен, яркую и абсолютно безвкусную гавайскую рубашку и резиновые сланцы, - И где мистер Коллинз? – спросил Дженсен, сердито вырывая свою руку из крепкой хватки гавайского «клоуна», - Он и так заставил меня ждать. Незнакомец сначала удивленно вскинул брови, а потом тень понимания мелькнула в его глазах и хитрая улыбка расцвела на лице. После чего он подчеркнуто вежливо улыбнулся и протянул руку Дженсену и представился: - Меня зовут Михаил Новак. Я главный переговорщик компании Collin’s Production, - лучезарно улыбнулся он и плюхнулся в мягкое кресло, наливая в бокал вина. Дженсен потрясенно и несколько растерянно огляделся по сторонам, ожидая, что сейчас из-за угла выскочит кто-нибудь с камерой и прокричит «Розыгрыш!», однако этого не происходило, и Эклз на автомате опустился в кресло. - Я вас слушаю, мистер Эклз, - Миша развел руки в приглашающем жесте, - Кажется, нам многое нужно обсудить. *Примерно 18 градусов Цельсия. прим. авт.