Палач

Кро­вавый на вкус по­целуй ли­ша­ет рас­судка. Ос­трый язы­чок Бе­лос­нежки бес­пардон­но врыва­ется в рот Ди­на и спле­та­ет­ся с его язы­ком в одур­ма­нива­ющим тан­це. Дже­нис ку­са­ет Вин­честе­ра за гу­бу, а он, под­хва­тив под бед­ра, са­жа­ет ее на стол с пы­точ­ны­ми инструмента­ми. Под­ве­шен­ный на пы­точ­ном сна­ряде му­ченик каш­ля­ет кровью. Джен стя­гива­ет с Ди­на фут­болку, а он хва­та­ет ее за во­лосы, тя­нет на­зад и це­лу­ет в шею. Бе­лос­нежка том­но взды­ха­ет. Вин­честер прок­ла­дыва­ет влаж­ную до­рож­ку по­целу­ев до ее губ и сно­ва впи­ва­ет­ся в них, бо­ясь не ус­петь нас­ла­дить­ся ими вдо­воль. Кто-то в пы­точ­ной мер­зко хо­хочет. Дин от­ры­ва­ет­ся от губ воз­люблен­ной и обо­рачи­ва­ет­ся, что­бы взгля­нуть на то­го, кто пы­та­ет­ся по­мешать гос­подс­тву по­хоти, но не ви­дит в пы­точ­ной ни­кого, кро­ме ис­терзан­но­го му­чени­ка на сна­ряде. Вин­честер сно­ва об­ра­ща­ет свой взор на Дже­нис, а она как-то стран­но ух­мы­ля­ет­ся, пос­ле че­го рез­ко мор­га­ет и гла­за ее ок­ра­шива­ют­ся в ис­си­ня чер­ный цвет. Бе­лос­нежка хва­та­ет Ди­на за гор­ло и прис­тавля­ет к не­му нож, зас­тавляя его ко­жей прочувство­вать ле­дяной по­целуй ста­ли. Вин­честер за зву­ком сгла­тыва­ет, а Джен, хищ­но ска­лясь, пе­рере­за­ет ему гор­ло. Дин зак­ры­ва­ет гла­за, но бук­валь­но че­рез се­кун­ду рас­па­хива­ет их — про­сыпа­ет­ся в холодном по­ту. Вин­честер тя­жело ды­шит. Кош­ма­ры ни­как его не ос­та­вят, и Ди­на сво­дит это с ума. Охот­ник мед­ленно при­нима­ет си­дящее по­ложе­ние и ки­да­ет ко­рот­кий взгляд на ча­сы, что сто­ят на прик­ро­ват­ный тум­бочке. 04:23. Ноч­ные прик­лю­чения Вин­честе­ра всег­да заканчива­ют­ся при­мер­но в од­но и то же вре­мя. Дин ус­та­ло трет пе­рено­сицу, пос­ле че­го под­ни­ма­ет­ся на но­ги и нап­равля­ет­ся прочь из своей спаль­ни, мед­ленно бре­дет по до­му Боб­би в нап­равле­нии кух­ни, где Вин­честер намерен най­ти вис­ки и на­лакать­ся им до бес­созна­тель­но­го сос­то­яния. У Ди­на поч­ти по­луча­ет­ся осу­щес­твить им за­думан­ное. За пер­вой стоп­кой вис­ки сле­ду­ет еще нес­коль­ко. Вин­честер гло­та­ет об­жи­га­ющее глот­ку спир­тное, пы­та­ясь най­ти хо­тя бы од­но разум­ное объ­яс­не­ние то­му, по­чему он слиш­ком час­то стал ви­деть во сне Дже­нис в аду. Со дня его воз­вра­щения из пре­ис­подней ему сни­лись лишь его собс­твен­ные пыт­ки, как в ро­ли му­чени­ка, так и в ро­ли па­лача, но, вот уже чуть боль­ше го­да в аду он ви­дит и Бе­лос­нежку. С Дже­нис Дин поз­на­комил­ся, ког­да ей бы­ло че­тыр­надцать. Он спас ее от вервольфа. Белоснежкой Вин­честер проз­вал ее тог­да же за не­ес­тес­твен­но блед­ный цвет ли­ца и тем­ные гла­за. Спус­тя че­тыре го­да они встре­тились сно­ва, на тот мо­мент Джен уже бы­ла охот­ни­ком. Дин, не­понят­но за­чем, нап­ро­сил­ся к ней в нас­тавни­ки и, за два ме­сяца про­веден­ные вместе, у не­го вош­ло в при­выч­ку за­ботить­ся и бес­по­ко­ить­ся о ней. Вин­честер не мо­жет точно ска­зать, ког­да влюб­ленность в Бе­лос­нежку пус­ти­ла пер­вые кор­ни. Дин зна­ет наверня­ка, что чувств силь­нее, чем к ней, он не ис­пы­тывал ни к ко­му. А она умер­ла. Вышиб­ла се­бе моз­ги. Вин­честер до сих пор пы­та­ет­ся по­нять, по­чему Дже­нис сде­лала это. Он до сих пор про­дол­жа­ет се­бя ви­нить в том, что не ус­мотрел, не убе­рег. — Что тре­вожит те­бя, Дин? — Кас­ти­эль, как всег­да, по­яв­ля­ет­ся вне­зап­но, бес­пардон­но вырывая Ди­на из глу­боких раз­ду­мий. Охот­ник чер­ты­ха­ет­ся, а пос­ле бес­со­вес­тно лжет: — Ни­чего, Кас. Врет Вин­честер на выс­ший балл, но ан­гел слиш­ком хо­рошо зна­ет и чувс­тву­ет дру­га. И еще Кас­ти­эль ра­зыг­ры­ва­ет спек­такль. Он зна­ет, в чем де­ло. Зна­ет, что Ди­на му­ча­ют кош­ма­ры. Зна­ет, ко­го он ви­дит в них. Ту, которую Кас­ти­эль ос­та­вил в аду. Ту, вос­по­мина­ния о ко­торой он стер, по­тому что та­ков был при­каз. Ан­гел уже дав­но ни­кому не под­чи­ня­ет­ся, но все равно не мо­жет рас­ска­зать Вин­честе­ру прав­ду. Не ре­ша­ет­ся. Это убь­ет его? Спа­сать Дже­нис слиш­ком поз­дно, прош­ло столь­ко лет со дня ее ро­ково­го «да». Она вер­шит вар­варс­тва уже не од­но сто­летие под­ряд. Ее ду­ша уже дав­но прог­ни­ла нас­квозь. Кас­ти­эль ус­по­ка­ива­ет се­бя этим каж­дый раз, ког­да Дин хва­та­ет­ся за бу­тыл­ку, про­сыпа­ясь от кош­ма­ров с учас­ти­ем Белос­нежки. Кас­ти­эль ки­ва­ет, как всег­да, раз­ре­шая Вин­честе­ру се­бе сов­рать, и ос­тавля­ет пос­ледне­го одно­го. За­чем он во­об­ще на­вещал дру­га? Хо­тел ему все рас­ска­зать, но сно­ва не ре­шил­ся? Мог ли Кас­ти­эль в ту ро­ковую ночь вы­тащить из пре­ис­подней две ду­ши? Мог ли он предотвра­тить бой дру­зей — Дже­нис и де­мона Блей­ка? На­казал ли Алас­тар уче­ницу за предатель­ство, ес­ли она вы­жила в схват­ке? Кас­ти­эль не уве­рен, что хо­чет знать от­вет, как ми­нимум, на пос­ледний воп­рос. Ес­ли Джен вы­жила, Ве­ликий прев­ра­тил ее су­щес­тво­вание в су­щий кош­мар. Ей луч­ше бы­ло про­иг­рать тог­да де­мону. Кас­тэль на­де­ет­ся, что Дже­нис проиг­ра­ла тот бой и не поз­на­ла всю мощь гне­ва Алас­та­ра. Увы, да­же пред­почте­ния ан­ге­лов не бе­рут­ся в рас­чет. Бе­лос­нежка вы­жила, уби­ла дру­га и Ве­ликий на­казал ее за пре­датель­ство. Алас­тар по­ручил ис­тя­зание Дже­нис ее Пер­венцу — пер­во­му ис­терзан­но­му му­чени­ку, первому уче­нику. Фиш­ка Пер­венца — уни­жение пу­тем ораль­но­го и аналь­но­го на­силия, а пос­ле сди­рание ко­жи с кос­тей. Мил­ли­метр за мил­ли­мет­ром. В ито­ге, де­моном Джен ста­ла че­рез сто­летия му­чений. Де­моном она ста­ла не под сим­фо­нию чу­жих кри­ков, а сры­вая собствен­ные го­лосо­вые связ­ки в ог­лу­ша­ющем воп­ле. Де­моном она ста­ла, зах­ле­быва­ясь собс­твен­ной кровью, а не ку­па­ясь в кро­ви собс­твен­ных жертв. Ког­да Дже­нис рас­пахну­ла ис­си­ня чер­ные гла­за, Алас­тар ух­мы­лял­ся. Он знал, что по­лучил бес­ко­неч­но оз­лоблен­но­го, жес­то­кого, не ве­да­юще­го жа­лос­ти монс­тра. Охот­ни­ки — лю­бимая гли­на Ве­лико­го. Ле­пить из них чу­довищ, ка­ких не знал че­лове­чес­кий род — неописуемое удовольствие. Те­ло пыш­ногру­дой кра­сот­ки — иде­аль­ный со­суд. Как мно­го муж­чин на не­го заг­ля­дыва­лись, как мно­го из них Дже­нис по­губи­ла, не мор­гнув и гла­зом. «Ме­ня зо­вут Чел­си, Хан­на, Кейт». Язык во рту, а пос­ле — лишь смерть. Од­нажды Бе­лос­нежка встре­тила Ди­на. — Иза­бель, — врет она, как обыч­но. И ни­чего. Пус­то­та. Ти­шина. Столь­ко чувств Вин­честер вы­зывал у нее при жизни, так силь­но она лю­била его. А сей­час ни­чего. Буд­то чу­жие. И он — пус­тое мес­то. Вес­нушки на но­су, иде­аль­ная ли­ния губ — неч­то осо­бен­ное ког­да-то, ни­чего та­кого — сей­час. Иде­аль­ный со­суд при­ходит­ся Ди­ну по вку­су. Дже­нис улы­ба­ет­ся так пош­ло, как толь­ко может. В гос­ти­нич­ном но­мере ве­дет се­бя как нас­то­ящая шлю­ха. Лю­бов­ни­ки па­да­ют прямиком на кро­вать, язы­ки — спле­тены. Как же рань­ше тряс­лись ко­лен­ки от по­целу­ев Вин­честе­ра, как же сей­час Джен на это все рав­но. Дже­нис свер­ху. Сни­ма­ет с се­бя май­ку, и, по­ка Дин изу­ча­ет ее грудь, дос­та­ет из са­пога нож, что от­нял уже сот­ни жиз­ней. Ле­дяной по­целуй ста­ли на ко­же. Так прос­то. Лишь сто­ит подоб­рать пра­виль­ную иг­рушку, что­бы при­тупить вни­мание. Вин­честер всег­да был слаб к жен­ским пре­лес­тям. Джен мор­га­ет, гла­за ее ста­новят­ся чер­ны­ми, и Дин по­нима­ет, что пе­ред ним за мразь. — Не ду­мала, что мы сно­ва уви­дим­ся, — мур­лы­чет Дже­нис, про­водя лез­ви­ем но­жа по ще­ке Вин­честе­ра. За­меша­тель­ство на его ли­це чи­та­ет­ся с лег­костью. Де­мон ух­мы­ля­ет­ся. — Это я, Дже­нис. Дин не ве­рит. И это за­мет­но так же от­четли­во, как и его не­пони­мание то­го, где он рань­ше встре­чал эту чер­ногла­зую тварь. Дже­нис про­водит паль­цем по шра­му на гру­ди Вин­честе­ра. — Сент-Лу­ис, обо­ротень. Ког­да Сэм нак­ла­дывал швы на ра­ну, я ед­ва не ры­дала. Иди­от­ка. Хищ­ный ос­кал. Од­ной фра­зы хва­та­ет, что­бы Дин по­верил в ска­зан­ные де­моном сло­ва. Осоз­на­ние худ­ше­го об­ру­шива­ет­ся на Вин­честе­ра, как вол­на на пес­ча­ный бе­рег. Раз­личные эмо­ции, их бушующий оке­ан гро­зит­ся за­топить все вок­руг. Раз­личные мыс­ли, их нес­конча­емый по­ток гро­зит­ся ра­зор­вать го­лову на час­ти. — Джен­ни? — Умер­ла, — от­ре­за­ет де­мон, а пос­ле нак­ло­ня­ет­ся и це­лу­ет Вин­честе­ра в гу­бы. Удар. Дин смот­рит на те­ло мо­лодой де­вуш­ки в сво­ей кро­вати и слу­ша­ет рас­сказ Кас­ти­эля о том, что на са­мом де­ле бы­ло в аду. Кто там был. Вин­честер хо­чет кри­чать до из­не­може­ние и не чувс­тво­вать боль­ше ни­чего. Не спас, не убе­рег, ос­та­вил. Удар под са­мое ниж­нее реб­ро сни­зу вверх. Про­билась кож­ная ткань, мыш­цы жи­вота, желудок. Ос­трая боль, теп­лая кровь на ру­ках Ди­на. Винчестер помнит, как Боб­би Син­гер как-то ска­зал Дженис, что все охот­ни­ки уми­ра­ют от пу­ли или на лез­вие но­жа. Бе­лос­нежка умер­ла на лез­вие его но­жа. В этот раз нав­сегда.