Я всегда буду хотеть тебя

Я сделала еще одну затяжку и усмехнулась. До чего смешное похищение? Это и за похищение нельзя считать, Оскар просто тупой идиот. Я быстро кинулась к стеклу, мимо элитного здания, где я находилась, проехала такой же внедорожник, как и у Зейна. Я грустно застонала, машина проехала мимо и скрылась за поворотом. Разве можно найти неудачника похуже меня? Я занавесила шторы, меня просто раздражал яркий вид за окном, когда я сидела тут. Оскар открыл дверь и вошел в комнату, он остановил свой взгляд на сигарете в моей руке и злобно усмехнулся. - Когда, наконец, твои руки перестанут держать этот наркотик? – спросил он, садясь на стул, напротив меня. - Тогда, когда я выйду из этого помещения и вдохну запах улиц Лондона – ответила я, не глядя на него. Оскар усмехнулся. Сейчас он казался, даже добрым, будто мы были друзьями. - Зейн при тебе курит? – я недоуменно смотрела на него. Зачем он все это спрашивает? Будто для него это действительно было интересно. Иногда, казалось, что он ищет слабые стороны в нем. - Да. Иногда мне жутко хочется вырвать сигарету из его рук и просто измельчить ее. Я так временами их ненавижу, они портят его здоровье. Но, иногда, я просто любуюсь им. Он выглядит потрясающе, когда курит, он даже дым выдыхает, как никто другой – главное я умолчала, я итак слишком много сказала. Когда он курил, он просто безумно притягивал меня к себе. Его глаза затуманивались, но не меняли своего насыщенного цвета. Он так сжимал сигарету в своих губах, в эти моменты мне просто безумно хотелось дотронуться до них и почувствовать тот горьковатый вкус, какой чувствовал он. Я вообще хотела чувствовать так, как он, ведь он был особенным. - Я чувствую то же самое, что и ты. Сейчас я любуюсь тобой – сказал он. Я недоуменно смотрела на него. Выдохнув дым в другую сторону, я постучала сигаретой о пепельницу, которую, наконец, принес мне Оскар. Когда пепел оказался в пепельнице, я снова посмотрела на Оскара. - Мэд, ты из-за него, не замечаешь никого вокруг, ты изменилась, когда два года назад ты стала его девушкой – сказал он. Я потушила сигарету и напряженно посмотрела на него. Как он может знать обо всем? - Оскар, ты ничего не знаешь. Мне хорошо с ним, и ни с кем мне не будет так хорошо, как с ним. Да, у него много вредных привычек, но также у него есть и хорошие, это противовес. Он изменился и стал лучше ради меня – произнесла я. - Потому что ты ни с кем другим не пробовала. Тебе нужна свобода, поверь. - Оскар, просто заткнись. Ты не знаешь ничего, ты не живешь с нами в одном доме, ты не спишь с нами в одной постели и, слава богу! Ты не смеешь говорить о том, чего не знаешь – вспылила я. Оскар захохотал, его смех, эхом разнеся по квартире. - Оскар, извини меня, но я не считаю твое похищение за похищение, ты много говоришь и даешь мне волю. Кстати, если бы я смогла, то я бы запросто могла уйти, прямо сейчас – он серьезно посмотрел на меня. - Хочешь настоящего похищения? Если ты этого действительно хочешь, то тебе придется потерпеть и не спать еще одну ночь, так как похищенные не спят, они боятся, что не выйдут живыми на улицы – сказал он. Сейчас я пожалела о своих словах. Оскар вскочил со стула и, пододвинув его ближе ко мне, жестом заставил сесть. Я встала с подоконника и села на стул. Переглянувшись с ним через правое плечо, Оскар завязал мне руки сзади стула, а затем, нагнувшись прямо передо мной, завязал ноги. - Мне не нравится когда мне угрожают – он покрепче завязал узлы и оглядел свою работу. Мое замечание он пропустил мимо ушей. Я прикусила нижнюю губу и задержала свой взгляд на кармане, пришитом на его рубашке. Из него выглядывал телефон, я хочу его достать, об этом надо было думать раньше, я дура. Давно уже могла позвонить Зейну и все разрешить, нет же, я закрыла глаза и начала глубоко дышать, это все, все сильнее и сильнее выводило меня, я была готова сорваться. - Оскар, если ты думаешь, что этим добьешься моего расположения, то ты сильно ошибаешься. Нам никогда не быть вместе – сказала я. Он встал прямо передо мной, облокотившись руками о края стула, он нагнулся к моему лицу. Я отчетливо видела каждую ресницу, никогда, никто, не смел настолько близко быть ко мне, кроме Зейна. Он дотронулся носом моего лба, я закрыла глаза и попыталась ровнее дышать, нет, нет, я не хочу истерить. Он резко отошел и вышел с комнаты. Я облегченно вздохнула, я хочу задушить его своими руками, за все, что он сделал. Я вздрогнула, когда Оскар снова предстал перед моими глазами. В одной руке он держал бутылку янтарной жидкости, а в другой бокал, полный кубиков льда. Он снова сел напротив меня, я из-подо лба смотрела на него. Он заинтересовано глянул на меня, а затем на лед. Поставив бокал на стол, который стоял рядом с ним, он открыл бутылку и отхлебнул из нее. Немного поморщившись, он поставил ее на место и снова проницательно посмотрел на меня. Его руки потянулись ко мне. Он дотронулся пальцами до пуговки на моих джинсах. Мне начало не доставать воздуха, я громко вдохнула, отчего обратила его внимание снова на свое лицо. Он глядя мне в глаза расстегнул мне ширинку и немного стянул штаны вниз, отчего показалось резинка трусов. - Стой. Подумай над тем, что ты делаешь – воскликнула я. Наверное, сейчас, на моем лице читался только ужас, я умоляюще смотрела на Оскара, чтобы он одумался. Он, будто не слыша меня, потянулся к бокалу, взяв из него один кубик льда, он дотронулся им до моего пупка. По коей коже прошелся холодок. Я почувствовала, как мое тело сковали мурашки. Он медленно провел льдом до самой резинки трусиков, я сильнее напряглась, но Оскар поднял лед вверх, он остановился, а затем резко выкинул его на пол. - Ты когда-нибудь изменяла ему? – спросил он, намекая на Зейна. Я отрицательно покачала головой. Оскар улыбнулся, и немного приблизившись ко мне, заглянул мне в глаза. Он дотронулся до моих губ своими и, застыв на пару секунд, оторвался. - Не сегодня – прошептал он и стремительно вышел из комнаты. Я молча смотрела в одну точку. Мне никогда не понять его, он просто тратит свое время. Жаль, я не могу встать и умыть свой рот, после его соприкосновения. На глаза навернулись слезы, сейчас я действительно начинаю бояться, того, что я нахожусь здесь. Он сказал не сегодня, но ведь тот день может наступить хоть завтра. Я судорожно вдохнула и закрыла глаза. *** Оскар вел меня по темному проходу между двумя зданиями. Он держал меня за ладонь, что смущало меня сильнее. Я не знала, куда мы двигались, он так и ничего не сказал мне со вчерашнего вечера. Сегодня с утра он только вошел в мою комнату и принес мне парку с мартинсами. Как я знаю, сейчас на часах около одиннадцати часов вечера, это настораживало меня еще сильнее. Казалось, что конца этому переулку нет. Впереди виднелась только темнота, я будто шла на смерть. Ужасное чувство. Оскар резко остановился, я хмуро посмотрела на него, он будто прислушивался. Я услышала шорохи, сзади нас. На миг мне стало страшно, а вдруг это его друзья, и он собирается передать меня. Нет, лучше посмотреть сейчас. Я резко обернулась. Мои ноги подкосились, я всхлипнула. За миг, я рассмотрела его лицо и как он выглядел. Зейн с болью в глазах смотрел на меня. Я знала, что он не может держать себя в руках, когда видит в моих глазах слезы или, видит как мне больно. Он нахмурился, между его бровями пролегла складочка, в темноте я плохо могла разглядеть его лицо, но глаза в любой ситуации выдавали себя. Глаза Зейна смотрели на Оскара ненавидящим взглядом. Я приметила, что у него под глазами темные круги, неужели он не спал эти две ночи, а искал меня? - Какой сюрприз, и как ты вычислил меня? – спросил Оскар, нахально улыбаясь и все так же держа меня за руку. - Следил. Глупо было скрываться в центре Лондона, но это пошло на руку мне – произнес он. От его голоса у меня пошли мурашки, даже после двух дней я так соскучилась. - А мы с Мэдисон неплохо развлекались эти два дня – произнес Оскар. Я вздохнула и закатила глаза. Зейн перевел взгляд на меня, я отрицательно покачала головой. - Оскар, я знаю, что у тебя есть отклонения. Может, мы решим все по-хорошему? Ты отдашь мне девушку, кому она по праву принадлежит, и мы разойдемся по домам – предложил Зейн. Оскар захохотал, эхо разошлось по проходу. Зейн подошел ближе, он толкнул Оскара в плечи, от чего тот содрогнулся и сделал шаг назад. Я взвизгнула когда Оскар поднял кулак, Зейн его перехватил и ударил Оскара по лицу, от чего тот упал на землю. - Зейн – воскликнула я. Он будто не слышал меня, он навис над Оскаром, я не знаю, что теперь сделалось с его лицом. Когда Зейн встал, он ударил ногой под дых Оскара. Обернувшись, он посмотрел на меня. Все мои эмоции были написаны на моем лице, я со страхом смотрела на Зейна, он просто не был собой, когда бил Оскара. Он повернулся обратно к Оскару, тот уже шевелился и вытирал кровь, которая текла из носа. Я набросилась сзади на Зейна. - Зейн, ты убьешь его, не надо – Малик обернулся и посмотрел на меня. - Он что-нибудь сделал с тобой, отвечай Мэдисон!? – яростно прокричал он. Я отрицательно покачала головой, Малик задержался на моем лице, разглядывая каждую мелочь. - Я убью его – прошептал он, пытаясь повернуть свою голову и посмотреть на Оскара. Я взяла его лицо в руки и повернула на себя. - Зейн, пожалуйста. - Браво Зейн – воскликнул Оскар, Зейн тут же переменился в лице, он вырвался и снова повернулся к Оскару. Я никогда не видела Зейна таким злым. Он будто был не собой, его удары были настолько четкими, будто у него был встроенный датчик. Я не могла ничего сделать, не могла, но хотела, чтобы Зейн остановился. Мне было страшно, жутко страшно. Я сама боялась его, сейчас. Я набросилась на его спину, пытаясь оттянуть его от Оскара, когда он начал бить его ногами. Тот загибался, он свернулся колечком, от чего казался таким беззащитным. - Зейн! Одумайся, ты же убьешь его! – прокричала я, набрасываясь ему на спину. Немного забавно, я сравнила его с Халком, ведь действительно, он выпустил снаружи злого, неукротимого Малика, вот чего я боялась, я боялась, что он не сможет держать себя в руках. Я не поняла, что было дальше. Все мысли смешались, а в голове зазвенело, будто там было тысячу колокольчиков. Это не давало сосредоточиться и еще тупая боль в спине, которая с каждой секундой была все сильнее и сильнее. Это сделал Зейн. Он со всей силы откинул меня от себя к стене, заставляя мое тело буквально в печататься в нее. Он решил, что я противник, он не разобрал, что я Мэдисон, что я девушка. В порыве злости, он вообще ничего не разобрал. Я почувствовала, как с затылка ко мне подкрадывается темнота, попытавшись поднять руки, у меня ничего не вышло, будто меня парализовало. Я почувствовала теплое соприкосновение с моей кожей на лице. Я не смогла открыть глаза, что-то удерживало меня тут, не давая мне этого сделать. Я услышала яростный восклик, явно кого-то другого не Зейна и не Оскара. Я хочу встать. Вместо этого я провалилась в темноту.