Raging

«Ведьма мчится на метле, Пляшут черти на столе Бьётся страшно и чудно Мышь летучая в окно, Стонут призраки в трубе, А водить сейчас тебе!»

      Их много. В их рваных, как паруса после бури душах, шум, едва сдерживаемая бесноватость. Они прячутся по углам, за скелетами кустов, скрываются в тени деревьев в лесу. Все ждут минуты, когда можно выйти. Огоньки загорятся на дорожках от кладбища к городу и пыль замерцает в холодном воздухе; дети кучками выбегут из домов — маленькие Касперы, Крюгеры и ведьмочки. Они весело завизжат и помчатся по пустынным улицам, стуча в двери и утробно завывая «Конфеты или жи-изнь!». Они будут шептать друг другу страшные истории и пугаться дуновения ветерка, будут портить зубы апельсиновыми жвачками, яблоками в карамели и шоколадками. И они даже не заметят огоньков, что следят за ними с северо-западной тропы…       Тропы, с которой в этот вечер идет подрагивающий холодок, похожий на дыхание мертвеца; тропы, по которой не осмелится пройти даже самый безумный подросток-четырнадцатилетка; тропы, что на той стороне…       Они с замиранием сердца (если оно у них есть, разумеется) будут ждать, когда же по улицам пройдут последние недо-привидения. Они будут задерживать дыхание с запахом сырой земли и пристально глядеть на девочек с рыжими косичками, зелеными фартучками и тыковками, что улыбаясь скачут к своим калиточкам. Они будут терпеть, дабы не свершилась вакханалия.       И в полночь, когда они уже дрожат, из плоских теней превращаясь в объемные и вполне осязаемые сущности, когда последних сорванцов-чертят загонят в кроватки, они выплывут из мрака и будут греметь цепями, стучать в ваши окна и злобно хохотать в каминные трубы, — для Санты рановато, а для них — самое время. Они перепачкают чистые простыни, сохнущие во дворе, малиновым вареньем и сажей. Они будут питаться вашими страхами, вытягивая из детишек еще больше фантазий.       Черные кошки спрячутся в подвалы к крысам и будут ждать рассвета, фырча что-то об ужасах, что не дают им спать.       — Мы восстали и будем бесноваться до утра! — Их голоса — словно шуршание неопавших листьев или переливы ветра где-то в чащобе. Они скрипят, как несмазанные оконные створки, как бьющееся стекло или килограмм железа. Они зовут неспящих — зовут к себе; зазывают деток в свои паутинные сети, изголодавшись за столько времени.       Они — те, кто прячется у вас под кроватями; у них красные глаза и острые зубы, волосы состоят из змей и пауков, а под ногами у них чавкает грязь и капает на половицы, чтобы те скрипели сильнее. Они ждут под лестницами, чтобы цапнуть тебя за ногу своей скрюченной рукой.       Хэллоуин! Если тебе не страшно, скажи об этом вслух. Скажи снова, повтори это! Тебе все еще не страшно?.. Так это чудесно! Оставь чеснок дома, прогуляйся лунной ночью по улице. Слышишь, как где-то играет шкатулка Джека? Он сегодня в настроении и дает концерт на площади, полной костей.       И даже не вздумай кричать, если вдруг увидишь клоуна с ободранным лицом — тебе ведь не страшно! В один миг он появится и пропадет без вести.       Ой, ветка хрустнула. Гуляешь ночью, а они повсюду, и ты не подозреваешь. Сущность — тот самый «Кто», когда спрашиваешь «Кто здесь?». Они повсюду — в ветре, раздувающем твои волосы, в тенях, отпадающих на дорогу из-за луны. Ты не бойся, ведь ты всего лишь окружен. Нечисть повсюду, но это ерунда — ты знаешь.       Подмигни им. Слейся со всем сумасшествием и, может быть, тебя не отличат от своего. Заставь замереть сердце, иначе мертвецы уловят его стук. Задержи дыхание, чтобы случайно не обдать им ледяного призрака. Ты ведь не из тех, кто прячется под одеялом в такую ночь. Ты здесь, в эпицентре праздника.       Расстроенное пианино звучит в твоих ушах, тыквы с пугающими ухмылками задорно дирижируют оркестром — им весело сегодня, они пылают изнутри, безвозмездно даруя ужас, струящийся по венам.       — Ла. Ла. Ла. Ла-ла-ла. Ла. Ла, — напевно бухтит орган, выпиленный из сотни косточек — чудища проделывают в них дырочки.       У всех сегодня едет крыша, а у кого-то в прямом смысле отваливаются головы. Их заводит луна, они гудят и беснуются; кричат и веселятся, выпучивая глаза на дворовых собак, что поскуливают в своих будках. Это Хэллоуин, детка, сегодня никто не останется без награды. Приз за первое место — поседевшие волосы, кто желает?..       Нет, ты держись и плюйся направо и налево; скрести пальцы на руках и пихни в карман. Нечисть тебя не тронет, ведь ты и сам сумасшедший — себе подобных, как правило, не едят. Демоны в твоей душе тоже празднуют сегодня. Подойди к озеру, покрывшемуся льдом, и загляни себе в глаза. Видишь в них огоньки? Они — внутри тебя.       Мы все на их стороне.       Так кто же еще не свихнулся этой ночью?..