Нашла на свою голову

Ночь прошла неспокойно. По своей натуре я человек впечатлительный, рассказ об удушении щупальцами я запомнила хорошо, поэтому пару раз я просыпалась из-за жутчайшей нехватки воздуха. Мне снилось, будто меня что-то душит, а я никак не могла этому помешать. Рассказ Дженн произвел впечатление на мое воображение, а глаза после внезапных пробуждений даже умудрялись заметить бысто исчезающую тень, но я все списала на разыгравшуюся фантазию. Нормально уснуть получилось только с четвертого раза, поэтому утром под глазами были синяки. Я лишь вяло улыбнулась, увидев их, потому что вспомнила о состоянии Дженн и ее физичекой и моральной измотанности, которые мне были заметны. Записав на память свой сон и желание разузнать, откуда синяки у девушки, я принялась собираться. В сумку, кроме блокнота и диктофона (я надеялсь, что он заработает), закинула еще и фотоаппарат. Если что, можно будет списать мой визит на желание пофотографироваться на природе. До встречи у кафе оставалось чуть меньше часа, поэтому я наскоро оделась и вышла из квартиры. Дженна, когда я приехала, уже стояла на месте встречи и курила, щурясь от солнца. Сейчас она выглядела гораздо лучше, хотя в ее движениях была некоторая заторможенность. Пальцы едва заметно дрожали, будто она нервничала, а взгляд не мог сосредоточиться на одном предмете. Я помахала ей рукой, и она отбросила недокуренную сигарету в сторону. - Я вам соврала вчера. Здесь недалеко. Около часа пешочком. Вы же не против прогуляться? - уголки ее губ медленно поднялись в улыбке, а пальцы начали теребить рукав синей кофты. Я автоматически провела руками по карманам и коротко кивнула. Все, что могло мне пригодиться, лежало в карманах Даже маленький перочинный ножик, который я незадумываясь схватила в последние секунды перед выходом из дома. Мало ли что... Мало ли кто... - Давайте прогуляемся. Погода хорошая, дождик не предвидится, - подтвердила я свое согласие словами и пошла за Дженной. Она явно нервничала. Было видно, что пару раз она порывалась что-то сказать мне, но либо не могла подобрать верные слова, либо что-то останавливало ее, недавая поделиться наболевшим. Я не хотела бы ее неосторожно спугнуть, поэтому просто продолжала молча наблюдать за ней и мысленно делать ставки на то, когда же она наконец решится поделиться наболевшим. Но Дженна так просто не сдавалась, кусая губы и ломая уже третью сигарету, она терпела и хранила в себе те слова, которые уже почти срывались с ее губ. - Больно было только в первые несколько раз, - внезапно сказала она, - знаете, это как тонким и холодным скальпелем по запястьям. Когда только играешься, а потом со всей дури и по венам режешь. У меня так не получилось, откачали и орали долго. В дурку сдать грозились, только ему-то все равно. Что желтый дом, что родная хата. Везде достанет и высосет до беспамятства. Он ведь любит своими щупалками сжать так, что почти и умер уже, а потом отпускает, и ты дышишь и благодаришь всех за то, что жив остался. Хотя это не жизнь. Так, су-щест-во-ва-ни-е, - она произнесла последнее слова отрывисто, по слогам, а я пыталась найти какой-то смысл в ее словах похожих на бред, - он ночью любит приходить. Из полной темноты. Хотя даже не так. Он является этой темнотой. Просто в нем она собрана плотнее, так, что ее можно потрогать. Хотя и не рекомендуется. За подобное он голову отрывает на раз-два. У него много кукол. И все они очень похожие, но очень разные. Я видела одну. Жуткое зрелище. Она была в шаге от смерти, а еще она умоляла отпустить ее, хотя я четко видела, что она принадлежит полностью тьме. А Тьма свое так просто не отдает. Только если игрушка сломана. Тогда да, выкинет и не поморщится. А она еще живая была. Да и выносливости после общения с ним прибавляется. Желание жить появляется. А вот к борьбе ты становишься не способен. Просто будто отключается в голове что-то, и ты с радостью идешь в его дом. Без приглашения и даже намека на него. И из-за этого твой страх только сильнее, потому что мозгом чуешь, что огребешь ты за такое по самое не хочу. А он только рад будет, потому как этим страхом и питается. Знаете, а ведь он любит играть. Мне, кстати, пару раз казалось, что он отпустил уже, что я свободна как птичка и могу жить не скрываясь от него. Разбежалась и об стену хрясь! Нет, не так все просто. Может и была свободна. Но только месяц, а потом вернулось все. И кошмары, и шрамы, шрамы опять начали появляться. Предки думали, что это я чеканулась и резать себя начала, только вот не могла сказать, что это все не моих рук дело, что это его щупалки такое вытворяют, - нервный смех прервал странную речь Дженн. Я испугалась за ее состояние еще сильнее, когда она кашлять начала с такой силой, что казалось, легкие выхаркать могла. На ее белом платке, которым Дженн старалась по мере сил прикрыть рот, появились красные сгустки. Мой испуганный взгляд заставил девушку улыбнуться, когда приступ прекратился, - не могу сказать, что стало причиной вот этого, - она показала мне платок получше, - может это я докурилась, может это он доигрался. Легкие же, сука, не железные, выдержать все нагрузки не могут. Хотя я старалась. А врачи сказали, что я теперь на грани туберкулеза. Что курить нужно меньше всякую дрянь, а я без сигарет уже не могу. А он это не любит. Предпочитает сам свои игрушки убивать, чтобы насладиться страхом, безысходостью и болью. А вот тело, оболочка игрушки ему совершенно не нужны. Только чувства. - Эмоциональный вампиризм, верно? - мне удалось вставить пару слов в ее монолог. Дженн рассмеялась, но почти сразу задохнулась в кашле. -Верно подмечено, - хриплым голосом ответила она, придя в себя, - вампиризм, но без крови. Вернее, он этой кровью не питается и к горлу моему еще не прикладывался. А черт его знает! Слушай, у меня случайно нет парочки засосов на шее, а? - она оттянула ворот, оголяя тонкую шею. Засосов не было, о чем я и сообщила. Девушка спокойно кивнула и продолжила болтовню. - А вот и тот гадский лесочек, где все началось. Слушай, ты же не просто так на него вышла. Начиталась наверное той дури, где всякая мелюзга им оттраханная ходит. Нет, ну признайся честно. Скажи громко, чтобы и он услышал. "Я хочу, чтобы меня отымел Слендер своими щупальцами". Сука ты, вот ты кто, - выдохнула она мне в лицо, а потом резко отстранилась, - хотя я не имею права тебе препятствовать. Вон лесочек, я с тобой туда схожу. Только потом не говори, что не предупреждала. Создавалось ощущение, что на нее так влияет близость этого хвойного леса. Будто что-то именно оттуда заставляет ее вести себя именно так. Я просто молча кивнула, проигнорировав вопрос о возможном сексе со Слендером. Что-что, а видеть себя в роли изнасилованной жертвы я не хотела. И надеялась, что все выкрики Дженны о подобном будут просто шуткой. Хоть и не невинной, но шуткой. Девушка первой вошла в лес, осторожно и по-звериному прислушиваясь к окружащим звукам. Пару раз чуть не зарычала на меня, когда я неаккуратно наступила на пару сухих веток. Пальцы уже давно держали перочинный ножик, готовясь открыть и достать чуть раньше, чем тот может пригодиться. Лес был очень странным. Почти сразу он стал слишком темным и тихим, хотя в паре метров от нас стояли жилые дома, а на площадке играла стайка шумных детей. Но их крики казалось терялись и запутывались в ветках деревьев. Казалось, что лес жил своей отдельной жизнью, что ему не было никакого дела до окружающих, а наше появления в нем было только подачкой с его стороны. Разрешением войти в него, но, скорее всего, остаться без ответов на какие-либо вопросы. Дженна постоянно то убегала вперед, будто разведывая верный путь, то возвращалась ко мне, странно улыбаясь и выразительно молча. Меня ее поведение начинало пугать, как бы не было стыдно признавать этот факт. Фонарика у меня с собой не было, поэтому приходилось подсвечивать все экраном мобильника, голубоватый свет которого придавал еще больше ужаса окружающей местности. Тени были короткими и из-за этого выглядели совершенно не естественно, придавая стволам деревьев схожесть с телами различных монстров. Страх постепенно укреплялася в моем сердце, пуская свои корни словно сорняк. Еще больше меня напугало то, что я вспомнила странные слова Дженны о том, что Тощий именно этим страхом и питается, просто высушивая свою жертву до дна. Дженна опять убежала вперед, оставив меня в полном одиночестве. Двигаться дальше я не хотела, поэтому остановлась, прислонившись к одному из деревьев. -Дженна, - позвала я девушку, надеясь, что та меня все же услышит, - где ты? Отвечать мне никто не стал. А мобильник перестал работать, только странно мигая. Дженна выскочила из кустов, зажимая мне рот рукой и утягивая назад за собой. Я попыталась вырваться, но у нее была крепкая хватка. Пришлось поддаться и довериться ей. Стоило нам уйти, как по той поляне прошмыгнула странная тень, от которой шла волна ужаса и самой настоящей силы, которой хотелось подчиниться. Будто загипнотизированная я вышла из укрытия в сторону странного существа, что остановилось на середине поляны и пристально смотрело в мою сторону. Я точно знала, что это существо высокое и очень худое, но четкий контур фигуры я не видела, скорее чувствовала на интуитивном уровне, прикрывала глаза и видела Тощего в его настоящем облике. По телу пробегала волна страха, заставляющая меня пригибаться к земле, показывать всю мою ничтожность перед этим хищником. Я готова была ползти к нему на коленях, лишь бы не почувствовать на себе его гнев. А Тощий выжидал, скретив длинные руки на груди и получая удовольствие от того, что я точно понимала свое место. Где-то за спиной скулила Дженна, которая хотела сорваться с места и увести меня, но не могла этого сделать, потому что тогда Слендер просто убил бы ее, не дав ни единого шанса на исправление своих ошибок. Я спиной ощущала то, что она сзади мечется словно тигр в клетке. Хотелось обернуться, успокоить ее, сказать, что все хорошо, и мне ничего не грозит, но тощая фигура не давала оторвать от себя взгляд, словно магнит притягивая и увлекая. Наваждение сошло столь же быстро, сколь и появилось. Меня будто выкинуло из какой-то дыры, и поэтому я стояла в сильном недоумении и с явным ощущением того, что от меня что-то оторвали. Дженна выползла их укрытия и потрепала меня по плечу. Я заторможенно отреагировала на ее прикосновение, ощущая тепло ее руки на плече. "Странно. Мне кажется, тут не так уж и холодно. А ее руки словно раскаленные угли", - появилась в моей голове ленивая мысль и не пожелала уходить. -Эй, с тобой все хорошо? Ты ледяная, как снежные скульптуры в парке зимой, - попыталась пошутить девушка, но тут же замолчала, поняв, что шутку не оценили. Я молча кивнула и убрала ее руку с плеча, желая сохранить этот холод как можно дольше. -Пойдем. Нам больше нечего тут делать, - мой голос звучал как-то странно. Дженна даже удивленно посмотрела на меня, но без возражений решила вывести меня из леса. Новая игрушка - это всегда очень хорошо. Новые ощущения, новые чувства, новый способ развлечься. И я не виноват в том, что мои развлечения доставляют удовольствие только мне. Я никогда не заставляю приходить ко мне. Они сами слетаются сюда, в мой лес, как мотыльки на огонь. Жаль только, что эти мотыльки долго не живут. Они ломаются и морально, и физически, когда понимают, что больше не могут выдерживать все пытки, что испытывает их организм. Глупо говорить, что это я довожу их до такого состояния. Нет, нет и еще раз нет. Люди любят сами накручивать себе эмоции, паранойю, шорохи и фигуры в ночи. Я же, как верно заметила та, с разноцветными волосами, являюсь тьмой. А Тьма не будет приходить к каждому. Только к избранным. Она постаралась откупиться от меня свежей кровью. Только вот эта новенькая шла ко мне без капли страха, но с почтением, которое было столь непривычно ощущать. Голова, склоненная в поклоне, глаза, опущенные в пол, тихие и плавные движения. Все это заинтересовало. Она явно попала под гипноз, только вот действовал он как-то странно. Иначе, чем с другими. Раньше люди просто шли на закланье, а она действовала так, словно младший признавал власть старшего хищника. Все портила разноцветная. Из-за нее я не могу нормально пообщаться с этим странным существом в личине человека. Придется уйти сейчас, чтобы вернуться потом и потребовать ответы на все свои вопросы.