Пойми, они не настоящие!

Теплое, пасмурное утро, весь Париж уже давно ожил. На улицах целые толпы людей, спешащих на работу, учебу или просто по личным делам. Маринетт потянулась на своей кроватке и, перевернулась с одного бока на другой, немного съежилась, подгибая коленки к груди. В комнате, не смотря на теплое утро, было весьма прохладно. Вероятно это из-за того, что родители Маринетт уже с раннего утра начинали печь свежий хлеб,а так же булочки и часть жара от печи шел вверх, поэтому Мари уже с вечера оставляла окна открытыми, дабы не было очень душно. Снизу послышались шаги, звук потихоньку нарастал и дверца люка отворилась. Мелодичный нежный голос разнесся по комнате, словно красивая песня. — Маринетт, милая, поднимайся. Тебе пора на учебу. Сабин немного подождала, ожидая реакции своей дочери, но ответа не последовало и она снова начала её будить. Спустя несколько минут Маринетт встала с постели. Сообщив маме, что она скоро спуститься, девушка начала приводить себя в порядок.

***

В школе девушка уже не знала куда себя деть, день был обычным. Почти таким же как и всегда, за исключением туч на небе. Уроки были такими же и ничего не выделялось из серых будней, кроме самой Маринетт. Именно сегодня она решила признаться Адриану в том, что она любит его. Варианты событий мелькали в голове девушки один за другим. В одном из них Адриан нежно обнимал ее и говорил что тоже любит, а дальше долгая и счастливая жизнь с оравой детей и хомячков. В другой же он говорит, что не любит ее и считает умственно отсталой, или вообще посмеется перед всеми над ее чувствами… Девушка тряхнула головой отгоняя мысли прочь. Нет, ее возлюбленный не может так поступить. Он постоянно с ней добор и улыбается так нежно и непринужденно в ее адрес. Тем более, если бы она была ему противна, он бы не позвал ее танцевать на балу. Девушка глубоко вздохнула и выпрямилась. « Ты Леди Баг, ты спасала Париж множество раз! Признаться человеку в своих чувствах не сложнее, чем победить очередного злодея». Дождавшись конца уроков, Маринетт полная уверенности позвала на разговор Адриана, немного намекнув, что разговор слишком секретный и не для чужих ушей. Они дождались, когда все уйдут и только после этого начали. Маринетт стояла опустив голову вниз, боясь заговорить первой. Переминаясь с ноги на ногу, и краснея она начала произносить отдельные предложения с никак не связанными между собой словами, будто бы забыла все слова. — Я… Ну, в общем… тут… и… — Маринетт, — нежно произнес Адриан, — Что-то случилось? Маринетт подняла глаза и встретилась с зелеными, словно насыщенная летняя трава глазами. — Да! Нет, то есть… не знаю. — Девушка снова опустила голову. — Маринетт… Юноша забеспокоился, ему казалось, что его одноклассница сейчас скажет что-то ужасное. Например, что у нее умер любимый питомец или что она переезжает в другой город и не сможет больше учиться со всеми. Но она прервала его мысли. Он нежно улыбнулся и посмотрел на нее, будто готовясь приободрить. — Я люблю тебя! — Проговорила девушка, но тут же вжала голову в плечи, будто боясь, что на нее упадет сейчас небо. Улыбка пропала с лица Адриана, он подошел ближе и обнял подругу. Его тело начало знобить от страха. Он знал, что сейчас ему придется сделать больно своему лучшему другу, и не знал как лучше сделать. Девушка была готова ко многим вещам, но не к такому. Она расслабилась в его сильных руках, ей казалось, что он сейчас ответит на ее чувства взаимностью. — Мари, ты мне очень дорога, и я был бы рад, сказать тебе тоже самое, — Струны души натянулись у обоих по максимуму. У Маринетт от мысли, что ее мечта вот-вот сбудится, а у Адриана от досады и обиды, — но я люблю другую. Прости, но я не могу ответить тебе взаимностью. Мир счастья тут же рухнул для девушки. Как же так, если он ее не любит, то зачем обнял сейчас, зачем он тогда танцевал с ней на балу? Зачем все это было? Девушка отпрянула от парня. Он смотрел на нее удивленно с нотками боли в глазах. Маренетт, чтобы не заплакать и не закричать, прижала ладонь ко рту, и она почувствовала ручейки слез, что так предательски текли. — Все хорошо, — она постаралась произнести все ровным голосом, но у нее не получилось, — я все понимаю. Адриан сделал шаг на встречу девушке, но она сделал шаг назад. — Маринетт, прости меня. Я понимаю, тебе больно… — Адриан протянул ей руку, сам не понимая зачем. Но ему хотелось, чтобы она взяла его за руку, чтобы обняла его и выплакалась. Но она мотнула головой и, развернувшись, убежала, оставляя Агреста в одиночестве.