Каждому дьяволу положен свой ангел

Небо вновь затянулось хмурыми тучами, которые лениво летели в неизвестном направлении свободы. Столько дней, а солнце не появлялось ни разу, да в принципе оно и не нужно, нечего делать столь светлому созданию в этом осквернённом месте. Столько пролетело часов, а неслышно было ни единого писка птицы, которая, наверное, и не знает о существовании этого чудовищного места. Столько пролетело минут, но никто и не подумал о том, что их маленькая девочка может быть в этом лесу, никто не сунулся сюда. Столько миллионов секунд уплыло в бездну, а надежда шатенки испарялась с каждой из них. Она лежит в своей комнате, в вену введена тонкая игла, через которую поступает лекарство. Кожа бледная, словно недавно выпавший снег, а ведь он и, правда, выпал. Наблюдать за вальсом этих очаровательных, белых малышей стало единственным любимым занятием зеленоглазой мисс. Уже не слышны в этом доме звуков пианино и её чарующего голоска, который вопреки жуткой атмосфере, приносил в это гнилое место кусочек света. - Эл, ты как? Я еды принёс, хотя бы сегодня поешь. – раздался хриплый голос Утопленника. - Я не голодна, Бен. Спасибо, но не нужно. – еле слышно прошептала девушка, выдавив слабую улыбку. - Ты уже вторые сутки не ешь… - садясь на стул, около кровати, произнёс парень. - Я правда не голодна… Бен, как думаешь, а мама с папой меня ещё помнят? – стеклянными глазами, посмотрела на парня Шропшир, от чего у парня ёкнуло мёртвое сердце. - Прости. Прости! –сжав зубы, проскулил блондин, опустив голову. - За что ты извиняешься? – мягко улыбнулась Элена, , чуть приподнимая голову. - Это я тебя сюда затащил. Мог ведь просто сказать, что не нашёл! Теперь ты страдаешь… - сжал кулаки Утопленник, после чего отвёл взгляд и молча, удалился из комнаты. Вскоре пришла Энн и убрала систему. Еда одиноко покоилась на столе, а Элена даже не посмотрела в её сторону. Достав альбом и карандаши, шатенка подошла к столу и отодвинув тарелку, начала делать какие-то чертежи. Рисовала она плохо, но пока находилась в этом месте, спокойно могла рисовать то, что ей хочется, не волнуясь о том, что кто-то посмеётся над её каракулями. Волосы взъерошены, под глазами огромные синяки. Нет… это уже не та счастливая девочка, которой она была месяц назад, когда жила с родителями. Сейчас это утратившая надежд во что-либо девушка, которой уже безразличен этот мир… и она тоже стала сама себе безразлична. На листе бумаги быстро появляется надпись в стиле граффити. «Kill me». Практически весь альбом, который девушка взяла у Остина, был усыпан подобными записями. Девушка распахнула окно, наблюдая за снежинками. Шатенка посмотрела на улицу вниз, Джефф, как ребёнок играл с малюткой Салли, говоря что-то вроде «Мистер Кронкопус одолеет всех Вас! Муахахаха!». Это было довольно забавно, смотреть на то, как киллер, убивший больше сотни людей, так беззаботно играет в детские игры. - Эла! – крикнула Салли, когда увидела девушку, помахав ручкой и звонко смеясь. - Салли, ей нужен отдых. Не мешай. – пытался утихомирить девочку, Вудс. - Эла! Идём к нам! Мы снеговика будет лепить! – игнорируя парня, прокричала Салли. - Сейчас спущусь. – крикнула в ответ шатенка, закрыв окно. Подойдя к шкафу, девушка достала одежду, которую принёс Сплендер. Он угадал с размером, одежда сидела как влитая. Достав нежно-голубой свитер с ёлочками на розовых полосах, легинсы чёрного цвета, шарфик и лаймовую куртку, девушка полезла за шапкой, которая лежала на самом верху. Подставив табуретку, шатенка легко достала белую шапку с кошачьими ушками. На ногах красовались сапожки с полосами искусственного меха. Длинные волосы красовались поверху куртки ровными полосами вьющихся волн. Выйдя на улицу, Элена увидела лежащего в снегу Джеффа, и смеющуюся Салли. - Что произошло? – спросила, подойдя ближе к ним девушка. - Джефф поскользнулся и в снег упал. – со смехом ответила девочка. - По чьей вине мне интересно? –встал отряхиваясь парень. Элена слабо улыбнулась и посмотрела на небо. Снежинки вальсировали, грациозно опускаясь на землю. Джефф шёл в сторону дома, стараясь быстрее скрыться из поля зрения шатенки. После того падения, он просто боялся подходить к ней, не пытался объяснять чего-то. Каждый день в доме появлялась какая-то девушка, которая становилась его игрушкой на ночь, этим он пытался заполнить пустоту, которая появилась тогда, когда Шропшир начала избегать его. Полчаса наигравшись в снегу, обе девочки зашли, продрогшие до костей, от чего «зуб на зуб не попадал». - Джеффи, скажи «а». – пролепетала какая-то блондинка, сидя на коленях брюнета. - Что за детский сад, Олли? – закатил глаза киллер. - Не обращайте внимания, Дорогая Олли, просто «Джеффи» не знаком с алфавитом, и для него это затруднительно. – утешила девушку Эла, стараясь не встречаться взглядом с парнем. - А ты… Хм. За собой следи курица. – не оценила поддержку блондинка и показала средний палец. - А ты ни капли не изменилась Олли Дрогнот. Какая стерва была, такой и осталась. Благо сегодня ты подохнешь, как только этот кретин воспользуется тобой, как подстилкой. – усмехнулась девушка, вспоминая бывшую одноклассницу. - Откуда ты меня знаешь? И вообще! Джеффи ни такой! – нахмурила брови девушка. - Помнишь девочку, которую ты унизила и избила в пятом классе? Ну так вот, она перед тобой. И да, этого парня я знаю получше тебя, к сожалению. Хотя знаешь, да…я его совсем не знаю, и рада этому. Удачной ночи. – произнесла спокойно Шропшир, вновь обувая недавно снятую обувь и выбегая из дома, пока никто не понял, что случилось. Она знала, что до дома не доберётся, но хотя бы погуляет по лесу, а там глядишь, может её растерзает какой-нибудь зверь. Но оставаться рядом с парнем у неё просто не было сил. Не было сил смотреть на то, как он спит с каждой встречной девушкой, но пытается избегать Элу, которая по его же вине, сейчас находится в таком состоянии. - Идиот… Почему нельзя было просто подойти и поговорить? Почему ты стал меня избегать?! – крикнула Шропшир, не заметив, как по щекам побежали жгучие слёзы. – Почему я не заметила, как мир потерял краски, от твоего такого ко мне отношения? Сев на поваленное бревно, зеленоглазая достала телефон. Бен достал его не понятно где, но это было уже неплохо. На экране красовалась фотка, сделанная Джеффом. На лице всплыла невольная улыбка, которая была искренней, не выдавленной из себя. - А ведь сегодня Рождество. Интересно, мама приготовила свою фирменную индейку? А папа? Наверное опять сидит перед телевизором с банкой эля. – встав и пройдя чуть дальше, прошептала девушка. Дойдя до заледеневшего озера, Шропшир смотрела на него, опустив голову. Столько всего произошло, а она никак не могла понять, что с нею творится. Ей уже не так хочется домой, не так хочется вообще жить. - Эла… - послышался шёпот над ухом, от которого по спине поползли муражки. - Джефф? Что тебе надо? Иди, Олли наверное ждёт. – с безразличием в голосе, произнесла девушка. - Без тебя не уйду…Хватит устраивать весь этот цирк, малая! – развернул к себе девушку киллер. - Не понимаю о чём ты… - отвела взгляд Шропшир, получив усмешку. - Я слушал, о чём ты говорила в лесу. – мягко признался парень, наблюдая за пунцовыми щеками. - Ты меня тоже достал… - обиженно произнесла зеленоглазая, смотря в голубые глаза. - С Рождеством малая. – прошептала Вудс, притягивая к себе девушку, аккуратно накрывая её губы своими. ***

В доме Шропширов

*** Мэгги накрывает на стол, с печалью смотря на фото дочки в рамке и обвязанное чёрной лентой. Все уже утратили надежду на то, что она жива. Ведь нет ни единого следа, ни единой зацепки. Вот и фирменная индейка покоится на столе, но чего-то не хватает. А не хватает весёлого смеха девушки, который всегда и придавал праздничную атмосферу этому месту. Боб сидит и смотрит телевизор, попивая эль. Всё как обычно, но снова же нет того задорного «Папа, опьянеешь ещё до праздника, я тебя в комнату тащить не буду!». Раздался звонок в дверь, на пороге стояли Юнас с Мери, а позади Генри. Брат девушки – Генри, до сих пор ходит по тому самому пути, надолго задерживаясь там, где остался её телефон. Из этого дома ушла радость, осталась лишь тоска. Юнас ничего не вспомнил, но это возможно и к лучшему…но только «возможно». Все садятся за стол и начинают есть. Вот и пора дарить подарки. К фотографии первым подходит Мэгги и кладёт рядом с рамкой красивую цепочку со скрипичным ключом. - Милая моя, ты всегда любила музыку, надеюсь, он тебе нравится. Если ты жива, прошу вернись к нам. Мы все по тебе очень скучаем и хотим снова увидеть твою улыбку и услышать твой смех. С Рождеством тебя. Эли. – со слезами говорит женщина, которая за один месяц постарела лет на шесть. Далее подошла очередь Боба. Мужчина встал и достал из своей куртки маленькую коробочку. Открыв её, поставил статуэтку балерины рядом с фото и провёл рукой по оправе рамки. - Я помню, как ты росла и всегда с восхищением смотрела на балерин. Как ты любила балет «Лебединое озеро» и даже пыталась повторить некоторые па-де-де. Боже, солнышко моё, вернись к нам. Пусть Рождественское чудо вернёт тебя нам с мамой и Генри. – заплакал мужчина, отходя от фотографии и уходя на кухню, где послышался хороший удар. Боб перевернул стол и сидел около окна, держась за голову. К сестре подошёл Генри. Парень оставил лёгкий поцелуй на стекле. Глаза были полные тоски, в руках был маленький плюшевый медвежонок. Он оказался рядом с остальными подарками. - Сестрёнка, почему ты так нас ненавидишь? Почему не вернёшься?! Мы же знаем, ты можешь это сделать! Можешь! МОЖЕШЬ! Так почему ты этого не сделаешь?! Опять гордость мешает или твоя вредность выросла вместе с тобой?! Мы все очень скучаем, дурра! Мы все тебя любим и ты нужна всем нам! – прошептал Генри, уходя в свою комнату. Юнас всматривался в лицо на фото, не понимая откуда ему знакома эта девушка. Он видел в ней знакомые черты, и почему-то сердце ёкнуло так больно. Мэри оставила кольцо с надписью «Love», после чего оба ушли домой. Для многих это Рождество было счастливым, но для некоторых стало траурным…