I'd Be Yours, If You'd Be Mine

      -Ты должен забыть об этом, Саске-кун. Ты должен. — Заткнись, — прорычал он, вырывая свое плечо из хватки куноичи.  — Ты ничего не знаешь. Ты абсолютно ничего не знаешь.- Саске обернулся и посмотрел ей прямо в глаза. -Так что не смей мне указывать, что делать. Сакура сделала шаг назад, обняв себя руками, изумрудно-зеленые глаза наполнились слезами. -Я знаю достаточно, — прошептала девушка обиженным и невероятно грустным тоном. — Я знаю достаточно.- Когда она увидела, что его ноздри раздуваются, а рот открывается, чтобы что-то сказать, она покачала головой. — Саске-кун, ты мучаешь себя каждый день из-за этого, и я не могу… я не могу смотреть на твои муки. Даже после того, как он уйдет, после того, как закончится война, ты, кажется, не можешь остановиться… — она хрипло выдохнула, дрожа, пытаясь не сломаться. — Пожалуйста, тебе просто нужно… -Ты ничего не понимаешь! — Закричал Саске, резко развернувшись к напарнице лицом. -Ты ни хрена не понимаешь! Итачи он… он пожертвовал всем ради меня. Ради этой чертовой деревни. Он должен был убить меня. Но не смог этого сделать, потому что слишком сильно любил меня. — Он резко вдохнул, крепко зажмурился и снова повернулся к ней спиной.        -И ему было так стыдно за то, что он сделал, Итачи хотел, чтобы кто—то другой наказал его… он хотел, чтобы я наказал его за ту боль, которую он причинил мне, и… брат хотел, чтобы я вернулся сюда, но я не могу… я не могу простить их за это! За все, что они сделали с кланом, с Итачи… со мной! Услышав рыдание, вырвавшееся из горла Сакуры, Саске крепко стиснул зубы. Она не имела права говорить ему, чтобы он оставил все как есть. Не тогда, когда у него еще так много дел. Не тогда, когда его брат навсегда войдет в историю как ужасный, хладнокровный убийца. Злые слезы застилали его глаза. Сакура не имела на это никакого гребаного права. — Ты этого не видишь, Саске-кун, — захныкала куноичи у него за спиной. -Ты не понимаешь, что это с тобой творит. — Раздался сдавленный всхлип, который, казалось долго сдерживался. -Ты убиваешь себя из-за этого. Ты просто продолжаешь причинять себе еще большую боль, я не смогу смотреть, как это происходит с тобой. Я не могу. Кто-то осторожно коснулся его руки, но Саске отшвырнул ее прочь. -Тогда не смотри, — отрезал брюнет, голос его слегка дрогнул. — Держись от меня подальше. Учиха сделал несколько быстрых, яростных шагов вперед, прежде чем чья-то рука схватила его за запястье. -Не делай этого со мной, Саске-кун, — взмолилась Сакура, крепко держась за него. — Пожалуйста. Не надо… не отгораживайся от меня. Его гнев снова вспыхнул, боль в груди усилилась, Саске попытался снова убрать женскую руку, не в силах вынести ее прикосновения прямо сейчас. Да как она смеет? Как она смеет настаивать на том, чтобы он сдался? Чтобы смог все отпустить? Как Сакура посмела после того, как он объяснил ей все в болезненных подробностях? Затем Учиха почувствовал, как тонкие руки крепко обхватили его талию, а дрожащее тело прижалось к его спине. -Я люблю тебя, — хрипло прошептала медик, тихо плача, прижимаясь к брюнету. -Я так сильно люблю тебя, Саске-кун. Его сердце сжалось от этого признания, а мысли слишком быстро вернулись к той ночи, когда он впервые покинул ее. (Я так тебя люблю, что не могу этого вынести! Так что, пожалуйста! Останься со мной!) — Пожалуйста, не делай этого с собой. Его голова склонилась, кулаки сжались, а челюсти напряглись, когда Саске почувствовал, что разочарование уходит—а на его смену приходит сильная агония, которая заставляла его страдать самым тяжелым образом. -Только на этот раз, Саске-кун, постарайся жить ради себя. Не так, как ты думаешь, Итачи хотел, чтобы ты был, — дрожащим голосом прошептала ему Сакура, приглушая свои всхлипы. — Перестань думать о справедливости и мести. Подумай о своем счастье. (Месть не сделает тебя счастливым…) (Независимо от того, что ты решишь делать. я буду любить тебя вечно.) Обмякнув рядом с девушкой, Саске наконец сдался, плечи затряслись, слезы свободно начали падать из глаз.  — Я думал… — он закрыл лицо рукой, пытаясь спрятать их от Сакуры. -Я думал, может быть, я… — его голос надломился, заставляя Учихе казаться таким же сломленным и уязвимым, каким он себя чувствовал. Его свободная рука потянулась к ее руке. -…Может быть, я мог бы что-то сделать. Сакура только крепче обняла возлюбленного.