Music like life.

      Диана сидела на кухне, размешивая сахар в чае, однако звука удара ложки об керамику не было слышно. По крайне мере, для нее. Сахар давно растворился, но почему она не прекращала двигать кистью? Ответ таился в ее глазах, смотрящие на дерево стола, но не видящий ничего. Внутренний взор вновь путешествует по времени, на два дня назад, и видит лишь Томми Кларка. Он единственный человек, который спас ее, который говорил с ней на равных, кто узнал ее секрет. Но он тогда на нее смотрел так, будто вспоминал. Даже если он и вспомнит, то это ошибочно: у Дианы хорошая зрительная память, и это лицо она доселе не видела. Вспомнив события вторника, девушка положила левую руку на правое плечо и сжала ткань футболки. Укус этого сумасшедшего Моргана все еще болел и был отчетливо виден на белой коже, но это не помешало ей одеть что-то открытое. Диана привыкла к тому, чтобы что-то прятать. От этого воспоминания она положила ту же левую ладонь на свое правое запястье, скрытое черным тряпочным браслетом. Она не любила раньше носить хоть какое-то украшение на руках, но после того случая четырехлетней давности пришлось сменить вкусы.        Сжав кулак, она резким движением сняла с себя браслет и посмотрела на небольшую царапину, но в тот день она очень сильно кровоточила — порез ножа какого-то педофила прошелся по венам, после чего он бросил тринадцатилетнего подростка умирать в грязном проулке. Диана практически ничего не помнила с того дня, лишь размытый силуэт того маньяка, и полного мужика-спасителя. Но отчетливо помнила, что тогда сбежала с очередного детдома и ничуть потом не пожалела. Саммерс не знает, что это был за нож, но царапина до сих пор сохранилась у семнадцатилетней девушки.       За дверью Диана услышала хлопок и знакомый голос. Нацепив украшение обратно, она подошла к двери и открыла ее до того, как ночной гость постучался. У другого человека челюсть отвисла, однако она даже бровью не повела. Томми удивленно моргал, после потер кулак, которым хотел постучаться, и отвел взгляд. Вздохнув, Диана молча отошла в сторону, приглашая одноклассника внутрь. Тот сразу понял намек и быстро прошмыгнул мимо девушки, еще раз убеждаясь ее загадки: не возможно предугадать дальнейшие действия, даже если ты суперпуперный экстрасенс или психолог.        Скрежет закрывающиеся двери словно стал для Томми что-то вроде сигнала, поведение тут же изменилось. Диана даже выйти из прихожей не успела, как мужские руки пригвоздили ее к светло-бежевой стене, вышибив весь воздух из легких, и резко (даже слышен звук рвущийся ткани) подняли рукав футболки. Девушка запоздало вскрикнула и отвела взгляд, пока Кларк разглядывал фиолетово-красные разводы. Его пальцы еле ощутимо дотронулись до синяка, и тело брюнетки непроизвольно напряглось. На этом ужасе четко виднелись две небольшие дырочки — Морган что, вампир? Томми отошел от девушки — чья голова все еще была повернута, глаза закрыты и грудь высоко вздымалась — и поднял руки на уровень головы. Взгляд зацепило покраснение на правом запястье, которое Диана не успела скрыть, но парень решил больше не вторгаться в ее личное пространство. Диана отлипла от стены и сделала пять шагов вперед, между ребятами оставалось три метра.       -Может чаю? — и опять она поломала расчеты Кларка, который насчитывал на выставление за дверь.       -Не откажусь, — мягко улыбнулся он.       Диана ухмыльнулась (а она может улыбаться?) и прошла мимо гостя, чисто случайно взмахнув волосами около него, и он унюхал отголоски ее шампуня. Такой приятный аромат, как и внутренняя Диана, которая от жизни натерпелась много и была спрятана внутри этой Дианы. Но ее можно было понять: люди долго видели ее слабость и слёзы, из-за этого унижали и за человека не считали. Саммерс решила стать сильнее, но эта «сила» подразумевала вечно хмурить брови и выкидывать их в качестве пренебрежительного жеста, усмехаться и не контролировать свои способности. Томми сегодняшней выходкой доказал, что она все так же беспомощна как и год назад.       Пока Диана наливала чай, стоя к гостю спиной, тот опять ее оглядывал. Черные волосы распущены и завивались в локоны, одета в темно-филетовую футболку, черные хлопковые шортики, этот браслет на правой руке и черные высокие сапоги из ткани. Несмотря на то, что ее вчера и сегодня не было в школе, одета она была парадно. Вот зачем закручивать волосы, если никуда не выходишь? Хотя, может это не так. Стук чашки об полировку стола вывел Кларка из транса, он поднял взгляд на девушку и вежливо улыбнулся, сказав «спасибо». Она села напротив, поставила локти на стол и положила подбородок на ладони.       -На твой вопрос отвечать не буду, — решительно сказала она, отчего Томми подавился чаем и поднял взгляд. Пока она поворачивалась за салфетками, на губах проскочила веселая улыбка.       -Ты можешь и мысли читать? — возмущенно спросил парень, вытирая подбородок и стол.       -Нет, но для меня «громко думаешь» — не просто выдумка людей, — теперь девушка ухмылялась. — Хотя, может его придумали такие как я?       -Навряд ли! Эта фраза появилась задолго до нашего рождения, — особенно моего, — а сами ЭВО…       -Клэр Беннетт первая, кто открыла миру свои способности, но не факт, что они не существовали до этого, — Диана откинулась на стул, спрятав руки в карманы шорт, и победно подняла брови.       Томми опустил голову и отхлебнул чаю, вслух подметив его удивительный вкус. Диана сказала, что добавила немного корицы, и парень понял, что при ней лучше молчать. Девушка могла увеличить звук любого предмета — будь это тихий полет бабочки, удар ветра об камень или собственный голос, но контролировать это не могла. Все это проявлялось, когда она либо находилась в паническом состоянии, либо очень сильно разозлилась. По своему хотению она не могла использовать способность, но в какой-то степени подавить — научилась контролировать эмоции.       -Боишься Моргана? — вдруг спросил Томми, поставив на всякий случай почти пустую чашку подальше от себя, и сцепил руки в замок на столе.       -Ч-Что прости? — после секунды возмущений выдавила Диана и выпрямилась. — Ни… Никого я не боюсь, с чего ты так ре-решил?       -Ни с чего, просто сказал, но, судя по твоей реакции, оказался прав.       Диана недовольно вскинула брови, сверкнув глазами, и звук удара сквозняка об чашку стал громче. Томми на это и вправду не обратил внимание, равнодушно смотря на девушку, которая старалась это подавить, но даже простое вдох-выдох не помогал. Обычно ее успокаивала и дыхательная гимнастика, и испуг на лицах у людей, а тут человек увидел ее способность вживую и никак не отреагировал. А стук усиливался, недовольства стало больше. Диана поднялась и молча показала на дверь. Ей надо успокоиться, пока этот звук не услышали соседи, а единственное нужное средство сейчас стояло за ее спиной около микроволновки. Томми без лишних слов вышел, и закрыл дверь, хлопнув веткой об ствол дерева, чтобы она посчитала будто его нет, и подошел ближе к двери — в конце концов, не у всех чувствительный слух. Звук движения ветра вернулся в норму, однако его потрясло другое. Нежная мелодия — фортепиано, вроде — лилась из кухни, и такой же нежный голосок пел медленную песню. Томми взглянул в окно и увидел такую картину: закрыв глаза, Диана держала в руках открытую музыкальную шкатулку и открывала рот. Уголки губ смотрели наверх, пение явно приносило удовольствие. Судя по нотам и тому, как долго протягивались гласные, это была колыбельная. Поняв, что за девушку можно не беспокоиться, Томми отошел подольше от света фонарей, коснулся себя и переместился около кафе-мороженого. Диана услышала этот звук и поверила ему больше, чем полторы минуты назад.

***

      На следующее утро Диана проснулась довольно-таки рано, но не от кошмара. Самое странное, что ей вообще ничего не снилось. На часах половина восьмого, солнце опять скрыто за тучами, четвертое утро она просыпается без лучей. Пощупав лоб, это уже привычка, девушка поднялась, потянулась, вытянув руки к потолку, и поднялась на ноги. Проходя мимо зеркала, она остановилась и подошла ближе. Светло-розовый топ на лямках открывал плечи, взгляд зацепило правое плечо. Идеального оттенка, без покраснений. Не могло же такое уйти за одну ночь, ну просто не могло!       Сегодняшний наряд Дианы состоял из водолазки, рукава спадывала лишь на левую руку и закрывали половину кисти, узкие черные джинсы заправлялись в высокие черные сапоги. Волосы распущены. На лице ни грамма макияжа (кроме светло-оранжевых губ), а ресницы длинные от рождения.       Одноклассники были поражены, увидев «свою девушку». И не потому что она не прогуляла, а потому что не опоздала. Скрестив руки на груди, она сидела на последней парте и закрыла глаза, в уши воткнуты наушники. Когда прозвенел звонок, Диана даже не отреагировала, как и на слова миссис Джонс. Все учителя знали, что посылать ученицу к директору бесполезно, а отчислять жалко. Они свято верили, что школа — дом, а все находящиеся в ней — одна большая семья. Но Саммерс в это не верила, ни породилась ни с кем, хотя и старалась в первые месяцы. Потом решила стать Снежной Королевой, и только тут ее зауважали, если это можно было так назвать: девочки завидовали ее успехам в спорте и покорении мальчиков своей красотой, парни стилились у ее ног и пускали слюнки.       Второй урок была физкультура, куда Диана ходила с воодушевлением. Взяв форму из шкафчика, она быстро переоделась в белую майку, соединенная с красным топом, белые шорты и кроссовки, заплела волосы в неаккуратную косичку и зашла в спортзал. И тут же увидела его. Со скоростью звука (фигурально) она подошла к Дюваль и Кларку, бесцеремонно схватила парня за шкирку красной футболки и молча потащила в подсопку с разным спортивным инвентарем, резким и сильным движением оттолкнула его к стене и поставила руки по обе стороны от его лица. Хоть у них и была разница на голову, Томми почувствовал себя крошечным от этого пронзительного взгляда.       -Какие у тебя способности? — она старалась говорить равнодушно, но голос дрожал от поступающей злости, которую надо обязательно контролировать.       -Перемещение… — испуганно промямлил Кларк, ладонь справа от него сжалась в кулак и ударила стену, по которой прошли короткие трещины.       -Если перемещение, то как ты объяснишь это? — она сделала два шага назад и опустила рукав футболки. Глаза Томми расширились, на плече ничего нет.       -Слушай, Диана, — он запустил пальцы в волосы на затылке, положил другую руку на пояс и отвел взгляд, — я не могу пока тебе сказать. Пока не могу…       -Недоверие взаимное?       Томми кивнул и прошел мимо. Диана поправила одежду и посмотрела на последствия своего удара. Эти трещины не от ее физической силы, а от силы звука… Она впервые смогла управлять своими способностями, сосредоточив дуновение ветра, удар капель дождя об подоконник, стук сердца и дыхание в своем кулаке. Однако слова Томми ее, почему-то, расстроили. Она прижала руки к груди и опустила голову.       -Просто дайте мне шанс… — Прошептала она очень-очень тихо своей тени. Неужели сердце Ее Величества пытается освободиться из холодных оков?