Sea, help me find exit

Чикаго называют «Городом ветров»: Зима снежная и льдистая, весна холодная и ветреная, часто бывают ливни. Летом жарче: хоть и дождливо, но до конца осени высокая температура воздуха держится до начала октября.

***

Прямым рейсом Милкович прибыла в Чикаго: 7 часов и 48 минут в полёте. Наконец, она почувствовала гравийную землю под ногами и ощутила ту самую рутину Города Ветров на кончиках пальцев и языка. Даже успела нагрубить неуклюжему мужичку с чемоданами, задевший её плечом. Она — необычная девушка с необычной внешностью: изумрудные волосы до поясницы, голубые глаза непонятно-мутного серого цвета, вздёрнутый носик с еле заметной россыпью веснушек по всему лицу и губами с помадой цвета корицы. Бо́льшая половина тела полностью закрыта татуировками — несмотря на то, что ей шестнадцать — весь её шкаф состоит из мужского гардероба; женскую одежду девчонка пренебрегает и в магазинах часто показывает средний палец удивлённым консультантам. Курит недешёвые крепкие сигареты «Winston» с двумя капсулами (Её любимые), терпеть не может алкоголь, наркотики и всё, что с этим связано: ненавидит похмелье и разводы на одежде, которые не отстирываются самым дорогим стиральным порошком. Общество не принимает Эмму в серую массу, на что ей откровенно плевать: трудным характером она обладает по генетической воле от своей матери. Заядлый интроверт и социофоб. И единственный человек, которому голубоволосая может доверять — старший брат. Они с Микки знают друг о друге всё: каждая мелкая деталь хранится где-то в кромке души и напоминает о себе при воспоминаниях. Такси доезжает до небольшого домика довольно быстро: он единственный выделялся среди других строек своей интересной неопрятностью. — Я дома, — слова слетают с губ тихо, растворяются в уезжающем на восток такси и летят в никуда. Эмма осматривается вокруг и идёт вперёд; лишь звук колёсиков чемодана заставляет её вырываться из раздумий всякий раз. Первый взгляд: дом обычной семьи, где у всех всё хорошо и всегда они что-то празднуют. Всё становится иначе, если войти внутрь: отец алкоголик, дети живут сами по себе и царит вечный хаос. Именно последнее слово прекрасно опишет происходящее. Эмму встретили на пороге. Отец, который размахивал руками то ли от накатившей радости, то ли от горя выпитой бутылки и опьянения; крики младенца и амбалы-друзья Микки. В такие моменты Эмме хотелось вернуться в Лондон, где она росла предыдущие шестнадцать лет. — Добро пожаловать в семью Милковичей! — воскликнул выходящий Микки из своей комнаты. Крепкие объятия и трезвые вопросы, как прошёл полёт. Казалось бы, единственный, кто искренне рад моему приезду, — думает девушка и отвечает ему улыбкой на лице. Вот, чего действительно не хватало ей долгое время. От брата приятно пахло базиликом, сигаретами «Malboro» и чем-то очень сладким. Запах казался знаком и слегка пленил. Нет, Эмма не сталкивалась с ним в жизни, но по рассказам опьянённого любовью брата, стало ясно, что это любимый одеколон его парня — ходячей рыжей проблемы по имени Йен Галлагер. Комната девушки на втором этаже. Это небольшая, но чистая и довольно уютная комнатушка с светло-зелеными обоями. Вид из окна выходит на улицу Б-672, по дороге проезжают машины, каждое утро проходят сотни людей, происходят ссоры и примирения, знакомства и расставания. Не всегда счастливые моменты нашей жизни происходят в каких-либо особенных местах, будь то парк, сквер, ресторан или кафе. Нет, улицам известно многое. Эмма заносит чемодан и открывает огромный шкаф, в который — она уверена на 120% — должна уместиться вся одежда. Правда, гардероб у Милкович немалый. Как-никак, она представитель слабого пола и, вещей, хоть и мужских, много. Когда всё было на своих местах, Эмма наконец-то смогла отдохнуть с сигаретой, сидя на огромном, крепком, выбеленном старостью подоконнике. По комнате приятно расходился запах сигарет. Завтра понедельник. Первый день в её новой школе. Пройдет он, словно по сценарию: лишние взгляды, осуждения за спиной, проблемы, ссоры. Она в десятом классе. За все эти годы в Лондоне она сменила пять школ. Не по собственному желанию — чаще всего её исключали. И во всех новых учебных заведениях все повторялось год за годом. Эмма научилась терпеть и молчать в ответ. Это был единственный способ выжить. Молчать хорошо, безопасно и красиво. Молчание всегда красиво, а молчаливый всегда красивее говорящего.