Доверься сердцу

      Время летит неумолимо быстро, то как Би привязался к Аи не описать словами, то была, словно, красная нить, что связывала его по рукам и ногам при виде девушки, а начало эта нить брала из самого её сердца. Утром он просыпался с мыслью о том, что скоро увидит её, бежал на учёбу, лишь бы быстрее занять место с ней за одной партой. Улыбался, как влюблённый дурачок, когда по долгу засматривался и даже не замечал этого. Но влюблённости своей не признавал, наоборот, вопил во всё горло, что это на время, очередная смазливая девчонка, получить желаемое и бросить, больше ничего не будет и быть не может, вопил, но и продолжал по вечерам листать её фотографии и писать всякий бред, лишь бы видеть ответные сообщения с кучей смайликов, убеждая себя, что это лишь для того чтобы завоевать её расположение, лишь игра, игра, флирт, ловушка. Но как убедить сердце в том, что оно ошибается, что совсем не правильно сейчас себя ведёт и это глупости, фантазия? Никак. Почему Джей Би не принимал влюблённость? Всё просто, он не мог проиграть Джинёну, просто не мог, это не первый их спор и почему сейчас Джей должен уступить и проиграть, теперь, когда победа по-особенному сладка и желанна? Да и проигрыш заключался вовсе не в том чтобы не суметь вскружить голову очередной девице, проиграть у них означало влюбиться, ведь тогда это означало конец их играм, то есть самый настоящий проигрыш. И пока он убеждает себя в том, что эта забава скоро закончится и пройдёт как страшный сон, пока Джинён сладко улыбается Аи и целует её руки, вручая очередную сладость, пока Джей медленно закипает, а финальный день развязки всё ближе, время летит утолить жажду и любопытство узнать, а что же дальше? А дальше неизвестно, уже давно наступила ночь, по городским улицам в гордом одиночестве и с бутылкой в руках гуляет пьяный парень, с улыбкой от которой хочется выть и глазами полными боли, как ему быть? Куда теперь идти? Дома давно пусто и тихо, а тишины и одиночества сейчас совсем не хочется, но родителей не будет ещё два дня, глупое стечение обстоятельств. Ноги сами ведут его куда-то, а руки тянуться к телефону в кармане узких синих брюк, крепкие пальцы с трудом набирают что-то на экране и ставят связь на громкую, гудки и сонный голос на том конце « Я так нажрался», что-то ещё на подобие «Почему всё так сложно» и краткое «Я у входа в твой лес, забери меня». Аика накидывает куртку и вылетает из дома в одних только тапочках, бежит раздирая белоснежные колени в кровь о ветки кустов, бежит не замечая, что ноги уже немеют от холода, а кожа покрывается мурашками, ведь он там один, пьяный и, самое главное, ждёт её, не кого-то, а её, сейчас когда его голова туго соображает, его сердце полное сил ведёт прямо к цели, туда, где будет спокойно и хорошо, где ждут и где самое начало красной ниточки, что совсем не хочет рваться, как бы один из её хозяев не пытался это сделать. Добегает и бегом пытается вести к дому, но руку перехватывают и разворачивая притягивают к себе. — Ты совсем отрезвел пока ждал меня, это всё свежий воздух. — шепчет девчушка, не отрываясь смотря в бездонные, такие опасные для неё глаза. — Я вовсе не трезв, я опьянён ещё сильнее твоим присутствием.       До дома Джей нёс девочку на руках, попутно ругая её за отсутствие мозгов и домашние тапочки на ногах. Смеялся, что вот-вот упадёт под тяжестью такого веса и наклонялся то в право, то влево, заставляя пугаться глупышку. Это огромное счастье радовать нужного тебе человека, видеть его улыбку и интерес в глазах, сидеть за чашкой чая и вести разговоры ни о чём, ждать пока выйдут из ванной и искать фильмы так, чтобы заинтересовать партнёра, лежать под одеялом прижимаясь всем телом, оправдываясь, что холодно, но наслаждаясь этим моментом как ничем другим, в такие вечера хочется шептать на ухо или даже кричать, показывать « Я люблю», но не сегодня, ещё рано, как бы того не хотелось, такими словами не разбрасываются. А пока Аи засыпает под боком у Би закинув на него по-домашнему свою ногу и руку, парень поглаживает голову девушке, копашась в мягких волосах и улыбаясь собственным мыслям, что конечно же были забиты далеко не фильмом. Вся его голова была забита ей, даже когда она была рядом, совсем близко и вся в его распоряжении, он всё равно был поглощён, давно пропавший без вести и утонувший в звонком смехе и омутах бездонных глаз, с самого первого дня их встречи. — Я ни за что не причиню тебе боли. — шепчет Джей, закрывает крышку ноутбука и укладываясь удобнее в объятиях девушки засыпает. Для кого-то эта ночь стала важным решением, для кого-то почтит пророчеством, как же так, один человек спасает от вечного, почти вселенского одиночества?       Ох, как мы лжём. Мы готовы на отношения влюбляясь во внешность, не желая увидеть души. Продаём свою дружбу, поддержку и чувства, забывая о том, что это должно отдаваться даром и от сердца. Курим, пьём, кричим матами и даже на секунду не задумываемся о том, что если бы сейчас нас увидел (а) он/она, что тогда? Отдаваясь чужим рукам Бэм снова закрывает глаза и видит его, эти красивые, идеальные, манящие черты лица сводят с ума, волосы так и манят схватиться за них во время выплеска очередных криков удовольствия, открывает глаза, отталкивает полупьяного мужика и вылетает из комнаты, опять всё началось так и не закончившись, опять он в этом отвратительном клубе, но почему же не выходит забыться? Да потому, что Бэм не шлюха, не может предать Марка, не может видеть других рядом, не может забыть, всё чужое, грязное и не родное, ему противно, страшно, ему хочется кричать и скулить, но сжимая кулаки паренёк возвращается в помещение и забрав кожаную куртку вылетает обратно, не заботясь о снятой комнате для очередных не состоявшихся потрахушек, его ухажёр заплатит, чего волноваться, хватило денег чтобы «снять» БэмБэма, хватит и на это. В голубых глазах слёзы, что уже текут по щекам, таксист странно косится и пытается клеиться выкидывая убогие, по мнению парня, шутки, в глупой голове пролетает мысль, что может сейчас что-то выйдет, но тут же испаряется как и дым его шоколадно-мятных сигарет в воздухе, он покурит ещё немного и направится к подъезду, там, на ступеньках будет сидеть красноволосый и жутко злой парень и кто бы знал, как были рады они друг друга видеть. — Где тебя носило? — недовольно кидает Туан. — Серьёзно? Ой, да заткнись ты! — Бэм подлетает за каких-то три шага и цепляясь тонкими пальчиками за шею целует друга, врага, любимого, Марка, он целует Марка и голову сносит моментально. Эта их непонятная связь, что затягивает и возвращает обратно, сколько бы те не бегали и никто из этих идиотов не в силах забыть, отпустить, не вернуться, потерять и не то чтобы они созданы друг для друга, просто всё вокруг напоминает о том, что каждый любит и каждый нуждается, тут не спрятаться, не увернуться, тут уже никак. Просто не хочется и не получается никем другим заменить, и что-бы не говорили люди, сколько бы Марк не бежал от правды и от собственного сердца, а крепко и прочно вяжет эта красная нить. Но как описать то состояние, когда Туан ответил, голова уже не соображает, а сходить с ума продолжаешь, вокруг всё плывёт, а сам сияешь ярче луны в полнолуние, нечего тут делать, только вперёд и уже никак не остановишься, просто слишком велико желание и соблазн, просто не получится и не захочется отстраниться, ведь для одного из них это может единственный и последний миг с тем, что так плотно сидит в сердце. Но после этой ночи, если любовь покинет его снова, сможет ли он привыкнуть теперь, что Марка нет, соберёт ли снова себя по частям и улыбнётся ли ему при встрече, открыв душу вновь, сможет ли прожить без неё, подарив всю красному демону. Наверное сможет, ведь выбора нет, а жить как-то дальше надо и отдавая себе полный отчёт о том, что завтра его всего, его чувства, смысл жить, всё унесёт за дверь какой-то парень, Бэм жадно целует губы этого похитителя в лифте по дороге на верх, отпирает дверь в квартиру и заперев на замок прощается с последней каплей здравого разума, он так ждал этого, он так пожалеет об этом, но ради таких ночей стоит жить, ради этих прикосновений стоит хранить верность, ради этой любви стоит ждать, ждать хоть целую вечность, всю жизнь, каждую секунду каждого дня и верить, что не зря. Вещи давно разбросаны по квартире дорогой к кровати, ненужные одеяло и подушки летят на пол, освобождая место двум телам, которым его отчаянно мало. Бэм давно готовый развратно выставляет задницу, словно мартовский кот, он уже заждался, пока растягивал себя представляя на собственном месте сильные руки Марка и кончая моментально, как только в голове всплывал его обнажённый образ и зверский голодный взгляд, да Бэму крышу сносило, он из реальности выпадал, в глазах мутнело, до такой дури он хотел Марка, что боялся смотреть в глаза долго при встрече и разговорах, зная, что не выдержит, что всё полетит к чертям и вот настало то время, когда улетело. Прогибая спину и крепко сжимая тонкими пальчиками изголовье кровати парень хрипло и протяжно стонал, кто же знал, что Марк окажется таким ласковым в постели, покрывая поцелуями каждый сантиметр чистой идеальной кожи, прикусывал в изгибах заставляя прогибаться сильнее и стонать всё громче с каждым разом. Туан буквально издевался, водил пальцами по внутренней стороне бёдер, кусал и шлёпал тощие ягодицы, облизывая колечко мышц, что-то, то сжималось то разжималось от непонятных и смешанных чувств, с этим телом игрались, его изводили, щипая и выкручивая соски, проводя горячей ладонью по стоящему члену и БэмБэм уже начинал дрожать, как два скользких пальца резко вошли в него, не заставив себя ждать вылетел первый громкий стон. Просовывая третий палец с лёгкостью парень улыбнулся своим мыслям. — Ммм, милый, так ты готовился. — Марк знал, что всё это лишь слухи, слишком хорошо знал самого Бэма чтобы поверить в их правдивость и от того было вдвойне приятно, что этот влюблённый ребёнок сам себя растягивал, представляя небось самого Туана, от этих мыслей улыбка сама расплывалась по лицу и резко развернув его к себе лицом и уложив на спину, всё вдруг потеряло смысл. Столько лет сторониться такой красоты, бежать и от чего… вот сейчас он лежит под ним, стонет, извивается и в затуманенных глазах лишь желание и страсть и ещё что-то, это что-то горящие ярким пламенем любовь и надежда. Он развернул его лицом чтобы всё оставшееся время смотреть прямо в глаза, в их первый раз хочется уловить каждый жест, улыбку, вдох, всё, запомнить это и повторять бесконечное число раз.       Марк входил резкими толчками, вдалбливаясь почти до основания, иногда опуская голову впиваясь в плечи остервенелыми укусами. Ему было невыносимо слышать эти сплетни, со временем, становился всё более раздражителен, в итоге, эти чувства переполнили и сейчас каждый толчок словно месть и безумные глаза, в которых столько всего, но больше всего желания, он выходил и без подготовки снова входил, резко и по основание, выбивая из Бэма всё живое. О, улыбка, что красовалась на его лице только больше заводила Марка и доводила до экстаза, руки уже дрожали и быстро меняя позу они уже блуждали то по члену, то на теле, изучая каждый его сантиметр, он чувствовал его сейчас, этот невероятный парнишка скачет на нём и стонет как последняя шлюшка, это его и больше Туан своё не отпустит, Бэм всегда был его, даже если далеко, словно они всегда были вместе. Глаза закатывались от удовольствия, когда это чудо так неумело, но так старательно пыталось повторить различные движения, что когда-то видел в гейском порно, ровные ноготки царапали грудь, раздирая бледную кожу сжимая всё сильнее, тем самым опираясь пока парень насаживался на член, опрокидывая синюю голову назад. Влажные шлепки и крики были слышны во всей квартире, да что там, наверное, даже за стенами квартир их было слышно, но кто думает в такие моменты, только наслаждаются, отдаваясь чувствам. Вновь перевернув Бэма на спину, пора заканчивать, задрал ему руки над головой, сжимая запястья, что есть дури и без жалости рвал в кровь пухлые губы, трахая этого паренька так, что кровать прогибалась и скрипела, грозясь вот-вот провалиться под ними. « Ещё», ещё и опять всё летит к ебням, он точно его выведет, задирая стройные ножки над головой и укладывая их на плечи, человеческого в этих глазах уже мало, таких чувств ещё не испытывал не один, не второй, пару резких толчков и оба кончают, уставшие, но счастливые засыпают в объятиях друг друга. Ночь укрывает их тёплым одеялом снов, обещая сладких снов и доброго, счастливого утра.