История Васеньки, или :"Моя старшая сестра - фикрайтер!"

Шла первая неделя учебы. Погода стояла премерзкая. Сыпались огненные кленовые листья, уничтожая всю свою прелесть в грязных лужах, лил мелкий холодный дождик. В общем — лето полностью сошло на нет. Сашка ходила по дому злая и не выспавшаяся, гоняла Ваську из своей комнаты. Васька в отместку пакостил сестре, периодически угрожая ей рассказать маме о существовании ФикБука. И о всяком яое, который там имеет место быть. «Что такое яой?», — задавался вопросом первоклашка, осознавая нежелание сестрицы рассказывать ему об этом. И пакостил Сашке еще сильнее, хлопая пушистыми ресницами перед мамой, и вынуждая сестру помогать ему с прописью. Но раскрутить на это родителей не всегда удавалось, и Сашка, сверкая безумной улыбкой (что на фоне бледного от недосыпа лица и мешков под глазами, казалось еще жутче), запиралась в своей комнате и строчила очередной драббл. Если всякие крючочки-палочки выходили у Васи неплохо, то с буквой «А» мальчишку ожидало полнейшее фиаско. У проклятущей закорючки постоянно подкашивались «ножки», а петелька выходила из своих орбит, оказываясь где угодно, но только не на своем месте. Васька шипел, скрежетал зубами, не хуже сестрицы во время творческого кризиса, тихонечко ругался и желал всей этой «Школьной Программе» гореть синим пламенем вместе с ненавистной прописью. От осознания того, что впереди его ожидают еще целых тридцать две буквы, Ваське дико захотелось наесться печенья с горя и пойти спать. Как никак, а завтра только воскресенье! Правда, была одна незначительная загвоздка… Все печенье сестрица загребла себе и сторожила его, хлеще дракона на злате. Глянув на часы, Васька понял, что Саша вернется из школы только через пятнадцать минут. Да, сестра училась по субботам, от чего первоклашке даже делалось ее жаль. Однако, печенье сейчас в свободном доступе и стащить пару штучек мальчишке ничего не помешает… Пробравшись в комнату сестрицы с проворностью ниндзя (остерегаться Ваське сейчас можно было исключительно кота), первоклашка с головой, в прямом смысле этого выражения, ушел в рабочий Стол Сашки. А точнее, в ворохе тетрадок и клочков бумажек, там находившемся. Зачем фикрайтерша хранила весь этот хлам, можно было лишь догадываться. Но печенье меж тем, Ваське так и не удалось откопать. За то мальчишка нашел древнюю тетрадь, судя по корявой подписи, когда-то давно принадлежавшую Сашке. Прописные буквы Вася хоть и неумел пока выводить, но знал достаточно хорошо, чтобы суметь прочесть тетради сестрицы. Судя по всему, находка оказалась личным дневником маленькой Саши. По избытку розового цвета и пони на его страницах, можно было понять, что «Саша прошлая» значительно отличается от «Саши настоящей», фанатеющей от детективов-социопатов, экзорцистов и всяких там Леголасов с Торинами и Трандуилами. Но от этого Васю только сильнее распирало от желания залезть в душу «маленькой сестренки». Первая страница дневника излагала какой-то нелепый стишок, смысл которого было крайне трудно понять. Но в соображении зеленой ЙАшечки, сие творение просто пестрело философией. Васька, который в поэзии смыслил ровно столько же, сколько амеба в квантовой физике, равнодушно пожал плечами. «Эка невидаль! Вон, японское хокку так вообще — сплошная бессмыслица! А тут хоть рифма есть…», — решил Вася, переворачивая страницу. И тут его буквально вынесло со смеху. Да, оказывается, его личная ненавистница Сьюшек когда-то была просто без ума от «Винкс». «Дарагой Днивник! Мне так нравиться Скай! Он такой харошый и красивый! А ещо я хочу быть как Блум!!!», -гласил несчастный тетрадный листок, на котором после записи красовались цветные сердечки и вроде как страшненький портретик выше упомянутого Ская. — Эй, Дьяволенок! Я вернулась! — раздался щелчок открывающейся двери. — Васька, ты где там? Вскоре, ничего не подозревающая Александра прошествовала в свою комнату и… — Ты чего тут ищешь? — подозрительный прищур зеленых сестринских глаз из-под очков заставил Ваську вздрогнуть. И как он мог забыть о времени? — Ну… я… это… Пойду! — попытался выкрутиться мальчишка, стремясь к выходу из комнаты. — Постой! Что это у тебя в руках? Лицо Васи расплылось в ехидной ухмылочке. — Оу, это? Книжка с анекдотами! — А ну, дай сюда! — дневник во мгновение ока оказался во власти Сашки. Девушка принялась листать страницы. С каждым новым листком ее щеки все сильнее заливались краской. — Где ты это откопал?! — вскрикнула фикрайтерша, косясь на тетрадь как на врага народа. — В твоем столе, наверное и инопланетный корабль найти можно. — буркнул Вася, сложив руки на груди. Внезапно, в куче бумажек что-то задребезжало и, спустя мгновение, первоклашка имел честь наблюдать, как из стола вдруг вынырнула небольшая летающая тарелка и, помигав светодиодными фонариками на прощание, скрылась в сером небосводе, покинув квартиру через открытую форточку. — Серьезно? — пробормотал Васька, вытаращенными глазами глядя на сестру, которая, казалось, и не удивилась этому происшествию. — Не важно. Рано или поздно они должны были покинуть меня. — Сашка смахнула с щеки невидимую скупую слезу, с ностальгией глядя в окно. — А теперь гореть ей в инквизиторском костре! — возопила фикрайтерша и потащила многострадальную тетрадь на кухню. Вскоре, в квартире запахло дымом. А Сашка злобно смеялась, аки сумасшедший гений, которым она в прочем и являлась. — Н-но… Стих вроде нормальным был! — пробормотал Вася, мимокрокодилом заглянув на кухню. Если, кто-то из ваших родственников делает заначки из печенья, или сжигает свои старые тетради, безумно при этом смеясь, не стоит сразу звонить в больницу для душевнобольных! Вероятно, ваш родич просто обыкновенный фикрайтер.