Чёрное Солнце

Ами захлопнула входную дверь, предварительно накинув цепочку — обязательный ритуал, который они проделывали с Нару, когда приходили домой. И хотя девушки снимали квартиру в приличном респектабельном районе, где отсутствовали такие проблемы, как исписанные граффити грязные лестничные клетки, вечно скандалившие проблемные соседи, старая проводка и ненадёжные трубы, всё же с цепочкой они чувствовали себя спокойней. Ами сняла кроссовки, повесила на крючок ветровку и обнаружила, что так и ушла из больницы в белом халате и даже этого не заметила. Разоблачившись, бросив халат в корзину с грязным бельём, она прошла в гостиную, где царил стерильный белый цвет, разбавленный яркими пятнами красного дивана в форме подковы и несколькими абстрактными картинами на стенах в стиле Пита Мондриана — подарке их общей знакомой Мичиру Кайно. В квартире было тихо, а у соседки в комнате не горел свет. — Чёрт! — выругалась девушка. Она надеялась застать Нару, но простояв в пробке час, все-таки опоздала, и птичка успела упорхнуть из гнёздышка. Ами и сама себе не могла объяснить почему хотела увидеть Нару именно сегодня вечером. Быть может, во всем виноват стресс, и она отчаянно нуждалась поговорить с этой улыбчивой и милой девушкой, которая была неисправимым оптимистом и всегда считала неприятности своеобразным уроком Вселенной, посланным смертному для эволюции и укрепления духа. Она частенько вещала давно известные духовные истины с видом далай-ламы, цитируя Ошо, однако Ами это нисколько не раздражало, наоборот, девушка находила болтовню соседки весьма забавной. Но куда же она могла запропаститься? Проверив свой телефон, она увидела сообщение от Нару: Уехала с ночёвкой к Усаги. У неё предки свалили. Будем пить коктейли, гадать и сплетничать. Если хочешь, можешь посетить наш маленький шабаш❤✪⚤☯. Ами вздохнула и положила телефон на кофейный столик. Всё понятно. Сегодня девчонки решили немного расслабиться. Предложение Нару, конечно, выглядело заманчиво, Ами бы и сама сейчас с удовольствием пообщалась с хохотушкой Усаги и выпила коктейль, но вдруг неожиданно поняла, что действительно устала за сегодняшний день. В своей комнате, которая содержалась в идеальном порядке и чистоте, девушка переоделась в широкие шёлковые штаны тёмно-синего цвета и хлопковую голубую футболку, аккуратно убрав джинсы и блузку в шкаф. К тому времени, когда она прошла на кухню, Ами вспомнила, что за весь день съела только один сэндвич с индейкой, купленный в кафетерии колледжа и теперь организм требовал свои законные калории. За окном сгущались сумерки. Освежающая вечерняя прохлада просачивалась через открытую створку окна. Ами ужинала курицей терияки и яичной лапшой под ангельские голоса "Spem in alium" Томаса Таллиса. Музыка накатывала мощным потоком, захватывая её в сладостный и одухотворённый плен. Однако, как бы ни была прекрасна музыка и отлично приготовлен её ужин, еда всё равно казалась пресной и безвкусной. Девушка отложила палочки и вдруг неожиданно для себя самой отчаянно разрыдалась. Ами плакала навзрыд, терзая своё горло и грудь болезненными спазмами. Казалось всё напряжение и отчаянье сегодняшнего дня, которое она старательно закупорила и выбросила куда-то на задворки своей души, вдруг неожиданно всплыло на поверхность. Девушка оплакивала свою слабость, никчёмность и неспособность оправдать возложенные на неё ожидания. Ами продолжала плакать, пока все слёзы не были выплаканы, и она уставшая, слегка пошатываясь, побрела к себе в комнату, где улеглась на кровать и тут же провалилась в глубокий сон. Ами снилось, будто бы она оказалась одна посреди бушующего чёрного океана. Молнии рассекали чернильное небо, а громовой голос доктора Томо: "Или умейте держать удар, или убирайтесь к чёртовой матери из моей команды" и ядовитый смех Каоринайт обрушивались на неё, подобно хищным стервятникам. И вот посреди этой разыгравшейся стихии и атак адских птиц Ами внезапно увидела свет, который окутал её нежным ароматом персика, наполняя каждую клеточку тела невероятным теплом. Этот волшебный свет подхватил её лёгкую, словно пёрышко, и стремительно понёс прочь. Девушка летела над заснеженными горами, быстрыми реками, лугами, где росла сочная зелёная трава и цветы всех оттенков радуги, порхали бабочки и на все лады пели птицы. Ей было так легко и хорошо. Мир вокруг стал звонким и подвижным, словно отражение в кристальной чистой воде, перепутав все свои измерения. Внезапно Ами почувствовала на себе чей-то взгляд. Казалось, захвативший её в плен свет, был живым. Она подняла глаза, и в тот же момент ощутила поцелуй на своих губах, такой лёгкий, воздушный и невесомый, как будто её коснулись лепестками цветов. Это было утешение и тихая радость. Это была сама любовь… Ами резко проснулась, ощущая, как сердце бешено колотилось, а губы горели огнём. За окном уже вовсю занялся рассвет, а в воздухе комнаты царил еле уловимый аромат персика. Кто-то был здесь? Ей послышался шум? Почему она так резко проснулась? Ами замерла, вслушиваясь в тишину квартиры, боясь шевельнуться. Ничего. Совсем ничего. Она села на кровати и зажгла лампу. Комната озарилась желтоватым светом, однако что-то в ней было не так… Девушка оглядела книги, которые были расставлены на полках строго в алфавитном порядке, шкаф, тумбу с лампой. Идеальный порядок был во всём. Её взгляд скользнул по письменному столу, на котором стоял ноутбук, письменные принадлежности и рамочки с фотографиями. Впрочем, одна из них была опущена. Ами подскочила с кровати и взяла в руки рамку. Это была фотография её и Тайки, сделанная на одной студенческой научной конференции. Девушка вернула рамку на стол и задумалась, каким образом она могла поменять положение. Ами была неисправимой перфекционисткой и девушка готова была поклясться на чем угодно, что ещё вчера, когда она вернулась домой, фотография стояла на своём месте… Недолго думая, Ами метнулась из своей комнаты и стала обходить квартиру, включая повсюду свет. Она понимала, что никакой злоумышленник не мог проникнуть сюда через закрытую дверь или окно, да и Нару вряд ли бы явилась от Усаги раньше полудня, но всё равно не могла успокоиться, пока не убедилась в собственной безопасности. Странный сон и эта опущенная фотографией вниз рамка вывели её из колеи. Чтобы окончательно успокоиться под тёплыми струями воды, Ами взяла из шкафа полотенце и направилась в ванную. Однако не успела она сделать и шага, как неожиданно замерла у открытой двери кладовки, где стояла корзина с грязным бельём, уставившись на маленький тёмный предмет, лежавший на полу. Девушка присела на корточки и подцепила двумя пальцами свою находку, которой оказалась обычная визитка чёрного цвета. — Зой Сайто. Магазин эзотерических товаров "Тёмное Королевство" (редкие книги, свечи, талисманы и прочее), — прочитала девушка вслух отпечатанный золотыми буквами текст на визитке. Она потянула носом воздух и ощутила еле уловимый аромат персиков. Сердце девушки ёкнуло и забилось необыкновенно быстро. "Это же ЕГО визитка! Того парня с книгами!" — пронеслось у Ами в голове, воскрешая образ рыжеволосого незнакомца с ангельской внешностью и хамоватой манерой разговора. Девушка потрясённо уставилась на кусочек картона. Каким образом это могло попасть к ней домой? Неужели ОН был здесь? Но она тут же отбросила эту мысль. Входная дверь закрыта, окна тоже, если конечно этот рыжий не обладал способностью проходить сквозь стены… Девушка тряхнула головой. Нет, так не пойдёт. Всё можно объяснить естественными причинами. Визитка могла случайно попасть к ней в карман халата, когда она столкнулась с незнакомцем в коридоре больницы, а потом выпасть, когда швырнула его в корзину с бельём. Успокоившись этой мыслью, девушка решительно поднялась на ноги, выкинула визитку в мусорное ведро и отправилась в душ. Без пятнадцати восемь она уже была на рабочем месте — в Токийском Институте Судебной Медицины. Когда Ами шла по коридору в прозекторскую, её нагнала лаборантка, сообщившая, что в отделение доставили новый труп, по которому через тридцать минут будет назначено срочное вскрытие, и проводить его будет доктор Сэцуна Мэйо. А это означало, что Ами следовало поторопиться и всё подготовить до того, как она явится. — Что-то новенькое… — удивилась девушка, глядя на лаборантку во все глаза. Молодая женщина пожала плечами. — На самом деле ничего необычного, если это убийство и полиция очень сильно заинтересована получить результаты как можно скорее. — Но при мне столько раз доставляли трупы с места убийств, и ещё ни разу вскрытие не требовалось проводить так срочно, а особенно выдёргивать мисс Мэйо на полчаса раньше… — Говорят, запрос поступил откуда-то сверху, потому что расследование приобрело какой-то важный статус, поэтому ничего удивительного, что вокруг поднялась такая суета. Ами распрощалась с лаборанткой и поспешила в прозекторскую, где её уже ждали двое знакомых полицейских Мамору Джиба и Мотоки Фурухата. Труп лежал на секционном столе, но его ещё не выложили из тёмного мешка. — Привет, ранняя пташка, а мы к тебе уже с «подарочком», — усмехнулся Мотоки. — Здравствуйте, ребята, — поприветствовала полицейских Ами — Я слышала, вам нужно срочно узнать результаты вскрытия? — Да, это не нам, а Интерполу. Подняли весь Токийский убойный отдел, как будто пришили политика, а не обычную девчонку, — хмыкнул Мотоки. — Интерпол влез в ваше дело? — удивилась Ами. — Жертва что, иностранка? — В том-то и дело, что нет, — заметил Мамору. — Обычная японская студентка. Личность сейчас наши ребята устанавливают. Мы и сами не понимаем, каким образом Интерпол пронюхал про это убийство так быстро. Не прошло и часа, как на место преступления явились двое сотрудников из Лондонского отделения, которые были в Токио на какой-то конференции. — Ну что ж, вам повезло — вскрытие будет проводить лучший судебный медэксперт Токио, а я пока подготовлю всё необходимое. С этими словами девушка расписалась в документах полицейских о передачи тела номер 1300, надела перчатки и взялась за бегунок молнии чёрного пластикового мешка. Она совсем не нервничала, потому что уже давно привыкла к виду мёртвой плоти, которая для неё больше не являлась живым человеком, а представляла собой материал для тщательного изучения. Мисс Мэйо учила её проявлять уважение к усопшим не меньше того, что она проявляла к живым и девушка всегда чётко следовала этому правилу. — Ты там поосторожней, зрелище не из приятных, — предупредил Ами Мамору Джиба, задержавшийся в дверях. Рука девушки замерла, она обернулась и только сейчас заметила бледность лица полицейского и небольшую испарину на висках. — Почему? — удивилась Ами. Мамору ещё сильнее побледнел. — Я такого в жизни никогда не видел… — ответил он и его голос дрогнул. — Многие матерые детективы блевали, словно курсанты, впервые увидевшие труп… Столько крови… А та блондинка просто сидела в кровавой луже своей подруги и сжимала огромный кухонный нож, раскачиваясь из стороны в сторону… Ами поджала губы. — Я буду аккуратна. — Удачи… Полицейский вышел из прозекторской, а девушка рванула молнию, извлекая тело на свет ламп. В нос ударил запах сырого мяса, и девушка непроизвольно поморщилась. Однако когда она посмотрела на труп, крик ужаса застыл на её губах, заставляя сердце ёкнуть от увиденного кошмара. Ами рефлекторно отпрянула в сторону, но одним резким, неловким движением случайно задела тело, и часть его, точнее, отсечённая голова, упала со стола и покатилась по кафельному полу к столику, на котором стоял лоток с хирургическими инструментами, оставляя за собой кровавый след. А когда она остановилась, в лицо Ами уставились навеки застывшие, будто бы удивлённо вылупленные, синие глаза Нару Осака.

***

Шло время, а Ами продолжала стоять, словно каменное изваяние, глядя на отсечённую голову подруги, не веря своим глазам. Зрелище напоминало настоящий кошмар. Вот она сейчас проснётся у себя в кровати, Нару сварит ароматный кофе и согреет в микроволновке булочки с корицей, а потом они вдвоём посмеются над её дурацким сном. Но нет… Не будет больше кофе, булочек, задушевных бесед… И Нару. Её подруга умерла… А изуродованное тело сейчас лежало перед ней на секционном столе. Первым намереньем, возникшим у Ами после пережитого шока, было желание броситься вон из прозекторской и позвать на помощь кого-нибудь из сотрудников отделения. И девушка уже направилась к дверям, как неожиданно замерла. "Или умейте держать удар, или убирайтесь к чёртовой матери из моей команды!" — послышался надменный голос доктора Томо у неё в голове. Ами сжала руки в кулаки. Нет, она не будет бежать и звать на помощь. Случись это хотя бы день назад, возможно она бы так и поступила. Но не теперь… не после вчерашнего обморока в операционной. Конечно, у патологоанатомов и судмедэкспертов существовало негласное табу, не препарировать мёртвых, которых ты знал при жизни, однако в сложившихся обстоятельствах отказ Ами ассистировать Сецуне Мэйо при вскрытии тела Нару, будет означать одно — она никогда не узнает правды о том, что с ней случилось. А это ей нужно было узнать, во что бы то ни стало. Мамору сказал, что на месте преступления в луже крови сидела блондинка и сжимала кухонный нож. Была ли это Усаги или кто-то другой? Усаги бы точно этого никогда не сделала… Тогда, кого задержала полиция? Всё это ещё предстояло выяснить, а пока нужно было сосредоточиться на теле. Подавив рвотный рефлекс, Ами положила голову назад на стол, вытерла кровавые лужицы с пола и утилизировала пластиковый мешок, в котором перевозили труп. Она сделала несколько снимков тела, а потом принялась его раздевать, что было довольно-таки нелегко из-за трупного окоченения. Девушка сложила окровавленную одежду, состоявшую из знакомых пижамных штанов и майки, в специальный пакет и наклеила на него стикер с пометками. Всё это надлежало отправить в лабораторию для изучения. Ами сделала ещё несколько снимков теперь уже обнажённого тела для уголовного дела, а затем принялась смывать с него кровь. Под немного присохшим липким слоем обнаружилась колотая рана в районе сердца. В остальном на мраморной коже больше не было изъянов. Ами скорбно вздохнула, убрала ведро с тряпочкой и приступила к взятию образцов из-под ногтей и отпечатков пальцев. На правой руке Нару красовались золотые часики с сапфирами, подарке матери на её двадцатилетие. Ами пришлось снять и их, а потом отправить в пластиковый пакет к остальным вещам. Взяв образцы с правой руки, она подошла к левой и неожиданно заметила какой-то листок бумаги, зажатый в окоченевшем кулаке. Приложив значительные усилия, девушке с трудом удалось его вытащить. Внутри оказались рукописные ноты, написанные красными чернилами. Бумага листка выглядела старой и имела странный желтовато-серый оттенок. По рваному краю с левой стороны можно было сделать вывод, что его откуда-то выдрали. Возможно даже из книги. — Schwarze Sonne*, — прочитала Ами заголовок композиции. Девушка знала, что Нару неплохо владела скрипкой. Ничего сверхвыдающегося, однако, её способностей хватало, чтобы играть в составе студенческого оркестра на различных мероприятиях и торжествах. Зачем же ей потребовались эти ноты, и откуда она их вообще взяла перед своей смертью? Скрип двери прозекторской возвести о приходе доктора Мэйо. Ами вздрогнула, её рука сжала листок бумаги и рефлекторно сунула в карман. Однако судмедэксперт была не одна. Рядом с ней шла невысокая, облачённая в хирургический халат, женщина с надменным лицом. Её короткие каштановые волосы были аккуратно подстрижены и тщательно уложены, а не умеющие мигать мутноватые синие глаза смотрели прямо перед собой, прожигая окружающее пространство, словно лучами лазера. — Доктор Катарина Айно, познакомьтесь, это мой ассистент, весьма талантливая и перспективная студентка колледжа Джубан, Ами Мицуно, — представила девушку мисс Мэйо. — Здравствуйте, — поздоровалась Ами, чувствуя, что заливается краской под этими глазами-сканерами, которые, казалось, видели её насквозь. Листочек "жёг" девушке карман, однако она почему-то сильно растерялась и не смогла теперь вот так просто достать его, демонстрируя, что спрятала вещдок в своей одежде. Однако Ами ответила на пристальный взгляд женщины, который показался ей до неприятности испытывающим и липким. Доктор Айно слегка кивнула девушке и повернулась к Сэцуне Мэйо. — Давайте, приступим к вскрытию, доктор Мэйо. Мы и так задержались! Однако её недовольный и холодный тон не произвели на судмедэксперта никакого впечатления. Она мягко улыбнулась и обратилась к своей ассистентке. — Ами, доктор Айно — специалист из Интерпола. Она сегодня будет присутствовать на вскрытии в качестве наблюдателя. Поэтому не стесняйся и выполняй мои указания, как обычно. — Хорошо, мисс Мэйо, — кивнула Ами. Доктор Катарина Айно ничего не сказала. Она лишь скрестила руки и сосредоточенно уставилась на тело Нару немигающим взглядом, всем своим видом демонстрируя, что готова к началу демонстрации, а остальное её не волновало. Доктор Мэйо надела перчатки и маску, взяла масштабную линейку и измерила рану на груди. Ами тут же занесла данные в специальный протокол о вскрытии, прикреплённый зажимом к планшету. Судмедэксперт взяла увеличительное стекло, перевернула голову и стала внимательно изучать срез тканей. — Здесь нет никаких зазубрин или синяков. Голову отсекли одним махом, — заключила доктор Мэйо. — Одним махом? Значит, это был не нож, который был в руках у другой девушки? — удивилась Ами. Мутные глаза доктора Айно сузились. — Похоже, ваши полицейские не умеют держать язык за зубами. Не удивлюсь, что подробности этого дела уже завтра появятся в газетах! Выдающийся непрофессионализм! Мисс Мэйо пропустила мимо ушей её замечание и ответила Ами: — Если это и был нож, то огромный и очень острый… Что-то вроде мачете… Однако кухонным ножом такое точно не проделать. Насколько я знаю, другого холодного оружия в доме не обнаружили, а значит, некое неустановленное лицо вынесло его… — Выводы будут делать следственные органы, доктор Мэйо, — сварливо заметила Катарина Айно. — Ваше дело составить экспертное заключение по вскрытию. Не больше и не меньше. — А ваше дело — наблюдать за ходом вскрытия, доктор Айно, а не работать суфлёром. Ваши комментарии здесь неуместны, — парировала Сэцуна Мэйо, делая на теле «Y»-образный надрез. Катарина Айно вспыхнула, но промолчала, поджав свои тонкие карминовые губы. — Перикардинальная тампонада, — заключила судмедэксперт, вскрыв грудную клетку. — Лезвие прошло точно в сердце, в результате возникла смертельная аритмия. Убийца действовал быстро и наверняка… Возможно это был профессионал, ведь умудриться отсечь голову одним махом тоже ещё нужно суметь, несмотря на то, что лезвие острое… Так что причина смерти более чем ясна… А это ещё что такое? Внезапно мисс Мэйо осеклась, разглядывая внутренние органы. — Похоже на ожоги… — выдохнула судмедэксперт. — Не покрывающие всю поверхность, сильные ожоги… Они лежат как будто на поверхности фиброзных капсулах печени, почек, мочевого пузыря, перикарда… — Но как ожоги могли попасть внутрь, исключая кожный покров, — удивилась Ами. — Я видела один раз такое, когда делала вскрытие человека, попавшего под СВЧ излучение, которого доставили в морг с военной базы… Но откуда этому излучению взяться в Токио? Если только девушку не засунули в гигантскую микроволновку с большой интенсивностью… — Что ж, я вынуждена откланяться, — сказала доктор Айно, направляясь к выходу, на ходу снимая халат. — Но я же ещё не завершила вскрытие, — ответила мисс Мэйо, с недоумением глядя уходящей женщине в спину. — Я видела вполне достаточно. Отчёт пришлите по форме в полицию и ещё одну копию на моё имя в Интерпол. Хлопнула дверь, и Катарина Айно исчезла из прозекторской также внезапно, как и появилась. — Какая странная женщина! — фыркнула доктор Мэйо, продолжив свою работу. — Она вовсе не странная, — пробормотала Ами, повернувшись к судмедэксперту лицом. — Доктор Айно увидела ТО, ЗАЧЕМ приходила. А это значит, что Интерпол в курсе, что случилось с На… То есть с этой девушкой.