Месть - блюдо холодное

— Ты бросил своего истинного на два года, даже метку не поставив! — скалится Канджун, вытирая с уголка нижней губы кровь. — Ты ублюдок, Ли Чжухон. Рано или поздно, но Чангюн вернется ко мне, я в этом уверен.       Чжухон молча выслушал эту оскорбительную тираду стажера, сразу же беря за руку Чангюна. Они прошли мимо альфы, который сдавленно рыкнув, схватился за свое лицо, ощущая саднящую боль в районе губы. Ничего не оставалось, как уйти в противоположном направлении и отыскать туалет, чтобы привести себя в порядок.       А вот парочка сразу остановилась за углом, ведь Чангюн, почувствовав прилив сил, вырвал свою руку, грозно стрельнув взглядом на альфу. Тот удивленно вскинул бровь, поражаясь своему возлюбленному. Пусть у него и разгар течки, но ему хватало даже сил на то, чтобы шлепнуть альфу на руке.  — Придурок, почему не сказал, что вернулся? — тихо спрашивает его черноволосый, вновь подпирая стенку. — Я, получается, ждал все это время тебя, а ты уже в Сеуле? Козел, а не истинный.  — Чангюн-а, послушай…  — Я два года ждал не для того, чтобы ты, приехав, начал объясняться! — шипит омега, хватаясь двумя руками за ткань ветровки парня, медленно потянув на себя. — Мог бы хоть метку поставить, все цеплялись ко мне! Если бы не Вонхо…  — Я могу поставить ее прямо сейчас, — упрямо заявляет альфа, медленно теряя обладание, ощущая всем телом возбуждение внизу живота. — Хочешь?  — Куда я денусь? — хмуро бурчит черноволосый, осматриваясь по сторонам. — У тебя как раз повод появился, иначе Канджун в следующий раз медлить не будет.       Красноволосый коротко кивает, прежде чем схватить своего истинного очередной раз за руку и направился вперед, чтобы поскорее выйти из душного здания на улицу. Чангюн думал, что все начнут подходить к ним, но эта мысль сразу улетучилась, как только он почувствовал сильное выделение феромонов Чжухона. Аромат настолько сильно исходил от него, что Им начал паниковать, ощущая естественную смазку в нижней части своего тела. Становилось стыдно, ведь он выглядел как последняя…  — Даже не думай так, у каждого такое бывает, — резко произносит над ухом альфа, легонько толкая юношу вперед, прямо к машине, которая одиноко стояла у обочины дороги. — Пришлось сменить транспорт.  — Неважно, отвези меня домой, — парирует рукой омега, быстрым ходом направляясь к двери. — Черт, только не говори, что ты давно ее приобрел.  — Не буду, — мигом соглашается Чжухон, открывая дверь перед человеком, сразу же впуская его внутрь.       Сам Ли быстро обходит свою машину, садится на водительское сидение и включает газ, выруливая на пустую дорогу. Чангюн же буквально давится этим воздухом, ощущая везде аромат Чжухона, теряя от него рассудок. Руки невольно впиваются в обивку сидения, а сам парень начинает тихо постанывать, все это время следя за нечитаемым выражением лица альфы.       Тот быстро заворачивает на перекрестке, вспоминает дорогу до своего нового дома, но все делает молча, даже стараясь не смотреть на течного омегу, иначе сорвется. Этого он больше всего боится, ведь Чангюн испугается его, это уж точно. Чжухон еле сдерживает себя, хочется забить на руль управления, схватить младшенького и усадить к себе на колени, чтобы наконец прикоснуться к его пухлым губам.  — Долго нам ехать? — напрямую задает вопрос юноша, продолжая разглядывать любимые черты лица.  — Еще пять минут, потерпи немного, Чангюн-а, — хрипло отвечает ему Ли, резко дернувшись всем телом, словно его только что окатили ледяной водой. — Не надо, если не хочешь разбиться.       Им на это недовольство молча выдыхает, но руку с ширинки джинс не убирает, продолжает держаться за нее до тех пор, пока вконец не наглеет. Миниатюрная ладошка накрывает то самое место, где очень сильно обдавало жаром, из-за чего Ли про себя матерится, но протеста не выражает. Скорее всего, это ему даже нравилось, пусть и опасно на данный момент, ведь омега не останавливается на этом, ухмыляется и начинает поглаживать это место опять.       В таком положении они доезжают до незнакомого для Чангюна дома, из-за чего омега напряженно оглядывается по сторонам, стараясь припомнить этот район. Заметив сомнение в глазах возлюбленного, Чжухон подавляет в себе улыбку, желая скорее объясниться.  — Это новый район, я недавно переехал, — как можно спокойнее произносит альфа, выпутываясь из ремня безопасности.       Чангюн коротко кивает, быстро выходит из машины, сразу же встречаясь взглядом с людьми, что остановились неподалеку от них. Немного нахмурившись, Им почувствовал в них настоящих альф. Те начали испускать свои феромоны, из-за чего ноги юноши начали вновь подкашиваться. И если бы не Чжухон, что быстро положил руки на плечики парня, то черноволосый бы рухнул на землю, изнывая от желания. Не заставляя друг друга ждать, двое направились к единственному подъезду, желая поскорее добраться до квартиры старшего.       У омеги открылось второе дыхание, благодаря которому они быстро преодолели ступеньки, поднявшись на второй этаж. Обидно было лишь то, что лифт был занят, поэтому Гюн несколько раз спотыкался на ровном месте, но Чжухон, словно чувствуя это, придерживал его куда сильнее, помогая сделать несколько шагов к двери. Прикосновения красноволосого обжигали, и в какой-то момент Им просто прикрыл глаза, подпирая бетонную стену, пока старший открывал дверь своей новой квартиры. Дыхание давно сбилось, воздух казался густым и влажным. Еще бы чуть-чуть, и Чангюн позволил себе пошло застонать прямо в подъезде, даже забив на то, что за соседней стеной живут люди.       Замок в двери наконец поддался, Чжухон уже повернулся в сторону возлюбленного, желая оповестить его, но тот резко хватает альфу за воротник, утаскивая внутрь темной квартиры. Ли удается кое-как закрыть дверь, пока омега потеряв бдительность, начал искать хотя бы какой-то источник света.  — Черт с ним! — резко шипит Им в самые губы истинного, прижимаясь бедрами к его. — Я хочу тебя, разберись с этим.       Рэперу удается лишь коротко кивнуть, а затем все словно в тумане. Черноволосый, преодолев минимальное расстояние между ними, наконец прижался к желанным губам старшего, делая первый шаг навстречу, слыша неопределенный звук, что быстро утонул в поцелуе. Он выдался настолько легким, настолько нежным, будто течки и вовсе не было. Они настолько соскучились по легким касаниям к себе, что даже на секунду забыли, что хотели сделать.       С трудом оторвавшись от своего истинного омеги, Чжухон чувствует миниатюрные ручки на своей шее. Юноша медленно добрался до загривка своего альфы, довольно растягивая губы в улыбку, оттягивает отросшие локоны назад, прекрасно видя легкое недовольство на лице старшего. Тот, в свою очередь, двигает бедрами навстречу, вызывая тихий стон. Это глупые игры между ними продлились недолго, с каждой секундой становилось труднее стоять на ногах.       Рывок, и Чжухон быстро поднимает течного омегу, молча направляясь в спальную комнату, ощущая, как «ноша» начала покрывать легкими поцелуями шею красноволосого, вызывая табун мурашек. Альфа задышал чаще, но продолжил аккуратно нести парня, неожиданно врезавшись в проем двери. Чангюну с трудом удалось отпустить смешок, ведь в следующий момент Им оказывается прижатым к холодной поверхности кровати. Издав неопределенный звук, наподобие удивления, он вновь тонет в томительных поцелуях старшего, не сразу же отвечая на них.       Под этими легкими прикосновениями тело начало плавиться, а глаза непроизвольно закрылись. Ему хватило доли секунды, чтобы полностью отдаться своему истинному. А тот не теряя времени, начал освобождать омегу от одежды, изредка возвращаясь к его лицу, оставляя поцелуи на сладких губах, прекрасно слыша тихие всхлипы и стоны, что издавал его любимый человек. Улыбка альфы не заставила себя ждать, когда он избавился от джинс, начиная в открытую разглядывать Гюна. Омега на это лишь недовольно поморщился, начиная говорить.  — Почему только я раздет?..  — Так раздень меня, — хрипло ухмыляясь, произносит Чжухон, видя, как в глазах напротив загорелся недобрый огонек.  — Сам себя раздевай, — не удержавшись, съязвил юноша, продолжая лежать на месте, прекрасно видя немой вопрос на губах старшего. — А что ты ожидал?.. Думаешь, спустя два года я остался таким же? Ты ошибаешься, Чжухон-а, я…  — Боже, не порть наш первый секс своим недовольством, — перебивая, просит красноволосый, вновь оказавшись напротив лица макнэ.       Черноволосый недовольно цокает, собирается вновь нагрубить, вот только вырывающиеся слова застревают в очередном поцелуе. Слышатся только протестующие стоны, Чангюн попытался выбраться из захвата рэпера, вот только в голову ударяет очередной импульс, напоминающий о том, что у парня, вроде как, течка. Из-за этого пришлось смириться и позволить Чжухону делать то, что он посчитает нужным.       А тот даром время не теряет, медленно проводит языком вдоль шеи, выбирает место для будущей метки и спускается чуть ниже, прямо на грудь Има, вновь ощущая, как бьет возбуждение по голове. Рэпер напоследок кидает взгляд на возбужденного омегу, прежде чем оставить первый засос чуть выше вздымающей груди.       Окрыленный эйфорией, Чангюн продолжал тихо постанывать, теряя остатки своего здравого разума. Все мысли исчезли из его головы, помахав платочком напоследок, и единственное, что не переставало исчезать из виду, так это лицо любимого человека, что наконец оказался рядом, а не где-нибудь за границей, очередной раз придумывая тему для письма. Вспомнив, с каким энтузиазмом писал ему альфа об своей практике с каким-то омегами, макнэ сдавленно рыкнул, вызывая у альфы очередной вопрос.  — Эй, ты чего? — на секунду остановившись, шепотом спрашивает Чжухон, обеими руками обхватив задумчивое лицо своего омеги.  — А? Прости, я задумался.  — В такой-то момент? — слабо улыбнувшись, уточняет Ли, скользнув взглядом чуть ниже, чем предполагалось.  — Да, и что? Просто сейчас мы рядом, наконец все наладилось. Боюсь, что проснувшись, окажусь…  — Одним?  — Да.       Чжухон задумчиво вглядывается в лицо Има, ища хоть что-то наподобие лжи. Как и ожидалось, Чангюн говорил от самой души, вызывая тепло в сердце старшего. Не теряя больше времени, он вновь возобновляет ласку между тем произнося:  — Я никуда не денусь, правда.       И Чангюн ему верит, очень даже верит. Не может Чжухон просто так взять и исчезнуть, наконец оставляя метку в районе предплечья черноволосого, довольно слыша первый и протяжный стон, что раздался настолько громко, насколько мог выдать из себя омега. Ли довольно улыбается проделанной работе, вновь всматриваясь в недовольное лицо своего омеги, слыша новую тираду.  — Это больно, знаешь ли! — цедит сквозь зубы черноволосый, шлепнув по плечу Чжухона.       Тот устало опускает голову, неровно выдыхает и прекрасно ощущает, с какой силой он подавляет в себе нечеловеческую силу. Ему так хотелось это сделать, вот только омегу не заткнуть, Им продолжал ругать его до тех пор, пока рэпер не выдержав, закрыл ладонью его рот, с упреком говоря:  — Мы когда-нибудь станем нормальной парой?  — А что тебе не нравится? — бубня, спрашивает напрямую Гюн. — Если ты не хочешь меня, я могу уйти, правда! Знаешь, лучше бы я пошел с Канджуном, ты и в правду, ублюдок!  — Сейчас договоришься, неделю ходить не сможет, — уже сквозь зубы цедит альфа, вжимая парня в кровать. — Угомонись и давай закончим начатое.  — Поставил метку и вот как заговорил, да? — с вызовом задает новый вопрос Им, резко оттолкнув альфу. — Все, достал, я на такое не подписывался.       Чжухон продолжает молча слушать Има, отчетливо понимая, что их отношения, что и два года назад, желают оставлять лучшего. Поэтому не сдержавшись, он поднимает парня, сразу же прижимая его к груди, слыша непонятный писк. Чангюн почти сразу заворочался, но очередной рык старшего дал о себе знать, из-за чего тот молча сгорбился, вдыхая родной запах.  — Когда же ты перестанешь молоть чепуху?  — Никогда, — на автомате отвечает тот, довольно улыбаясь в солнечное сплетение альфы. — Признай, что любишь меня таким.  — Люблю.  — И больше никуда не денешься.  — Не денусь, — согласно поддакнул красноволосый, носом зарываясь в темную макушку младшенького, вдыхая родной аромат.  — Это был не вопрос, дурень, — сказал, как отрезал омега, опустив взгляд немного ниже. — Раз уж мы все прояснили, то пора разобраться с нашей главной проблемой.  — Ты это серьезно сейчас? — словно в прострации уточняет красноволосый.       Омега серьезно кивает, опускаясь чуть ниже, прямо к кромке джинс старшего. Посмотрев ему в глаза и победно улыбнувшись, Чангюн произносит самые заветные слова, которых Ли не ожидал сегодня услышать.  — Ты знал, что месть — блюдо холодное? Пришлось помучить тебя, прежде чем приступить к самому основному.