Руки прошлого. Последняя игра

По радио передавали исключительно чепуху. Лори щёлкнула кнопку в последний раз, намереваясь выключить, если опять поведут речь о цвете трусов всяких известных певиц, но голос вдруг подал один из её любимых певцов. К тому же, повезло, он пропел всего полкуплета. - Это оставлю? – глаза Лори, видимо, сияли, и Марк только хмыкнул. – Плеер без интернета всё равно не работает. Всё прошла и сказать должна, что смелости хватит добраться до дна: ищешь что-то, а что – не знаешь точно… Хоффман открыл было рот, но, покачав головой, промолчал. Лори не просто неплохо пела. На каждой длинной ноте в голосе прорезалась хрипотца, не болезненная – природная, правильная. Высокий при разговоре тембр вдруг стал глубже, серьёзнее, что ли. Слов было не слышно. Сознание упорно подсовывало другие, протянутые таким же чистым шершавым голосом под гитарный бой: «Такой ты хитрый, Такой таинственный, Парней как ты ещё не встречал…» Песня закончилась. Лори довольно улыбалась. Хоффман уставился вперёд, словно не хотел обращать на это внимания, но блаженная тишина длилась считанные секунды. - Сейчас будет сто вопросов, - предупредила Лори, стряхивая крошки с воротничка в окно. - Ты готов? Дети задают их всё время, которое не спят. - После такой пиццы - хоть устройство "капкана", а это строгий секрет, - согласился Марк. Снаружи стемнело, будильник в телефоне пропищал о полуночном кефире, и Лори с удовольствием его отключила. - Своих детей, тех, кого надо воспитывать, учить ходить и драться, у меня не было, если исключить тебя, но новый опыт всегда может пригодиться. - Ты, типа, учил? - усомнилась Лори. - Нет, мне другое интересно. Дай порядок выстроить только... ы-ых. Была не была. Она сложила руки на уже ставшей "своей" хрюшке-подушке и почти выплюнула: - Сет. Начну с самого переваренного. В деле сказано, что он должен был отсидеть двадцать пять лет, но между убийством Анжелины и его гибелью прошло сколько, меньше пяти? Как так? Он же... как бы убийца. Урод асоциальный и всё такое. - Я сам хотел бы иметь такого друга или хоть соседа, который может выискать судебные ошибки и доказать недостаточность улик, даже если ты распорол человеку горло, - ни злобы, ни горести, почти зависть в голосе. - А кто его покрыл или помог... - Ты эту инфу не добыл? - девушка присвистнула. - Оградили так оградили. Но пять лет? Он их, может быть, даже не заметил, раз был таким отбитым! - И усиленный надзор после прекращения тюремного срока, - подтвердил Хоффман. - Скажи мне сама, ты бы согласилась с этим вердиктом? Если бы, к чёрту, в луже крови нашли Линду Паркер или Джереми Дженкинса? Или мисс Викторию? Вопрос логичный и ожидаемый, но Лори так и застыла с приоткрытым ртом. Перед глазами расплывчатой анимацией замельтешили врачи, копы, кровавая простыня, ещё не прячущая три трупа - лучших друзей и бабушки посередине. Тот, кто лишил их жизни, сделал всего один надрез, общий, ровный, выверенный. Рука сжалась, словно в ней застыл фантомный нож. Лори видела убийцу среди копошащихся и суетящихся людей. Среднего роста такой кадр, улыбчивый - губ не видно, понятно по щекам. Привыкший, что кто-то бледнеет, готовясь гнить или гореть, кто-то рыдает, кто-то спокойно убирает трупаки, считая уже на вес. Лори очень не хотела рассмотреть черты Хоффмана, но их и видела - и пришлось зажмуриться и потрясти головой. - Думаю, не была бы согласна, - медленно выговорила Вайс, заставляя себя смотреть на попутчика. - Но руки у меня слабые. Мимо пронеслась заправка. Два водилы что-то не поделили, и один всёк неприятелю по щеке. - Вот ноги покруче, - невпопад заметила девушка, зажёвывая последний куриный кусочек. - Правда, я всю жизнь ими убегаю. Нет, я бы не смогла, уверена. - Я понял, что произошло, сразу же после того как комета кишок прилетела в стенку и так волнисто сползла вниз, и почувствовал себя настоящим говнюком, не думай, - Марк то ли попытался поддержать, то ли захотел посмаковать момент, а вместо этого чуть не сблевал. - Это потом уже, незадолго до игры Питера, первой из двух, причём, мне стало наплевать. Или тоже показалось... - Вопрос два, - мудро перевела Лори. - Крамер псих или мудрец? - Сраный псих, - тут Хоффман даже не задумался. - Но убедительный, в этом не откажешь. Да и убеждать нас всех было легко. Помнишь же? Команда что надо: удручённый коп, наркоша и доктор, который просрал всё, что помещалось в необъятном желудке. - Лицемеришь, - перебила Лори. - У тебя был свой человек, была работа, ребёнок, наконец. У Гордона, кстати, тоже. А ещё говорят, мужики не капризные... - Ещё какие, - хмыкнул Марк, сворачивая на второстепенную дорогу. – Я посмотрел, пока ждал, личные дела ребят в твоём классе. На всякий случай не соглашайся ни на что без презерватива. Такие рожи… - Давай-ка такие вопросы не обсуждать, - Лори зарделась и уже готова была обидеться. - Не ответил на мой. Почему ты продолжил, раз было противно? Результат понравился, и ты подсел? - Люди никогда ни на что сами не садятся, - отрезал Марк. - Даже в Аманду, ты про неё явно читала, двести процентов первый шприц воткнула чужая рука. Я же сказал - мне претило играть. Так он и тогда заявил, кажется. Как только дробовик убрали от лица подальше. Правда, выстрелить ещё могло: у Джона в руках появилась рамка. Самая дешёвая, картонная, один уголок покусан. - У него растут зубы, - ровно, будто речь шла о моргании или глотке воды, подметил Крамер, цепляя накладное стекло ногтем. - У кого-то не вырастет ни одного. Ты не понимаешь, что отодвинул в угол. Питер не успел улыбнуться на фото - Лори как раз стянула пинетку и запустила в фотографа, пришлось ловить, и выражение лица вышло придурковато-стремительное. Марк ещё не знал, что через несколько месяцев увидит почти такое же через более ровное стекло. - Как ты думаешь, - палец расчертил фото пополам, большая часть изображения ребёнка осталась там, где Питер, - он никогда не чувствовал лишений? Не делал того, о чём жалел спустя миг? Хоффман молчал. Он слышал каждое слово, видел, как бумага замялась от маленькой скулы до века и от подбородка до губ. Проклятому Пиле лучше всего было бы сейчас в морге и без халата, но нужно было его дослушать. - Я ведь могу поискать, - Крамер повернулся к Марку и отложил злосчастную фотографию. - Не уважал воров никогда, но искусных... "Говори. Просто говори, урод. И ничего ты не найдёшь. Такого жизнелюба ещё встретить надо (а потом не потерять, да?), старая ты крыса". Верёвка гильотины натянулась. - Им можно сделать исключение, - жалкое, худое, больное существо выдавило онкологическую улыбку. - Им и всем, кто ещё ими не отмщен. Условное, конечно. Тебе ведь нужен шанс? Марк кивнул, и верёвка лопнула.

***

Лори вперилась в дорогу. Это как же он охренел, подумалось ей, от игры с Сетом. Неужели было сложно поговорить с папой? Вместе что-то придумать? Семья они или не семья? Были, напомнила она себе, приставляй "были". - Послушай, тебе бы надо попробовать сесть за руль, - Хоффман притормозил и съехал на обочину. – Водила хоть раз что-то мощнее велосипеда? - Байк умею, - задумчиво отозвалась девушка, - тачку не пробовала. Зачем? Если я её укокошу, новую взять будет негде. - А ты постарайся, - никаких "если", конечно, никаких шансов, прямо как Бакстеру. – Вдруг меня застрелят, у тебя будет больше шансов удрать на колёсах, чем пешком. Да и спать иногда хочется, знаешь ли. Давай, меняемся. Слава небесам, врезаться на ночной трассе было не во что. После байка "форд" показался более тяжёлым в интерфейсе, да и ездить спокойно Лори в своё время как следует не научилась. Бедные колёса издавали свист за свистом, корпус раз двадцать подался вперёд - Марк ни разу не хмыкнул и голоса не повысил. Тренер в школе часто клал руки на руки, но сейчас, к тайной радости девушки, обошлись без этого. Пара десятков терпеливых инструкций, трижды вытертые вспотевшие ладони, и наконец у Вайс получилось проехать ровно с полкилометра. С таким ли спокойным лицом он на самом деле не оставил от её отца ничего кроме памяти? Лори думала об этом и крепче сжимала руль. - В следующий раз поведёшь в городе, - решил Хоффман, жестом предлагая "махнуться" назад. - Ложись спать. - Я не всё спросила, - девушка как назло зевнула во весь рот. - Хватит с тебя. И не спорь с отцом, пусть и не вписанным в свидетельство. В год, когда всё пошло нахер, ещё ни в одном штате нас не регистрировали. "А то сыграем?" - чуть было не спросила Лори. Свинья отлично улеглась под головой, под плед уместились и ноги, и плечи. Наверное, действительно лучше той ванной комнаты. Проверять не хотелось. Пара крутых поворотов, несколько подъёмов и спусков. Спокойный, плавный ход действовал словно волновой бассейн в спортивном комплексе – укачивал, растворял волнение и страхи. Лори подумала было, что давно, занятая делами, не видела моря, а ехать по навигатору как раз недалеко от побережья. - Раньше ты так боялась засыпать одна, - невпопад, не отрывая взгляда от трассы, произнёс вдруг Марк. – Держала кого-то из нас за руку до полного отключения. Видимо, тебе это было необходимо. Время всё меняет. «Ага, - про себя, вслух почему-то становилось лень, ответила Лори, - сейчас ты здесь, и всё равно страшно. Или уже нет? Я нашла то, что искала, я нашла то, что искала…» Поезд промчался по железной дороге, заставляя несколько полуночных водителей подождать. Хоффман обернулся назад и осторожно поправил задравшийся плед.

***

Нет, Лори правда-правда обещала больше не шутить на больную тему. Но нечего было гнать спать раньше выплеска накопленного интереса. Идеальная месть пришла в голову именно в придорожной кофейне в восемь тридцать утра. - Да, полейте вишнёвым сиропом посередине, - подтвердила она, любуясь, как аккуратно бариста разрезает пузико зефирному человечку. - И немного клюквы в центр. Прикрепив палочку-мешалку перпендикулярно, девушка забрала переноску и красной точкой пометила свой стакан с самым обычным латте. Марк сцапал предназначенный ему, зевая не хуже игрока "капкана", и чуть не опрокинул горяченный кофе на брюки, когда зефирный "трупик" окончательно распался под мешалкой пополам. - Два-два, - Лори высунула язык. - Классно вышел? - Когда будешь большая, детка, я о-бя-зательно поищу тебе подработку в нашей фирме, - тоном стереотипного клерка в пиджачке пообещал Хоффман, и оба беззлобно прыснули. - Только слопай сама свой шедевр инженерии, терпеть не могу зефир. Как ты додумалась, а? Неужели читала дело Бакстера на ночь вместо сказок? - Да тут проще некуда, четыре стены - и дом готов, - съехидничала Лори. - Что, победила? - Нокаут, - согласился Марк. - Нам осталось ехать несколько часов, так что переоденься сразу. В воздухе и правда заметно потеплело. Из машин по встречной торчали ребята в футболках, блузках, некоторые смельчаки - в купальных костюмах. - Держи, - Вайс протянула "подельнику" его шарф. - Завяжи глаза. Мне уже давно не два, что тормозишь? Спустя пару минут неудобной возни Лори одёрнула комбинезон защитного цвета и голубую рубашку и высунулась в окно. Морем пока не пахло, но в животе уже сжималось от страха и предвкушения. «Но долго я не высижу, Лучше сделать шаг назад, а не ждать, Ведь я всё прошла И сказать должна: Я храбрая, как тот, Кто был до меня...» Частные дома и первые общественные здания неслись прочь. Город вот-вот должен был принять гостей. Что-то ей такое объяснит таинственный Гордон? Кстати, о нём... - Ты ведь так и не сказал, почему бы это не третьему помощнику Крамера пришла в голову игра через года, - девушка ущипнула лямку. - Или у него тоже есть две веские причины? Или если ему только ты нагадил, то я не виновата? - Да не гадил я ему, - мотнул головой Марк, - пару раз трость утащил, но какое это "гадить". Да, причины есть. Лоуренс получил бы от тебя живой больше, чем от дохлой или сумасшедшей. Чего получил - он скажет сам или не скажет никто. - Лоуренс, - протянула Вайс, морщась. - А я Лоренсин, ты наверняка видел метрику. Мы тёзки, получается? - Куда хуже. Тебя зовут в честь. И это была идея Питера. Очень интересно! Лори вспомнила свою недавнюю фразу про добрых папиных друзей и пожалела, что, возможно, оказалась частично права. С чего папе называть её в честь сомнительного человека? Или он спас бабушку от действительной смерти? - Да он нас познакомил, твой папочка, меня и Гордона, - добил Хоффман. - В первый раз, игра во вторую очередь. Тогда Ларри был весь из себя семьянин и образцовый врачеватель. Блестел, как золотой унитаз, не хромал ещё, не пыхтел, если шёл по лестнице вверх. Но ты же знаешь, что внутри унитаза, пусть и золотого? - Представляю, - фыркнула Лори. - Ты сразу уловил, конечно, унцию дерьмеца. - А оно взяло и оказалось ценным удобрением, - совершенно неожиданно возразил ей Марк. - Смотри-ка, мы почти на месте. Этот район Орландо очевидно не всем был по карману даже для путешествий, не то что для жизни. Новые жилые комплексы буквально сверкали под солнцем. "Семейный" набор домов в три десятка этажей выглядел так свежо, так цеплял взгляд нежно-бирюзовым, что Лори сразу захотелось обнаружить дока именно там. Дом, где ютилась их с бабушкой квартира, стал слишком серым в один миг. Несмотря на всю ерунду с Пилой, ей было пятнадцать, и даже живой Крамер не смог бы отнять молодой, умеющей пока трепетать души у Лори Вайс. Впрочем, диктофоны вещали, что счастливые моменты нужно ценить, а она ценила. И вот, всё равно играет. Пара старичков и компания парней направили их по адресу, ещё ночью пробитому бывшим копом - номер оказался актуален, и они почти добрались до дома семнадцать, квартиры триста по улице, названной в честь одного из множества местных озёр. Лори припрятала пистолет на груди, выскальзывая под спасительную сень навеса, дождалась, пока Марк поставит всю возможную сигнализацию, и с огромным удовольствием полюбовалась на себя в зеркало лифта. Шрамы? Пусть! Ещё в школе, когда они, крохотные футболистки команды "Волчата 136", за пять минут до первого матча стояли в шеренгу перед тренершей, им говорили, что лучшее украшение девчонки – уверенность в себе и чувство будущего успеха. Лори никогда не изменяла этому принципу, но сейчас... - Мы без предупреждения, - она почесала в затылке. - Невежливо. Могут выстрелить или всадить шприц. - Тебя-то он всегда ждёт, это меня не очень, - загадочно сообщил Хоффман. - Постучи, вот нужная. Девушка выдохнула и трижды стукнула в белую дверь с номером "300". - Не заперто! - ленивым добрым голосом сообщили изнутри. Лори тут же представила себе хозяина квартиры занятым поглощением чипсов перед телевизором, и страх пропал. - Что-то никто из пильщиков не запирается. Подожди здесь, а я рискну, - предложила она Марку, приоткрывая дверь. - Если ты ошибся, и гостей поджидает ловушка, то будешь меня спасать. Ни телевизора, ни чипсов в комнате не оказалось. Перед зашторенным окном сидел за столом с ноутбуком и кучей папок сгорбленный немного хозяин квартиры. Белый халат висел на нём мешком, шапочка-одноразка съехала, и из-под неё виднелись растрепанные светлые волосы. - Вы если курсовую принесли, оставьте на полке, я сам заберу! - попросил Лоуренс, не отвлекаясь от заполнения какого-то журнала. - Занят! Вопросы все в университете! - Я у вас не учусь, - прокашлялась Лори. - Вы... эээ... повернитесь, если можно. - Опять из параллельной группы? - почти рассердился хозяин квартиры. - Что вы хотите? Как вас зовут, мисс? - Лоренсин Страм, - почему-то выпалила гостья, чувствуя, как деревенеют стопы. Гордон ме-едленно закрыл драгоценный журнал и обернулся - осунувшееся лицо, весь как змея во время линьки; так выглядели обычно люди, у которых случалась резкая потеря веса. - Здравствуйте... - Лоренсин, - доктор приподнял белёсые брови и вдруг расползся в улыбке ленивца из "Зверополиса". - Святой разум, ты жива и даже хорошенько выросла! - Во все стороны, - Лори рассеянно кивнула. - Я так понимаю, мистер Гордон - это вы? Тогда пара вопросов найдётся, хоть вы мне и не преподаёте. - От Питера вообще ничего, - Гордон прищелкнул языком, глядя на неё как на неправильную химическую реакцию, - разве что так же к солнцу тянешься, всего на голову ниже меня будешь, когда остановишься в росте. Впрочем, если ты приехала совершенно одна, то и ещё кое-что... - Хватит растаскивать ребёнка на молекулы, - Марк совершенно неслышно появился в проходе. - Тебе ясно сказали: нужно ответить на вопросы. Не добавлять новые. Понял разницу? - Не одна, - Лоуренс нехорошо усмехнулся, разламывая разом образ задолбанного доброго преподавателя. - Так и знал, что вместо тебя в "Гидеоне" нашли болванку. Старый ты х... - ...ороший человек, - бесцеремонно перебил Хоффман, обходя Лори. - Хочешь разбить остатки морды? Пожалуйста, только отпусти девчонку без каши в голове. - Это ты заботишься? - брови доктора почти соприкоснулись с сильно отросшей чёлкой, расстояние между ним и Марком сократилось сразу на полметра. – Своевременно. Благодаря именно тебе в этой юной голове давно уже не каша. Там мясо. Сырое кровавое мясо. Или ты забыл? - Брейк, пожалуйста, - Лори сама удивилась, как ей хватило смелости встать между ними и даже руки приподнять. - Взрослые люди, а всё не наиг... Нечто придавшее ей храбрости вдруг резко ухнуло от груди к животу, перед глазами поплыло, и секунду назад твёрдо стоявшая на подпорках восьмидесятикилограммовая нападающая "Волчат" рухнула в кучу бумаг, стоящих на полу, и потеряла сознание.