Я не умею любить, сопляк

— Еще…еще, хён… — в поте лица умоляет его младший, на что тот крепко хватает его за талию и сильнее прижимает к себе. Чонгук страстно целует парнишку, что сидел у него на ногах, и нежно проводит по его щеке ладонью. Стоны младшего только сильнее возбуждали его с каждой секундой. — Я хочу…- тихо он шепчет на ухо и кусает за мочку. — …тебя. — - Спускаясь губами по гладкой коже на шее, Чон оставил несколько ярких отметин и затем пошло облизал их. Положив руку на его зад, он крепко сжал его и ухмыльнулся. — Сейчас. Открыв глаза, Чонгук обнаружил, что лежит в кровати весь в поту, а внизу сильный дискомфорт. Эти ебучие джинсы были слишком узкими и он не мог выдержать, когда его друг просился на волю. Встав с кровати, он поплелся в душ, а мысли все еще сводили с ума, после этого сна.Он еще долго не мог понять смысла в нем. Оголив тело, он зашел в душевую и включил горячую воду. Капли медленно стекали вниз по его коже. Вспоминая пошлые события его сна, независимо от желания, он начал возбуждаться. Скользнув рукой вниз вдоль живота, он обхватил пальцами своего дружка и стоны полились на всю комнату. Раз за разом его дыхание учащалось, а мысли были только об одном человеке. Но никто не должен узнать о его поступке. Это останется тайной. … Спустя пару дней. Чон сидел на диване и слушал музыку, а точнее Marilyn Manson — Sweet Dreams, умирая со скуки. Еще немного и он сойдет с ума в одиночестве. Пока его друзья на учебе, Чон проводил время дома. Гулять в одиночестве по людным улицам уже не доставляло удовольствие. Просмотры фильмов по началу спасали его, но с каждым последующим разом он все точнее предугадывал развитие событий, влючая концовку. Отец задержался по делу в другом городе и наврятли скоро приедет. Взяв холодную банку пива, он надел куртку и все же вышел наружу. Фонари освещали улицу и мало кого можно было сейчас встретить. Присев на ступени перед домом, он начал наслаждаться обстановкой и холодным напитком. Находясь еще в Германии он и представить не мог, что отведенные ему каникулы пройдут как пытки. Исключительное одиночество. Единственный человек, которого он хотел бы сейчас увидеть — это мать. Он сильно скучал по ее теплым объятиям и нежным словам, которые всегда магическим образом успокаивали. Неважно что было у парня на душе, эта женщина всегда знала что нужно сказать и сделать. Ему так не хватало этой заботы. — Твою же… Какого хера здесь лежит этот камень? Чон услышал знакомый голос в стороне и посмотрел на соседский дом. Его «ученик» стоял перед домом и возмущался расположению тропинки к входу. Шатаясь из стороны в сторону, можно было легко предположить, что этот сопляк был пьян. «Вот же дебил.». Покачав головой, Чонгук поставил банку в сторону и направился к своему развлечению на вечер. — Да где же эти ключи? — Тебе помочь? — спросил старший, подойдя к парню. — О! А что ты здесь делаешь? Я хотел к тебе зайти, но подумал, что ты уже спишь, так как свет везде выключен… Хочешь зайти? — Тэ вопросительно посмотрел на него, найдя ключи. — Конечно. Зайдя в теплый дом, Тэхен включил свет и скинул куртку с себя на пол. Он прошел дальше и удобно расположился на диване со вздохом. — Так устал… — выдохнул Тэхен и взглянул на Чонгука, который все еще стоял в проходе. — Ты же не вампир, чтобы тебя приглашать в дом. Что там стоишь? Закрой хотя бы дверь, чтобы холод не впускать, идиот. Чонгук зашел в дом и закрыл дверь за собой. Подходя ближе к дивану, он тоже снял куртку, повесил ее на вешалку и подобрал куртку Тэ. — Я кушать хочу. Гуки, приготовь мне что-нибудь. — Окей. — на удивление самому себе, согласился Чон. — Что хочешь? — Кимчи с рисом. Очень сильно хочу. — А у вас есть кимчи? — Не знаю. Чонгук молча прошел на кухню и заглянул в холодильник. Не найдя там ни крошки от кимчи, он решил заменить их простым салатом. Помыв руки, он поставил вариться рис, а затем взялся за овощи. Не торопясь, он аккуратно выполнял свою работу, сам того не понимая зачем он это делает. — Выглядишь как настоящий шеф повар. Кто научил тебя так готовить? — произнес Тэ, присев за стол и наблюдая за старшим. — Сам. А ты, видимо, не умеешь готовить. — Нет. Сестра всегда это делает. Но она часто приходит поздно домой и приходится ужинать раменом. — Странно. — Что именно? — поинтересовался Тэхен. — Раньше я думал, что всем нравится процесс приготовления пищи. — Да, так и есть. Мне нравится как ты готовишь. -Оторви свой зад и подойди сюда. — Зачем? — Не заставляй меня повторять дважды. — Ооокей. — Тэхен встал со стула и, обойдя стол, подошел к Чонгуку. — Что ты хочешь? — Держи. — он протянул ему лук, нож и досточку. — Надеюсь, что ты включишь мозг и хоть немного подумаешь над тем, как этим пользоваться. — Я не люблю лук. — пробубнел Тэхен как ребенок, начиная счищать шелуху с него. Очистив лук, он принялся его нарезать. Спустя короткий промежуток времени на глазах Тэ выступили слезы. — Знаешь, отец попросил помочь тебе с учебой и я в все же согласился на это, но в итоге сделал все только намного хуже. Я должен был хотя бы попытаться сделать из тебя прилежного ученика, но вместо этого потащил тебя в непристойное заведение и чуть не убил. Мне жаль. Я попытаюсь приложить как можно больше усилий, чтобы исправить твои оценки, а возможно и твой настрой на будущее. — - Закончив с извинениями, Чон взглянул на Тэ и заметил как он плачет. — Тебя настолько тронули мои слова? — Этот гребанный лук. — чуть ли не захлебываясь в слезах, выдавил из себя Тэхен. — Тэхен, оставь все и сходи в ванную, промой руки и сполосни лицо. В принципе, ты можешь отдохнуть, а я позову, как только все будет готово. Тэхен положил нож на стол и ушел в ванную, оставив соседа господствовать на кухне. Выйдя через четверть часа из ванной комнаты в халате и пижамных штанах, Тэ протер волосы полотенцем, что висело у него на плечах. Шаркая ногами по полу, он подошел к старшему. — Кстати, ты вовремя. Я хотел тебя идти уже звать. — Поставив тарелки на стол, произнес Чон и поднял взгляд на Тэхена. — Воу, ты даже успел принять душ. Протрезвел хоть немного? — Ага. — присаживаясь за стол, кратко ответил младший. — Ну хотя бы теперь от тебя приятно пахнет гранатом, а не спиртным и тебя было трудно отличить от бомжа. — Заткнись уже и ешь. — А как же помолиться перед приемом пищи? — А ты верующий? — удивился Тэхен, запихнув в рот рис. — Нет. Но хочу попробовать. — Чонгук сложил руки в молитве и продолжил речь. — - Боженька, благослови эту прекрасную еду и награди этого сопляка мозгами. — Идиот. — Вот. Приятного аппетита.