Искусственное дыхание

Ваня ненавидел брата. Вы спросите, когда он это понял? А вот в ту самую секунду, когда все увидели в Даниле идеального сына, а в нём, Ване, раздолбая и эдакого бэд-боя. В целом, Ваня никогда не пытался это скрывать, вот только теперь всё внимание и любовь больше не доставались ему, потому что появился ОН. Мистер-зануда. Мистер-пунктуальность. Ботаник, отличник, умник, а помимо этого ИДЕАЛЬНЫЙ МАЛЬЧИК. По крайней мере, для родителей. Причём для всех сразу. Ваню гложило неприятное чувство зависти. И ещё чего-то... такое странное чувство. Липкое и тягучее, а ещё... скверное. Очень. ”Одиночество” - подсказывал донельзя измученный мозг. И, несмотря на то, что Ване, мистеру-популярность, или, как он сам любил выражаться, королю класса, раньше были чужды даже подобные мысли, сейчас он охотно в это верил. Точнее нет. Неохотно осознавал, что это правда. С переездом в их дом бедных однофамильцев многое изменилось. Ну, в его жизни, во всяком случае, точно. И казалось бы, в два раза больше родителей, в два раза больше любви и внимания, но... Нет. Не для него. Да, так оно и было. Для Дани. Для этого бессовестного ботаника, который, словно вихрь ворвался в его жизнь и перевернул всё с ног на голову. Хотя... с папой Антоном у них и до этого всё было непросто. Да, и перспектива отправиться в Суворовское училище не особо прельщала Ивана, но теперь... Лучше Суворовское училище, ей-Богу! Лучше каждый день подскакивать в несусветную рань, подчиняться жёсткой дисциплине и любым приказам... лучше так, чем видеть, как твои собственные родители (а о ком, собственно, речь? Впрочем, неважно, о всех сразу) считают, что тебе бы не помешало брать пример с так называемого брата. Это больно, когда ты плохой даже для самых близких людей. Это больно, когда от всех и каждого ты слышишь одно: – Посмотри на Даню. Тебе стоило бы брать с него пример. – Вот у Дани нет проблем с учёбой. Почему ты так не можешь? – Да... Вот Даня бы так никогда не сделал! Даня, Даня, Даня! Везде и всегда! И хоть бы кто-то хоть раз привёл в пример его! Так нет же! Только Даня. Каждый раз. Каждый день. Да, он курит. И пьёт. Иногда. Да, он не парится насчёт оценок, да и учёбы в целом. Да, он не зависает над книжками до позднего вечера, как это делает Данила. Да, он раздолбай! И что? Неужели, его теперь не за что любить? ”Очнись, Иванов!” - опять этот мерзкий голос в голове. ”За что тебя любить? Что ты сделал, чтобы тебя любили?” – Заткнись! – кричит Ваня и хватается руками за голову. ”Ха! Меня не заткнуть. Смирись.” – Чем он лучше меня?! ЧЕМ??? – Ваня стоит у открытого окна в своей комнате и что есть сил орёт куда-то в пустоту. ”Да всем. Разве, ты сам этого не видишь?” – Заткнись! Заткнись, я сказал! Дверь открывается и на пороге появляется Данила, но Ваня не слышит. Не слышит ничего, кроме внутреннего голоса, грозящего вот-вот разорвать черепную коробку. ”Не пытайся заткнуть меня. Я - это ты, Ваня. Я - это ты!” – Ты не я! ”Ха! Ну да, конечно.” - наглый, язвительный голос. - ”Это твои собственные мысли, Иван. Тебе не под силу заставить меня замолчать.” – Ввррхх! – от бессилия Ваня издаёт какой-то непонятный звук и падает на колени, схватившись руками за голову. – Эй! – Даня наконец отходит от транса и подбегает к брату. – Вань? Ты чего? Ваня не сразу понимает, что происходит, он только сидит на полу и шумно вдыхает прохладный воздух. – Ваня... – Даня обхватывает его лицо руками и пытается заглянуть ему в глаза. Взгляд Ивана пустой и затуманенный, дыхание сбилось. – Уйди! – наконец-то осмысленное слово. – Что? – Даня отпускает лицо брата, и тот тут же вскакивает на ноги. – Ничего! – Ваня говорит грубо и резко. – Я сам уйду. – он хлопает дверью и оставляет Данилу наедине с его мыслями. А мыслей у Данилы было много. В таком состоянии он Ваню видел впервые. Что это было пока не мог понять даже он, хотя обычно у него не было проблем с логическими выводами и умозаключениями. У него что-то случилось, это очевидно. Вот только что? Казалось бы, какая ему разница? Ведь отношения у них с братом довольно шаткие, да и не станет Ваня посвящать его в свои проблемы. Но дотошность Дани и желание докопаться до истины не давали ему так просто забыть об этом. Ваня был одним большим минусом. Нет, совокупностью, состоящей из нечётного количества минусов. Постарайся Даня сейчас найти в нём хоть один плюс, вряд ли бы ему это удалось. Он был типичным избалованным мальчишкой, с детства привыкшим иметь всё самое лучшее. Эмоциональный, взрывной, глупый, эгоистичный, наглый и ещё очень много всего. Но было одно ”но”. Теперь он его брат. А братьям, как известно, надо помогать. В этом ли дело? Поэтому ли он хочет узнать, что с ним случилось? Так, или иначе, Данила не стал копаться в собственных чувствах. * * * Ваня сидел на террасе и нервно курил. Казалось, надоедливый голос затих, но вот мысли остались. Даня лучше него. Это очевидно. А ещё это больно. Ваня со злостью затушил сигарету. Пока они живут в одном доме, их всегда будут сравнивать. И сравнения эти будут явно не в Ванину пользу. Дожить бы до такого дня, когда для всех Данила отойдёт на второй план и все кругом будут говорить, какой хороший он... Мысль, пришедшая в голову, заинтересовала, однако, вместе с тем, отпугнула. Смерть. Ведь о покойниках, как говорится, либо хорошо, либо ничего. А что, если... Ваня вернулся в дом и в полутрансе направился к лестнице. – Ваня? – послышался за спиной голос папы Антона. – Ты Данилу не видел? Ваня цокнул. Ещё бы. Опять Данила! – Наверно, уроки делает. – Хорошо. – кивнул отец. – А ты, вообще-то, мог бы брать с него пример. Отец удалился, а Ваню словно ударило током. Это была последняя капля! Не замечая ничего, Ваня залетел в ванную и больно ударился ногой о дверной косяк. Однако теперь это уже не имело никакого значения. Иванов распахнул шкафчик и достал оттуда отцовскую бритву. Это выход. Определённо. Хоть один день главным будет он.