Saturn

Саммари: Есть выражение "поаккуратней с желаниями". С мыслями та же фигня...       Локи от природы был любопытен.       Еще в детстве Локи любил совать свой нос, куда не следует: в подвалы замка, в сундучки со снадобьями Эйр, в шлем Одина. Он постоянно выискивал какие-нибудь новые книги и свитки, которые открыли бы ему новые грани магии, ему было интересно, что будет, если в шампунь Тора добавить зеленой краски, а в его белье насыпать горчицы. Он постоянно что-то вытворял, желая увидеть результат.       Но сейчас все любопытство Локи было направлено к кое-кому конкретному.       С тех пор, как он ее увидел, наверное, только первые три секунды мысли трикстера сохраняли приличие.       Чертова Ведьма…       Локи не знал, что в ней такого особенного. Да, Ванда хороша собой - юна, обаятельна и прекрасна. Как и многие девушки в Мидгарде или в Асгарде. И, если не брать в расчет ее способностей, то ничего сверх необычного в ней нет.       И все-таки Локи не мог выкинуть ее из головы.       Особенно, когда она там в обнаженном виде. То есть всегда.       Локи представлял, как медленно будет стягивать с нее одежду. А может грубо сорвет, или щелкнет пальцами и та растворится в золотом свечении. Итог в любом случае будет один – ее обнаженное тело будет полностью в его власти. Локи представлял, как коснется ее теплой, чуть загорелой кожи. Ему было любопытно – будет ли она робкой и застенчивой или же без страха отдастся ему и даже попытается взять под свой контроль. Почему-то Локи больше склонялся к первому варианту. Ему было бы приятно растлить и развратить ее.       Локи бы провел пальцами по ее ключицам, опустился к груди. Он представлял, как приятно будет мяться мягкая плоть в его руках, как он будет играть с ее твердыми сосками. С ее покрасневших и влажных губ сорвется сладостный вздох. Она неосознанно выгнется ему навстречу, ее тело будет жаждать большего. И Локи, конечно же, даст ей это, но не сразу.       Второй рукой он пробежит кончиками пальцев по ее животу, от чего Ванда вздрогнет, а после он коснется ее там. Она будет горячей, мягкой и влажной. Он будет медленно и дразнящее водить пальцами по ее плоти, лаская губы, размазывая всю ее влагу. Его ладонь, зажатая между ее дрожащими бедрами, намокнет. Локи поднесет влажные пальцы к своим тонким губам, ее терпкий запах ударит ему в нос, от чего голова закружится сильнее, а член запульсирует, требуя внимания. Глядя Ванде в глаза, он неспешно оближет их, собирая каждую каплю. Ее светлые зелено-голубые глаза, подернутые поволокой похоти, станут почти черными из-за расширившихся зрачков.       Локи вновь опустит руку, собирая на пальцы ее влагу, а после поднесет руку только уже к ее лицу. Он проведет влажными пальцами по ее губам, оставляя на них следы ее же возбуждения. Ее розовый язычок покажется, когда Ванда попробует себя со своих губ, а после с его пальцев. Локи медленно погрузит в их во влажное тепло ее рта, представляя, как чуть позже она точно также возьмет его член. Он почувствует каждое движение ее языка и вибрацию от его легкого стона.       У него внутри будет все гореть от нетерпения. Локи резко толкнет ее к стене, от чего она чуть вскрикнет от неожиданности. Он опустится перед ней на колени, не разрывая зрительного контакта. Ванда будет кусать свои и без того покрасневшие губки, когда он будет целовать ее плоский животик, опускаясь все ниже. Он прикусит ее тазовую косточку, от чего ее руки резко окажутся у него на голове. Она запустит пальцы в его густые волосы, ее ноготки будут царапать его кожу головы и ему будет так хорошо, когда он, наконец, попробует ее.       Также сладка, как и на его пальцах, только гораздо ярче. Теперь он бы ощущал ее жар и мягкость своими языком и губами. Он ласкал бы ее, время от времени кусая ее плоть, от чего она бы вскрикивала еще громче. Ванда была словно молодое вино, и он хотел упиться вусмерть.       - Локи! - ее чуть хриплый голос коснулся бы его ушей. – Локи…       - ЛОКИ!       - Локи, твою мать!       Трикстер пару раз моргнул, сфокусировав свой взгляд на гладком натяжном потолке.       Повернув голову, он увидел, что на него пялятся все Мстители. В особенности Старк и его братец, чьи голоса и вернули его в эту жуткую реальность.       И, конечно же, объект его обожания.       - Локи, ты вообще слушаешь? – Тони в наигранном любопытстве склонил голову.       Ванда сидела в дальнем от него углу в большом бежевом кресле. В позе лотоса, прижав к себе бархатную подушку, она как-то смущенно опустила голову. Ее щеки покраснели, а нервный взгляд бегал по комнате, и каждый раз, когда она наталкивалась на Локи, ее глаза расширялись так, будто бы он лежал здесь на диване голым. Ох, если бы она только знала…       И тут он вспомнил.       - Ну, конечно же, нет! – проворчал Локи, накрывая голову подушкой. Нет, не от стыда – Локи в принципе не знал, что это значит. Просто так было проще сосредоточиться.       - О Боже… - Ванда почти прошептала эти слова, но, тем не менее, ее услышали.       - Что? – Тони повернулся к Ведьме.       - Ничего! – девушка мгновенно соскочила со своего места, будто бы ее застали за чем-то непристойным.       Где-то из-под подушки раздался ехидный смех Локи.