Мечты сбываются.

Подходя к комнате, где я жила с Гермионой, я услышала, что кто-то плачет. Приоткрыв дверь, я поняла, что плакала Гермиона. Она сидела на кровати по-турецки, обхватив подушку руками. Я совсем не умею успокаивать или жалеть людей. Но для Гермионы, я была готова постараться, чтобы она успокоилась. - Тук-тук-тук! – сказала я, заходя в комнату и закрывая за собой дверь. Увидев меня, Гермиона быстро вытерла слёзы и уставилась на меня. - Кто обидел? – просто спросила я, размышляя, кто мог это сделать. Гермиона закусила губу и попыталась улыбнуться, но из глаз покатились слёзы. Как бы Гермиона не пыталась их скрывать, когда-то приходится плакать, чтобы стало легче. Гермиона закрыла лицо ладонями и заревела на взрыв. Наложив на дверь звуконепроницаемые чары, я присела рядом с Гермионой и уставилась на неё. - Ну-с, рассказывай, - сказала я, ожидая пока Гермиона успокоится. Гермиона отрицательно покачала головой. - Почему? В ответ я ничего не услышала кроме рёва. - Я так и буду дожидаться ответа? В ответ снова тишина и рёв. Немного посидев рядом с Гермионой, я поняла, что в данной ситуации бесполезна и бездарна в качестве поддержки в сложную ситуацию. Поэтому, я встала и поплелась к своей кровати. Ну, если быть точнее, то к своей тумбочке. Достав из тумбочки альбом и простой карандаш, я плюхнулась на кровать и начала рисовать под плач Гермионы. Спустя час, я наконец-таки услышала успокоившийся голос Гермионы: - А…что ты рисуешь? Не посмотрев на Гермиону, я ответила: - Тебя. - Что?.. Усмехнувшись, я развернула альбом к Гермионе, показав её. - Я не думала, что ты умеешь рисовать… - сказала Гермиона, после недолгой паузы. - Думать вообще вредно, - пробурчала я, отложив альбом в сторону. - Вообще-то, думать полезно! – возмутилась Гермиона. – Развивает мышление! Я закатила глаза. - Шутки понимаешь? – спросила я. - Да… - ответила Гермиона, слегка покраснев. - Не заметно, - сказала я. – Ладно, я к Дамблдору. Опять сборы в Ордене и ничего нового кроме плохих новостей….