Забери меня в 4:20...

      Примерно, через недели две Чимин уже вышел на работу. Пиздюлей ему, конечно, надавали, но вернуться к любимому делу всегда приятно. Отношения с Юнги переросли в стадию «передружбы» и «недоотношений». Но личные дела каждому приходится пока отодвинуть на второй план. У них уже около месяца висит одно дело по одному из крупнейших мафиози Кореи, который не так давно скончался. Но убийства продолжают совершаться от его имени, что очень всех настораживает. Было решено отправить кого-нибудь под прикрытием в популярный клуб Сеула, в котором сегодня ночью будут те самые люди мафии. Лучшим кандидатом был и есть Чимин. Всем не хотелось отпускать его одного, но также все понимали, что лучше его никого не возьмёшь. Поэтому на сегодняшний вечер Чимин станет элитной сучкой. М-да… Так себе роль.       Пак идёт ко входу в клуб. На нём сегодня слишком облегающие кожаные брюки и слишком открытая белая футболка. Чимин знает, как надо было одеться, чтобы его пропустили. Тем более, быть сыном мафии — хоть чему-то, да и учит. Да, тут есть такая галочка в виде того, что этот самый мафиози, который не так давно помер, и есть отец Чимина. Пак не был единственным сыном, но почему-то был самым любимым, хотя он — омега, а остальные два брата — альфы. Честно говоря, его всегда удивлял этот факт, в связи с которым его намного меньше били и не пытался изнасиловать каждый, кому не лень. Да и в общем, быть сыном мафии — очень мало удовольствия. Братья остались работать с отцом, а Чимину была дана свобода, пусть его и выкинули на улицу, как только ему исполнилось семнадцать, и дали денег, которых еле хватило на то, чтобы снять хиленькую комнатку на краю города, но всё равно это был лучший подарок, который ему мог сделать отец.       В клуб его пустили без проблем, стоило ему лишь немного приспустить рукав маячки и пошло улыбнуться. В данный момент ему нужно было найти лишь одного человека, да и единственного представителя от отца в этом заведении, своего старшего и, так ли иначе, любимого брата Чанеля. Прослушку он выкинул сразу, как только вошёл в клуб, ибо нехуй подслушивать семейные разборки, ведь друзья ещё не знают, что все эти убийства — лишь знак того, что очередь Чимина пришла. Знакомого альфу он разглядел сразу. Чёрный дорогой костюм с запонками из серебра с драгоценными камнями, томный взгляд, эта вечно довольная ухмылка на губах и растрёпанные волосы. Сейчас начинается игра, нужно заставить всех окружающих думать, что он просто омежка на ночь, которая готова ублажить любого, а именно сегодня — молодого наследника чёрного бизнеса. Пока что всё идёт успешно. Чимин уже устроился на коленях братика, а руки Чанеля покоятся на ягодицах Пака. Уже через пятнадцать минут альфа повёл Пака за собой в комнату для ВИП-персон. Как только дверь захлопывается, Чимин сразу оказывается в объятиях Чанеля. — Хён… Я так скучал… — шепчет Пак, прижимаясь к брату. — И я, Чиминни, — улыбнулся альфа. — У меня для тебя кое-что есть. И, Чимин, прости меня… — Ты не виноват. Давай уже это злосчастное письмо, я и так догадываюсь, что там написано. — Эх, на, — старший протягивает небольшой конверт, который Чимин сразу же вскрывает и начинает вслух читать текст послания. « Привет, Сынок. Давненько мы не виделись с тобой, что огорчает. Думаю, ты читаешь это письмо в тот момент, когда меня уже не стало, но я хочу попросить у тебя прощение за всё, что я сделал не так, то есть, прости меня за всё. Думаю, ты уже знаешь свою участь, и надеюсь, понимаешь, что это зависит не от меня… Знай, что ты был моим любимым сыном, ведь был честным и справедливым. Я смог попросить для тебя ещё пять дней, для того, чтобы ты смог попрощаться с друзьями и близкими для тебя людьми. На шестой день тебя будут ждать в 4:20 на крыше твоей любимой высотки. Я не хочу, чтобы ты умирал, поэтому помни одну вещь, в этой игре нет правил, кроме одного: тебе надо быть там ровно в 4:20, а всё остальное в твоей власти. Мы тебя с папой очень любили, прости нас за всё, и удачи тебе» — Что и требовалось ожидать, — немного печально вздохнул Чимин. — Минни… Не ходи туда. Ты хоть знаешь, кому выпала участь тебя убить? — Каю. Да, я знаю, — хмыкнул Пак. — Хён, я вступлю в игру, но обещай, что ты сделаешь всё, что я попрошу, даже если я попрошу тебя не помогать мне. — Обещаю. И не верь Каю, знай, что он врёт, — обнимая младшего, говорил Чанель. — Хорошо. Я люблю тебя, Хён. — И я тебя, моё маленькое солнышко…