Авокадо

— В заключение есть еще кое-что, что я хотел бы показать вам, — формально уведомил всех капитанов Эрвин в конце совещания. — Ханджи, давай. Из пыльного мешка на стол с глухим стуком посыпались какие-то плоды. Они были не больше пятнадцати сантиметров в длину, а снаружи их покрывала темно-зеленая бугристая кожица. Парочка бы упала на пол, если бы Майк вовремя не поймал их. — Что это? Новый сухпаек? — Леви сидел чуть поодаль, изящно закинув лодыжку одной ноги на коленку. Он, как и все в помещении, был в штатском. В прищуренных глазах недвусмысленно читалась смесь сомнения напополам с недоверием. — Не совсем, — туманно отозвался Эрвин, не смотря на капитана. — Доложишь, Ханджи? Женщина, сверкнув на свету стеклами очков, кивнула и с нетерпеливым предвкушением окинула взором двух капитанов. — Во время пополнения точек снабжения два дня назад мы с Моблитом обнаружили этот плод, — начала Ханджи и положила ладони на стол. — В шестидесяти километрах западнее Шиганшины. Он рос на вечнозеленом растении высотой в десять метров. На первый взгляд это нечто вполне может быть съедобно. Хоть я и неплохо разбираюсь в ботанике, но об этом растении никогда ничего не слышала и не читала. Эти дни я сильно была занята гигантами, так что над плодом пока не проводила никаких исследований. — Спасибо. Кто-нибудь из вас видел такое раньше? — пытливо спросил командир, обводя всех спокойным, глубоким взглядом.  — Я — никогда, — вяло вывел Майк, перекатывая непонятный фрукт — или овощ? — по столу правой рукой. — Похоже на недоспелую грушу, — заметил Леви. — Я так и думала. Вчера мы с Моблитом еще провели небольшое расследование: узнали адреса двух человек, что жили раньше в Шиганшине, и наведались к ним. Они сказали, что тоже не имеют понятия, что это за фрукт и съедобный ли он. — Можно ли полагать, что Легион Разведки обнаружил единственное в своем роде дерево, дающее такие вот плоды? — неторопливо подвел итог Эрвин. — Вероятно, такие деревья еще есть. Отчего-то я уверена, что это южное растение, так что мы не найдем его в той же северной Утопии, — вдохновленно продолжала вещать Ханджи. — Осталось выяснить, насколько они съедобны и представляют ли какую-либо пищевую ценность для человечества. — Эрвин сосредоточенно уставился на лежащие на крепком деревянном столе плоды. Было видно, что перспектива открыть новый растительный вид действительно прельщала его. — Для начала давайте разрежем его. Есть нож, Леви? — Командир многозначительно посмотрел в сторону своего капитана. Он знал, что тот всегда носил с собой остро заточенный складной нож. Не от всех привычек можно избавиться. — Я считаю, что это плохая идея, Эрвин, — скупо отозвался Леви, одним быстрым движением доставая из кармана стальной нож. — Ты реально думаешь, что на протяжении сотни лет человечество проходило мимо этого дерева? Логично же, что если мы еще не знаем об этих плодах, значит они совершено не пригодны к пище. — Рискнем, — просто сказал Эрвин. — Ты не прав, — тут же вклинилась Ханджи. — Еще нет внятного ответа на вопрос, что и как способствует появлению тех или иных растений. Возможно, оно выросло как раз именно потому, что человечество ушло за Марию и больше не вмешивалось в эволюционные процессы живой природы. — Пахнут они абсолютно нейтрально, — подметил Майк и демонстративно шумно несколько раз втянул носом воздух, как ищейка. — Немного отдает оливками. Маслянистый запах такой. — Даже интересно, сколько денег ты отвалил, чтобы их попробовать, — вполголоса выдал Леви. Все знали, что оливки — невообразимо дорогое удовольствие. Этот деликатес с завидным постоянством мог появляться лишь на обеденном столе самого короля и его приближенных. — В отличие от некоторых — могу себе позволить, — ровно ответил Майк, выделив интонационно лишь слово "могу". О том, что это были самые дешевые и совершенно безвкусные оливки, Майк разумно предпочел умолчать. На Леви, что закатил глаза, он не смотрел. Они не особо ладили. Или, скорее, не знали, как общаться друг с другом. — Выкинуть половину жалования на одну херню размером с горох — это… — Отставить! — сурово оборвал обоих командир. — Разрежь пополам, Леви. — Если мы все отравимся и сдохнем, то эти бессмысленные жертвы будут на твоей совести, Эрвин. — Капитан невысоко занес руку. В свете солнечных лучей на секунду слепяще блеснула сталь, после чего раздался знакомый звук: лезвие клинка легко входит в податливое тело, а затем натыкается на твердые, прочные кости. Плод развалился на две части. — Вау, — тут же оглушительно воскликнула Ханджи и пару раз радостно хлопнула в ладоши. Внутри плод был насыщенно зеленым. — Какая громадная у него косточка! Хотя зря ты ее разрубил, конечно, — осадила женщина. — Рассчитывал бы свою силищу. — И как мы собираемся выяснить, съедобный ли он? — картинно проигнорировав Зоэ, спросил Леви. — Косточка и вправду большая, никогда такой не видел, — изучающе рассматривая две половинки, проговорил Эрвин. — Это же тебе не вишня или яблоко. — Без особой предосторожности Ханджи спокойно взяла в правую руку одну половину. Медленно подняла на уровень глаз, понюхала. — Ты уверена, что его можно прямо так трогать? — скептически сложив руки на груди, поинтересовался капитан. — Может, он инфицирован, а вы тут… — Если ты не заметил, то эти плоды мы сюда как-то доставили. И следовали они за нами отнюдь не по воздуху, — весело развеяла все его сомнения капитан. — Слушай, коротышка, разрежь еще один, только чтобы косточка была целой. — Нож на столе, четырехглазая, — неприязненно заметил Леви. К своему прозвищу он уже успел привыкнуть, но когда Ханджи называла его так и при других людях, ответная колкость не заставляла себя ждать. — Я разрежу, — буркнул Майк. Через несколько мгновений на столе снова появились две половинки. Вот только одна была с внушительной вмятиной, а вторая, словно беременная косточкой. Стараясь не задевать мякоть, Ханджи аккуратно достала ее. На ощупь косточка была приятная, как будто хорошо отполированное дерево. — Не думаешь, что, раз оно зеленое внутри, то еще совершенно недозрелое? — недоверчиво спросил Леви. — Ну, — отрешенно протянула Ханджи, — тот же огурец или кабачок тоже ведь в принципе зеленые. — Надо, чтобы это кто-нибудь попробовал, — авторитетно заключил Эрвин. — И, отравившись, тут же подох, да, — добавил Леви. Идея взаимодействия с еще не изученными сортами фруктов и овощей не казалась ему привлекательной. Он прекрасно знал, что есть такие виды грибов, съев которые можно не только отравиться и блевать пару дней кряду, но и действительно умереть. Терять какого-либо из капитанов вследствие глупого эксперимента с черт пойми каким плодом из-за Стен было бы до смешного нецелесообразным. — По-другому никак, — поддержала Эрвина Ханджи и неторопливо отошла к окну, чтобы еще раз внимательно рассмотреть одну из половинок на свету. — Может, скормим лошадям? — предложил Майк, подперев голову левой рукой. Ему явно было скучно. — Чтобы еще и животное мучилось? — негодующе фыркнул Леви. Специально взращенные для Легиона Разведки лошади, что мерли во время вылазок, как мухи, были на вес золота. Нарочно подвергать их недолгую жизнь опасности никто бы не решился. — Тогда умирающей лошади? — настаивал капитан наблюдательного отряда. — А, может, тебе? — Или крысам? — подал голос Эрвин. Ясный взгляд голубых глаз плавно скользил с Леви на Майка и обратно. — Которые потом, разумеется, доложат нам, как им понравилось. — Отвергаешь — предлагай, — резонно заметил Эрвин и сплел пальцы в замок. — Может дадим какому-нибудь заключенному, осужденному на смерть? Если выживет, то… — Я как-то читал о чем-то похожем в «Берге», — перебил Майк и хмыкнул носом. — Оно и вправду на вкус как оливки, Майк! — раздался за их спинами взбудораженный голос Ханджи. Все вмиг ошарашенно обернулись. Капитан стояла перед окном, сквозь которое в комнату проникали яркие солнечные лучи. Света было так много, что ее лица было не разглядеть, лишь темный силуэт. — Ты, что, попробовала его, Ханджи? — нерешительно спросил Эрвин, вставая со своего командирского кресла. — Выплюни сейчас же! Это приказ! — В край долбанулась, — тихо пробормотал Майк. — Скажем так, крысу мы нашли, — подал голос Леви и помрачнел. — Очкастую крысу. Ханджи, если ты отбросишь коньки, я… — Все в порядке, — твердо заверила их капитан и замахала руками. — Вероятность того, что этот плод ядовитый, не больше пяти процентов. На вкус ничего особенного. Словно смесь сливочного масла и оливок… Его можно было бы намазать на хлеб, посолить. — Что ж, раз ты так говоришь. Ты ведь немного съела? — выразил слабую надежду Эрвин, подходя к Ханджи. — Ну, прополощет ее ночью. — Майк тоже поднялся со стула. Ему уже не терпелось пойти на обед. Совещание непривычно затянулось, а едва уловимые запахи еды из столовой как назло дразнили только его острое обоняние. — Приставим к ней Софи из лазарета. Выпьет два литра воды, чтобы промыть желудок. — Только не вздумай жрать еще, — зло пригрозил Леви.  — Значит, закончим на этом? — Эрвин обвел всех присутствующих внимательным взглядом. — Относительно тренировок вы получили мои распоряжения. — Так точно, — хором ответили капитаны и отдали честь. — Ханджи, если тебе станет плохо, тут же пошли ко мне кого-нибудь с донесением и отправляйся в лазарет, — строго приказал Эрвин. — Да-да, без проблем. Может, уже пойдем на обед, или как? — У меня тоже желудок от голода сводит, — поддержал ее Майк. Леви с Эрвином шли позади всех. — Ты правда никогда не пробовал оливки? — мягко улыбаясь, поинтересовался командир. — Что в этом такого? — недружелюбно ответил капитан. Он действительно нашел подозрительным, что все знают, какие оливки на вкус. — Я думал, ими только Фритц брюхо набивает. — Не совсем. Черные оливки без косточки ест, конечно, только Фритц. Но существует еще бюджетный вариант, так сказать. Не нужно иметь целое состояние, чтобы купить зеленые оливки с косточкой. Вот только незадача — их мало где продают. Нужно знать места. — Ясно, — односложно ответил Леви и кивнул. Обычно прилавки с фруктами и овощами совершенно не занимали его. То ли дело чайные лавки… Так что не было ничего странного в том, что о зеленых оливках он слышал впервые. — Пойдешь со мной на воскресный рынок послезавтра? — тихо спросил Эрвин, смотря перед собой. — Зачем это еще? — Догадайся, — последовал короткий и лаконичный ответ. Они не обменялись больше ни словом, пока шли до общей столовой. Вот только Леви едва заметно усмехнулся, вообразив себе гастрономическое приключение с Эрвином в воскресенье. Должно было выйти не так уж и плохо.