Игра на десять лет.

       — Переоценён?! — возмущенная подобным заявлением, девушка с высоким голосом едва не закричала на всю улицу. — «Гуррен-Лаганн» переоценён?! Ты правда так думаешь?        — Серьёзно, — согласилась вторая девушка, укутанная в старый серый шарф, — ты аккуратней с такими заявлениями, так недолго и на бойкот нарваться.        — А что, я не права? — полноватая девушка с длинными светлыми волосами, убранными в неаккуратный хвостик, поверх длинного бурого плаща, Мария, примерно такой реакции и ждала, поэтому изумление её подруг вызвало только улыбку. — Во-первых, оно такое шумное и дерганное, словно их смотрят глухие люди, которые потеряют внимание к сериалу, если на экране не будет кто-нибудь орать и носиться! А ракурсы персонажей такие, как будто они сейчас вылезут из экрана или врежутся в нас, как в заставе «Аладдина»! И самое главное - весь конфликт там лишен всякого смысла! Если их главное оружие работает на силе, которая присуща только людям, то и так понятно, что люди победят! К тому же, если там действует правило, что чем эмоциональней и самоуверенней человек, тем больше сила, а главные герои самые, кхм, прости, Люба, самоуверенные и даже неуравновешенные персонажи, котор…        — Так, всё, я с тобой не разговариваю! — возмущенно взвизгнула подружка Марины. Все понимали, что бойкот был шуточным, но зато возмущение было настоящим. — Лиза, Светка, вы тоже не разговаривайте! Маш, ты точно внимательно аниме смотрела?        — Точнее, ты точно его полностью посмотрела? — спросила Света, поправляя свой шарф.        — В последней серии, которую я видела, только что появилась девушка по имени Ниа, а Симон продолжает ныть.        — Что?! — опять вскрикнула Люба. — То есть ты даже до конца его не досмотрела?        — Мне и так уже всё ясно.        Лиза тихо усмехнулась. Мария попыталась это проигнорировать, но у неё это не очень получалось и она всё равно искоса посмотрела на третью девушку. Точнее, женщину. Как говорила Люба, Елизавета была уже на пороге тридцати лет, но всё равно смотрела аниме и, если верить ей же, была настоящей фанаткой! Хотя, в двадцать семь лет, как думала Мария, это было уже странно. Лиза была на одиннадцать лет старше Светы, которая ещё недавно, считалась самой взрослой в их компании и на четырнадцать лет Марии. Хотя завтра Мария станет младше всего на тринадцать. Эта их вылазка случилась в честь завтрашнего дня рожденья, на котором не все смогут побывать. Эта разница в возрасте немного смущала, но так как Лиза оказалась очень молчаливой женщиной, к ней было легко привыкнуть. До этого вечера, Мария Лизу ни разу не видела, только слышала о ней из постоянных разговоров с Любой. Та отзывалась о ней, как о лучшей подруге и просто «удивительном человеке!». Маша же просто согласилась поверить на слово.        Девушки дошли до светофора. Тут они расходились: кто на автобусную остановку, кто жил в соседнем доме, а кто шел до дома пешком.        — Лиза, а ты что, со мной не пойдёшь? — с наигранной обидой спросила Люба.        — Нет, прости, — у неё, молчавшей всё это время, оказался приятный мягкий голос, — мне надо ещё в одно место заглянуть. Это как раз по пути с Машей.        «Блин, вот ведь повезло как!» — нахмурилась Мария. Светофор загорелся зелёным и девушки пошли по одной дороге. Сперва они шли молча, даже не смотрели друг на друга, и Мария уже обрадовалась, что, возможно, они так и пройдут без разговоров. Неловкое молчание лучше неловкого разговора. Да и к тому же, рядом с Лизой, Мария чувствовала себя как на прогулке со старшей сестрой. Это если бы у неё была сестра.        До её дома оставалась буквально одна улица. Быстрым шагом она оказалась бы у парадной минут за пять. Мария уже видела знакомый проём между домами, мерцающий фонарь, даже слышала лай соседской собаки с первого этажа, которая в силу своей глухоты, лаяла на весь первый этаж. Правда, перейти на бег было бы очень грубо, и Мария терпела, надеясь, что всё разрешится без неприятностей. Но тут Елизавета всё же решила поговорить:        — Маша, скажи пожалуйста, ты действительно считаешь это аниме плохим?        — Ну, не плохим, просто глуповатым, — Мария уже пожалела о том, что не поторопилась к дому, когда был шанс. — Детей может и повеселит, но мне не пошло. Нет, ну правда. Если их главное оружие работает на силе ора главного героя, то почему он сразу не завопил на всю поверхность и не «соспиралил» огромную пушку прямо до Спирального Короля?! Зверолюди то этой силой не обладают, они де-факто вообще безоружны перед людьми!        — Интересная точка зрения, — она улыбнулась, как показалось Марии, слегка высокомерно. — То есть ты, Маша, думаешь, что такая наивная, толстоватая девочка, как ты, и то справилась бы лучше?        — Я… — «А вот сейчас было обидно», — не потому, что её назвали толстой, а то, что их разговор внезапно перешёл на личности. Мария и сама знала, что у неё были проблемы с лишним весом, — она даже научилась игнорировать все шуточки на эту тему — но тыкать в это только потому, что ей не понравилось шумное и дёрганное аниме... это неприятно. Потому Мария решила упрямиться до конца! — Да, конечно, даже я справилась бы лучше, чем эти оруны!        — Да ты что?! — теперь презрение даже не скрывалось. — А давай проверим?        — Че?        — Проверим. Проведём эксперимент. Я давно не встречала таких, как ты!        — Эм-м, а можно уточнить, «таких, как я», это каких именно?        — Ну, — Елизавета просто расплылась в жадной улыбке. — Таких самоуверенных детей, которые считают себя гениями, превосходящими взрослых людей, которые, в отличие от них, уже добились каких-то результатов, и считают своё мнение единственным правильным! Наблюдать за вами, падающими с высоты своего самомнения в грязь, просто умилительно! Ну так что, давай я отправлю тебя в мир Гуррен-Лаганна, а ты попытаешься прожить, ну… скажем, год. Справишься?        «Так, это уже просто нездорово и, если честно, начинает пугать», — Мария отстранилась от Елизаветы и практически начала считать шаги до своей парадной. — «Так, спокойно. Самое главное в разговоре с психами — вести себя аккуратно и тихо. Я должна подыграть, потянуть время, дойти до дома и потом никакая сила не заставит меня остаться с ней в одном помещении, даже если Люба будет меня тащить силой!»        — Хех, а что только год, почему не десять?! — Мария постаралась улыбнуться, но вышло очень неправдоподобно. — И тогда ты даришь мне магическое желание, а?        — Ого, ты согласна на десять лет? Это действительно очень смелый ход! Видимо, я недооценила твоё самомнение, — Лиза смотрела на неё практически жалобно, но на губах играла злорадная ухмылка. — Договорились, не умри за десять лет, и я подарю тебе магическое желание!        — Да, конечно-конечно, — «Вот-вот, там моя парадная совсем близко, осталось только повернуться!» — Ладно, мне пора домой. Пока!        Мария быстро развернулась по направлению к широкому проёму между двумя домами и уже едва не срывалась на бег от этой психованной женщины, страдающей от кризиса среднего возраста, или как там называется, когда у взрослых людей детство в попе играет?! Но тут она почувствовала как кто-то схватил её за руку и резко потянул назад. Мария не успела ни закричать, ни даже испугаться — всё произошло слишком быстро! Её резко опрокинули на спину, и она почувствовала как проваливается, ощутила жаркий ветер на своей коже и вдруг поняла, что уже лежит на земле. Но не на холодном асфальте ночного Петербурга, а на сухой, песчаной земле, на дне широкого ущелья, под палящим солнцем и чистым голубым небом, обрамлённым рваными краями тянущихся друг к другу утёсов.        «Я ударилась об асфальт, и это сон» — первая мысль, посетившая голову Марии, показалась ей довольно правдоподобной. Но чем дольше она лежала на земле, тем больше убеждалась, что все ощущения были вполне реальны. Лёгкое головокружение, боль от удара затылком, сильная жара и сухость воздуха — всё ощущалось слишком правдоподобно, чтобы быть сном. Мария села и осмотрелась вокруг. Всё так: она на дне ущелья, посреди пустыни, а на небе зенитное солнце. Девушка поднялась на ноги и сразу вернулась с сидячее положение, потому что голова всё ещё кружилась.        — Это невозможно, это невозможно, это невозможно... — повторяла себе Мария. — Я просто отрубилась и это сон… Сон…        Однако, сколько бы времени девушка не сидела на одном месте в ожидании пробуждения, это проклятое видение так и не исчезло. И теперь она, четырнадцатилетняя толстая девочка, должна прожить десять лет в постапокалиптическом мире, где человечество находится на грани вымирания. Как только Мария осознала, что это не сон, она не смогла даже закричать из-за страха, стиснувшего горло.