улыбнись,

тэхен отдергивает края клетчатой юбки, хмуря густые брови, и растерянно смотрит по сторонам, пытаясь найти кого-нибудь из своих друзей, явно ошивающихся где-то поблизости. окружающие его вампиры, ведьмы и герои комиксов выглядят органично, он же чувствует себя не самым красивым трансвеститом, случайно забредшим на студенческую вечеринку, и больше всего на свете хочет отсюда сбежать, умирая от неловкости. громкая музыка давит на уши, мешая концентрироваться, влитый для храбрости алкоголь тоже не особо помогает мысленному процессу. огромное количество людей вокруг напрягает, заставляя невольно тревожится. — хееен, — внезапно прямо в ухо. тэ резко разворачивается, чуть не упав на ватных ногах, и укоризненно смотрит на своего парня, бросившего его здесь, пусть и ненамеренно. — ой, то есть нуна, — чонгук ржет, уложив голову на чужое плечо, и крепко прижимает к себе за талию, прислушиваясь к ускоренному сердцебиению. — мы тебя потеряли, — почти ноет, уже успев порядком накидаться. тэхен вопросительно выгибает бровь, всем своим видом спрашивая «да ладно?», и, расслабившись, зарывается длинными пальцами в любимые черные волосы, уложенные гелем. испорченная прическа уж точно никого в таком состоянии не расстроит, во всяком случае парень искренне на это надеется. — я чуть с ума не сошел, — чонгук жадно вдыхает чужой запах, начиная раскачиваться из стороны в сторону, — вдруг кто-то позарится на мою красотку, — и чмокает в губы, как ребенка, усмехнувшись. рядом слышится громкий смех хенов, подошедших к последней фразе. они наперебой шутят, будто увидев образ тэ впервые, и, недолго думая, лезут обниматься тоже, соорудив огромную тесную кучу из людей. кто-то шлепает тэхена по заднице, гук возмущенно рычит, начиная всех расталкивать, и удовлетворено хмыкает, наказав смельчака ударом по вредной ладошке. вокруг происходит жуткий сумбур. все пьяные, красивые и дохуя счастливые. тэхен улыбается, чувствуя руку своего парня чуть ниже поясницы, поправляет дурацкую поднявшуюся юбку, даже не пытаясь скинуть чужую конечность, и точно решает, что в карты на желание играть больше никогда не будет.