Университет Хотхилл

      По возвращению домой Джессика первым делом приняла бодрящий душ. Она зареклась больше не спать с незнакомцами и сейчас старалась смыть с себя всю грязь, которая на неё налипла.       Девушка хотела, чтобы все люди, которые знали об её истинной сущности, исчезли с лица Земли.       Джесс не питала отрицательных чувств к Кейт и она ей даже нравилась, за исключением её крепкой связи с клубом. Однако остальных ей хотелось придушить самолично.       Она ненавидела их всех. Кретина Майкла, способного лечь с каждой встречной. Сестёр Вёрб, невероятно заносчивых стерв, которые пользуются своими деньгами только для того, чтобы тянуть других с собой на дно. Директор Эванс, куратор, мисс Бэкхарт, мистер Дубри, профессор Таллер и мисс Платт — на всех девушка обратила такое же презрение и отвращение, с которыми до недавнего времени относилась к самой себе.       К концу следующей недели Грегоги оказался готов показать сообщнице результаты своих усилий. Смонтированные им аудиозаписи звучали натурально. Их содержание не вызывало никаких сомнений в греховности знаменитого университета. «Даже Моника и другие старшекурсники захотят встать на нашу сторону, услышав этот материал», —Подумала Джессика.       Записи, сделанные Грегом, превосходно дополняли общую картину расследования, поскольку их кураторка не скупилась на длинные беседы о клубе, подчеркивающие её ключевую роль в его становлении.       Оказалось, что это кураторка застукала директора Эванса с очередной студенткой. Она решила по-своему воспользоваться новообретенной властью над главой университета.       Она организовала клуб должников семь лет назад и при помощи шантажа заставила директора потворствовать ей. Сам мистер Эванс, спустя все эти годы, обнаружил себя глубоко погрязшим в дела шантажистки и неспособным отказаться от сотрудничества с ней.       Грегори подумал, что будет лучше не публиковать одни лишь аудиозаписи. Он предложил Джессике оплатить услуги хакера, который должен был дополнить их компромат красочными иллюстрациями. Девушка опустошила свой банковский счёт и передала нужную сумму взломщику. Напарникам осталось лишь ждать.       Джесс продолжала ходить на лекции. Преподаватели, с которыми у неё была связь, полностью игнорировали её существование и ставили оценки, не глядя. Такая подчекнутая холодность вызвала много вопросов у троечников, обычно у тех, кто завидовал красавице-отличнице.       Она не смогла придумать ничего лучше, кроме как ссылаться на свои несуществующие успехи на студенческих конференциях и волонтёрских акциях. Студентка прекрасно понимала, что пройдет совсем немного времени, прежде чем её обман вскроется.       — Послушай, Грегори, — обратилась она за советом к другу за обедом в кафетерии, — как только мы всё это выложим, разве никто не догадается, как я могла закрыть сессию, не ударив пальца о палец?       — Не понял. — Коротко бросил Грег.       — Я имею ввиду, что сейчас преподы меня игнорируют и ставят оценки не глядя. Типа, разбирайся со своей репутацией как хочешь сама, — Её голос стал совсем тихим, — А когда мы всем расскажем, что такого результата можно добиться только через клуб, что скажут люди?       Грегори серьезно задумался над тем, что только что услышал. Свой ответ он проговаривал медленно, осторожно подбирая слова:       — Мы не можем отказаться от всего сейчас. Когда всё закончится, люди будут видеть «должника» во всех, кто им не нравится.       Джессика помрачнела и Грег поспешил ее утешить:       — Это никак не помешает тебе сдать выпускные экзамены и получить диплом, — Грегори накрыл её ладонь своей, — у тебя всё ещё есть шанс учиться в том Хотхилле, о котором ты мечтала.       Глаза девушки увлажнились от слёз. Они закончили обед в обоюдном молчании.       На собрание клуба приходить было необязательно и Джессика приняла решение не выходить из комнаты все выходные. Смотреть сериал, зависать в соцсетях, слушать музыку — таков был её план. По странному стечению обстоятельств, Моника приняла такое же решение. Таким образом, две девушки впервые остались наедине за всё время их продолжительного сожительства.       Всё утро они игнорировали существование друг друга, однако после полудня Моника спросила у соседки:       — Джесс, ты едешь домой на рождественские каникулы?       Магазины уже обвешались мишурой и бумажными украшениями, то и дело по радио играли праздничные песни. Однако всё это проплыло в сознании Джессики, не оставив следа. Только сейчас она вспомнила, что обещала своей школьной подруге, Мишель, провести в пригороде рождество.       — Меня к себе пригласила подруга.       Наступило молчание. Джессике стало неловко и она из вежливости поинтересовалась у соседки, куда та собралась на каникулы.       — Поеду с родителями на курорт. Им приспичило в этом году наряжать не ёлку, а пальму.       Джесс показалось, что сказано это было с едва уловимой желчью в голосе. Только сейчас девушка осознала, что ничего не знала о человеке, с которым жила несколько месяцев. Этот простой факт сильно уязвил и без того низкую самооценку Джессики. «Не такой я себя хотела видеть в будущем», — С горечью подумала Джесс.       — Хочешь, посмотрим вместе сериал? — Предложила она. Моника согласилась и остаток дня девушки поедали пиццу и сидели на Нетфликсе.       Это скромное общение согрело сердце Джессики, раненное многочисленными обидами, жестокостями, обманами, разочарованиями и интригами. В ночь того дня ей снилось, как вся их семья — мама, папа и сестра — весело болтают за рождественским столом.       В один из дней, которые тянулись в ожидании результатов работы хакера, Джесс как обычно гуляла по кампусу. Его величественный вид всё ещё вызывал восхищение и позволял девушке душой вернуться в тот короткий момент, когда будущее было безоблачно.       Первый снег уже успел растаять, знакомые гипсовые скульптуры окружала жухлая трава. Джессика была поглощена фантазиями о том, как директор (не Эванс, кто-нибудь ещё) вручает ей диплом.       В этот момент она услышала, как кто-то её зовёт. Девушка обернулась и увидела, как её догоняет одногруппница Марта.       — Джесс, есть минутка? — Спросила она, нервно поправляя волосы.       — Конечно, — Джессика говорила с Мартой только на групповых учебных проектах.       — Слушай, может это не моё дело, — Осторожно начала девушка, — но я заметила, что тебе учёба даётся легче, чем другим ребятам.       «Ну вот, началось» — Пронеслось в голове у Джес. Она оставила дружелюбный тон и сказала не без холода:       — Что ты имеешь ввиду?       — Ну ты говорила про конкурсы, конференции, семинары… Мне просто было интересно, могу я тоже участвовать? А то я не слышала ни о чём таком.       Джессика к моменту, как собеседница закончила речь, обнаружила себя краснеющей от стыда. Она понимала, что её одногруппница интересовалась успеваемостью Джесс, а не клубом должников, но ей казалось, что совсем скоро ни о чём другом, кроме клуба, её спрашивать не будут. «Может быть, я смогу пресечь эти разговоры уже сейчас?» — Спросила себя девушка. Она взяла задумчивую паузу, чтобы наконец проговорить:       — Прости, Марта, я сейчас не в настроении говорить об учёбе.       Когда Джесс торопливыми шагами удалялась от Марты, то услышала вслед робкое:       — Ну ладно… Пока!       Утро следующего дня было пасмурным, но прекрасным от снегопада. Джессика проснулась раньше обычного и теперь рассеяно наблюдала в окно за падающими снежинками, периодически отхлёбывая горячего кофе.       «Я ничего не делаю, но так сильно устаю», — сказала себе девушка. Чтобы убить время до пар, она пошла в библиотеку искать материалы для бесполезной в её обстоятельствах курсовой работы.       От очередной книги девушку отвлек телефонный звонок от Грегори. Друг звал её к себе в гости на обед. Обедали они только в кафетерии кампуса, оттого предложение показалось девушке странным, но она всё равно приняла его.       — Ну и где обещанный обед? — Поинтересовалась Джессика, сваливая с кресла на пол кучу грязной одежды, чтобы сесть.       — Я предлагаю тебе испробовать духовной пищи. — Сообщил Грегори своей гостье, не отворачиваясь от компьютера. — Наш друг из сети Интернет угощает нас обоих отменными деликатесами.       Джессика почувствовала облегчение и радость от того, что в деле намечается прогресс. Она встала за спиной у друга, чтобы лучше видеть картинку на мониторе.       Он показал ей несколько фотографий. На одной Кейт сидела в кресле кураторки, закинув ноги на стол. Она держала в руке бутылку вина.       А на другом снимке были запечатлены сёстры Вёрб на фоне гостиной мисс Платт. У них на руках сидели король Мяус Второй и Нефертити.       Всего подобных снимков, подчеркивающих непринужденность отношений между членами клуба и преподавателями, было около двадцати. Сами по себе они ничего не доказывали, но, как и говорил Грегори, служили «отличной иллюстрацией».       Кроме этих снимков, которые были бы плохим уловом для всей уплаченной Джессикой суммы, хакер прислал мегабайты переписки. Хвастливые рассказы кураторки подтвердились, она действительно играла большую роль в происходящем. С ней Лили Вёрб консультировалась по поводу посредничества для других студентов и еще оказалось, что кураторка по мере необходимости финансировала деятельность клуба.       Была и другая не менее важная информация, которую можно было почерпнуть из переписок. Директор Эванс был тем самым источником вредных слухов, который искали все в клубе, даже он сам. Его интрижки и власть над ним шантажистки так угнетали директора, что он, как предположил Грегори, «ощутил, что ему терять нечего».       Поэтому каждый раз, когда к мистеру Эвансу приходила раздосадованная старушка Бэкхарт, он действительно пускал ход расследованию. Так как расследования были на местном уровне, то они быстро захлебывались, натыкаясь на участников клуба.       Остальные переписки касались повседневной жизни клуба и его членов и имели компрометирующий характер, однако не несли никакой свежей информации.       Джессика и Грегори решили, не мешкая, составить план дальнейших действий. Тут мнения друзей разошлись.       — Почему не полиция? — Недоумевала Джесс.       — Полиция берёт взятки. Они возбудят дело сами, без нашего прямого обращения, когда поднимется шумиха в интернете. — Терпеливо разъяснял Грегори.       — Господи, Грег, мы не в кино, а в реальной жизни! В полиции работают обычные люди, которые делают свою работу!       — Да? А как давно ты думала, что в университете есть только трудолюбивые преподаватели и невинные студенты?       Этот аргумент подействовал на Джессику. Она ненадолго замолчала. Затем снова начала спорить с другом:       — Почему интернет, а не пресса?       — Не понял, в смысле «почему не пресса»? — Удивился Грег.       — Ну ты сказал, что интернет лучше, чем полиция, — начала вспоминать Джесс, — А причем тут, собственно, интернет?       В следующих словах Грегори, произнесенных с бессменной ухмылкой, слышалась полная уверенность в своей правоте:       — А ты не знаешь, как работает пресса, да? Большая часть материалов, публикуемых на бумаге, это зеркальное отражение информации, размещённой задолго до того в сети. В сети ведь информация разлетается быстрее, журналистом и репортёром выступает каждый умник со смартфоном. С этим издательства конкурировать не могут.       Грегори не убедил подругу. Она возразила ему:       — Газета это престижно, у каждого издательства есть своя репутация. Они публикуют эксклюзивы.       — Так вот, чего ты хочешь, — рассмеялся в ответ парень, — Попасть на обложку «Таймс»! Если ты по счастливой случайности не человек года, то придётся разъяснить редакции, почему они должны ввязываться в это грязное дело.       — А в интернете что?       — А в интернете, — Сказал Грегори вдохновенно, — Не надо никого убеждать. Публика сама выбирает себе сенсацию. И, поверь мне, это будет сенсация.       Джессика сдалась и детективы взялись за работу.       Следующий день ушёл у Грега и Джессики на то, чтобы создать резервные копии компромата и полностью замести свои виртуальные следы. Напарники решили опубликовать информацию на нескольких крупных блог-платформах. Кроме того, они выбрали несколько независимых интернет-издательств и тематических сообществ в соцсетях, чтобы поделиться с ними своим материалом. Всю деятельность вёл Грег, пользуясь компьютером в городской библиотеке.       Таким образом, Джесс была вновь обречена на томительное ожидание. Они с Грегори сходили с ума, постоянно проверяя, какую реакцию у людей вызвал их поступок.       Как и предполагалось, соцсети распространили информацию со скоростью лесного пожара. Меньше чем через неделю клуб удалил свою страницу на фейсбуке и конференции в мессенджерах.       Кейт, сестёр Вёрб и Майкла постоянно расспрашивали о должниках, их хватило только на неделю учёбы под таким пристальным вниманием. Никого из них на парах не видели.       Раньше, чем прибыла долгожданная министерская проверка, о клубе заговорили те интернет-издательства и сообщества, в которые Грег и Джессика ничего не присылали. Газеты и блоги дополнили информацию собственными фантазиями, превратив всю историю в своеобразный миф. Миф этот обогащался деталями, кочуя с одного сайта на другой, восхищая теперь своим видом даже его создателей.       Приближались каникулы. Когда Джессика листала газету с первым печатным упоминанием о проституции в Хотхилле, раздался веселый рингтон мобильного. Звонила сестра.       — Боже мой, Джесс, а мы ведь думали, что Хотхилл…!       — Да, я знаю… — Устало проговорила девушка.       — Тебе срочно нужно забирать документы из этого притона! — Кричала трубка.       Таких звонков было ещё много. Наверняка, примерно то же самое происходило сейчас с доброй половиной студентов. Джессика представляла, что все эти разговоры — это заслуженная награда за её усилия, однако шумиха все равно утомляла девушку.       Последствия проверок, комиссий, инспекций, внимания прессы и интернета должны были стать очевидны уже после рождественских каникул.       Джесс договорилась с Мишель и та предложила забрать её из кампуса на следующий день. И вот, девушка уже тащит чемоданчик к парковке общежития, щурясь от летящих в лицо колючих сежинок. Подруга встретила её сияющей улыбкой и словами:       — Я так ждала этих каникул! Все будут очень рады тебя видеть.       По пути к дому Мишель они сделали покупки в гипермаркете. Обходя бесконечные полки с праздничным хламом вроде стеклянных шаров и разноцветных носков, Джессика вдруг сказала подруге:       — Мишель, а как же подарки? Я совсем ничего не приготовила.       Не то чтобы девушка забыла о манерах, просто у неё совсем не осталось свободных денег, все досталось хакеру. Она жила на то, что высылала сестра, и на свою стипендию. Подруга утешила её, сказав ласково:       — Твой приезд — лучший подарок для меня и моей семьи.       Девушка была в хороших отношениях с родителями Мишель. Она с радостью предвкушала момент, когда попробует фирменное блюдо её мамы — луковые кольца в соусе тар-тар. К счастью девушки, она смогла насладиться совершенством этого блюда уже через несколько часов.       — Ты так выросла! Я помню тебя ещё маленькой куколкой. — Сказала мама Мишель, миссис Джонс.       — Она и теперь маленькая куколка. — Умилительно произнес мистер Джонс.       После ужина в теплой семейной атмосфере Джессика, обновлённая, даже поверила в возможность возобновления тесных отношений со своей сестрой Мирандой. Занятая этими приятными мыслями, она не спеша поднималась в спальню для гостей на втором этаже.       Ей предстояло разобрать свои вещи и уснуть самым сладким сном, о котором Джесс могла мечтать. Она раскладывала свою одежду и косметику в шкафы и шкафчики, когда вдруг услышала скрип открывающегося окна.       Проглотив крик ужаса, девушка наблюдала, как в спальню через открытое окно перелезает тёмный мужской силуэт. Она боялась позвать на помощь, потому что не хотела расстраивать хозяев дома, если вдруг окажется, что… Да, это был Крис, её бывший парень, с которым она не виделась уже четыре месяца.       Попав в спальню, он выпрямился перед ней и смотрел девушке прямо в глаза, ничего не говоря. Джессика заговорила шепотом, опасаясь, что Джонсы услышат:       — Что ты тут делаешь?       Крис сделал к ней шаг, но девушка вытянула руку, обозначая дистанцию. Потеряв надежду на страстный поцелуй или хотя бы объятие, парень решил прибегнуть к своему красноречию.       — Джесс, я так скучал… Прости меня, я вёл себя как полный идиот. — Он говорил это извиняющимся тоном, медленно, очень аккуратно подбирая слова.       Джесс неожиданно для себя поняла, что она ждала этих слов все эти месяцы и готовилась к тому, чтобы отвергнуть любовь «этого бессердечного ублюдка». Теперь же, как будто бы внутренне готовая держать ответ, она всё же молчала и ждала, что будет дальше. Протянутая рука безвольно опустилась.       — Я так по тебе скучал, я думал о тебе все время, даже когда пытался быть с другими… Пожалуйста, вернись ко мне.       Не дождавшись ответа, Крис отступил от окна и подошёл к замершей на месте девушке. Джесс позволила себя обнять. Он сказал, прижимая девушку к себе:       — Иди ко мне, иди сюда.       Его объятия показались Джессике такими же фальшивыми и формальными, как те, что дарили ей её любовники из клуба должников. «Кажется, я потеряла грань», — Обреченно подумала Джесс. Она вся обмякла в чужих руках, как тряпичная игрушка.       — Почему ты согласился расстаться перед моим поступлением? — Сквозь накатившие неожиданно слёзы, спросила Джессика.       — Потому что я думал, что ты меня разлюбила. — Тихо ответил ей Крис заготовленной фразой. Он сжал её в своих объятиях, зарываясь лицом в длинные волосы.       Девушка, не пытаясь обнять его в ответ, смотрела в окно, за которым начиналась настоящая снежная буря. Блестящий вихрь закручивался в лучах придомовых фонарей, создавая сказочный пейзаж.       Пока девушка равнодушно наблюдала за разворачивающимся на улице танцем снега и ветра, её бывший любовник целовал её и обнимал. Он прижался губами к тонкой шее, цепочкой поцелуев спустился до плеч, спустил мешающую ему бретельку тонкой майки. Руки перешли от спины к талии, от талии к бёдрам.       В какой-то момент он подхватил безвольную девушку на руки и понёс к кровати. Положив её поверх одеяла, он сразу же стал ласкать её груди, целовать сомкнутые губы. Джессика продолжала оставаться неподвижной и парню пришлось остановиться, чтобы не стать насильником. Он сел рядом с Джесс и спросил у неё испуганно:       — Что с тобой? Что случилось?       Вместо ответа она стала плакать. Сначала слёзы текли по её щекам безмолвно и ночной гость смахивал эти слёзы пальцами. Затем её плач перешёл в рыдание, она дрожала и периодически задыхалась.       Крис лёг на неё, прижав к себе, укрыв собой, как будто стремясь защитить от невидимой угрозы. Она наконец ответила на его объятия и, цепляясь за одежду, как ребёнок, прижалась к парню.       Когда девушка начала успокаиваться и смогла говорить, то попросила Криса:       — Не уходи, останься со мной.       — Куда я денусь, крошка, — постарался он ответить ей весело, — Смотри, какая там буря.       Он разделся и снял с обессилевшей девушки её одежду. Полуобнаженные, они укрылись одеялом и, прижавшись друг к другу, уснули. Один раз Джессика проснулась от кошмара и Крису снова пришлось убаюкивать её своими объятиями.       Он увёз её на рождество к себе домой. Мишель огорчилась такому неожиданному отъезду, однако вслух выразила восторг по поводу воссоединения этой пары.       Джессика и Крис сидели в электричке и, взявшись за руки, наблюдали за холодным пейзажем за мутным окном. Белые поля дышали нежностью свежевыпавшего снега, а редкие домики дополняли буколическую композицию.       — Ты мне расскажешь, что произошло в Хотхилле? — Осторожно спросил парень девушку.       — Если я расскажу, ты меня разлюбишь. — Грустно ответила ему Джесс.       Она отпустила его руку и стала нервно стучать по оконному стеклу. Больше он её ни о чём не спрашивал и так они доехали до её родного городка.       Те каникулы исцелили Джессику. Ночевала она у Криса и его семьи, к сестре Миранде приходила в гости. Ей всё ещё тяжело было находиться в родном доме, потому что Миранда почти всегда говорила о Хотхилле и его ужасах. Даже если Джесс ничего не отвечала на замечания сестры, то это молчание ощущала как самый низкий обман.       Одновременно с этим Грегори уведомлял её о том, как развивается миф о клубе должников в интернете и прессе. Всё указывало на то, что новый семестр начнётся с новыми преподавателями и заметно поредевшими студенческими рядами.       Девушка думала о Кейт. Действительно ли она заслужила того общественного порицания, на которую её, сестёр Вёрб и Майкла обрекли они с Грегори? Не смотря на чувство вины, никаких сил на то, чтобы найти Кейт и поговорить с ней, у Джессики не было.       Когда пришло время возвращаться на кампус, Джесс была полна хороших предчувствий. Она поверила в возможность начать всё с чистого листа. Она приехала на электричке и её встретил Грегори, ещё сильнее пополневший на праздничных явствах. Почти сразу он стал делиться с подругой своими прогнозами касательно клуба должников:       — Как мы и думали, преподавательский состав поменялся. А ещё на кампусе две недели будет присутствовать человек из правительства. Будет следить, чтобы все предписания инспекторов были исполнены новым руководством в кратчайшие сроки.       — А насчёт нас кто-нибудь знает? — Обеспокоенно спросила Джессика.       — Кстати да, я хотел с тобой об этом поговорить… Ты только не волнуйся, но я тебя встретил не просто чтобы в очередной раз помочь с багажом, — Грег заглянул в лицо девушки, чтобы проследить за эффектом, который произведут его слова, — С тобой хочет поговорить один человек из правительства.       Джессика резко остановилась на месте, с ней чуть не столкнулись прохожие. Она испуганно спросила друга:       — Что нужно министерству просвещения от меня?       — Я не знаю, — Ответил Грег, — но мне намекнули на то, что у них есть подозрения об источнике этого скандала.       — Ты же сказал, что прикроешь меня! — Взмолилась Джессика, возобновив движение. Она ускорила шаг.       — Я и прикрыл тебя! Я думаю, тебя зацепило просто из-за твоей репутации…       — Какой ещё репутации?! — Осатанела девушка. Грегори ответил с осторожностью:       — Ну, самая расслабленная отличница на курсе.       Больше Джессика ничего не сказала, но Грегори молился, чтобы его подруга взорвалась потоком ругательств. Как справиться со вспышками гнева подруги, он хотя бы знал. Когда Джесс снова заговорила, то её голос можно было счесть спокойным:       — И где меня ждёт этот человек из правительства?       — В библиотеке. — Ответил Грегори.       Девушке не хотелось злить грозного представителя министерства, поэтому она предоставила Грегори занести багаж в её комнату, а сама направилась прямиком в библиотеку.       Нужного человека не пришлось долго искать, потому что в этот послепраздничный день посетителей не было. Только мужчина в чёрном пальто и сером костюме расположился в кресле.       Он рассеяно наблюдал за прекрасным зимним пейзажем за окном. Девушка неторопливыми шагами приблизилась к незнакомцу. Он обернулся. Джессика представилась.       — Вы искали меня, сэр.       — Да, спасибо что пришли! Присаживайтесь, — мужчина даже привстал, чтобы показать рукой на кресло, в котором девушке полагалось разместиться. Она села на самом его краю, сложив руки на сомкнутых коленях. Незнакомец представился:       — Я агент Картер. Наш разговор может показаться вам неприятным, — С заботой в голосе произнес он, — Однако я прошу вас не беспокоиться. Я здесь не для того, чтобы арестовать вас.       Он шутил, но у девушки часто забилось сердце. Она решила ничего не говорить, чтобы голос не выдал ужас, охвативший её. Между тем агент продолжал:       — Я работаю на специальный отдел департамента полиции штата. Мы занимаемся скандалами деликатного характера, как тот, что вы с Грегори Маккинзи представили недавно на суд общественности.       Не обратив внимания на смущение Джесс, мужчина устроился в кресле поудобнее и продолжил свою беспощадную речь.       — Энтузиасты вроде вас постоянно появляются тут и там. Однако вы, мисс, поразили всех нас. Ваша вера в собственную правоту превратила безнадёжное дело в такое, которым занимаются федеральные агенты. За это мы вам благодарны.       Девушка почувствовала, как руки у неё увлажнились от пота, а кровь прилила к лицу, обжигая кожу. Она не могла больше смотреть в лицо равнодушного человека напротив неё и опустила взгляд в пол. Агент Картер сказал ей:       — Вы, наверное, уже догадались, что вам вряд ли удастся сдать выпускные экзамены в Хотхилле…       — Почему? — С неожиданной для самой себя горячностью запротестовала Джессика.       — А вы сами не понимаете? Не пройдет и года, как ваше имя всплывет в этом деле. Ваш друг Грегори очень старался, но его работа откровенно дилетантская. И даже если каким-то чудом никто не узнает о вашей роли в клубе, с вашими успехами на первом курсе вы вряд ли сможете выдержать темп, заданный новыми преподавателями, и усвоить содержание новых учебных программ.       Больше не в силах сдерживаться, Джессика расплакалась. Она закрыла лицо руками.       — Простите, мисс, я всего лишь сообщаю вам факты. Возможно, наш отдел даже может вам помочь.       — Не нужна мне ваша помощь! — Яростно выкрикнула девушка, встала с кресла и уже было собиралась сбежать от ненавистного ей собеседника, но он встал между ней и выходом из библиотеки. Гнев сменился страхом.       Мужчина прежним голосом произнёс следующее:       — Будьте благоразумны, мисс. Я предлагаю вам работу, предлагаю будущее.       Девушка подняла глаза на агента. Она думала, что тот собирается обеспечить её успеваемость в Хотхилле в обмен на какие-то одному чёрту известные услуги.       Её взбесило, что не смотря на все усилия, надежда получить диплом Хотхилла оказалась напрасной. Однако теперь, когда прозвучало слово «работа», на смену гневу пришло замешательство. Агент Картер объяснился:       — Вы ярко проявили себя в этом деле. Нам как раз не хватает таких специалистов, как вы. — Он взял ее за плечо и повел обратно к креслу у окна. — После непродолжительной работы под моим руководством у вас будет выбор: поступить в любой интересующий вас университет страны или… — Он взял девушку под локоть и посадил её обратно в кресло, — или продолжать работать у нас.       Джессика села на край кресла и вжала ногти в обивку. Наступила тишина и Картер решил продолжить:       — Думаю, вас приятно удивит характер нашей работы, — Он выдержал новую паузу, но девушка продолжала молчать. — Что вы скажете на это?       Джессика хотела было сказать, что ей нужно было об этом подумать. Но этот разговор дал ей ясно понять, что все мосты сожжены. Освободившись из когтей студенческой протитуции, девушка попала в плен к другому злодею — агенту Картеру. Обладая той информацией, что была у него, можно было манипулировать Джесс как угодно. Что ей, собственно, только что наглядно и продемонстрировали.       Девушка вновь почувствовала сверхъестественное истощение. Еле шевеля губами, она ответила агенту:       — Я согласна.       Так была написана история Хотхилла, но вместе с тем начиналась новая, грозящая Джессике ещё большими опасностями.