Tricks or treat

Магнус прожил несколько веков прежде, чем на его коже появилась надпись. Он ждал ее так долго и был уверен, что готов к чему угодно. К лаконичному «Привет», к омерзительному до боли «Грязный маг» (ну, а вдруг, любовь зла, полюбишь и нефилима) и к простому «Вашей маме зять не нужен», но соулмейт все равно умудрился его обескуражить. «Сладость или гадость?» гордо гласила его надпись. Замечательно, значит, со своим соулмейтом Магнус познакомится, когда тот будет еще ребенком. Немного разочаровывает, Бейн предпочел бы сразу кого-нибудь высокого, горячего и достигшего возраста сексуального согласия, но раз так, то он готов терпеть. Проблема состояла в том, чтобы найти среди сотен стучащихся в дом детей того единственного и неповторимого соулмейта. И как Магнус должен его узнать? Разве что ответная надпись его соулмейта будет поинтереснее… А еще это означало, что Магнусу придется подкармливать конфетами детей. Ну, ничего, своровать конфеты для него никогда не представляло сложности, полюбоваться на нелепые костюмы детей — тоже. Отыскать соулмейта будет сложнее, зато Катарина рассказывала об этом с воодушевлением, что с первым прикосновением он все поймет, и лавина счастья накроет его с головой и бла-бла-бла. Все решило бы прикосновение, но не может же Магнус прикасаться ко всем заходящим к нему детям. Это слишком даже для него. Ну, он мог бы опираться на возраст. Метка появилась год назад, значит, его соулмейту год, и родился он 12 сентября. Дева по гороскопу, что ничего не значит, просто интересный факт из жизни человека, с которым Магнус, по сути, должен провести счастливую жизнь. Со скольки дети обычно начинают клянчить конфеты? С семи-восьми? Раньше? Магнус не имел ни малейшего понятия, у него никогда не было детей. Ладно, дадим его загадочному соулмейту фору в шесть лет. Теперь другой вопрос. А во сколько у смертных проявляется метка? Магнус тяжело вздохнул и притянул себе с полки книгу о соулмейтах. Это десятилетие обещало быть непростым.

***

Магнус немного устал от нескончаемого потока детей, рвущихся к нему за конфетами. Он задавался вопросом, не получат ли себе дети аллергию или диабет, а потом отмахнулся от этой мысли. Не его дети, не его проблемы. Проблема состояла в том, что они все постоянно шли к нему, вереницей ярких пятен и безумных костюмов, и все говорили одно и то же. — Сладость или гадость? И как в этом потоке детей найти нужного? Это просто невозможно! Магнус несколько раз проклял нечто сверху, выдающее метки соулмейтов, пару раз весьма нелицеприятно отозвался о самом празднике, о детях в частности, а потом и своем злосчастном соулмейте. Их не отгоняло ничто: ни угрозы, ни магия на показ, ни даже кошачьи глаза. Они восхищались и веселились еще больше, спрашивая наперебой. — Как Вы сделали такой крутой костюм? — Это линзы, да?! А где Вы их купили? — Хорошие спецэффекты, дяденька, но нереалистичная магия. — Колдуете красиво, но по Вам сразу видно, что Вы не маг! Где борода, мантия, остроконечная шляпа? Посох что ли себе купили бы. После таких претензий глубоко оскорбленный Магнус заколдовал конфеты на самые мерзкие вкусы, что он помнил. Мелочно. Ну, а что? По сути, он сделал доброе дело — отвлек детей от сладкого! Он волнуется о здоровье детей! К концу вечера Магнусу так сильно все надоело, что он еле боролся с желанием запустить в очередного ребенка-зомби-фею заклятьем и выпроводить всех из дома, чтобы они потом на улицу боялись выходить. Но Магнус держался до последнего. Ему уже несколько сотен лет, его не сломила инквизиция, войны и нефилимы, не сломят и стайка детей. Наверное. Магнус уже готовился к варке зелья для клиентки, которая требовала выполнить заказ ровно в Хэллоуин, странная женщина, как в дверь позвонили. Чертыхнувшись, Магнус пообещал жестокую смерть стоящим за порогом детям и открыл дверь. Перед ним стояло трое детей, выжидающе глядящих на него. В центре стоял маленький блондин, лет семи, одетый во все черно-красное с миниатюрными рожками на голове и маленькими аккуратными крылышками летучей мыши. Рядом с ним стояла маленькая черноволосая девочка в плаще с поднятым воротником и нарисованными клыками. След явно стащенной у мамы помады смотрелся на ее губах комично. Дальше всех был напуганный, самый высокий и старший, видимо, из всей троицы голубоглазый мальчик в деловом костюме. — Сладость или гадость? — робко спросил он, сжимая в руке ведерко. — Ну вот! — разочарованно перебил его блондин, скривившись, и Магнус порадовался, что он-то точно не его соулмейт. — Алек, ты говорил, что здесь живет Верховный Маг Бруклина, а это просто какой-то чувак в стремных блестках. Такого Магнус стерпеть не мог. Можно оскорблять его природу, его характер и привычки, но никто не имеет права оскорблять его макияж и одежду! А уж тем более кто-то, кто явно знал о сумеречном мире — раз он говорил про Верховного мага. В сказках такого не написано, и в комиксах Магнус не видел. — Ты хочешь проверить это? — наклонился к нему Магнус, сверкнув кошачьими глазами. — Пфф, это ничего не значит! — нагло заявил мальчишка. — Лучше наколдуйте мне что-нибудь! — Джейс, хватит, — тихо попросил его Алек, пытаясь увести за собой сестру и мальчика, а потом поднял взгляд на Магнуса. — Простите его, сэр. Джейс не хотел Вас оскорбить. — Нет, хотел, — с легким злорадством произнес Магнус, замечая, как щеки Алека покраснели. Какой чувствительный, главное, до слез его не довести и не получить от его матери по голове. — Что ж, Джейс, позволь тебе продемонстрировать. Чем-то неуловимым мальчишка напоминал Магнусу Уилла Эрондейла, и он ради эксперимента призвал утку с пруда. Он честно не ожидал, что этот ребенок имеет хоть какое-то отношение к славному роду Эрондейлов, поэтому был чертовски удивлен, когда мальчишка с громким взвизгом побежал прочь от утки под смех сестры. Ладно, это ничего не значит, не только же Эрондейлы боялись уток. Хотя такую нелепую фобию еще поискать надо. — Простите за беспокойство, сэр, — в состоянии, близком к панике, произнес Алек. — Прошу Вас, не сердитесь на Джейса, он просто глупый. Вы же можете убрать утку? Пожалуйста. — Если ты знаешь, что я маг, то знаешь наверняка, что маги за все требуют плату, — фыркнул Магнус. Потешаться над ребенком было весело, и тот вел себя куда разумнее и взрослее, чем его друг. Даже интересно, что он на это ответит. Судя по внешности, это все-таки нефилим, ну или, в крайнем случае, оборотень. Магнус склонялся к охотнику, хотя глаза у Алека были почти сверхъестественно яркими и сияющими. У какого рода нефилимов были такие глаза? У Уилла были похожие, но далее ни у кого таких не было, да и мальчик не похож на Эрондейла. — Я могу отдать Вам свои конфеты, сэр, — осторожно предложил Алек, протягивая полное до отказа ведерко. Магнус сам не понял, почему этот жест его так тронул. У мальчика нет ничего, кроме этих конфет, и он отдал их, чтобы помочь другу. Щедрый жест. Если повезет, этот ребенок вырастет в хорошего человека, что для нефилимов большая редкость. И пусть Магнус обычно не брал оплату конфетами, он все-таки решил сжалиться над залезшим на дерево Джейсом и вернуть утку обратно в ее пруд. — Спасибо Вам большое, сэр! — просиял Алек, отдавая ему конфеты. — Держите. — Нет, спасибо, я не хочу, — покачал головой Магнус. Еще скажут, что Верховный Маг Бруклина настолько злобный и алчный, что у ребенка последнюю конфету заберет. — Нет, берите, — решительно произнес Алек. — Вы помогли нам, значит, мы обязаны заплатить. Таковы правила. — Алек такой зануууда, — пожаловалась Магнусу маленькая девочка. — Изабель, следовать правилам не значит быть занудой, — поправил ее брат. — Значит, — показала она ему язык. — Ох, неважно, — покачал головой Алек, не желая впутываться в глупый спор. — Держите, сэр и, — он неожиданно улыбнулся. — Спасибо Вам за помощь. До свидания. А потом он схватил Изабель за руку и пошел к слезающему Джейсу, который отчаянно проклинал Магнуса. Бейн озадачено глядел мальчишке вслед. Что же не так с этим нефилимом? Магнус взял ведерко и отнес его в дом. Вернуть он ему все равно не сможет, а насладиться заслуженной наградой — вполне.

***

Несколько следующих лет мальчик с голубыми глазами таскался за сестрой и братом собирать конфеты, но к двери Магнуса они не решались подойти, чем очень сильно расстраивали мага. Ему хотелось побольше понаблюдать за этой странной семейкой: наглый Джейс, ответственный Алек и Иззи с таким хитрым взглядом, будто она прекрасно знала, чем ты занимался прошлым летом. Но нет, они все не подходили, и Магнус смирился. Толпа детей раз в год уже не так сильно раздражала, и Бейн начал получать удовольствие от выбора себе костюма. Группка нефилимов больше не ходила, наверное, посчитали себя слишком взрослыми для этого, так что Магнус бы и не вспомнил о них больше, если бы не столкнулся с ними одним Хэллоуином. На этот раз не было ни наглого блондина, ни хитрой девочки, только голубоглазый Алек с таким видом, будто он морально уже десять лет как мертв, и абсолютно новый персонаж — маленький мальчик, тащивший Алека за собой по улицам. Не то, чтобы Магнус следил. Он просто наблюдательный от природы. Да. Прямо такой. — Алек-Алек, пошли сюда, — позвал его ребенок, потащив к дверям Магнуса. Магнус замер в предвкушении. — Макс, а ты уверен, что хочешь туда? — слабо заспорил Алек, с опаской глядя на знакомый дом. — Да-да, пошли, — с восторгом заявил мальчик, и Алек подчинился. Со вздохом он подошел к Магнусу, который сегодня представлял собой крайне стильного стимпанкового вампира со стаканом «крови», и потрясал детишек своими красными глазами и клыками. Макс, очевидно, забрал старый костюм своей сестры Изабель, закутавшись в тот же плащ, разве что он не намазался помадой. Алек и вовсе был без костюма, просто черный свитер с потертыми джинсами и кроссовки. Хотя, возможно, это был костюм уныния и тоски. В таком случае — сто баллов Алеку за прекрасное изображение безысходности. — Сладость или гадость? — восхищенно спросил ребенок, протягивая свое ведерко. — Собрату-вампиру могу предложить крови, — фыркнул Магнус, доставая конфет и Максу. — А вас я уже здесь давно не видел, — добавил он, глядя на Алека. — Да, был очень занят, — неловко пробормотал Алек, слегка краснея от пристального внимания Магнуса. — А здесь Вы только потому, что Ваша мать заставила кого-то идти с Вашим младшим братом, а Ваши сестра и брат свалили все на Вас? — весело спросил Магнус. — Вы же не умеете читать мысли? — напряженно прищурился Алек, а потом с подозрением поинтересовался. — Вы нас помните? — Трудно забыть таких нефилимов, как вы. Теперь сразу видно, что перед ним сумеречный охотник — руну на шее не скрыл высокий воротник ужасного свитера. — Но я готов оценить Ваш потрясающий костюм, — с ухмылкой сказал Магнус. — Мало где можно найти такие поношенные, ужасные вещи, чтобы изобразить, мм, позвольте предположить: депрессию? Страдания? Демона безвкусицы? — Алек всегда так ходит, — выдал его Макс, легко хихикая. — Ах, вот как! — фальшиво удивился Магнус, невольно любуясь покрасневшим сверх меры нефилимом. — Так почему Вы без костюма? — Я же не ребенок, чтобы играть в эти глупые игры, — мрачно пробурчал Алек, опустив голову. Ему явно было неловко. — О, поверьте, возраст не играет роли. Мне вот уже за 400 перевалило, а я до сих пор наряжаюсь на Хэллоуин. И плевать, что он это начал делать только ради того, чтобы найти своего соулмейта. Факт оставался фактом. — Я не маг, я сумеречный охотник… — в голосе, на удивление, совсем не было презрения или гордости, просто констатация факта. — О да, я маг, а Вы взрослый и ответственный сумеречный охотник, — рассмеялся Магнус. — Убиваете демонов, спасаете примитивных, следите за нежитью, иногда меняете местами. Но Вы стоите здесь и мило беседуете со мной, вместо того, чтобы арестовывать, хотя я маг. — Вы ничего не сделали, у меня нет причин Вас арестовывать, — тихо ответил Алек, поднимая на него взгляд небесно-голубых глаз, и у Магнуса перехватило дыхание. — Пожалуйста, заходите еще, — умудрился произнести Магнус. — Я бы с удовольствием поговорил с Вами о политике сумеречного мира, мистер… — Лайтвуд, — отчего-то шепотом сказал Алек. — Александр Лайтвуд. — Красивое имя. Отлично, заходите в любое время, двери дома Верховного мага Бруклина всегда открыты для Вас, — задорно произнес Магнус. — Не забудьте, мистер Лайтвуд. — Не забуду, — пообещал Алек и поспешно скрылся вместе с обескураженным младшим братом. Магнус сам немного обескуражен, с чего он начал флиртовать с сумеречным охотником, да и тем более с Лайтвудом. На вид ему лет шестнадцать, но это ничего не значит. Просто с ним забавно разговаривать, приятно вести диалог, в отличие от его гиперактивной семейки. К тому же, просто поговорить с кем-то новым всегда полезно. Магнус предвкушал новую встречу. Предвкушал день. Неделю. Месяц. Полгода. Алек Лайтвуд не объявлялся на его пороге уже почти год. Впрочем, неудивительно. Судя по его смущению на его слова, Алек решится навестить его только через десятилетие, никак не меньше. На этот Хэллоуин обиженный Магнус нарядился сумеречным охотником. Эффектная экипировка, тщательно вырисованные руны (быстро смываются, медленно наносятся, как он устал с руной выносливости, а парабатай так вообще ад), даже клинок серафима и лук за спиной. Клинок — игрушечный ножик из детского кухонного набора, покрашенный светящейся краской, с нарисованными тушью рунами — грозное оружие. Алек Лайтвуд, уже по традиции, появился только к концу вечера. На этот раз с ним снова его сестра и брат-блондин, который таскал у детей конфеты, и направлялись они прямо к дому Магнуса. Алека вели явно насильно, Изабель тянула его за собой, и Магнус заранее решил, что обожает эту девушку. Костюмы на этот раз намного лучше. На Изабель потрясающий костюм в темных и алых тонах, плащ элегантно развевался за спиной, клыки не нарисованы, а куплены и старательно прикреплены, туфли на высокой шпильке. Помада на этот раз своя, губы ярким кроваво-красным пятном выделяются на фоне бледной кожи, глаза подведены черной подводкой, руки в тонких перчатках. Красивая вампирша, на которую бы вешались все подряд, умоляя попробовать их крови. Джейс все еще демон, но на этот раз из какой-нибудь порно-пародии. Потому что он в кожаных штанах, сапогах и утягивающей рубашке с пиджаком — все также выдержано в черных тонах с примесью кроваво-красного. На голове рожки, явно купленные в ближайшем сувенирном, за спиной крылья летучей мыши. — Алек, давай, — скомандовала Изабель, подведя брата ближе. — Здравствуй, Александр, — улыбнулся Магнус, рассматривая сконфуженного Алека. — Что же привело тебя в мою обитель? — Ох, — тихо вздохнул Алек, а потом решительно поднял голову. — Сладость или гадость? Магнус восхищенно выдохнул. Его сестра вампир, брат демон, а сам Алек представлял собой мага. Черный плащ, завязанный на талии поясом, капюшон на голове, а самое главное — линзы, из-за которых глаза его как кошачьи, только голубые. Александр покраснел, смущенно опустив взгляд, и весь его запал мигом исчез. — С тобой, Александр, я согласен и на то, и на другое, — сверкнул глазами Магнус. Прежде, чем Алек успел спросить, что это значит, Магнус схватил его за руку в перчатке и повел за собой в дом, захлопывая дверь перед самым носом нефилимов. Изабель он потом отблагодарит, а Джейс это заслужил. Они застыли у входа. — И это все, ради чего мы сюда пришли? — разочарованно спросил Джейс. — Если мой брат не занимается своей личной жизнью, то его личной жизнью займусь я! — решительно крикнула Иззи, смеясь. — А теперь идем, мы сплавили Алека и можем развлекаться всю ночь!

***

Оказавшись в лофте, Алек еще больше смутился. Магнус деликатно предложил ему присесть, и Лайтвуд рухнул на ближайший стул, боясь даже поднять голову. Магнус остановился рядом с ним. — Итак, есть ли причина, по которой твоя замечательная сестра привела тебя в мои руки? — поинтересовался он. — Есть, — кивнул Алек. — Вы… то есть, теперь уже можно на ты, наверное… Ты мой соулмейт. — Правда? Почему ты так решил? — Магнус почти счастлив, но не позволил себе насладиться этим. Если все окажется ложью, это будет слишком жестоко. — Ну… Когда мне исполнилось 16, в том году, — осторожно начал Алек. — У меня появилась метка соулмейта. Я сначала все никак не мог вспомнить, кто мне это говорил, а Иззи сразу заявила, что это ты. И тогда я вспомнил нашу первую встречу, — Алек поднял голову, и глаза его сияли, Магнус невольно затаил дыхание. — Она навсегда отложилась в моей голове. Твои глаза довольно… необычные. Очень красивые. — Спасибо, — улыбнулся Магнус. — Но твои все равно лучше. Никогда прежде не встречал никого с такими ясными и чистыми голубыми глазами. Алек мгновенно покраснел, но взгляд не опустил — очевидный прогресс. Он осторожно вытащил из глаз линзы и отложил их в сторону. Несколько раз поморгал и вновь взглянул на Магнуса. Стащил с рук перчатки. — Позволишь взглянуть? — попросил Магнус. Алек недоуменно взглянул на него. — На твою метку. — Ааа, да, конечно, сейчас, — смутился Алек и поспешно закатал рукав своего балахона. Магнус зачарованно наблюдал, как на белой коже изящным почерком выделилось «Ты хочешь проверить это?», не в силах отвести взгляд. Алек явно ждал ответного признания, так что Магнус просто стащил с себя кожаную куртку, любуясь привычно зардевшимися щеками Алека, и показал свою короткую надпись. — Вот уж не повезло тебе со словами, — заметил Алек. — Что верно, то верно, — согласился Магнус. Показывая друг другу метки, они придвинулись вплотную. Магнус наклонился ближе к лицу сидящего Алека и замер, любуясь тонкими чертами его лица, черными волосами и его глазами. Алек тоже смотрел на него, не смея отвести взгляд от горящих желтым кошачьих глаз. Никакого страха или отвращения, лишь восхищение. Магнус почувствовал странное волнение, которое не испытывал уже многие годы. Они были так близко, что он мог почувствовать дыхание Алека. — Ты поцелуешь меня или подождешь до моего совершеннолетия? — прошептал Алек. — Потому что я не дождусь и поцелую тебя прямо сейчас. — Боюсь, ни терпения, ни сил не хватит, — тихо рассмеялся Магнус. Он притянул Алека к себе и мягко поцеловал его. Это не был глубокий или страстный поцелуй, просто легкое, бережное касание губ. Они соединили вместе свои руки, сплелись пальцами, крепко держа друг друга. Оба закрыли глаза, но Магнус все мог прекрасно слышать, особенно — стук сердца Алека, стремительно бившегося от волнения. В ту самую секунду, когда они коснулись друг друга, мир взорвался яркими красками, и Магнус понял все слова Катарины. Его затопило невероятное светлое чувство к сидящему рядом нефилиму, неожиданное волнительное чувство потрясло его, и он неожиданно осознал, что все фрагменты его жизни, все победы и поражения, вели к этому моменту. Магнус осознал, что больше жить не сможет без этого нелепого нефилима. — Наконец-то я нашел тебя, — прошептал он. — Нашел и никогда не отпускай, — согласился Алек и потянулся к нему следом. У них впереди еще вся жизнь. Их история началась с того самого Хэллоуина и смущенного «Сладость или Гадость?».